С.В. Забегалина Интуиция в философии

Проблема интуиции в современной науке остается по прежнему актуальной, привлекая к исследованию в рамках и философии и психологии, что связано как с развитием науки, а так и с особенностями процесса познания. В рамках материализма и идеализма отношение к интуиции всегда различалось, но, тем не менее, она остается важной проблемой гносеологии.

Интеллектуальная интуиция является не заменой, не альтернативой, а дополнительным способом познания, предусматривающим непосредственное постижение истины. Дискурсивное, логическое мышление при этом нужно считать опорой для развития интуитивного познания. Способность к чувственному познанию мира, во всех его существенных сторонах следует считать при этом предпосылкой для сбора необходимой и достаточной информации для принятия интуитивного решения.

С материалистической точки зрения интуиция имеет общественно-историческую природу и любое «непосредственное», интуитивное познание всегда опосредствовано опытом практической или умственной деятельности человека, то есть интуиция есть следствие опыта, практики. С другой стороны

В интуитивном решении содержится момент выхода за границы сложившихся стереотипов поведения, имеющихся логических программ, алгоритмов поиска решения задачи.

И все же чаще встречается иррационалистический подход к интуиции. Так, по Платону, интуиция - внечувственное восприятие идеи, познание погружение в себя, в свою субъективность. Н. Кузанский понимал интуицию как высшую способность человеческого духа. Фихте считал интуицию формой слияния в акте познания субъекта и объекта, постижение «Я», Бергсон - основным источником всякого знания, самым достоверным путем постижения действительности. Способность видеть целое раньше частей, иметь результат без наличия его логического обоснования¹. К.С.Бакрадзе рассматривая проблему диалектики в немецком идеализме отмечает, что Кант отрицал интеллектуальную интуицию, и это сделало непонятным возможность философского познания, а по Шеллингу моменты интуиции – бесконечное и конечное действия – являются «Я» как внешние ему действия².

Интуиция по К.Г. Юнгу «есть та психологическая функция, которая передает субъекту восприятие бессознательным путем»³. Интуиция по Юнгу не приравнивается к «чувственному ощущению», ни к чувству, ни к «интеллектуальному выводу», хотя может «проявляться и в этих формах», является при этом иррациональной функцией восприятия. Интересна его попытка классифицировать формы интуиции: субъективная и объективная формы; а также конкретная и абстрактная. Субъективная форма базируется на бессознательных психических данных, а объективная – на фактических данных, но определяемых «сублиминальными» восприятиями и вызванными этими восприятиями «сублиминальными» чувствами и мыслями. Таким образом, объективная форма также находится в зависимости от субъекта восприятия. Конкретная интуиция возникает непосредственно на основе имеющихся фактических данных, а абстрактная опосредуется волей или намерением и «передает восприятие идеальных связей»¹. Также К.Г. Юнг выделяет два варианта использования интуиции: «обращение во внутрь», в познание и «внутреннее созерцание», противопоставляется направленности «наружу», «в действие и выполнение», выводя вследствие этого два психологических типа – интровертных и экстравертных интуитивных людей. Данную мысль было бы интересно проверить на практике – действительно ли существуют значимые различия в плане использования интуиции этими психологическими типами? И ограничены ли такие различия теми рамками, что предполагал К.Г. Юнг или же они не укладываются в них.

Если принять разделение типов человеческих личностей по Юнгу на интровертов и экстравертов, то интровертам свойственны преимущественно «озарения» сознания интеллектуальной интуицией, это «тип мистика-мечтателя и провидца с одной стороны, фантазера-художника, с другой», а экстравертам приписываются «озарения», получаемые в ходе активного восприятия внешних воздействий, поиск новых возможностей во внешней среде. Амбоверты, о которых К.Г. Юнг не упоминал, следовательно, находятся где-то посередине².

Достаточно часто выделяют интуицию чувственную и интеллектуальную. Первая подразумевает непосредственное усмотрение истины при помощи органов чувств, вторая - непосредственное восприятие истины без опоры на доказательство, постижение ее разумом. Второе понимание было обосновано Декартом: интуицию он выделял как прямое, непосредственное усмотрение истины, в отличие от опосредованного рассудочного познания, знание, полученное интуитивно, сразу предстает как простое, ясное, очевидное… это высший вид интеллектуального познания, когда человек одновременно и мыслит и созерцает. Н. О. Лосский различал чувственную, интеллектуальную и мистическую интуиции.

П.Сорокин использовал три типа познания (чувственное, рациональное и интуитивное) при обосновании концепции флуктуации трех типов культуры. Человек имеет двойственную психобиологическую природу, т.е. существо чувствующее и мыслящее, и на основании этого П.Сорокин выделил три типа культуры:

а) чувственный тип (sensate), в котором преобладает эмпирически-чувственное восприятие и оценка действительности преимущественно с утилитарной и гедонистической точки зрения, т.е. преобладает «истина чувств» и истина наслаждения;

б) идеациональный тип (ideational), где преобладают сверхчувственные, духовные ценности, поклонение некоему Абсолюту, Богу или Идее, т.е. «истина веры» и истина самоотречения;

в) идеалистический тип (idealistic), представляющий некий синтез чувственного и идеационального типов, где чувство уравновешивается интеллектом, вера — наукой, эмпирическое восприятие — интуицией, т.е., по выражению Сорокина, «человеческими умами будет руководить истина разума». Здесь интуитивное познание выступает как третий вид, дополняющий чувственное и рациональное познание. В соответствие с типом культуры определенные особенности имеет и само общество. В первом случае общество имеет гедонистическую направленность, превалируют потребности низшего порядка. В качестве примера П. Сорокин называл современное ему общество. Идеационное общество, напротив, отрекается от земных удовольствий, поощряются аскетизм, монашеский образ жизни. Самый простой пример – европейское средневековое общество. Идеалистическое общество (вероятно, название связано с тем, что общество представляет собой идеал), выражаясь языком И. Канта подвергает всесторонней проверке и критике различные трансцендентальные предпосылки, а в результате, как считал Г. Гегель человеческий дух продвигается на все более и более истинные позиции, работает закон «отрицания отрицания». Наступления именно идеалистического общества ждал П. Сорокин. Он писал, что «за три-четыре десятилетия умирающая чувственная культура смела все материальное богатство и другие ценности, созданные за предыдущие столетия. Человек сидит среди руин своего былого прекрасного общественного здания, окруженный — в буквальном и переносном смысле - устрашающей массой трупов...»¹.

Несмотря на вроде бы случайную флуктуацию трех типов общества, П. Сорокин считал, что есть определенные предпосылки, потребности в приходе того или иного типа культуры. Для нашего исследования важный момент в концепции П. Сорокина – это то, что в идеалистическом обществе основной способ познания – интуитивный².

С точки зрения диалектического подхода интуитивное знание не может выступать в качестве критерия научной теории. Механизмом развёртывания интуиции является скачкооборазный переход от чувственных образов к понятиям и наоборот. Таким образом, благодаря интуиции мы получаем новое знание, которое выходит за рамки уже имеющегося опыта, что имеет большое значение для развития познания, гносеологии в целом.

В.Н. Комаров считает ³, что интуиция нужна там, где встречается логико-теоретическая «рыхлость» дознавательных средств, где они не приведены в строгую систему. В системном подходе интуиция объединяет в единое целое имеющиеся методологические разработки и эвристические гипотезы. Также ее заслуга в придании прогнозируемой или на логико-теоретическом уровне установленной истине очевидность и конкретность. С другой стороны не следует забывать о возможности ошибочных выводов и заблуждений, в результате «интуитивных озарений», однако последний вариант мы не считаем проявлением интуиции, так по определению интуитивное познание приводит к непосредственному постижению истины.

Интуитивное знание представляет собой результат чувственного созерцания, непосредственного восприятия, формируется в результате создания наглядных образов путем простого ассоциативного синтеза или анализа предшествующих восприятий. Ж.Адамар рассматривая данную особенность рассуждает следующим образом: «Видимо, мы можем отождествить это с тем, что Франсис Гальтон называет «прихожей сознания» и описывает следующими словами: «Когда я начинаю размышлять о чем-нибудь, мне кажется, что процесс этого размышления следующий: идеи, которые находятся в моем сознании, как бы притягивают к себе наиболее подходящие из числа других идей, находящихся поблизости, хотя и не в центре внимания моего сознания. Все происходит так, как если бы в моем уме был зал для приемов, где располагается сознание и где перед ним одновременно представляют две или три идеи; в то же время прихожая полна более или менее подходящими идеями, расположенными вне поля зрения полного сознания. Прибывающие из прихожей идеи, наиболее связанные с идеями, находящимися в зале для приемов, кажутся созванными механически-логическим образом, и каждая по очереди получает аудиенцию»¹.

Интуитивное знание, предполагает создание новых наглядных образов, даже в тех областях, где впоследствии эти образы будут переложены на строгий язык математики или логики, по крайней мере, к такому выводу приходит Ж.Адамар. Интуитивное знание появляется путем формирования новых, ранее не предполагавшихся связей между понятиями, с другой стороны оно может приводить качественно новому продукту, содержание которого усматривается непосредственно, сразу, а уже затем следует детализация и проверка.

Интуиция с позиций синергетики связывает хаос и порядок. Бессознательное (неосознаваемое) рассматривается как хаос, а сознание как порядок, а деятельность ученого предстает как неустойчивая открытая система. В момент локальной флуктуации, вызванной накоплением «бессознательных ощущений» зарождается интуиция, интуитивное решение. При усилении флуктуации система оказывается в точке бифуркации и таким образом осуществляется переход интуитивного знания из хаоса в порядок, то есть оно становится осознанным.

Хаос необходим для выхода системы на собственную тенденцию развития, чтобы наглядные образы и мысли, идеи, представления накопившись до определенной «критической массы» привели к появлению нового состояния системы, характеризующегося как «порядок», стали осознаваемыми.

Любой исследователь уверен в самоочевидности полученного им с помощью интуиции результата, но его необходимо доказать, проверить с помощью критериев истины, с помощью дискурсивного процесса познания, которое служит обоснованием и доказательством интуитивно сделанного открытия. Последнее не снижает ценности интуиции, в познании и науке.