§ 7. Цель в праве

как университеты, религиозные ордена, католическая церковь, но не в отношении всего правового сообщества, государства. Правда, сферу действия трансперсонализма распространяют и на форму государства: сословное государство. Но там, где эта идея трансперсонального госу­дарства трудящихся (\Уег1шаа1:), корпоративного государства (5Шо согрогатпю) реализуется на практике, она служит прочным фасадом надындивидуалистического государства насилия (Масш51аа1). Тем не менее, именно на критерий трансперсональности опираются задним числом кроме прочего исторически сформировавшиеся нации. Инстинкт самосохранения народов, населяющих Землю, требует, что­бы государство служило им, каждому индивиду или общности людей. Но история судит в свою очередь о государствах по тому, что люди и народы оставляют после себя: по их творениям.

В свете вышесказанного нет необходимости предпринимать попытки воссоздания в безвоздушном пространстве образа идеального госу­дарства, ориентированного на трансперсональную культуру¹⁰. Скорее следует проследить, как индивидуалистические и надындивидуали-стические государственно-правовые воззрения распространяются в партийных идеологиях, в которых они обрели наконец свою оконча­тельную, исторически обусловленную форму.

72

¹⁰ См. КаМгисН. КиНийеЬге <1е5 ЗогшЬтиз. 2 АиП 1927; КаАЪгисН. \\ГПЬе1т Ме151ег5 5о21а1роШ18сЬе 5епс1ип8. Ьо§оз. Вё. 8. 1919. 5. 152 {{.

73

& Философско-правовое учение о политических партиях

Выше партий нет никого. Между борцами мечется безумная, обреченная жертва.

Адольф Глазбреннер

§ 8. Философско-правовое учение о политических партиях

Ниже речь пойдет о партийных взглядах, то есть о партийной идеоло­гии. Можно возразить, что в своей идеологии партия не раскрывает своей сути. Реальны лишь партийные интересы. Идеология же - вне­шняя оболочка, красивый фасад этих интересов^<69>.

Предположим, что в основу партийного строительства положены сугу­бо партийные интересы, без каких-либо политических идей. Но даже такая партия под давлением социальной необходимости была бы вы­нуждена разработать идеологическую платформу, чтобы по крайней мере в нужный момент обосновывать общие интересы с позиций сво­его истинно партийного интереса⁽⁷⁰⁾. Партийная идеология была бы действительно не более чем прикрытием партийных интересов, если бы ее необходимость не была социально обусловлена. Партийная иде­ология не только орудие борьбы с противником, но и средство при­влечения сторонников. Руководящее ядро, сплотившееся вокруг партии, всегда стремится расширить партийные ряды за счет участни­ков, чья партийная принадлежность обусловлена не интересами партии, а ее идеологией. Это они настаивают на последовательном и неустанном осуществлении партийной идеологии. И в результате партия и ее идеология становятся неразрывно связанными друг с другом.

Партийная идеология преобладает над партийными интересами и по другой причине. Партии в борьбе за свое влияние должны ширить фронт своих идей. Конкуренция заставляет партии отражать в своих программах собственный взгляд на все вопросы общественной жизни, даже на те, которые имеют очень отдаленное отношение к партийным

^(69> Рг. ТН. У1$спег в «Аисп Етег» (II, 192): «Это вновь возвращает меня к парти­ям во всех спорных вопросах. Ни один колеблющийся не будет стоять проч­но на одной половине целого или на одной стороне двуединой истины. Но если цель, серьезный подход к делу и определенность требуют сделать выбор, то ни один здравомыслящий человек не испугается силы односторонности»

^(70> Жизнь и Действие означают то же самое, что и создавать партию и руко­водить ею. - Со1пе, Ва. 38, 5. 140.

74

интересам или вообще с ними не связаны. Как следствие, в партийных программах все в большей мере включаются требования, которые лишь идеологически мотивированы, но социально не обусловлены.

Поскольку интересы апеллируют к идее, наступает момент, когда идея, следуя собственной логике, начинает жить по своим законам, даже иногда вопреки партийным интересам, которым призвана служить. Вы можете по собственному желанию вызвать духов и привидения, но обратно по вашему желанию отправить их невозможно. Партийные интересы не могут использовать партийную идеологию без того, что­бы в свою очередь не служить ей. Партийные интересы непроизволь­но становятся в силу общественной необходимости движущей силой партийной идеологии. Гегель называет «уловкой разума» ситуацию, когда партийная идеология помимо своей воли «заставляет работать на себя» также партийные интересы. Обращаясь к партийной идеоло­гии, мы имеем дело не с химерой, а с реальной эффективной обще­ственной силой¹.

Индивидуалистические взгляды на право и государство в первую оче­редь находят свое отражение в партийной идеологии и в целой гамме различных идеологий. Исходным пунктом распространения этих иде­ологий служит понятие индивида^{2 (7}Ч

Первоначально стремятся искать истоки индивидуализма в отдель­ном человеке. Но от конкретной индивидуальности со всеми ее на­строениями, причудами и сплинами нет пути к порядку, который служил бы всем в одинаковой мере («всем нравиться невозможно»). Более того, это чревато отрицанием любого права и любого государ­ства. Макс Штирнер начал с «Единственного», то есть с конкретного

^(71> Мааагга$а. АпагсЫе оаег Нгегаспге (1935), 5. 81: Функциональный индивид слу­жит государству. Государство же - индивиду в смысле категорий ценности.

¹ См. Втаег, РЬ. а. Кз. (1925), 5. 288 гТ., МЕ Мауег, К. РЬ. (1992), 5. 71 К.; М 5а1отоп, АгсЬ. { К. п. \УРН Ва. 18. 1924. 5. 431 И.

² Индивид как цель правовой нормы и как мотивированная точка приложения ее юридической силы - две разные проблемы Здесь речь пойдет о первой из них. Вторая рассмотрена в моем докладе «Человек в праве», 1927 О том, как римляне понимали человека в праве в последнем смысле, высказался однаж­ды Гете: «Их интересовал лишь тот человек, у которого силой или уговорами можно было что-то отнять». Имеется в виду очень умный и своекорыстный человек - Ното есопогшшз (экономический человек), который до сих пор ос­тается Ногтю ргкЬсш. И наоборот, о том, как римляне рассматривали инди­вида в качестве субъекта целевого воздействия правовой нормы, показал Гегель (см. примечание 5 данной главы).

75

Философия права