1 Разумеется, это в том случае, если разделение происходит без изменения общей структуры клетки. В мире одноклеточных природа часто прибегает к

В аналогичном положении находится живая клетка, раз- множающаяся делением: она росла за счет среды, и в той же среде могут дальше расти клетки-дочери. Наоборот, если клет- ка окружена неблагоприятной средой, ее разрушающей, то раз- деление на две трлько ускорило бы ее гибель и было бы дезорга- низацией

Реально явления дезорганизации так тесно переплетаются с организационными, что и та и другая характеристики очень часто оказываются равно применимы, смотря по тому, какие активности изучаемых комплексов принимаются в расчет. Например, по отношению к «боевой силе» против внешних вра- гов клетки-дочери, конечно, слабее той, из которой произошли: их может поочередно захватить и поглотить враг, который не был бы способен справиться с нею; следовательно, практи- ческая сумма тут меньше первоначальной; и с этой стороны акт размножения заключает в себе дезорганизацию подобно какому-нибудь разрыву связи между частями армии. Далее, с точки зрения активностей «химического сродства» и «тяготе- ния» разделение клетки — акт приблизительно нейтральный: их практическая сумма остается прежнею.

Основной тип организационной связи есть ингрессия. Соот- ветственно ему основную форму дезорганизации удобно обо- значить как «дезингрессию», т. е. как отрицательную ингрес- сию; она и получается тем же способом; например, при интер- ференции волн имеется или частичная «конъюгация», или даже полная, но с разрушительным результатом.

Теперь исследуем, в каком соотношении находится дезин- грессия с разрывом связей.

На укрепленной одним концом шелковой нити висит гирь- ка; такую систему называют «физическим маятником». Нить натянута: вес гирьки вместе с ничтожным ее собственным ве- сом представляет определенную сумму активностей, направ- ленных к центру земли. Гирька, однако, висит, а не падает, потому что имеется другая группа активностей — «сцепле- ние», которая, противодействуя натяжению и превосходя его своей величиной, более чем парализует его, не позволяет пе- рейти в реальное падение.

размножению как раз при перемене обстановки в неблагоприятную сторону — при недостатке питания, что наблюдается у споровых. Но тогда глубоко из- меняется само строение жизненной формы: спора — не простой кусок перво- начальной клетки, в ней химический обмен со средою почти приостановлен, что достигается и высыханием плазмы, и образованием чрезвычайно проч- ной оболочки; а устойчивость организации благодаря этому сравнительно огромна и позволяет споре очень долго сохраняться, пока не явятся благо- приятные условия для развития.

Теперь мы конъюгируем с этой системою новый комплекс: навешиваем еще гирьку. Сумма активностей натяжения, следо- вательно, возрастает. Если она все-таки остается меньше актив- ностей сцепления во всякой части нити, то маятник продол- жает висеть, как прежде. Но, допустим, получилось иное соот- ношение: в одном пункте, или, точнее, в одном из поперечных сечений нити, в таком месте, где нить, например, всего тоньше, сумма активностей натяжения оказалась в точности равна

6*

163

сумме активностей сцепления. Что тогда там произойдет?

С первого взгляда кажется, что не должно случиться ничего особенного: и те и другие активности взаимно парали- зуются, ни те ни другие, следовательно, не проявляются в ре- альных изменениях. Но это не так.

В том месте, где собственные активности комплекса вполне нейтрализованы, исчезает, очевидно, всякое сопротивление ак- тивностям внешним. А они всегда имеются. Нет и не может быть комплексов, изолированных в самих себе: каждый окру- жен средою, иначе организованными комплексами, иными активностями. Они тектологически ему «враждебны», т. е., развертываясь по своим направлениям, они могут нарушать его форму, разрушать его; и этого нет именно постольку, посколь- ку он представляет сопротивление. А раз только в каком-либо его пункте или области сопротивление исчезло, стало равно нулю, внешние активности вступают туда — и связь комплекса оказывается разорванной. В данном случае это будут, напри- мер, молекулярные удары частиц окружающего воздуха; йри спокойном его состоянии они представляют для нормального сцепления нити бесконечно малую величину; но когда сцеп- ление вполне парализовано, то и бесконечно малых воздей- ствий достаточно, чтобы началось развитие эффекта, который раньше был невозможен: частицы воздуха вступают между частицами нити, они разъединяются, комплекс распался. Через него прошла тектологическая граница.

Как видим, она прошла там, где совершилась полная ней- трализация активностей, то, что мы назовем «полной дезин- грессией» '.

' Она действительно вполне противоположна ингрессии. В ингрессии ак- тивности, раньше не связанные, соединяются, образуя «связку» конъюгирую- щих комплексов; в дезингрессии они взаимно парализуются, что ведет к обра- зованию «границы», т. е. отдельности. Пока они парализуются не вполне, границы еще нет: это только частичная дезингрессия; она всегда примешана ко всякой ингрессии, потому что, как мы видели, не бывает конъюгации комп- лексов без некоторой растраты их активностей в виде взаимных сопротив- лений.

Если натяжение еще не вполне равно силе сцепления, а меньше, то и воздействие среды требуется не бесконечно малое, а конечное, соответственной величины: может оказаться доста- точным какое-нибудь звуковое колебание, дуновение ветра или иной механический толчок. Но и здесь внешнюю актив- ность целесообразно разложить на две части: одну, которая уничтожает остаточное сцепление, и другую, которая действует при сопротивлении, равном нулю. Например, если ножом ре- жут кусок дерева, то ход процесса следующий. Давление лез- вия парализует сцепление молекул дерева противоположно действующими натяжениями: как только это достигнуто,

лезвие получает возможность продвигаться в ткани дерева.

Встречается еще до сих пор представление о «пустом прост- ранстве» как об отсутствии всякой среды. Но оно совершенно ошибочно, противоречит всему смыслу современной науки. В каждом пункте этой «пустоты» — межзвездного эфира — всякое помещенное там тело испытывает действие сил элек- трических, магнитных, тяготения,— тех же, которые в иных, более сложных комбинациях характеризуют и всякую до сих пор нам известную «материальную» среду. Если сопротивление эфирной среды наименьшее, то это означает, что она слагается из комплексов, наименее организованных. Сопротивление, од- нако, существует; хотя для движущегося, например, тела оно при обычных скоростях бесконечно мало, но с их возраста- нием и оно увеличивается; а когда скорость приближается к скорости света, оно растет до бесконечно большой величины, т. е. становится практически непреодолимым. Следовательно, среда всегда налицо; а потому полная дезингрессия всегда обусловливает внедрение элементов-активностей-среды по ли- ниям уничтоженных сопротивлений,— образование тектологи- ческой границы.

Яркая иллюстрация тектологической границы, а также ее изменений — линия фронта. Она проходит там, где враждеб- ные усилия двух армий взаимно уравновешиваются, и до тех пор, пока они уравновешиваются. Когда равновесие наруша- ется, как это бывает при наступлении одной стороны, линия фронта исчезает: идут конъюгационные процессы — бои, схватки, в которых элементы обеих сторон перемешиваются в разнообразных сочетаниях и взаимодействиях. Затем боевые активности могут вновь прийти к равновесию на новой линии фронта или же конъюгация развертывается дальше и" дальше и завершается образованием связки, воплощающейся в мирном договоре, в отношениях господства, подчинения и т. п. Другая иллюстрация — граница между «северной» и «южной» поло- виной магнита; она также обусловлена взаимной нейтрализа- цией противоположных активностей и также может переме- щаться, когда изменяется их соотношение, например благо- даря приближению магнитных масс или электрических токов. Еще пример — узловые точки стоячих волн в вибрирующем теле: это пункты, где взаимно парализуются противополож- ные колебательные движения. Всюду организационные гра- ницы имеют одну и ту же основу: полные дезингрессии. Таким образом, всякий, разрыв связи можно представлять как внед- рение элементов среды в систему по линиям уничтоженных сопротивлений, т. е. полных дезингрессии.

Может показаться излишней тонкостью проводимое здесь постоянное разграничение двух функций, образующих акт раз- рыва связи: с одной стороны, полной дезингрессии, в которой

уничтожается сопротивление системы по определенным ли- ниям, с другой — последующего воздействия по этим линиям. Но это разграничение обусловлено требованием не только удобства анализа и обобщения — оно имеет основание в самой практике. Обе функции могут осуществляться отдельно, при- том активностями различного рода; и например, техника в массе случаев пользуется этим для своих целей.

Чтобы разрубить или разрезать на части железную полосу, требуется в обычных условиях огромная механическая сила, какой у простого кузнеца в распоряжении не найдется. Но сцепление частиц железа может уничтожаться также и тепло- вой энергией, которая легко производится с помощью угля в горне. Эта дезингрессия делается или почти полной — плав- ление железа, или неполной, но настолько значительной, что размягченное накаливанием железо разделяется на куски от нескольких ударов умеренной силы.

Пример с другого полюса бытия. Чтобы разорвать, разру- шить сплоченную организацию — трудовую, политическую, культурную — прямым насильственным путем, могут быть нужны воздействия такой энергии, какой враги ее и не распола- гают. Но если найдутся средства поселить между членами или частями организации недоверие, рознь интересов, т. е. создать дезингрессии внутренних ее активностей, то затем выз- вать ее распадение окажется делом сравнительно более лег- ким, иногда неизмеримо более легким. При этом оно может быть выполнено уже иными методами.

Разрыв связи всегда заключает в себе момент дезингрес- сии как первую свою фазу. В таком случае, почему он не всегда должен рассматриваться как явление дезорганизации?

Разрыв связи всегда увеличивает «пограничную» область комплекса, понимая под этим всю сумму соприкосновений комплекса с его средою, а не только пространственную гра- ницу. Для организованного комплекса среда есть мир внешних или «враждебных» активностей, а «граница», следовательно, характеризуется цепью дезингрессии с ними.

Пусть имелась трудовая организация людей, которая распа- дается на две или несколько более мелких. Это разрыв ряда ингрессивных связей между рабочими силами: в таких пунк- тах, где раньше трудовая активность одного человека соеди- нялась с усиливающей ее трудовой активностью другого, те- перь она встречает направленную против нее энергию внешней природы. Возрастает сфера столкновений человеческих дей- ствий с противодействиями стихий.

Но предположим, что внутри организации раньше имелись противоречия и раздоры, шла глухая борьба, другими словами, существовали внутренние дезингрессии и что по их линии произошло распадение. Тогда дело сводится к замене ряда

внутренних дезингрессии внешними. Очевидно, если сумма вторых менее значительна, чем была сумма первых, то акт разделения, даже взятый непосредственно, независимо от по- следующих результатов, не есть дезорганизационный. А в дальнейшем при этом нередко на месте обессиленной, шед- шей к упадку организации развиваются жизнеспособные и полные активностей — подобно тому, как бывает при размно- жении делением '.

Брак — маленькая организация из двух лиц — иногда при- ходит в такой вид, что обе стороны «отравляют жизнь» друг ДРУ^ГУ' ^т- ^е- их энергия растрачивается во взаимных проти- водействиях. Тогда развод, или вообще разрыв, выступает как прекращение дезорганизации двух личных жизней. Но так как в этом случае первоначальная связь представляет ингрессию необратимую или разнородную, то здесь есть еще иная возмож- ность, а именно что результат распадения тектологически различен для обеих частей: для одного супруга — «освобож- дение», устранение разрушительных дезингрессии, для дру- гого — «полное крушение».

Еще резче иллюстрируется подобное соотношение медицин- ским приемом — ампутацией. Хирургический нож разрывает связь между больным органом и остальным телом; для отре- занной части это немедленная гибель, для организма — спа- сение от полной дезорганизации. Для одной стороны прежние, устраненные дезингрессии заменяются меньшими, для дру- гой — большими; и это естественно, потому что их строение различно.

¹ Деление размножающейся клетки, совершаясь самопроизвольно, идет также, очевидно, по линиям внутренних ее дезингрессии и также может по своему непосредственному характеру не быть актом дезорганизационным; но может и быть таковым, а в то же время по своим результатам, по своему значению для развития жизненной формы оставаться процессом организа- ционным. Если разрезать речную гидру на куски, способные к восстанов- лению, то это будет, без сомнения, акт непосредственно дезорганизационный, но все же и акт искусственного размножения.

В практической жизни, особенно социальной, подобные «асимметричные» случаи нередко порождают важные и труд- ные вопросы, смысл которых такой: считать ли разрыв связи в общем его итоге актом организационным или дезорганиза- ционный? Далеко не всегда это решается так просто, как в примере с ампутацией. Относительно человеческих личностей, связанных какими-нибудь узами при наличности противоре- чий, дело может оказаться несравненно сложнее. Вопрос иног- да просто неразрешим, если рассматривать его всецело в рамках данного комплекса: «освобождение» от брака одного лица вместе с «крушением жизни» другого и т. п. Он решается опре- деленно лишь тогда, когда распадающая группировка берется

как часть системы более сложной и значительной, например семья как часть общества или коллектива сословного, клас- сового.

В обыденном сознании постановка вопроса бывает такова: «что лучше?» (сохранение или разрыв связи). Несознаваемый тектологический смысл этого выражения: в каком из двух случаев организованность выше? Определенность придается пояснением: для кого, для чего лучше; т. е. указывается та организационная единица, которая принимается при этом в расчет; одна ли сторона, другая ли, или еще более широкий, включающий их комплекс. И решение может оказаться совер- шенно различным в зависимости от выбора точки зрения. На- пример, развод для обеих сторон будет избавлением от тяжелых противоречий, но для общества, если его организация мещан- ско-консервативная,— подрывом его основ или устоев, источ- ником новых и более широких противоречий. Или, положим, раскол политической организации является желанным и непо- средственно выгодным для обеих разделяющихся частей, но для классового коллектива, органом которого она была, ока- жется нарушением единства его сознания и действий '.

' Нередко те же критерии выступают в замаскированном виде. Вопрос, например, о разводе рассматривается с точки зрения «нравственности», «дол- га», «чести» и т. п. Под этими понятиями скрываются организационные формы разных социальных систем. Так, феодальная «честь» есть норма организаци- онных отношений аристократического сословия, мещанский «долг» — норма отношений буржуазных классов. Разрыв брака может быть несогласием с феодальной честью потому, что он есть частичное разрушение семейно-родовой формы организации этого сословия; разрыв связи вассала с сюзереном, кото- рый его притесняет,— потому, что подрывает авторитарную сторону той же организации.

Вот иллюстрация еще из другой области — психических ассоциаций. В душе человека «борются» две группы стрем- лений: допустим, служить богу или мамоне. Встречаясь в од- ном поле сознания, т. е. в одном ассоциативном комплексе, они образуют ряд дезингрессии, в которых взаимно парали- зуется часть психических активностей. Решения возникающей таким образом организационной задачи могут быть различные в зависимости от всей суммы условий. В числе их бывает и та- кое, которое основано на разрыве непосредственной ассоциа- тивной связи между обеими группировками. По линиям наибо- лее полных дезингрессии происходит внедрение элементов ок- ружающей психической среды, которые и разъединяют оба комплекса, подобно тому как элементы физической среды разъединяют по линиям дезингрессии части распадающегося материального тела. Две системы стремлений все более отдаля- ются друг от друга и не сходятся в общем поле сознания: в одни моменты, часы, дни человек служит богу, «не думая» о мамоне, в другие — наоборот. Несомненно, что обе группировки непо-

средственно выигрывают от такого решения: их организован- ность повышается. Но связность психики в целом может и по- низиться благодаря этой двуполярной организации.

Народная тектология с ее символикой пословиц, притч и проч. много занималась вопросами разрыва связи. Ей, между прочим, не чужда и идея о том, что этот разрыв определяется внедрением между сторонами связи каких-то чуждых элемен- тов; о начале распадения дружбы, брака говорится: «пробе- жала черная кошка» между такими-то лицами. Но в общем, конечно, народная тектология ищет не объяснений фактов, а практических шаблонов, директив, которые могли бы одно- образно, так сказать механически, руководить действиями и мыслями людей.

С научно-тектологической точки зрения задача в такой постановке, очевидно, не может быть разрешена; существуют слишком различные комбинации организационных условий и соотношений. Поэтому научная тектология и должна устано- вить только методы для исследования всяких подобных комби- наций и для конкретного решения вопроса в каждом данном случае, а не готовые универсальные решения. Как же справ- лялась народная тектология со своей постановкой задачи? Она вырабатывала шаблоны, пригодные для возможно большего числа из возникающих в жизни общества случаев. И так как она складывалась главным образом в эпохи консервативных общественных организаций, враждебных всяким изменениям сложившихся отношений, то ее обычная тенденция — против разрыва связи: например, «худой мир лучше доброй ссоры», «вместе тесно, а врозь скучно»; или специально по отношению к браку: «стерпится — слюбится» и т. п. Несовершенство и недостаточность подобных формул для более развитых и слож- ных общественных форм не требуют особых доказательств.