Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Структура и динамика психического
.pdf
аналитическая психология и мировоззрение
несущественным: много шуму из ничего. Под эту категорию подпада
ет многое, но не все.
708 Ошибка, как уже говорилось, состоит в том, что так называемый
психоанализ имеет хотя и научную, но все же чисто рационалистическую
точку зрения на бессознательное. Говоря о влечениях, мы предполага
ем, что подразумеваем нечто известное, но на самом же деле мы судим
о чемто неведомом. В действительности, мы знаем только то, что из
темной сферы психики на нас оказываются воздействия, которые долж
ны быть каклибо восприняты сознанием, чтобы избежать тем самым
опустошительных нарушений других функций. Совершенно невозможно
сказать сразу, какую природу имеют эти воздействия, основываются ли
они на сексуальности, на стремлении к власти или на иных влечениях.
Просто они, как и само бессознательное, являются двойственными или
даже многозначными.
709 Я уже пояснял раньше, что хотя бессознательное и является хранилищем
для всего забытого, устаревшего и вытесненного содержания, но вме
сте с тем оно является и той сферой, где совершаются все подсозна
тельные процессы, например восприятия, которые слишком слабы,
чтобы достичь сознания; наконец, это та материнская почва, из кото
рой произрастает все психическое будущее. И если мы знаем, что в ре
зультате вытеснения неугодного желания его энергия может вмешаться
в функционирование других систем, то нам также известно, что если
ктото не может осознать новую, чуждую ему идею, то в результате
этого ее энергия направляется на другие функции, вызывая их наруше
ния. Я много раз наблюдал случаи, когда ненормальные сексуальные
фантазии неожиданно полностью исчезали в тот момент, когда осозна
валась новая мысль или новое содержание, или же когда мигрень вне
запно проходила после того, как стихотворение, пребывавшее дотоле
в бессознательном, переходило в план сознания. Так же, как сексуаль
ность может иносказательно выражаться в фантазии, так и творческая
фантазия может иносказательно выражаться через сексуальность. Как
однажды заметил Вольтер: «En étymologie n’importe quoi peut désigner
n’importe quoi»*, и мы то же самое должны сказать о бессознательном.
Во всяком случае, мы никогда не можем знать заранее, что есть что.
*
В этимологии бог весть что может означать бог весть что (франц.).
411
411
структура и динамика психического
В отношении бессознательного мы обладаем лишь даром постпозна
ния, причем о положении вещей в бессознательном невозможно знать
чтолибо a priori. Любой вывод о нем представляет собой допущение
«как представляется».
710 При таком положении вещей бессознательное представляется нам
большим иксом, в случае которого несомненно лишь то, что из него ис
ходят значительные воздействия. Обращение к истории мировых рели
гий показывает нам, сколь значительны эти воздействия в историческом
аспекте. Взглянув на страдания современного человека, мы увидим то
же самое. Только теперь мы несколько иначе их описываем. Пятьсот лет
назад говорили: «Она одержима дьяволом», теперь: «У нее истерия»;
раньше говорили: «Он заколдован», теперь это называют невротиче
ской диспепсией. Факты одни и те же, разве что прежнее объяснение
едва ли не более точно. Теперь у нас есть рационалистические обозначе
ния симптомов, которые, по сути, являются бессодержательными. Ведь
если я говорю, что ктото одержим злым духом, то тем самым я опи
сываю факт того, что данный человек, в сущности, не болен понасто
ящему, а страдает от невидимого душевного воздействия, с которым он
никак не может справиться. Этим невидимым Нечто является так на
зываемый автономный комплекс, бессознательное содержание, которое
находится вне пределов досягаемости сознательной воли. Анализируя
психологию невротических состояний, можно обнаружить так называ
емый комплекс, который ведет себя не так, как содержание сознания,
то есть подчиняется не нашим указаниям, но собственным законам;
другими словами, он является независимым, или, как мы говорим, ав
тономным. Он ведет себя словно гоблин, которого мы никак не можем
поймать. И если человек осознает комплекс — что и является целью
анализа,— то он, пожалуй, с облегчением скажет: «Ах, вот что меня
так беспокоило!» И повидимому, это позволяет достичь определен
ных рерультатов: симптом исчезает, комплекс, как говорится, разрешен.
Мы можем воскликнуть вместе с Гете: «Исчезните! Ведь я же разъяс
нил!» Но вместе с Гете мы должны и продолжить: «Мы так умны,—
а в Тегеле есть духи!»* Но нам, по крайней мере, открылось истинное
положение вещей; то есть мы понимаем, что этот комплекс вовсе не мог
*
Гете. Фауст / Пер. Н. Холодовского.
412
412
аналитическая психология и мировоззрение
бы существовать, если бы наша природа не наделила его скрытой ин
стинктивной энергией. Мне хотелось бы пояснить это утверждение
на небольшом примере.
711 Пациент страдает желудочными симптомами нервного характера, ко
торые заключаются том, что живот болезненно сводит, как при состо
янии голода. Анализ выявляет инфантильную тоску по матери, так на
зываемый материнский комплекс. Благодаря этому вновь обретенному
пониманию симптомы исчезают, но зато остается тоска, которая после
простой констатации того, что это не что иное, как инфантильный ма
теринский комплекс, не может утихнуть. То, что прежде было quasi фи
зическим голодом и физической болью, теперь становится душевным
голодом и душевной болью. Человек о чемто тоскует и знает, что свя
зывал эту тоску с матерью лишь по недоразумению. Существует факт
неутоленной пока тоски, а решение этой проблемы является значительно
более сложным, чем сведение невроза к материнскому комплексу. Тоска
является настойчивым требованием, мучительным ощущением пустоты,
про которое подчас можно просто забыть, но которое никогда не удастся
преодолеть силой воли. Она появляется снова и снова. Поначалу неиз
вестно, откуда она берется, пожалуй, даже и непонятно, о чем, собствен
но, человек тоскует. Можно многое предполагать, но единственное, что
можно констатировать с уверенностью,— это то, что по ту сторону мате
ринского комплекса — бессознательное Нечто выражает таким образом
свое требование, и, независимо от нашего сознания и нашей критики, оно
таким способом дает знать о себе снова и снова. Это Нечто и является
тем, что я назвал автономным комплексом. Он является источником ин
стинктивной энергии, которая сначала поддерживала инфантильное при
тязание на мать, а теперь вызывает невроз, так как «взрослое» сознание
вынуждено отклонять и вытеснять такое детское требование как непри
емлемое.
712 Все инфантильные комплексы в конечном счете сводятся к автоном
ным содержаниям бессознательного. Первобытная душа персонифици
ровала эти содержания, воспринимаемые как чужеродные и непонятные,
в духах, демонах и богах и пыталась с помощью сакральных и магиче
ских обрядов удовлетворять их требования. Признав тот факт, что этот
голод или жажду нельзя утолить ни едой, ни питьем, ни возвращением
в утробу матери, первобытный дух создал образы невидимых, ревнивых
413
413
структура и динамика психического
и притязательных существ, более влиятельных, сильных и опасных, не
жели человек, представителей невидимого мира, который все же столь
тесно переплетается с осязаемой реальностью, что некоторые духи оби
тают даже в горшках. Духи и колдовство — таковы причины болезней
первобытного человека. Автономные содержания спроецировались у не
го на эти сверхъестественные фигуры. Наш мир, напротив, полностью
освобожден от демонов, но автономные содержания и их требования
остались. Отчасти они выражают себя в религиях, но чем более послед
нии рационализируются и чем более бессодержательными становятся —
а это почти неизбежная их судьба,— тем запутаннее и таинственнее
становятся пути, по которым к нам все же доходят содержания бессозна
тельного. Одним из самых обычных путей является невроз, хотя пона
чалу это казалось наименее вероятным. Под неврозом обычно понимали
только неполноценность, медицинскую quantité négligeable*. Но как мы
видим, это совершенно неверно! Ибо за неврозом скрываются те мощ
ные психические воздействия, которые лежат в основе нашей духовной
установки и ее самых значимых, направляющих идей. Рационалисти
ческий материализм — это, повидимому, вполне внушающее доверие
направление — представляет собой психологическую антитезу мисти
цизму. Материализм и мистицизм являются не чем иным, как психоло
гической парой противоположностей, точно так же, как атеизм и теизм.
Это враждующие братья, два различных метода, призванные какимто
образом справиться с доминирующими бессознательными влияниями:
один путем их отрицания, другой — осознания.
713 Поэтому если от меня требуется назвать самое существенное из того,
что аналитическая психология могла бы добавить к нашему мировоззре
нию, то это будет знание о существовании бессознательных содержаний,
выдвигающих очевидные требования или оказывающих влияния, с кото
рыми volens nolens должно иметь дело сознание.
714 Наверное, все мои предыдущие рассуждения показались бы неудов
летворительными, если бы названное мною автономным содержанием
бессознательного Нечто я оставил без определения и не сделал бы, по
крайней мере попытки изложить то, что наша психология эмпирическим
путем установила в отношении этих содержаний.
*
Ничтожно малая величина (франц.).
414
414
аналитическая психология и мировоззрение
715 Если бы, как считает психоанализ, проблема получила окончательное
и удовлетворительное решение, например, достигнуто понимание, что
причиной тоски является изначальная, инфантильная зависимость от ма
тери, то вместе с таким выводом должно было бы также наступить и об
легчение. Некоторые инфантильные зависимости действительно исчеза
ют при доскональном их осознании. Но этот факт не должен склонять
нас к мысли, что так происходит во всех случаях. Всегда нечто остается
за скобками, иногда, повидимому, настолько малое, что можно считать
случай практически исчерпанным, но порой остаток бывает настолько
велик, что ни пациент, ни врач недовольны результатом вплоть до того,
что появляется ощущение, будто вообще ничего не было сделано. Кро
ме того, мне приходилось лечить многих пациентов, которые осознавали
причины своих комплексов вплоть до деталей, однако скольнибудь су
щественным образом это осмысление им не помогало.
716 Причинное объяснение может быть относительно удовлетворитель
ным в научном отношении, но само по себе оно все же психологически не
совсем исчерпывающе, поскольку попрежнему ничего не известно о це
ли, лежащей в основе инстинктивной энергии, например о смысле тоски,
и столь же непонятно, что с этим надо делать. Даже если я уже знаю,
что причиной эпидемии тифа является зараженная вода, загрязненный
источник остается все таким же, как и прежде. Поэтому удовлетвори
тельный ответ будет дан только тогда, когда мы узнаем, что представля
ет собой это Нечто, которое вплоть до зрелого возраста сохраняло живой
инфантильную зависимость, и на что это Нечто нацелено.
717 Если бы человеческий дух от рождения был абсолютной tabula rasa*,
то этих проблем не существовало бы, потому что тогда в душе не было
бы ничего иного, кроме того, что было ею приобретено или в нее вложе
но. Однако в индивидуальной человеческой душе имеется много такого,
что никогда не было ею приобретено, поскольку человеческая душа из
начально не есть tabula rasa, так же как любой человек не обладает со
вершенно уникальным и единственным в своем роде мозгом. Он рож
дается с мозгом, который является результатом развития бесконечных
поколений предков. Этот мозг во всей своей сложности формируется у
каждого эмбриона и, начав функционировать, непременно породит те же
*
Чистая доска (лат.).
415
415
структура и динамика психического
результат ы, кото рые бесчисленное множество раз до него уже продуци
ровались в ряду предков. Вся анатомия человека является унаследован
ной, она идентична конституции его предков, и его организм непременно
будет функционировать таким же образом, как и у предыдущих поколе
ний. Поэтому вероятность возникновения чегото нового, существенно
отличающегося от прежнего, бесконечно мала. Следовательно, все те
факторы, которые были существенны для наших близких и далеких пред
ков в силу их соответствия унаследованной органической системе, будут
существенны также и для нас. Они могут являться даже необходимыми
и заявлять о себе в виде потребностей.
718 Не стоит опасаться, что я буду говорить об унаследованных пред
ставлениях. Я далек от этой мысли. Автономные содержания, или доми
нанты бессознательного, как я их называл,— это не врожденные пред
ставления, а врожденные возможности, даже потребности воссоздания
тех представлений, которые с давних пор через них выражались. Разуме
ется, каждая религия на земле и каждое время имеют свой особый язык,
который может бесконечно варьироваться. Однако если в мифологии ге
рой побеждает дракона, рыбу или какоенибудь другое чудовище, то это
различие не столь существенно; фундаментальный мотив остается одним
и тем же и является достоянием всего человечества, а не изобретением
того или иного региона либо эпохи.
719 Таким образом, каждому человеку от рождения присуща сложная
организация души, которая отнюдь не есть tabula rasa. Даже для самой
дерзкой фантазии духовной наследственностью очерчены определенные
границы, а сквозь вуаль самой необузданной фантазии мерцают доми
нанты, с древних времен свойственные человеческому Духу. Мы крайне
изумляемся, обнаруживая, что фантазии душевнобольного порой почти
идентичны фантазиям первобытного человека. Однако было бы гораздо
удивительнее, если бы это было не так.
720 Я назвал сферу нашего психического наследия коллективным бес
сознательным. Содержания же нашего сознания все мы приобрели ин
дивидуально. Если бы человеческая психика состояла из одного лишь
сознания, в ней не было бы ничего, что не возникло бы исключительно
в течение индивидуальной жизни. В этом случае мы напрасно искали бы
какиенибудь обстоятельства и влияния, стоящие за простым родитель
ским комплексом. В конечном итоге все сводилось бы к отцу и матери,
416
416
аналитическая психология и мировоззрение
потому что они являются первыми и единственными фигурами, которые
воздействовали на нашу сознательную психику. В действительности же
содержания нашего сознания возникли не только благодаря воздействию
индивидуального окружения; на них также влияло и располагало их в оп
ределенном порядке наше психическое наследие, коллективное бессозна
тельное. Разумеется, образ индивидуальной матери впечатляющ, но это
во многом объясняется бессознательной предрасположенностью, то есть
наличием врожденного образа, обязанного своим существованием тому
обстоятельству, что мать и ребенок всегда находились в симбиотическом
отношении. Если мать в том или ином смысле не справляется со своими
обязанностями, возникает ощущение потери, то есть ее несоответствия
требованиям коллективного образа матери. Инстинкт здесь, так сказать,
оказывается в проигрыше. Очень часто в результате возникают невроти
ческие расстройства или, по крайней мере, формируются определенные
характерологические особенности. Если бы не существовало коллектив
ного бессознательного, путем воспитания можно было бы достичь чего
угодно: не нанеся вреда, превратить человека в одушевленную машину
или взрастить идеал. Однако подобные попытки наталкиваются на жест
кие ограничения, ибо доминанты бессознательного предъявляют почти
невыполнимые требования.
721 Следовательно, если в случае с пациентом, страдающим невроти
ческой диспепсией, я должен точно охарактеризовать, что представляет
собой это Нечто, выходящее за рамки личного материнского комплекса
и вызывающее столь же неопределенную, сколь и мучительную тоску,
то ответ будет звучать следующим образом: это коллективный образ ма
тери, не конкретной матери пациента, а просто Матери.
722 Но меня могут спросить: почему этот коллективный образ вызыва
ет такую тоску? Ответить на данный вопрос нелегко. Но если бы мож
но было непосредственно себе представить, чем является и что означает
этот коллективный образ, который я, используя специальный термин,
назвал архетипом, то тогда понять его действие было бы просто.
723 Чтобы это пояснить, я хотел бы привести следующее соображение:
отношение матьребенок всегда является самым глубоким и самым важ
ным из тех, что мы знаем; ведь какоето время ребенок являлся, скажем
так, частью материнского тела! Позже он на долгие годы остается не
отьемлемой составляющей душевной жизни матери, и, таким образом,
417
417
структура и динамика психического
все, что приобретает ребенок, нерасторжимо слито с образом матери.
Это верно не только для отдельного случая, но и подтверждается исто
рически. Это неотъемлемое наследие наших предков, жизненно важная
истина, столь же непреложная, как взаимоотношения полов. Разумеется,
архетип, коллективноврожденный образ матери, обладает той же притя
гательной силой, которая побуждает ребенка инстинктивно цепляться за
свою мать. С годами человек естественным образом отходит от матери,
предполагая, что он больше не находится в примитивном состоянии, ко
торое чуть ли не сходно с животным, а уже достиг определенной созна
тельности и вместе с тем определенной культуры — но не от архетипа,
что столь же естественно. Если в жизни он руководствуется исключи
тельно инстинктами, у него не будет выбора, так как свобода воли всегда
предполагает наличие сознания. Его жизнь будет протекать по бессозна
тельным законам, и он не сможет отойти от архетипа. Но если сознание
все же действует, то сознательное содержание всегда одерживает верх
над бессознательным, в результате чего возникает иллюзия, что при от
делении от матери некто всего лишь перестал быть ребенком для этой
конкретной женщины. Ведь сознанию известны лишь индивидуально
приобретенные содержания, и поэтому оно знает только индивидуаль
ную мать и не подозревает о том, что она вместе с тем является также
и персонификацией архетипа, так сказать, «вечной» матери. Но сепара
ция от матери является удовлетворительной только в том случае, если это
отделение также и от архетипа. Разумеется, то же самое касается отделе
ния от отца.
724 Естественно, возникновение сознания и вместе с тем относитель
ной свободы воли обусловливает возможность отступления от архети
па и тем самым от инстинкта. Это приводит к диссоциации между со
знанием и бессознательным, в результате чего начинается ощутимое,
а в большинстве случаев и весьма неприятное действие последнего, вы
ражающееся в появлении внутренних бессознательных ограничений, про
являющихся в симптомах, то есть косвенно. В конечном итоге возникают
ситуации, при анализе которых кажется, будто бы отделения от матери
попрежнему не произошло.
725 Хотя первобытный разум и не понимал этой дилеммы, он все же
ясно ее ощущал и поэтому сопроводил переход от детства к взрослому
возрасту крайне важными обрядами — ритуалами возмужания и пос
418
418
аналитическая психология и мировоззрение
вящения в мужчины, имеющими вполне разумную цель — магическим
образом осуществить отделение от родителей. Это мероприятие было
бы совершенно излишним, если бы отношение к родителям тоже не вос
принималось бы как магическое. Однако магическим является все, к че
му причастны бессознательные влияния. Такие обряды имеют целью
не только отделение от родителей, но и переход человека во взрослое
состояние. Для этого нужно, чтобы не возникало тоски по детству,
то есть чтобы требования ущемленного архетипа удовлетворялись. Это
достигается тем, что внутренняя связь с родителями отныне замещается
другой связью — с кланом и племенем. Чаще всего этой цели служат
определенные клеймения тела, такие как обрезание и шрамы, а также
мистические наставления, которые молодой человек получает в ходе об
рядов инициации. Нередко такие обряды имеют откровенно жестокий
характер.
726 Таким способом первобытный человек в силу неизвестных ему са
мому причин считает необходимым удовлетворять требования архетипа.
Ему недостаточно простого отделения от родителей — ему требуется на
глядная церемония, принимающая форму жертвоприношения тем силам,
которые способны удержать молодого человека. Это ясно показывает
нам силу архетипа: он заставляет первобытного человека противостоять
природе, чтобы не оказаться в ее власти. Пожалуй, это является началом
всей культуры, неизбежным следствием сознательности и предоставляе
мой ею возможности уклоняться от бессознательного закона.
727 Нашему миру эти вещи давно уже стали чуждыми, но вместе с тем
природа отнюдь не лишилась своей власти над нами. Единственное, чему
мы научились,— это недооценивать ее. Но как только встает вопрос
о том, каким образом мы должны противостоять воздействию бессозна
тельных содержаний, мы сразу же оказываемся в затруднительном по
ложении. Ведь для нас уже не может быть и речи о первобытных об
рядах — это было бы искусственным и крайне неэффективным шагом
назад. Для этого мы уже слишком критичны и психологичны. Если бы
ктонибудь предложил мне ответить на этот вопрос, то я был бы оза
дачен. По этому поводу я могу сказать лишь одно: я давно наблюдаю
те пути, на которые инстинктивно вступают многие мои пациенты для
удовлетворения требований своего бессознательного. Разумеется, я
вышел бы далеко за рамки доклада, если бы решил рассказать о своих
419
419
структура и динамика психического
наблюдениях. Поэтому я вынужден отослать читателя к специальной ли
тературе, где данный вопрос обсуждается подробно1.
728 Если бы этим докладом мне удалось поспособствовать пониманию
того, что в нашей бессознательной душе попрежнему действуют те
силы, которые человек издавна проецировал вовне в образе богов и ко
торым приносил жертвы, я был бы этим весьма доволен. Благодаря та
кому пониманию нам бы удалось доказать, что разнообразные религиоз
ные учения и убеждения, которые с давних времен играли столь важную
роль в истории человечества, не сводятся к произвольным измышлениям
и воззрениям отдельных людей, а своим происхождением в большей сте
пени обязаны существованию влиятельных бессознательных сил, кото
рыми нельзя пренебрегать без угрозы нарушения душевного равновесия.
Приведенный мною пример материнского комплекса является, конечно,
лишь одним из многих случаев. Архетип матери представляет собой част
ный случай, и к нему можно было бы легко добавить целый ряд других
архетипов. Такое множество бессознательных доминант объясняет мно
гообразие религиозных представлений.
729 Все эти факторы попрежнему действуют в нашей душе, сменились
лишь их выражения и оценки, но не их фактическое существование и ак
тивность. Тот факт, что теперь мы понимаем их как психические вели
чины, является новой формулировкой, новым выражением, которое, воз
можно, даже позволит обнаружить пути, на которых может возникнуть
новое к ним отношение. Я считаю, что эта возможность весьма значима,
поскольку коллективное бессознательное — это отнюдь не темный за
куток нашей души, но громадное хранилище сложившегося за бесчис
ленные миллионы лет опыта предков, отголосок доисторических собы
тий, к которому каждое столетие добавляет несоизмеримо малую сумму
вариаций и дифференциации. Поскольку коллективное бессознательное
в конечном счете является отпечатком всеобщего процесса развития, за
печатленного в структуре мозга и симпатической нервной системы, то в
целом оно представляет собой нечто вроде вневременного, так сказать,
вечного образа мира, противостоящего нашей сиюминутной сознатель
ной картине мира. Это другой, если угодно, зеркальный мир. Но в от
личие от простого зеркального образа, бессознательный образ обладает
особой, независимой от сознания энергией, благодаря которой он может
оказывать на нас сильнейшие воздействия, которые незаметны снаружи,
420
420
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]