Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Структура и динамика психического

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
08.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
☆



689 Немецкое слововыражение Weltanschauung* вряд ли можно пере
вести на другой язык. Исходя из этого обстоятельства, можно признать, что оно имеет своеобразную психологическую особенность: оно выража ет не только понятие мира — пожалуй, такое слово можно было бы пе ревести без особых проблем,— но вместе с тем также и то, как на мир смотрят. Слово «философия» хотя и несет в себе сходный смысл, однако оно ограничено интеллектуальной сферой, тогда как Weltanschauung, пе реведенное как «мировоззрение», охватывает все виды установок к миру, включая философскую. Так, существуют эстетическое, религиозное, иде алистическое, реалистическое, романтическое, практическое мировоз зрения, и это лишь некоторые из возможных вариантов. В этом смысле можно было бы определить мировоззрение как установку, сформулиро ванную и выраженную в понятиях.
690 Что в этом случае следует понимать под установкой? Установ
ка — это психологическое понятие, которое характеризует ориентацию психических содержаний в соответствии с определенной целью или ру ководящим принципом. Если мы сравним наши психические содержания с войском, а различные формы установки — с их боевым расположени ем, то внимание, например, можно было бы представить как состояние полной боеготовности армии, окруженной группами разведчиков. Как только силы и позиция неприятеля становятся известны, состояние из меняется: войско начинает движение в направлении определенной цели.
*
Мировоззрение (нем.).
401401
структура и динамика психического
Абсолютно таким же образом изменяется психическая установка. В то время как в состоянии простого внимания ведущей идеей было воспри ятие, причем собственно мыслительная работа, так же как и остальные субъективные содержания, насколько это возможно, были подавлены, то теперь, при переходе в действующую установку, в сознании появля ются субъективные содержания, состоящие из представления о цели и из импульсов к действию. И подобно тому, как в армии есть команду ющий и генеральный штаб, психическая установка также имеет общую направляющую идею, которая поддерживается и обосновывается обшир ным материалом, таким, как опыт, принципы, аффекты и т.п.
691 Надо сказать, что никакое человеческое действие не является прос
то изолированной реакцией на определенный раздражитель — любая наша реакция или любое наше действие осуществляется под влиянием сложных психических предусловий. Если снова воспользоваться воен ной метафорой, то мы могли бы сравнить эти процессы с работой глав ного штаба. Для простых солдат это выглядит так, будто бы они обо ронялись, потому что их атаковали, или же они перешли в наступление, потому что увидели врага. Наше сознание всегда склонно играть роль обычного солдата и верить в простоту своего действия. В действитель ности же сражение происходит в данном месте и в данный момент пото му, что имеется общий план наступления, в соответствии с которым сол даты уже за несколько дней до этого были переброшены сюда. А этот общий план опятьтаки является не просто реакцией на сообщения разведчиков, но результатом творческой инициативы командующего, обусловленной действиями врага, а, возможно, также и неизвестными простому солдату совершенно невоенными, политическими мотивами. Эти последние факторы имеют очень сложную природу и лежат далеко за рамками понимания солдата, если они вообще ясны даже самому ко мандиру. Но и ему тоже неизвестны определенные факторы, а именно его личные диспозиции с их сложными предпосылками. Таким образом, действия армии определяются простой и единой командой, которая, однако, является результатом взаимного влияния необозримо сложных факторов.
692 Психический акт совершается на основе столь же сложных пред
посылок. При всей простоте импульса любая его особенность, его сила и направление, его временное и пространственное течение, его цель
402
402
аналитическая психология и мировоззрение
и т. д. основываются на особых психических предпосылках, другими словами, на установках; в свою очередь, установка состоит из констел ляции содержаний, многообразие которых вряд ли можно оценить. «Я» является главнокомандующим, его рассуждения и решения, его доводы и сомнения, его намерения и ожидания — генеральным штабом, а его за висимость от внешних факторов аналогична зависимости командующего от непредсказуемых влияний армейской верхушки и закулисных полити ческих махинаций.
693 Пожалуй, мы не очень перегрузим наше сравнение, если включим
в его рамки также и отношение человека к миру — человеческое «Я» в качестве командующего небольшой армией, борющейся с окружающем ее внешним миром, нередко воюющей на два фронта: на переднем фланге борьба за существование, на заднем — борьба против собственной мя тежной инстинктивной природы. Даже не будучи пессимистом, каждый из нас согласится с тем, что наше бытие ощущается скорее как борьба, чем как чтолибо другое. Нам всем недостает гармонии, и если достиг нуто согласие с миром и с самим собой, то это примечательное событие. Постоянно пребывая в более или менее хроническом состоянии войны, мы нуждаемся в тщательно организованной установке, а если нам все же удалось достичь устойчивого состояния душевного покоя, то наша уста новка должна быть еще более развитой, чтобы оно сохранилось хотя бы ненадолго. Ведь душе намного легче находиться в постоянном движении, в гуще событий, чем пребывать в длительном состоянии равновесия, так как в этом случае — каким бы возвышенным и комфортным это состо яние ни было — ей грозит удушье и невыносимая скука. Поэтому мы не ошибемся, если предположим, что скольлибо продолжительные состоя ния душевного умиротворения — то есть бесконфликтный, безоблачный, созерцательный и гармоничный настрой — всегда основываются на осо бенно развитых установках.
694 Наверное, вызывает удивление, что я предпочитаю говорить об «ус
тановке», а не о «мировоззрении». Простонапросто понятие «установ ка» позволяет мне оставить в стороне вопрос, о каком мировоззрении, сознательном или бессознательном, идет речь. Можно быть собствен ным главнокомандующим и успешно вести борьбу за существование вовне и внутри себя и даже добиться относительно устойчивого состо яния мира, не обладая сознательным мировоззрением. Но этого нельзя
403
403
структура и динамика психического
достичь без установки. Мы можем говорить о мировоззрении, пожалуй, только в том случае, если сделана хоть скольконибудь серьезная попыт ка абстрактно или наглядно сформулировать свою установку, определить для самого себя, почему и для чего мы так поступаем и так живем.
695 Но зачем тогда нужно мировоззрение — спросят меня,— если без
него и так хорошо? Однако с таким же основанием можно было бы спро сить: зачем же сознание, если хорошо и без него? Ибо что такое, в конце концов, мировоззрение? Это не что иное, как расширенное и углублен ное сознание! Причина того, что сознание существует и стремится к рас ширению и углублению, очень проста: без сознания хуже. Очевидно, по этому матьприрода и соблаговолила произвести на свет сознание, самое удивительное из всех ее причудливых творений. Почти бессознатель ный первобытный человек тоже может приспособиться и утвердиться, но только в своем первобытном мире, и поэтому при других обстоятель ствах ему грозят бесчисленные опасности, которых мы играючи избегаем на более высокой ступени сознания. Разумеется, более развитому созна нию, в свою очередь, приходится сталкиваться с опасностями, которые первобытному человеку даже не снились, но все же остается фактом, что землю покорил сознательный человек, а не бессознательный. Решать, является ли это благом или катастрофой в конечном и надчеловеческом смысле — не наше дело.
696 Развитое сознание обусловливает мировоззрение. Любое осознание
причин и целей является ростком мировоззрения. Любое накопление опыта и знаний знаменует собой еще один шаг в развитии мировоззре ния. А создавая образ мира, мыслящий человек изменяет одновременно и самого себя. Человек, для которого Солнце попрежнему вращается вокруг Земли, иной, нежели тот, для кого Земля является спутником Солнца. Недаром мысль Джордано Бруно о бесконечности пространс тва представляет собой одно из важнейших начал современного созна ния. Человек, космос которого висит в эмпирее, совершенно не похож на того, чей дух озарен видением Кеплера. Тот, кто сомневается, сколь ко будет дважды два, не такой, как тот, для которого нет ничего более убедительного, чем априорные истины математики. Другими словами, отнюдь не безразлично, есть ли у человека мировоззрение вообще и если есть, то каково оно, потому что не только мы создаем картину мира — она, со своей стороны, тоже нас изменяет.
404
404
аналитическая психология и мировоззрение
697 Представление, которое складывается у нас о мире, является обра
зом того, что мы называем миром. Именно на этот образ со всеми его особенностями мы ориентируемся в процессе своего приспособления. Как уже говорилось, это происходит бессознательно. Простой солдат в окопах не посвящен в подробности деятельности генерального шта ба. Правда, мы являемся сами себе генеральными штабами, равно как и главнокомандующими. Однако для того чтобы переключить сознание с сиюминутных, возможно даже неотложных, занятий на более общие проблемы установки, почти всегда необходимо волевое решение. Если же мы того не делаем, то тем самым оставляем нашу установку бессозна тельной и становимся обладателями уже не мировоззрения, а всего лишь бессознательной установки. Если не отдавать себе в этом отчета, то ос новные причины и цели остаются бессознательными и кажется, что все происходит очень просто, само собой. В действительности же на заднем плане протекают сложные процессы, причем направляющие их причины и цели имеют свои особенности. Существует немало ученых, стремящих ся не иметь мировоззрения, потому что это якобы ненаучно. Но, по всей видимости, этим людям не совсем ясен истинный смысл их действий. На самом же деле они таким образом умышленно оставляют сами себя в неведении относительно своих направляющих идей, другими словами, за держивают себя на более низкой, первобытной ступени сознания, не со ответствующей их возможностям. Не всякие критика и скепсис явля ются выражением интеллекта, а скорее наоборот; особенно тогда, когда скепсисом прикрываются, чтобы прикрыть недостаток в мировоззрении. Еще чаще людям не хватает для этого скорее морального мужества, чем интеллекта, ведь видеть мир означает также видеть себя самого, а для этого необходима недюжинная смелость. Поэтому отсутствие мировоз зрения пагубно в любом случае.
698 Обладать мировоззрением — значит создать образ мира и самого
себя, знать, что есть мир и кто есть я. Но нельзя понимать это букваль но. Никто не может знать, что такое мир или же кем является он сам. Но cum grano salis* это будет значить: максимально возможное позна ние, требующее мудрости и не терпящее необоснованных предположе ний, произвольных утверждений, авторитарных мнений. Такое познание
*
С известной оговоркой (лат.).
405
405
структура и динамика психического
опирается на хорошо обоснованные гипотезы, с учетом того, что всякое знание ограниченно и подвержено заблуждениям.
699 Если бы образ мира, создаваемый нами, не влиял на нас самих,
то можно было бы вполне довольствоваться какойнибудь красивой и приятной иллюзией. Однако самообман отдаляет нас от реальности, делает нас глупыми и неадекватными. Изза того что мы сражаемся с иллюзиями, превосходящие силы реальности одолевают нас. Именно поэтому столь важно обладать тщательно обоснованным и разработан ным мировоззрением.
700 Мировоззрение — это гипотеза, а не предмет веры. Мир изменяет
свое лицо — tempora mutantur et nоs mutamur in illis* — ведь он познава ем для нас лишь в виде нашего внутреннего психического образа, и, ког да образ меняется, не всегда легко понять, что изменилось — только мир, или только мы, или же вместе с миром изменились и мы сами. Об раз мира может измениться в любой момент, как и наше представление о самих себе. Каждое новое открытие, каждая новая мысль могут при дать миру новый облик. С этим надо обязательно считаться; иначе мы неожиданно окажемся в безнадежно устаревшем мире, а сами превра тимся в старомодный пережиток более низкой ступени сознания. Каж дый человек рано или поздно исчерпывает себя, однако жизненно важно отодвигать этот момент как можно дальше, а это возможно лишь в том случае, если мы не позволим застыть нашему образу мира. Каждую но вую мысль необходимо оценивать на предмет того, какой вклад вносит она в нашу картину мира.
701 Приступая теперь к обсуждению проблемы соотношения аналитиче
ской психологии и мировоззрения, я хочу подчеркнуть, что я буду делать это именно с обозначенной выше позиции, то есть искать ответ на воп рос: привносят ли знания, добытые аналитической психологией, чтолибо новое в наше мировоззрение или же нет? Для того чтобы наши рассуж дения были конструктивными, мы прежде всего должны определить, чем по своей сути является аналитическая психология. Этим термином я определяю особое направление психологии, которое занимается глав ным образом так называемыми комплексными душевными феноменами, в отличие от физиологической или экспериментальной психологии, стре
*
Времена меняются, и мы меняемся вместе с ними (лат.).
406
406
аналитическая психология и мировоззрение
мящейся, насколько это возможно, разложить комплексные феномены на их элементы. Обозначение «аналитическая» объясняется тем фактом, что это направление психологии развилось из первоначального фрейдов ского психоанализа. Фрейд отождествил психоанализ со своей теорией сексуальности и вытеснения и тем самым возвел их в доктрину. Поэто му, когда речь идет о теоретических вопросах, а не о чисто технических задачах, я стараюсь избегать использования слова «психоанализ».
702 Фрейдовский психоанализ представляет собой, прежде всего, техни
ку, позволяющую нам вновь возвращать сознанию так называемые вы тесненные, ставшие бессознательными содержания. Эта техника являет собой терапевтический метод толкования и лечения неврозов. В его ос нове лежит представление о неврозах как о результате воздействия опре деленного рода морального отвращения, развивающегося под влиянием воспитания, которое вытесняет из сознания и делает бессознательными неприятные воспоминания и тенденции, так называемые несовместимые содержания. Рассмотренная подобным образом бессознательная душев ная деятельность — так называемое бессознательное — представляется главным образом как receptaculum всех тягостных для сознания содержа ний, а также всех забытых впечатлений. Но, с другой стороны, нельзя не учитывать, что несовместимые содержания как раз и проистекают из бес сознательных влечений, то есть бессознательное не просто является хра нилищем — оно порождает эти не принимаемые сознанием вещи. Но мы здесь можем сделать еще один шаг и сказать: бессознательное продуци рует вообще все новые содержания. Все, что когдалибо было порождено человеческим духом, в конечном счете произошло из содержаний, ухо дящих своими корнями в бессознательное. Если Фрейд особый акцент сделал на первом аспекте, то я, не отрицая первого, выделил последний. Хотя способность человека обходить неприятности и по возможности избегать их, а потому охотно забывать то, что ему не нравится,— факт весьма существенный, мне все же представляется намного более важным установить, в чем, собственно, состоит позитивная деятельность бессозна тельного. Рассмотренное с этой стороны, бессознательное представляется совокупностью всех находящихся in statu nascendi* душевных содержаний. Эта несомненная функция бессознательного нарушается в основном
*
На стадии возникновения (лат.).
407
407
структура и динамика психического
вследствие вытеснения содержаний из сознания, и это нарушение ес тественной деятельности бессознательного является, пожалуй, важным источником так называемых психогенных заболеваний. Наверное, бес сознательное можно понять лучше всего, если толковать его как естес твенный орган со своей специфической продуктивной энергией. Если изза вытеснения его продукты не воспринимаются сознанием, то воз никает нечто вроде запруживания, неестественной помехи целесообраз ной функции, точно так же, как если бы была создана преграда на пути оттока в кишечник естественного продукта функции печени — желчи. В результате вытеснения возникают неправильные психические оттоки. Как желчь попадает в кровь, так и вытесненное содержание иррадииру ет в другие душевные и физиологические области. При истерии, прежде всего, нарушаются физиологические функции, при других неврозах, та ких, как фобии, обсессии и неврозы навязчивых действий, главным об разом нарушаются душевные функции, включая сновидения. И если по телесным симптомам истерии и душевным симптомам других неврозов (а также психозов) можно судить о воздействии вытесненных содер жаний, то подобное можно сделать и в отношении сновидений. Сама по себе способность видеть сны является нормальной функцией, но вследст вие запруживания она может нарушаться точно так же, как и про чие функции. Фрейдовская теория сновидений рассматривает и даже объясняет сновидения только под этим углом зрения, как будто они не могут быть ни чем иным, кроме как симптомами. Как известно, подоб ным же образом психоанализ трактует и другие проявления душевной активности, например произведения искусства, хотя совершенно ясно, что художественное произведение является не симптомом, а подлинным творением. Творческая деятельность может быть понята только через ее собственные качества. Если же она понимается как патологическое не доразумение, которое объясняется так же, как невроз, то такая попытка объяснения приводит к достойному сожаления курьезу.
703 То же самое справедливо и в отношении сновидения. Оно является
своеобразным творением бессознательного, и если его истолковывать исключительно в качестве симптома вытеснения, то таким образом оно только искажается и извращается; подобное объяснение бьет мимо цели.
704 Остановимся теперь ненадолго на результатах фрейдовского психо
анализа. В его теории человек представляется инстинктивным сущест
408
408
аналитическая психология и мировоззрение
вом, которое сталкивается с разного рода барьерами в виде нравственных заповедей, установленных законом и его собственным разумом; поэтому он вынужден вытеснять определенные влечения или их составляющие. Цель метода состоит в том, чтобы довести до сознания содержания этих влечений и с помощью сознательной коррекции сделать их вытеснение ненужным. Их чреватому риском высвобождению противопоставляется разъяснение, что они есть не что иное, как инфантильные фантазии — желания, которые легко можно подчинить себе разумным образом. Так же предполагается, что их можно «сублимировать», под этим техничес ким выражением понимается определенный способ их преобразования в целесообразную адаптивную форму. Если ктонибудь полагает, что это может произойти произвольно, то он, конечно, ошибается. Только край ние обстоятельства могут действенно воспрепятствовать реализации ес тественного влечения. Если же такой нужды или острой необходимости нет, «сублимация» является всего лишь самообманом, новым, на этот раз несколько более тонким вытеснением.
705 Есть ли в этой теории и в таком понимании человека чтолибо, на что
можно было бы обратить внимание как на способствующее формирова нию нашего мировоззрения? Я полагаю, вряд ли. Ведущей идеей толко вательной психологии фрейдовского психоанализа является хорошо из вестный рационалистический материализм минувшего XIX века. Он не создает новой картины мира, а поэтому также и другой установки чело века к миру. Нельзя, однако, забывать, что теории влияют на установку лишь в самых редких случаях. Гораздо более действенными оказываются чувства. Действительно, мне не доводилось видеть, чтобы сухое теоре тическое изложение вызывало чувства. Я мог бы привести очень под робную статистику по тюрьмам, но мой читатель при этом заснул бы. Однако если я проведу его по тюрьме или по психиатрической лечебни це, то он не только не уснет, он получит глубокое впечатление. Учение ли сделало Будду тем, кем он стал? Нет, его душу воспламенило зрелище старости, болезни и смерти.
706 Таким образом, частично односторонние, частично ошибочные воз
зрения фрейдовского психоанализа, в сущности, ничего нам не дают. Но если мы ознакомимся с психоаналитическим разбором конкретных случаев невроза и посмотрим, какой вред причиняют так называемые вы теснения, к каким разрушениям приводит пренебрежение важнейшим и
409
409
структура и динамика психического
инстинктивными процессами, то мы испытаем, мягко говоря, сильное впечатление. Каждая человеческая трагедия в определенной мере явля ется следствием этой борьбы Я с бессознательным. Кто хоть раз ощутил ужас тюрьмы, психиатрической больницы или приюта для престарелых, тот под впечатлением увиденного существенно обогатит свое мировоз зрение. То же самое произойдет с ним, если он бросит взгляд в бездну человеческого страдания, открывающуюся за неврозом. Сколько раз я слышал возгласы: «Ведь это ужасно! Кто бы мог подумать!» Действи тельно, нельзя отрицать, что всякий раз, когда пытаешься исследовать с должной добросовестностью и обстоятельностью структуру невроза, испытываешь от деятельности бессознательного сильнейшее впечатление. Показ комулибо трущоб Лондона тоже бывает благим делом, и тот, кто их увидел, знает больше того, кто их не видал. Но это всего лишь силь ное потрясение, а вопрос: «Что нужно с этим делать?» — попрежнему остается без ответа.
707 Психоанализ сбросил покров с фактов, которые были известны лишь
немногим, и даже сделал попытку с этими фактами работать. Но ка кой установкой он для этого располагает? Является ли установка пси хоанализа новой, другими словами, оказалось ли огромное впечатле ние от него плодотворным? Изменил ли он образ мира и тем самым продвинул ли вперед наше мировоззрение? Мировоззрением психо анализа является рационалистический материализм — по сути, миро воззрение практической естественной науки. И мы чувствуем, что оно является неудовлетворительным. Если мы стихотворение Гете объяс няем его материнским комплексом, рассматриваем биографию Напо леона как случай мужского протеста, а судьбу Франциска — исходя из сексуального вытеснения, то нас постигает глубокое разочарование. Такое объяснение является недостаточным и не соответствует много значной действительности этих вещей. Куда деваются красота, вели чие и святость? Ведь это самые жизненные реальности, без которых человеческая жизнь была бы слишком пустой. Где правильный ответ на вопрос о причинах неслыханных страданий и конфликтов? В этом ответе, по крайней мере, должно было бы все же прозвучать нечто, что напомнило бы о величии страдания. Однако рассудочная установ ка рационализма, какой бы желательной она ни казалась, оставляет за скобками смысл страдания. Он отодвигается в сторону и объявляется
410
410
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]