Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Стратегии общей и частной теории текста. Часть 1. Монография
.pdf
В этой связи необходимо обратиться к теории Г. Гийома. Он
утверждал, что выбор речевой единицы для обозначения объекта речи
представляется как результат движения мысли, которая совершает его в
границах «общее – частное»: общее значение находится в языковой памяти
как обозначение общего понятия в полном объеме, частное – это то значение,
… которое требуется для сообщения в каждом конкретном случае [18, с. 47].
И это движение мысли во времени определяется таким фоновым
показателем, как степень владения человека языком, на котором он говорит.
На примере диалогического дискурса наглядно проявляется
прагматическая потребность согласования таких коммуникативных функций,
как получение информации [информирование] и функция взаимодействия с
адресатом, приводит к модификации исходной прототипической структуры
прямых вопросов и ответов в высказывания более сложной структуры с
помощью дискурсивных стратегий. Дискурсивные стратегии позволяют
сделать коммуникацию боле успешной и эффективной для каждого типа
дискурсивных взаимодействий. Владение дискурсивными стратегиями
составляет неотъемлемую часть культурно обусловленной коммуникативной
компетенции участников процесса межкультурной коммуникации.
Отличительной чертой современного языкознания являются
разнонаправленные исследовательские устремления лингвистов и учёных,
которые изучают не только языковые законы, но и внеязыковые условия
общения, которые ранее были исключены из круга исследования, так как
считались внеязыковыми и потому не объективными.
Социальная предназначенность языка оказалась в фокусе внимания
лингвистов, что возродило интерес к прагматике.
Термин «прагматика» введён относительно недавно – в 30-х гг. 20 в.
Чарльзом Моррисом. Он разделил семиотику на семантику, изучающую
отношение знаков к объектам действительности, синтактику – раздел о
межзнаковых отношениях, и прагматику, исследующую отношение знаков к
их интерпретаторам, то есть к тем, кто пользуется знаковыми системами.
61
Таким образом, прагматика изучает поведение знаков в реальных
процессах коммуникации.
Сам Ч. Моррис определяет прагматику, как «отношение говорящих к
тому, что они говорят и к языковым знакам, которые они при этом
используют» [13, с. 60].
История изучения прагматики диктует необходимость обращения к
словарным дефинициям этого явления, что поможет оценить, помимо
содержания термина «прагматика», основные подходы в этом
многоплановом направлении современного языкознания.
О. С. Ахманова дает следующее определение этого лингвистического
термина: «Один из планов или аспектов языка, выделяющий и исследующий
единицы языка в их отношении к тому лицу или лицам, которые пользуются
языком» [6, с. 344].
Другое определение прагматики признается исследователями как
значительно более содержательное и близкое к истинному смыслу
прагматики и находится под влиянием некогда весьма популярной теории
«лингвистической относительности» С. Пула и др.: «языковедческая
дисциплина, которая изучает воздействие языковых знаков и текстов на лиц,
пользующихся языком» [17, с. 202].
«Краткий справочник современного русского языка» дает следующую
дефиницию: «Слово характеризуется... также прагматикой [от греч. «дело»,
«действие»] – закрепленным в слове отношением говорящего к
действительности, к содержанию сообщения, к адресату» [12, с. 49]. Здесь
ощущается наибольшая отдаленность понятия прагматики от первичного
значения термина, введенного в научный обиход Ч. Моррисом [31].
С.В. Воронин, рассматривая фоносемантику как один из самостоятельных
разделов этимологии, разрабатывает и представляет операциональную
методику звукосимволизма [8].
Н.Д. Арутюнова в энциклопедической статье даёт следующее
определение лингвистического термина: «Прагматика (от греч. pragma –
62
дело, действие) – область исследований в семиотике и языкознании, в
которой изучается функционирование языковых знаков в речи» [22, с. 389].
Проведя анализ и обобщив существующие точки зрения на
определение понятия «прагматика», в данной работе принимается
дефиниция, предложенная О.С. Ахмановой, так как она наилучшим образом
соотносится с темой исследования.
Выделение и формирование прагматики, как области лингвистических
исследований, произошло совсем недавно – в 60-х – начале 70-х гг. 20 в. и
стимулировалось идеями Ч. Пирса. Полагается, что более точной точкой
отсчёта является 1970 год – время проведения Международного симпозиума
по прагматике естественных языков [32]. Существенное влияние на развитие
этой области языкознания оказали логико-философские теории речевых
актов Дж. Остина, Дж. Сёрла, З. Вендлера и др., а также прагматические
теории значения П. Грайса и прагматические теории референции
Л. Линского, Дж. Сёрла, П. Стросона и др.
Лингвистическая прагматика не имеет чётких контуров. В неё
включается комплекс вопросов, связанных с говорящим субъектом,
адресатом, их взаимодействием в коммуникации, ситуацией общения. В
фокусе лингвистического исследования оказываются отношения между
языковыми единицами и теми, кто их использует, а также условия
реализации языковых единиц, то есть составляющие речевой деятельности.
Прагматика также изучает речь в рамках общей теории человеческой
деятельности.
«Поскольку интерпретаторами большинства (а может быть, и всех)
знаков являются живые организмы, достаточной характеристикой
прагматики было бы указание на то, что она имеет дело с биотическими
аспектами семиозиса, иначе говоря, со всеми психологическими,
биологическими и социологическими явлениями, которые наблюдаются при
функционировании знаков», – писал Ч. Моррис [13, с. 63].
63
Эта мысль была продолжена Р. Столнейкером, утверждавшим, что
«прагматика – это наука, изучающая язык в его отношении к тем, кто его
использует» [34 , с. 380; 27, с. 419].
Выдвинув в качестве объединяющего принцип употребления языка
говорящими в коммуникативных ситуациях и прагматической компетенции
говорящих, прагматика охватила многие проблемы, имеющие длительную
историю изучения в рамках риторики и стилистики, коммуникативного
синтаксиса, теории и типологии речи и речевой деятельности, теории
коммуникации и функциональных стилей, социолингвистики,
психолингвистики, теории дискурса и др., с которыми прагматика имеет
обширные области пересечения исследовательских интересов. В ходе
развития прагматический синтаксис поставил ряд проблем, представляющих
интерес для смежных дисциплин. Здесь, прежде всего, следует отметить
вопросы соотношения семантики и прагматики в объяснении механизмов
функционирования языка, специфики их теоретических обобщений; новые
аспекты связи языка и сознания, языка и общей теории действий; разработку
концепции употребления на основе теоретико-игрового подхода;
использование результатов лингвистической прагматики в социальных
науках.
Можно считать, что область прагматического синтаксиса не имеет
чётких контуров. Прагматика ввела в научный обиход большое количество
фактов, ранее либо отвергнутых, либо вовсе не замечаемых лингвистикой.
Прагматический синтаксис придал этим фактам теоретический статус,
продемонстрировав их объяснительную силу по отношению к тем явлениям,
которые входят в компетенцию лингвистики.
Факты повседневного речевого обихода, хлынувшие в
лингвистическую прагматику, требуют, для того, чтобы стать подлинными
фактами, утверждения адекватной теорией, которая позволила бы отбирать
из бесконечного числа явлений, представляемых науке жизнью, те, которые
обладают действительно лингвистической ценностью.
64
Развитие современного языкознания характеризуется, как уже было
отмечено выше, перемещением центра исследовательских интересов с
анализа внутренней структуры языка на анализ коммуникативного аспекта
языка, его функционирования в процессе речевой деятельности.
Теоретически язык стал пониматься как один из видов человеческой
деятельности, которая совершается индивидуумом и направлена на
достижение определённых целей в рамках речевого акта.
Методологической основой теории речевых актов (ТРА) стали идеи
Л. Витгенштейна, который первым и выдвинул тезис о том, что язык есть не
что иное, как один из видов человеческой деятельности, как особая форма
человеческого существования.
Центральным понятием ТРА является понятие речевого акта, который
понимается как «…способ осуществления целенаправленных действий с
помощью языковых средств в процессе речепроизводства» [5, с. 5].
Очевидно, что речевой акт (РА) является и объектом исследования ТРА и
состоит в произнесении говорящими высказывания, адресованного
слушающему в определённой обстановке и с конкретной целью. В ТРА
субъект речевой деятельности понимается как абстрактный индивид,
являющийся носителем определённых психологических (намерение, знание,
эмоциональное состояние) и социальных (статус по отношению к
слушающему) характеристик.
В ТРА речевой акт рассматривается как трёхуровневое единство,
включающее три вида действий: локутивное, иллокутивное, перлокутивное.
Все три понятия, связанных с локуцией (локутивные силы, иллокутивные
силы, перлокутивный эффект) принадлежат Джону Остину. Понятие локуции
заключает в себе чисто физиологический процесс произнесения чего-либо с
помощью органов речи.
Предложения являются средством реализации различных речевых
актов и соотносятся с определённой коммуникативной интенцией (присущая
предложению направленность на разрешение определённой языковой задачи
65
общения) говорящего. Произнося любое предложение, говорящий каждый
раз делает это с разной целью – как констатацию планируемого к
выполнению в будущем действия, как обещание, как угрозу, предупреждение
и т. д. Подобные разные реализации отличаются друг от друга иллокутивной
силой.
Локутивная сила предложения заключается в его когнитивном
содержании. Произнесение ребёнком предложения ради самого произнесения
или произнесение предложения учащимися при работе над произношением и
есть примеры реализации лишь локутивной силы предложения.
В реальном общении реализация предложения неразрывно связана с
придачей ему иллокутивной силы.
Если предложение реализовано правильно, уместно и с соблюдением
необходимых условий, то оно достигает цели в виде перлокутивного
эффекта. Например, перлокутивным эффектом речевого акта, обозначаемого
глаголом to describe, является состояние собеседника, называемое
сочетанием to be\to get informed, to argue – to be\to get convinced, to threaten –
to be\to get scared. Следует отметить, что тот или иной перлокутивный
эффект не обязательно возникает как результат намерения произвести его. О
намеренности же перлокутивного эффекта свидетельствуют такие
высказывания, как, например, I didn’t mean to hurt you [16].
При рассмотрении типов РА определили, что они подразделяются на:
1) прямые, семантика которых соответствует иллокутивной силе РА, и
косвенные, выражающиеся языковыми формами, иллокутивная сила которых
не является частью их семантики, а выводится логико-инференциальным
путем;
2) первичные, которые встречаются в любом виде речевого
взаимодействия коммуникантов, и вторичные, или институализированные,
которые специфичны для определенных видов такого взаимодействия;
3) инициативные и реактивные;
4) односторонние и кооперативные;
66
5) простые РА – микроакты, которые реализуются в одном
высказывании, и составные – для выражения которых требуется помимо
основного еще и вспомогательный РА, и сложные, или макроакты,
осуществляемые на уровне текста.
Определены условия становления и развития процесса эффективной
коммуникации. С позиции «субъекта речи» выявлены: явные и скрытые цели
высказывания; установка говорящего, или прагматическое значение
высказывания; референция говорящего; его прагматические пресуппозиции;
отношение говорящего к тому, что он сообщает. С позиции «адресата речи»
выделены: интерпретация речи; воздействие высказывания на адресата
(перлокутивный эффект); расширение информированности адресата;
изменение в эмоциональном состоянии, взглядах и оценках адресата;
влияние на совершаемые им действия; эстетический эффект и др.; типы
речевого реагирования на полученный стимул. С учетом отношений между
участниками коммуникации изучаются: формы речевого общения;
социально-этикетная сторона речи; соотношение между участниками
коммуникации в тех или иных речевых актах.
В работе рассмотрены и выделены прагматические типы предложений,
их прагматические компоненты, определены дифференциальные признаки
прагматических типов предложений. Особую сложность вызвала
классификация прагматических типов предложений. Выделенные типы
варьировались по количеству и характеру, поскольку учёные, составившие
данные классификации полагались при определении прагматических типов
предложений на собственную интуицию. Изучив и систематизировав
классификации учёных, сделан вывод о различном номинировании
некоторых типов предложений, характеризующих один и тот же речевой акт.
В исследовании берётся за основу обобщённая классификация разных
учёных (Дж. Остина, Дж. Фрэзера, З. Вендлера и др.), поскольку именно она
хорошо систематизирована и наиболее полно отражает всё разнообразие
существующих изученных прагматических типов предложений:
67
1) декларативы (констативы, репрезентативы) – утверждения. Для
декларативов, по определению, неприемлемой является форма
вопросительного и побудительного предложения (The earth rotates.);
2) интеррогативы (квеситивы) – вопрос к слушающему.(Why didn’t they
go and watch the sack races?(A. Huxley));
3) вердиктивы – представляют собой приговоры одобрения или
неодобрения (It’s not a very good idea);
4) промиссивы – обещания (I’ll look after the children’s sports.
(A. Huxley));
5) директивы – побуждение адресата к действию (One more, father,
please (J. Galsworthy));
6) пермиссивы – разрешения (Ok, you may do it right now);
7) экзерситивы – отмены, ограничения.(We call off the strike);
8) менассивы – угрозы.(I’ll give you such a belt in a second
(J. Joyce));
9) экспозитивы – термин принадлежит Дж. Остину, который включал в
эту группу слова, которые не составляют какой-либо естественной
семантической категории. В эту группу Дж. Остин включал слова
«сообщать», «спрашивать», «отвечать» и др. (I completely agree with you);
10) сатисфактивы – благодарности, сожаления (Thank you so much for
having invited me);
11) комисивы – гарантии, обязательства (If you have some problems, you
can have your TV serviced by qualified personnel).
Дж. Остин в своей работе «Слово как действие» говорит ещё и о таком
типе предложения, как перформатив (I name this ship the “Queen Elizabeth”)
З. Вендлер выделил ещё и такой прагматический тип предложений, как
псевдоперформативы. При их употреблении в первом лице единственного
числа настоящего времени изъявительного наклонения коммуникативная
цель высказывания не просто не будет достигнута, а будет «убита». Отсюда и
название этих глаголов – «глаголы иллокутивного самоубийства» (“the verbs
68
of the illocutionary suicide”). К таким глаголам относятся глаголы “to lie”, “ to
allerge”, “to brag”, “to scold”, “to scoff”, “to threaten”, “to flatter” и другие [7,
с. 237].
Воздействие на адресата в своих целях предполагает использование
говорящим коммуникативной стратегии самопрезентации, что позволяет ему
интерпретировать информацию о себе в нужном для себя свете, управлять
восприятием ситуации и навязывать собеседнику оценку своей персоны.
Хотя с позиции соблюдения принципа межкультурной коммуникации «свой»
и «чужой» может наблюдаться прямо противоположный эффект воздействия
на адресата. Это связано, в первую очередь с разницей семантического
значения глаголов «хвастаться» (рус.) и “to boast” (англ.) и синонимичного
ему имени существительного «хвастовство» – “boasting”.
Оксфордский словарь современного английского языка А.С. Хорнби
толкует:
“– boast - verb 1) to talk with too much pride about smth that you have or
can do (говорить с большой гордостью о том, что имеете или способны
сделать); 2) to have smth that is impressive and that you can be proud of
(обладать чем-то выдающимся, что является необычным или предметом для
обоснованной гордости);
– boasting – (noun) something that a person talks about in a very proud
way (то, что говорящий представляет с гордостью)” [26].
В толковом словаре английского языка известного издательства
МcMillan находим:
“– boast – (v.) to proudly tell other people about what you or
someone connected with you has done or can do, or about something you
own, especially in order to make them admire you (с гордостью рассказывать
другим о том, что ты сам или кто-то, связанный с тобой, сделал или может
сделать, или о том, что у тебя есть, особенно с целью добиться уважения со
стороны других людей)” [33].
69
Кембриджский толковый словарь английского языка даёт следующие
определения:
“– boast – to speak too proudly or happily about what you have done or
what you own (говорить слишком гордо и радостно о том, что ты сделал или о
том, что имеешь);
– boasting – something you are proud of and like to tell people about (что-
то, чем ты гордишься и о чем любишь рассказывать окружающим)” [30].
Сравним теперь понятийное содержание слов «хвастаться» и
«хвастовство», приводимые в русскоязычных словарях.
В Словаре русского языка С.И. Ожегова находим:
«– хвастаться – гл. 1) высказываться с хвастовством о себе, о чем-н.
своем; 2) самонадеянно обещать что-н. сделать;
– хвастовство – сущ. неумеренное восхваление своих достоинств, часто
мнимых, преувеличенных» [15].
Толковый словарь живого великорусского языка В. Даля даёт
следующие определения:
«– хвастать, хвастнуть, хвастывать чем, хвалиться, бахвалить,
чваниться, желать прославиться чем; выхваляться, похваляться; врать, лгать
вообще, говорить неправду, особ. с похвальбою о себе. Костр. вологодск.
беседовать на отдыхе, балагурить, точить лясы;
– хвастанье ср. действ. по знач. глал. Хвастовство ср. хвасть ж.
хвастанье и что нахвастано. Хвастовня ж хвастовская болтовня» [9].
В Толковом словаре русского языка под редакцией Д.Н. Ушакова
находим:
«– хвастаюсь, хвастаешься, несов. (к похвастаться). 1) кем-чем.
Высказываться о себе, о своем с хвастовством, с излишней похвалой. Не
хвастаюсь сложеньем, однако бодр и свеж. Грибоедов. Не хвастается своим
образованием. Лейкин; 2) с инф. и с союзом "что". Обещать с хвастовством,
самонадеянно (разг.). Хвастается, что сделает всё в один день;
70
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]