Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Стратегии общей и частной теории текста. Часть 1. Монография
.pdf
Рассматривая историю, с одной стороны, как совокупность
объективных фактов о том, что произошло (объективная история), и, с
другой стороны, как реконструкцию этих фактов и восстановление событий
прошлого (история-дискурс), необходимо отметить, что научный
исторический дискурс проявляется именно в реконструкции объективных
фактов о событиях прошлого и в восстановлении и описании этих фактов.
Отметим далее, что и объективная история, и история-дискурс являются
текстами. Элементами истории-дискурса являются: события, участники
событий, контекст событий, обстоятельства, сопровождающие события,
оценка событий участниками и т.п.
Объективная история это источник для истории-дискурса, а история-
дискурс – репрезентация объективной истории. И если история, это
сформировавшаяся действительность, которую уже нельзя изменить, то
история-дискурс это возможная форма такой действительности.
Исходя из трудов Т. А. ван Дейка, исторический дискурс можно
рассматривать как комплексное коммуникативное событие, имеющее
отношение к истории. М. А. Можейко определяет исторический дискурс как
вербально артикулированную форму объективации содержания сознания,
регулируемую доминирующим в той или иной социокультурной традиции
типом рациональности [21].
Д. Тош считает, что исторический дискурс есть сложная совокупность
языковых практик, участвующих в формировании представлений,
навязываемых внешней по отношению к дискурсу предметности в форме
«власть/знание» и указывающих на то, каким образом люди оказываются в
плену регулирующих рамок конкретных дискурсов [23].
По мнению Р. Барта исторический дискурс воображаемая
конструкция, которая не следует реальности, а всего лишь обозначает ее [2].
В конце XX века на историческую науку значительное влияние оказал
постмодернизм, приверженцы которого изучали дискурса в рамках истории.
191
В постмодернизме исторический дискурс был представлен как совокупность
(массив) языковых практик, для актуализации которых не требуется связь с
реалиями действительности. Именно по этой причине в историческом
дискурсе предметная реальность не существует объективно, вне самого
исторического дискурса, а находит постепенное свое проявление по мере его
актуализации.
Можно сказать, что и историческая действительность в
постмодернизме рассматривается исключительно как языковая
действительность, а не как независимое, внешнее обстоятельство,
необходимое для изучения исторического дискурса. Для постмодернистов
историческая действительность это результат ее конструирования
посредством языка и дискурсивной практики, в формировании которой
важное значение имеют различные языковые средства, в том числе тропы и
фигуры речи. Данный концепт понимания исторического дискурса
предполагает, что язык есть тот самый главенствующий фактор,
определяющий историческое мышление, т. е. способность к осмыслению
исторических событий и явлений, а значит язык определяет и исторический
дискурс в целом.
Представления о научном историческом дискурсе были заложены еще
эпистемологией философской теорией познания, которая всегда стремилась
представить объекты изучения, не только как объекты, имеющие
познавательную ценность, но и как имеющие ценность для формирования
чувств, развития мышления и деятельности. В этом смысле исторический
дискурс неразрывно связан с личностными особенностями человека,
участника его актуализации. Принципы эпистемологии повлияли на то, что
исторический дискурс стал рассматриваться как рефлексивная форма
научной коммуникации, содержание которой имеет прямое отношение к
оцениванию исторических событий и явлений. В процессе рефлексивной
коммуникации и находит свое проявление формирование исторической
действительности как следствие данного оценивания. В ходе коммуникации
192
часто возникают различные модели исторической действительности. Это
происходит потому, что участники коммуникации по-разному оценивают
исторические факты. Поэтому научный исторический дискурс, с одной
стороны, представляет собой множество исторических действительностей,
созданных участниками научной коммуникации, с другой стороны
исторический дискурс это конкуренция, связанная с распространением
знаний в области истории. В подобной конкуренции преимуществом
является научная компетентность, которая дает легитимное право выдвигать
свои суждения относительно исторических фактов [16].
Кроме того, историческое сочинение – это литературный текст,
которому свойственна художественная композиция, образность изложения, и
часто элементы драматизации. Но с другой стороны, историческое сочинение
это научный текст, описывающий и интерпритирующий определенные
события и факты; историк не может пользоваться недостоверными фактами,
тем более, вымыслом, таким образом, исторический текст обладает
одновременно и изобразительными и объяснительными функциями [9].
Научный исторический дискурс обладает следующими
характеристиками:
1. Сконцентрированность на линейном развитии прошлого:
научный исторический дискурс всегда сконцентрирован на развитии,
прогрессе исторических событий. Под прогрессом понимается совокупность
любых изменений.
2. Причинность: участвуя в научном историческом дискурсе
ученые стремятся выявить причины исторических событий и явлений.
3. Особый взгляд на пространство и время как результат
геополитики различные политические режимы, социальные условия
заставляют по-другому взглянуть на действительность.
193
4. Интерес к индивидуальному: научный исторический дискурс
исходит из понимания того, что роль отдельной исторической личности
может иметь огромное влияние на ход истории.
5. Интерес к коллективному как понимание того, что определенные
группы людей могут изменить ход истории.
6. Стремление к объективности: ученые стремятся объективно
преподносить исторические факты.
7. Исследование эпистемологических проблем: критический взгляд
на историю способствует выявлению верной точки зрения.
8. Следование литературным нормам: история тесно связана с
другими науками, к примеру, с философией и литературой. Литературные
нормы влияют на создание исторических произведений.
9. Количественный подход: проведение опросов и выявление
статистических данных важно для репрезентации действительности [15].
Понятие реалия (от лат. realia (прил. мн. ч. ср. р.) от realis,-e (прил.
ед. ч. ср. р.) вещественный, действительный) под влиянием аналогичных
лексических категорий превратилось в существительное женского рода и
стало обозначать реально (материально) существующий или
существовавший предмет.
Наиболее подробное определение понятия «реалия» дает
В. М. Россельс: «Реалия – предмет, понятие, явление, характерное для
истории, культуры, быта, уклада того или иного народа, страны, не
встречающееся у других народов; реалия – также слово, обозначающее такой
предмет, понятие, явление; также словосочетание (обычно – фразеологизм,
пословица, поговорка, присловие, включающие такие слова)» [22].
Толковый словарь Т. Ф. Ефремовой дает следующее определение:
«Реалии предметы или явления материальной культуры, этнонациональные
особенности, обычаи, обряды, а также исторические факты или процессы,
обычно не имеющие лексических эквивалентов в других языках» [10].
194
А. Д. Швейцер выделил «термин-реалию», как термин, относящийся к
безэквивалентной лексике [7].
Опираясь на вышеперечисленные определения, в нашем исследовании
мы будет рассматривать исторические реалии как предметы, явления, факты,
связанные с историческими событиями, а также их названия, выраженные
словами и словосочетаниями.
Вопросами классификации реалий занимались А. Е. Супрун,
А. А. Реформатский, В. Дяков, В. Д. Уваров, С. Влахов и С. Флорин.
Наиболее общая классификация реалий вообще предполагает:
– предметное деление реалий ;
– местное деление (в зависимости от национальной и языковой
принадлежности);
– временное деление (в синхроническом и диахроническом плане, по
признаку «знакóмости»);
– переводческое деление.
Исторические реалии относятся к временному делению.
Следует отметить особое качество реалии – способность передавать
образ эпохи. Проблема исследования образа эпохи как особого сплава языка
и культуры тесно связана с изучением реалий и вобрала в себя опыт
исследования данной проблемы. Для выяснения соотношения языка и
культуры наметилось несколько подходов.
Подход, разработанный С. А. Атановским, Г. А. Брутяном, основан на
изучении преимущественно одностороннего давления культуры на язык.
Приверженцы данного подхода полагают, что изменения в языке в
большинстве случаев являются следствием изменения действительности.
Другой подход рассмотрения соотношения языка и культуры основан
на изучении воздействия языка на культуру и предполагает, что в
соотношении данных понятий главенствующая роль принадлежит языку.
Язык понимается как духовная сила, присущая его носителю. Такую идею
разрабатывали в своих трудах В. Гумбольдт, А. А. Потебня. Позже, их опыт
195
нашел свое отражение в гипотезе лингвистической относительности СепираУорфа, суть которой заключается в том, что каждый народ воспринимает мир
через призму родного языка и тем самым формирует языковую картину мира.
В основу третьего подхода легла идея взаимовоздействия языка и
культуры и их неразрывной связи. Наиболее полно эту идею выразила
В. А. Маслова: «Язык – составная часть культуры, главный инструмент ее
усвоения, это действительность нашего духа. Язык выражает специфические
черты национальной ментальности». С другой стороны, В. А. Маслова
считала, что «культура включена в язык, так как вся она смоделирована в
тексте» [6], [18].
О неразрывности языка и культуры писал С. Б. Бураго, полагавший что
«рассматривать язык в отвлечении от культуры значит не понимать язык.
Рассматривать культуру в отвлечении от языка – значит не понимать
сущность культуры» [5].
Несмотря на различные подходы в изучении соотношения языка и
культуры, ученые едины во мнении, что язык и культуру некорректно
рассматривать раздельно и именно их взаимовлияние формирует образ
культуры.
Образ культуры это культурологическое понятие, которое создается
с помощью описания фактов, явлений, реалий действительности,
объективного формирующих представления времени в границах
определенной культуры.
Исторические реалии помимо их абстрактного бытия имеют и
совершенно конкретное проявление в языке в виде слов, т. е. можно
утверждать, что исторические реалии это определенный языковой пласт.
Исторические реалии используются для создания научной картины
мира, если речь идет о научных исследованиях, связанных с историей, а
также для создания любых исторических произведений, в том числе и
художественных, основанных на реальных исторических данных. Также
196
исторические реалии могут быть задействованы для описания наивной
картины мира, если, к примеру, автор имеет целью создать архаизованное
произведение [13], [14].
Образ эпохи обычно находит свое проявление в исторических
произведениях в виде таких индикаторов как национальное своеобразие или
близкое ему понятие национальный колорит.
Говоря о национальном своеобразии нужно отметить, что оно всегда
соотносится с таким неразрывным единством как время и пространство.
М. М. Бахтин назвал это единство «хронотоп». Хронотоп это культурно-
историческое понятие, объединяющие в одно целое время и пространство,
которое представляет собой призму для понимания и восприятия любых
фактов и явлений.
Образ эпохи также находит свое проявление в национальном колорите,
который создается с помощью реалий. Среди реалий, воплощающих образ
эпохи, присутствуют географические, этнографические, бытовые,
общественные, исторические реалии. Исторические реалии наиболее полно и
объективно раскрывают хронотоп, являясь объединяющим знаменателем для
таких важных исторических данных, как чины, профессии, населенные
пункты, должности, титулы, звания, организации, институты, пословицы,
поговорки.
Касаясь проблемы образа эпохи, выражаемого с помощью реалий,
нужно отметить, что он может быть воспринят по-разному. Если хронотопы
автора и реципиента совпадают, то с большей вероятностью историческое
произведение будет понято адекватно. Если хронотопы отличны, то
реципиент может столкнуться с рядом трудностей в понимании
произведения, вызванных в большей степени другой культурой [19].
Следовательно, образ эпохи, передающий и национальное своеобразие,
и национальный колорит создаются при помощи реалий.
В наше время существует проблема унификации культур, так как мир
стремительно идет к глобализации. Однако унификация культур имеет
197
положительную сторону в отношении понимания образа определенной
эпохи. Реалии одной культуры проникают в другие языки посредством
взаимодействия культур, также важную роль в таком взаимопроникновении
играют социальные, политические, экономические факторы. Диффузия
культур происходит на всех уровнях: локальном, региональном и
планетарном. Ментальные различия социумов в период глобализации
характеризуются тенденцией к ослаблению и полному исчезновению.
Культура становится общим достоянием человечества и в настоящее время
подавляющее большинство людей имеют доступ ко всем видам культур. Со
временем чужая культура начинает восприниматься как своя, родная.
Важную роль в унификации культур играют исторические реалии, так как
они часто становятся культурными заимствованиями и тем самым
способствуют нивелированию межкультурных различий.
Изучая исторические реалии как средства передачи образа эпохи,
следует отметить что, язык, воспринимаемый как фундаментальный
компонент и главное орудие национальной культуры, может быть
представлен как сумма созданных на его основе текстов. Культуру также
можно рассматривать в качестве ментальной сущности, воплощающейся в
текстах, которые в своей хронологической последовательности
репрезентируют разные стадии становления национальной ментальности.
Культурные особенности, также как и особенности мышления каждого
этноса фиксируются в исторических произведениях в виде реалий.
Современная лингвистическая теория перевода как форма
межъязыковой коммуникации объединяет языковые и
экстралингвистические факторы, без учета которых не возможно
исследование и понимание языковых явлений. Перевод испытывает влияние
прагматических категорий языка. Прагматические аспекты перевода, также
как и собственно лингвистические, имеют большое значение, так как они
охватывают процесс и результат межъязыковой коммуникации.
198
Различие восприятия языковых единиц (фоновых знаний
представителей разных языков и культур) определяет важность
прагматических аспектов в переводе.
Основу фоновых знаний составляют реалии. Являясь национально-
специфическими элементами национально-культурного аспекта текста, они
вызывают наибольшие затруднения в переводе, а значит и в межъязыковой
коммуникации.
Перевод исторических реалий требует особого внимания. С одной
стороны, для такого перевода существуют определенные правила, с другой
стороны - для сохранения смысла и адекватного восприятия реципиентом
исторического произведения, переводчик имеет возможность пользоваться
различными способами перевода:
1) полной транслитерацей – введением иноязычного слова в свой язык
(англ. pudding – рус. пудинг), или частичной (транскрипцией) –
использованием корня иноязычного слова, его освоение в языке перевода
(чеш. kalhoty – рус. колготы);
2) созданием на языке перевода нового слова, близкого к реалии
подлинника по своему значению и функции в контексте (рус. небоскреб, фр.
gratte-ciel для передачи англ. skyscraper);
3) подысканием на языке перевода синонима реалии подлинника (фр.
portier – рус. привратник);
4) описательный перевод слова, стоящего в подлиннике, с помощью
нескольких слов своего языка (рус. снеговик – рус. bonhomme de neige)» [22].
С. Влахов и С. Флорин считают, что «…при переводе исторических
реалий переводчик может включить в свой арсенал много разных видов
оружия, начиная с транскрипции и не забывая устаревшие слова своего
языка, иногда подходящие диалектизмы (довольно опасное оружие),
заимствования из других языков (даже чужие реалии, прижившиеся в других
языках), семантические неологизмы, т. е. сочиненные им слова для старых
понятий» [7].
199
Многие исторические реалии являются интернациональными и
переводятся посредством транслитерирования / транскрибирования. Такие
способы перевода исторических реалий как транслитерация и транскрипция
Ю. С. Маслов объединил в «материальное заимствование» [17].
А. П. Миньяр-Белоручева и М. Е. Покровская изучали особенности
перевода исторических терминов. В их исследовании исторические
термины это лексические единицы, обозначающие категории и понятия
методологии истории и понятия событийной истории. По мнению этих
ученых, «исторический термин выступает как самостоятельно существующая
единица перевода, требующая своего решения на перевод, которое
заключается в выборе: а) устоявшегося эквивалента, б) окказионального
эквивалента, в) толкования» [20]. В силу однозначности и отсутствия
синонимов, использование устоявшегося эквивалента относится к самому
простому способу перевода исторического термина.
Использование устоявшегося эквивалента является самым простым
переводческим решением, но объем значений терминов в разных языках не
полностью совпадает по причине различных условий развития разных
народов. В случае отсутствия устойчивого эквивалента, переводчику
требуется найти окказиональный перевод, создающийся при помощи
толкования, калькирования, транслитерации или транскрипции.
Окказиональный эквивалент в переводе часто обусловлен ситуацией, так как
значения исторических терминов в исходном языке могут быть шире или
уже, чем в переводящем языке. В случае несовпадения исторических
значений переводчик может обратиться к модуляции, то есть использовать
замену словарного соответствия, лексически связанным с ним
контекстуальным соответствием.
Окказиональный эквивалент не является единственным способом
перевода при отсутствии устоявшихся эквивалентов. Толкование может
точнее передать значение термина. Также существуют трансформационные
приемы (транскрипции–транслитерации, калькирования и толкования), к
200
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]