Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Стратегии общей и частной теории текста. Часть 1. Монография
.pdf
символом, элементом знания, отчужденного от своего источника и
функционирующего как база для развертывания и создания новых знаний.
Поэтому концепт не имеет четко фиксированного способа его представления.
Имея ядро и периферию, он, тем не менее, не имеет четко фиксированной
структуры, поскольку и виртуален, и реален, и статичен, и динамичен,
представляя собой совокупность мифа, символа и знака. Символическая
форма является единственно возможной для передачи ментальных объектов,
позволяющая структурировать модели мира для коммуникации.
В рамках концептуального анализа концепт «Богатство» связан с
рядом противоречивых идей. С одной стороны – идея блеска, сияния, с
другой стороны – идея боязни света. Основные цветовые ассоциации
«богатства»: золотой, солнечный, свидетельствует о позитивном восприятии.
Однако интенсивность золотого и солнечного блеска приводит к
ослеплению, как в прямом, так и в переносном смысле и, безусловно,
вызывает отрицательные эмоции. «Еще одним скрытым в понятии
противоречием является идея блаженства, которое испытывает человек,
когда получает, владеет богатством и идея счастья, радости, когда
освобождается, пускает по ветру богатство. И наоборот, человеку плохо, от
отсутствия богатства и невыносимо тяжело, когда оно есть [9, с. 162].
Н.С. Макеева выделяет еще ряд идей, включенных в понятие «богатство»:
идея волшебства, сказки; идея преданности, уважения, независимости, силы
и власти. Этим положительным коннотациям противостоит идея
вседозволенности.
Концепт «Богатство» понимается нами как общая, максимально
абстрагированная единица знания, имеющая языковое выражение и
отмеченная этнокультурной спецификой.
Исследование концепта «Богатство» возможно как единичного, в
антонимической паре, на основе синонимов, а также в контексте
исследования других концептов на очень разнообразном лингвистическом
материале одного или двух языков.
11
Многие исследователи рассматривают концепт как уровневое
структурное образование [22]. В нашей работе мы выделили в структуре
понятийную, образную и ценностную компоненты. Понятийная компонента
наиболее рациональна, реализуется в словарных дефинициях и отражает план
содержания концепта. Понятийный слой включает базовый и производный
уровни. Базовый уровень представлен общими, ядерными признаками,
характеризующими концепт. Производный уровень выражается
дополнительными признаками концепта. Образный и ценностный слои
отражают план выражения концепта. Образная составляющая включает
устойчивые сравнения, фразеологические единицы, лексические
репрезентанты и выражается стилистическими средствами художественного
произведения. Ценностная компонента связана с оценкой, отражающей
коннотации концепта, и также реализуется лексическими и стилистическими
средствами языка.
Концепты есть ментальные сущности, в каждой из которых сведены
воедино принципиально важные для человека знания о мире и вместе с тем
отброшены несущественные представления. Система концептов образует
картину мира, в которой отражается понимание человеком реальности
[13, с. 2356]. Интерес к языковой картине мира мы находим в работах XIX
века В. Гумбольдта, который, опираясь на труды историка культуры И.
Гердера, писал, что «различные языки являются для нации органами их
оригинального мышления и восприятия» [7, с. 324]. Вильгельм Гумбольдт
является одним из основоположников сегодняшнего учения о языковой
картине мира. Этот немецкий филолог рассматривал язык как непрерывный
творческий процесс, позволяющий выразить индивидуальное
миросозерцание народа. На современном этапе развития лингвистики
отмечается усиление внимания ученых к изучению языковой картины мира
(Н.Д. Арутюнова, Ю.Д. Апресян, М. Блэк, А. Вежбицкая, С.А. Васильев,
В.Г. Гак, Г.В. Колшанский, Ю.Н. Караулов, Ю.С. Степанов, Н.И. Сукаленко,
В.Н. Телия, Е.С. Яковлева, Д. Хаймс, и др.). Картина мира является базисной
12
частью мировидения человека и включает языковую и концептуальную,
различие между которыми основывается на положении разграничения языка
и мышления. С этих позиций концептуальная картина мира понимается как
понятийный уровень сознания, а языковая – как уровень значений.
Основным содержательным элементом языковой модели мира, как называет
языковую картину мира Ю.Н. Караулов, является семантическое поле, а
единицами концептуальной картины мира – константы сознания.
Концептуальная модель мира содержит информацию, представленную в
понятиях, в то время как в основе языковой модели лежат знания,
закрепленные в семантических категориях и семантических полях,
составленных из слов и словосочетаний [24, с. 39]. Языковая картина мира –
это вся информация о внешнем и внутреннем мире, закрепленная средствами
живых национальных разговорных языков. Концептуальная картина мира отражение структуры представления знания, «языка» мысли. Для нашего
исследования существенным является то, что концептуальная и языковая
картины мира диалектически связаны между собой, как мышление и язык, а
их разграничение во многом является условным.
Рассмотрим специфику концепта «Богатство» в языковых картинах
мира. Наиболее ярко национальные особенности концепта «Богатство» в
языковой картине мира выявляются при сравнении культур и языков.
Данный концепт исследуется на материале русского, английского,
испанского, китайского, французского, древнегерманского,
древнеанглийского и других языков [22]. Следует отметить, что русский и
английский языки чаще всего выбираются исследователями для
рассмотрения языковой реализации данного концепта. Мы полагаем, что
причиной повышенного интереса является противоположность менталитетов
в отношении к богатству. Отношение к деньгам и богатству в русской
языковой картине мира значительно отличается от западноевропейской и это
отличие особенно четко проявляется в соотношении с понятием «свобода».
Для западного человека свобода олицетворяется в деньгах. Это понимание
13
зафиксировано в известном афоризме Б. Франклина «Деньги – это
отчеканенная свобода». Для русского сознания свобода – это независимость
от денег. Западный мир чаще всего сводит понятие свободы к степени
возможности приобретать все новые и новые товары и услуги, русский видит
в этой «свободе» форму кабалы, опутывающей его душу и обедняющей
жизнь. Ф.М. Достоевский писал, что русский народ оказался, может быть,
единственным великим европейским народом, который устоял перед
натиском золотого тельца и властью денежного мешка.
Рассмотрим качественное разнообразие концепта «Богатство» в
русской языковой картине мира на фоне английского, испанского и
китайского языков. Необходимо отметить, что эти языки не связаны с
русским генетическим родством и входят в другую языковую группу, однако
выявление универсальных и типичных для этих языков смысловых
компонентов позволило существенно дополнить характеристику концепта
«Богатство» в русском языковом сознании.
Английское представление о богатстве имеет и общее, и специфичное
по сравнению с тем, как существует этот концепт в русском менталитете. В
русском языке средства выражения данного концепта в большей степени
отражают равнодушие, даже презрение к материальному богатству. Для
русского менталитета характерно сочувствие бедным и негативное
отношение к богатым, материальным ценностям и процессу накопления.
Большую значимость в языковой картине мира имеет внешняя сторона
богатства (красота, пышность), которая оценивается русскими очень
эмоционально. В ситуации выбора в подавляющем большинстве случаев для
русского менталитета характерен гуманизм: доброта, дружба, любовь,
родственные и добрососедские отношения, оказание помощи ближнему и т.п.
Все, что составляет духовное богатство, оказывается весомее и
предпочтительнее, нежели материальные ценности. Необходимо отметить,
что фразеологические обороты и устойчивые выражения русского языка,
включающие лексему «богатство», передают негативное отношение к
14
богачам, демонстрируют преходящий характер богатства, его бессилие, его
вредное влияние на человека. Обладание большим богатством, состоянием
может способствовать отсутствию душевного покоя, опасениям лишиться
всего.
В английском языке средства выражения концепта «Богатство», как
правило, нейтральны и не содержат отрицательной коннотации. В
менталитете, зафиксированном в английской лексике, фразеологии,
паремиологии, афористике и художественной литературе смысл концепта
«Богатство» сводится, в основном, к его материальному пониманию,
материальной ценности и источнике власти. Для менталитета англичан и
американцев характерно однозначное поощрение стремления к богатству,
важны прагматизм, рациональность, расчетливость и, как следствие, не
внешнее великолепие богатства, а его конкретный объем, вес и другие
характеристики.
Ассоциативный слой концепта «Богатство» показал, что современные
англичане и американцы считают богатство несомненным и однозначным
благом, к которому следует стремиться, поскольку оно способно дать всё,
быть источником всех удовольствий и даже вседозволенности. К духовному
богатству были отнесены здоровье, любовь и дружба, ум и талант, радость и
счастье.
Однако в последнее десятилетие в русском языке появились языковые
средства, отражающие нивелирование различий с английским и
американским менталитетом относительно важности и роли материального
богатства в жизни, что подтверждает динамическую природу концепта и
подчеркивает актуальность обращения к нему.
Рассмотрим особенности языковой экспликации концепта «Богатство»
на фоне испанского языка.
Базовый, понятийный слой концепта богатство в русской языковой
картине мира включает пять когнитивных слоев (изобилие имущества, денег;
природные ресурсы с оттенком ценностного признака; все, что представляет
15
субъективную или объективную ценность; внешняя красота и высокая
стоимость предмета с оттенком ценностного признака; изобилие и
разнообразие ценного содержания). Каждый из них имеет соответствия в
испанском языке.
Понятийная компонента испанского концепта включает в себя еще
четыре дополнительных устойчивых компонента: rico [богатый] –
обладающий положительными вкусовыми качествами; милый, красивый,
очаровательный (о человеке); приятный, хороший, замечательный; ricamente
[богато] – удобно, комфортно; приятно.
Образная компонента предполагает следующие универсальные
признаки, общие для двух языков: физическая прочность, и его
приобретение, как движение наверх.
Ценностная составляющая изучаемого концепта отличается
сложностью, противоречивостью и тесно связана с культурной традицией,
носителей языка. И в русском, и в испанском языках богатство трактуется
как источник отрицательных черт характера человека и причина аморальных
поступков. Осуждаются жадность, алчность, излишнее преклонение перед
деньгами. Отмечается непостоянность богатства и называется ряд ценностей,
имеющих приоритетное значение по сравнению с достатком. В христианской
концепции богатство воспринимается как положительное явление лишь в том
случае, когда его владелец щедр и заботится о благе окружающих.
Существенным для русского языкового сознания является то, что богатство
дает ощущение спокойствия и довольства жизнью, подразумевает наличие
материальных благ не только в большом, но и в достаточном для владельца
количестве.
Рассмотрим богатство в русской языковой картине мира через призму
восточного мировосприятия, которое представлено посредством русских и
китайских реализаций концепта. Современная китайская культура активно
культивирует благосостояние и материальный рост не просто отдельного
человека, а фокусирует свое внимание на развитии и строительстве
16
достойного существования целого государства. В китайском языке богатство
во многом пересекается с понятием «красота». Например, в русской
ментальности красивая женщина – это, прежде всего, мать здорового
потомства, то есть красота представлена не столько во внешних формах,
сколько в полноценности женщины-матери. В китайской культуре красивая
женщина, это женщина, наделенная предприимчивым подходом к решению
проблем и зарабатыванию денег.
Под внутренним богатством в русской лингвокультуре
подразумеваются такие человеческие качества как доброта, отзывчивость,
образованность, щедрость, честность, проявление воли, решительности. И,
соответственно, зло, агрессия, равнодушие, глупость или необразованность,
скупость, лукавство, трусость свидетельствуют об отсутствии внутреннего
богатства человека. В китайской культуре внутреннее богатство человека
непременно включает трудолюбие и усердие, которое ведет к материальному
благополучию, что также приветствуется и противопоставляется бедности
или нищете.
Анализ и сравнение примеров реализации концепта «Богатство» в
различных языковых картинах мира позволил сделать следующие выводы о
значительном совпадении характеристик внешнего благополучия и
расхождении во внутренних проявлениях человеческого богатства, входящих
в общее семантическое поле концепта.
Таким образом, мы можем констатировать сложность, неоднозначность
и противоречивость концепта «Богатство» даже на материале одного языка, а
его включенность в самые различные области человеческого бытия
подчеркивает его фундаментальность. Исследование особенностей
функционирования данного концепта позволяет углубить знания о природе
формирования языкового сознания представителей разных культур и
социальных сообществ в рамках системно-функциональной и
антропоцентрической парадигм, на современном этапе развития
лингвистической науки. Выявленные на материале различных языков и
17
культур типичные и универсальные смысловые компоненты концепта
«Богатство» существенно дополняют своеобразие его содержания.
В современной когнитологии существует понятие наивной языковой
картины мира, под которой Ю.Д. Апресян, представляет «отраженные в
естественном языке способы восприятия и концептуализации мира, когда
основные концепты языка складываются в единую систему взглядов, своего
рода коллективную философию, которая навязывается в качестве
обязательной всем носителям языка» [2, с. 145]. Наивная картина мира
дополняет объективные знания о реальности, но часто искажает их, потому
что опирается не на логику, а на эмпирику. Однако именно она лежит в
основе языковой картины мира.
Картина мира формируется у человека на протяжении всей жизни. В
младенчестве, когда ребенок еще не усвоил родной язык, из сказочных
текстов он усваивает фольклорную картину мира, которая становится
«фундаментом в становлении его национальной идентичности» [16, c. 37].
Именно фольклорная картина мира создает фундамент для концептуальной
картины мира языковой личности. Она «выражает реликты древних знаний о
мироустройстве, ее можно считать ядром наивной картины мира» [26, с. 112].
Фольклорная картина мира исследовалась многими лингвистами
(Е.И. Алещенко, С.С. Воронцовой, В.Н. Топоровым и др.) и определяется как
«особая реальность, выраженная с помощью языка традиционного народного
творчества».
Материалом, реализующим фольклорную картину мира, служат
былины, прибаутки, колыбельные, обрядовые песни, притчи, тосты,
здравницы, пословицы, поговорки, сказки, сказы и другие формы фольклора.
В рамках нашего исследования мы рассматриваем сказки и сказы и,
следовательно, правомерно говорить о сказочной картине мира как
составляющей части фольклорной. Сказочная картина мира – динамическая,
развивающаяся когнитивная система, обладающая специфическими
особенностями сказки и сказа. Среди концептов принимающих участие в
18
создании фольклорной картины мира концепт «Богатство» является одним из
ключевых.
Люди, говорящие на разных языках, могут иметь схожие
концептуальные картины мира, и наоборот, – представители одной
лингвокультуры – разные. В концептуальной картине мира, таким образом,
закономерно, взаимодействуют три составляющие: общечеловеческое,
национальное и личное. Индивидуальные картины мира значительно
различаются у носителей даже одного языка [19, с. 161]. Особенно большим
количеством индивидуальных черт, не разделяемых всеми представителями
отдельной лингвокультуры, обладают индивидуальные картины писателей
(авторские картины мира). «Авторская картина мира фиксирует, в первую
очередь, уникальность творческого субъекта: ее индивидуально-личностная
составляющая определяет сущность текста как произведения словесного
искусства и эстетического события. Вместе с тем, как и картина мира любого
индивида, она включает в себя универсальное и национальное» [25, с. 92].
Картина мира конкретного автора существенно отличается от объективного
описания свойств, предметов, явлений, от научных представлений о них, ибо
она есть «субъективный образ объективного мира» [10, с.42]. Это образ мира,
сконструированный сквозь призму сознания и языка писателя, результат его
духовной активности.
Трансформирование одноименного культурного концепта под
влиянием особенностей мировидения писателя порождает индивидуальноавторский концепт. В художественном произведении индивидуальноавторский концепт реализуется эксплицитно и имплицитно. Под
эксплицитной вербализацией индивидуально-авторского концепта
понимается наличие в тексте лексической единицы одноименного
культурного концепта. Языковыми маркерами имплицитной репрезентации
индивидуально-авторского концепта выступают не только лексические
единицы, традиционно вербализующие одноименный культурный концепт, а
иные лексические, и стилистические средства, маркирующие семантику
19
данного концепта. При этом понятийная составляющая индивидуальноавторского концепта изначально совпадает с традиционными
представлениями членов лингвокультурного сообщества. Языковая личность
писателя актуализирует те характеристики концепта, которые формируют его
ассоциативно-образный и оценочный слои.
Картина мира автора литературного произведения объективируется
текстом, маркируется индивидуальностью писателя и является результатом
использования им уникальных способностей творческого мышления,
восприятия и памяти. Номинаторами авторской картины мира в тексте
выступают повторяющиеся лексические единицы, формирующие
ассоциативно-образные ряды [19, с. 160].
Исходя из положения о том, что фольклорная картина мира является
результатом пересемантизации мифологического материала посредством
обобщения и типизации культурных смыслов на язык поэтических символов
и представляет собой концептосферу народной культуры, мы обратились к
авторской сказке.
Сказки играют важную роль в создании наивной картины мира,
поскольку вобрали в себя сюжетные мотивы, отражающие динамику
действительности, необычные образы, краски национальных преданий и
народную мудрость. Они тесно связаны с фоновыми знаниями носителя
языка, с культурно-историческими традициями народа, говорящего на
данном языке. Сказки - это богатый источник для лингвистического анализа
[14, с. 1859].
Ученые изучают особенности русской (Е.К. Василевская,
В.П. Володин, Р.Р. Гельгардт, Н. М. Никольский, В.И. Чернышов),
английской (Т.В. Доброницкая, Н.М. Ладисова, М. Кокс, А. Рут),
французской (Л.Г. Викулова, Н.М. Ведерникова, Н.И. Полторацкая,
Е.В. Черенкова), немецкой (О.Ю. Кириллова, Б.А. Максимов, К. Майер,
Е.А. Стадник, Г.А., Соколова), итальянской (Л.Г. Скопенко) чешской
(П.В. Королькова) сказки.
20
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]