Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Сравнительная история мировых цивилизаций. Учебник
.pdf
Раздел I. Цивилизации древности и средневековья
На рубеже XV–XVI вв. закатывалась яркая звезда средневековых городов-коммун. Прежние права и вольности не могли существовать в условиях централизованных монархий и абсолютистских режимов. Наступление капиталистического
уклада и процессы накопления имели последствием обострение социальных отношений, подрывающее прежнее относительное равенство и единство коммунального сообщества. Традиционные корпорации – цехи – либо перерождались
изнутри, становясь подобием рассеянных мануфактур, либо приходили в упадок.
Но главная ценность средневекового города – свободный производитель-мастер,
неотделимый от процесса труда и производимого им изделия, стал одним из достижений западноевропейской цивилизации.
ЛИТЕРАТУРА
1. Город в средневековой цивилизации Западной Европы: в 4 т. / под общ. ред.
А. А. Сванидзе. М., 1999.
2. Всемирная история: в 6 т. Т. 2. Средневековые цивилизации Запада и Вос-
тока / отв. ред. П. Ю. Уваров. М.,2012.
4. Всемирная история: в 6 т. Т. 3. Мир в раннее Новое время / отв. ред.
В. А. Ведюшкин, М. А. Юсим. М., 2013.
5. Стоклицкая-Терешкович В. В. Основные проблемы истории средневеково-
го города X–XV веков. М., 2012 .
Глава 6. ВИЗАНТИЙСКАЯ ЦИВИЛИЗАЦИЯ
Геополитические ресурсы. Восточная Римская империя – самое значитель-
ное по размерам средневековое государство Европы, восходящее к 330 г., когда
император Константин I официально перенёс столицу империи из разрушенного
германцами Рима в мегарскую колонию Византий. Она была основана ещё в пер-
вой половине VII в. до н. э. на европейском берегу южной оконечности Босфора
напротив Халкидона – аналогичного полиса на азиатской стороне пролива. Своё
название город получил от имени Виза – главы мегарских поселенцев. Однако
после переезда Константина, когда столицу отстроили заново, создав на месте
небольшого поселения римский городской ансамбль, его стали называть Новым
Римом (греч. – Νέα Pώμη, лат. – Nova Roma), но в большей степени городом Константина – Константинополем (греч. – Κωνσταντινούπολις) или просто Полисом,
т. е. городом (греч. – Πόλις). Расположенный в крайне выгодном месте (с юга он
омывается Мраморным морем, с востока – водами Босфора, с севера – заливом
Золотой Рог, что позволяло контролировать важнейшие торговые пути из Европы
в Азию, из Чёрного моря в Средиземноморье), он стал средоточием новой цивилизации и полностью разделил её судьбу, когда и образование, и гибель империи
оказались связаны с основанием (11 мая 330 г.) и падением (29 мая 1453 г.) столицы. Что касается названия государства, то официально оно всегда именовалось
Римской империей (лат. – Imperium Romanum), в греческом варианте – Ромейской
(греч. – Βασιλεία Ῥωμαίων, лат. – Basileía Romaíon), или Романией (греч. – Ῥωμανία,
лат. – Romania). Жители же позиционировали себя как ромеи, что не означало
этнического единства, а настаивало на религиозной (восточнохристианской) и
91
Сравнительная история мировых цивилизаций
государственной общности первой на карте мира изначально христианской державы. Для подданных империи это знаменовало и прямую преемственность с
«Первым Римом», формальное падение которого не означало разрыва с созданной ею цивилизационной традицией.
Что касается границ, то они претерпевали существенные изменения. Изначально в состав империи вошла Восточная часть Римского государства, т. е.
земли трёх континентов, стык Европы, Азии и Африки: Балканы, Малая Азия,
Сирия, Палестина, Северная Африка, часть Месопотамии и Армении, стратегические острова Средиземноморья Крит и Кипр, бывшие опорные земли в Крыму, Кавказе и Закавказье, земли вдоль Аравийского залива, острова Восточного
Средиземноморья. Большинство этих территорий прежде входило в состав ещё
эллинистических монархий с уже сформировавшейся системой античных традиций, что облегчало их интеграцию в единое цивилизационное и геополитическое
пространство. Однако удержание всего территориального массива оказалось
крайне сложной и, по сути, мало выполнимой задачей, хотя в периоды величайшего могущества пределы Византии могли вновь распространяться на земли не
только Греции, но и севера и центра Балкан, Малой Азии, Ближнего Востока и
Египта. Особенное расширение владений (до 1 млн. кв. км.) имело место в правление Юстиниана I, который, стремясь восстановить прежние пределы Рима,
подчинил Италию, Северную Африку и часть Испании. Однако имела место и
иная динамика: либо предельное сжатие территорий, когда накануне своего падения Византия представляла собой дискретные владения в Греции и земли вокруг
Константинополя, либо полная потеря суверенитета, когда в результате падения
столицы в апреле 1204 г. под ударами крестоносцев, империя ромеев прекратила своё существование, распавшись на совокупность политических образований
в Греции и Малой Азии. Часть территорий оказалась отторгнутой и в результате
внешней экспансии, примером чего может служить северная и центральная часть
Балканского полуострова, ставшая зоной славянского вторжения VI–VII вв. и
формирования южнославянских государств, попеременно вступавших с империей в войны за гегемонию в регионе, завершавшиеся как их инкорпорацией в её
состав, так и встречным завоеванием ромейских территорий.
Таким образом, некогда значимый пространственный потенциал оказался
неустойчивым, однако характерной чертой византийской геополитики явилось
формирование цивилизационного пространства, включившего в себя сразу несколько форм выходящих за пределы метрополии коммуникаций. Среди них –
экономические: средиземноморская (с выходом в Мраморное и Чёрное моря),
трансбалканская, трансадриатическая, северопонтийская, черноморско-балтийская (известная как «путь из варяг в греки»), а также часть «великого шёлкового
пути» до Китая и «пути благовоний» до Индии. Ещё более важная коммуникативная система, сложившаяся в «византийское содружество наций» (Д. Д. Оболенский), – духовно-религиозная из территорий и государств, объединённых
принадлежностью к восточному христианству – православию во всех его формах: Болгария, Сербия, Киевская Русь (Московское государство, Российская империя), Румыния, Молдавия, Армения, Грузия. Своих максимальных размеров
оно достигло в начале XI в., когда сложилось сообщество государств и народов,
простиравшихся от Финского залива до Южного Пелопоннеса, от Адриатики до
92
Раздел I. Цивилизации древности и средневековья
Кавказа. Это геокультурное пространство имело иную, ментальную, структуру,
когда внутренние границы представляли собой ряд дискретных геокультурных
же зон, которые сложно прочертить на политической карте.
Отсюда проистекает следующая коммуникативная цепь – явившиеся результатом миссии св. Кирилла и Мефодия древнецерковнославянский язык и письменность, которые во многом способствовали сохранению и консервации византийского культурного наследия. Не следует забывать и о коммуникативных
потребностях Западной Европы, для которой империя ромеев на протяжении
всего раннего средневековья являлась образцом христианского государства, и
впоследствии, несмотря на конфессиональное размежевание и деструктивное
воздействие крестоносного движения, оставалась оплотом интеллектуального
знания. Аналогичные тенденции переживала и арабо-исламская цивилизация,
и турки-османы. При этом геокультурное и геополитическое пространства империи, базируясь на всех её достижениях и потребностях, были плотно взаимосвязаны, пластичны и активны. Более того, геокультурное влияние Византии,
существование которого оказалось куда более долговременным, усиливалось на
фоне потери геополитического веса. Не случайно в настоящее время на территории, некогда принадлежавшей империи ромеев, расположено 26 государств,
в той или иной степени унаследовавших её цивилизационное поле. Что касается
геокультурного влияния, то и по сей день под его «излучением» в общем смысле
находится вся европейская цивилизация, при этом наиболее прямое воздействие
испытали на себе православные регионы, пальма первенства среди которых принадлежит нашему Отечеству.
Этнический состав, особенно на раннем этапе, являлся крайне пёстрым:
здесь преобладали греки, затем следовали эллинизированные малоазийские племена, сирийцы, копты, армяне, евреи, фракийцы, иллирийцы, даки, италийцы.
С сокращением территории (начиная с конца VI в.) часть народов осталась вне
пределов империи, но одновременно она приняла вторгнувшихся сюда готов
(IV–V вв.); славян (VI–VII вв.), которые станут в итоге вторым по численности
этносом после греков; арабов (VII–IX вв.); печенегов и половцев/куманов (XI–
XIII вв.) и т. д. Кроме того, на протяжении всей истории Византия не являлась
замкнутой страной – здесь постоянно находились представители народностей
Западной Европы (франки или латиняне, как именовали их ромеи), а долгое время сохранявшееся рабовладение и постоянные войны и вовсе «приводили» сюда
население со всех краёв ойкумены. Однако преобладающую роль в экономике,
политической жизни и культуре на западе империи играли греки, на востоке –
армяне и сирийцы. Численное преобладание греков привело и к смене государственного языка: если в IV–VI вв. им по инерции оставался латинский, то с VII в.
и до конца существования империи таковым стал греческий.
Разумеется, обладая столь значительными по масштабам и разнообразными
по климатическим (от среднеевропейского до субтропического, но с преобладанием благоприятного средиземноморского) и ландшафтным (от горных систем
до пустынь, но с преобладанием плодородных земель) параметрам территориями, страна располагала практически всеми известными средневековью природными гео- и гидроресурсами, залежами полезных ископаемых. Изрезанная
береговая линия, издревле существующая ирригационная система – всё это способствовало плодотворному развитию экономических и социальных процес-
93
Сравнительная история мировых цивилизаций
сов. При этом и численность населения оставалась самой высокой в Европе – до
35 млн человек, аналогичные лидирующие позиции занимала и степень урбанизации (12 млн горожан составляли 1/4 населения), – в этом отношении Византия
уступала мировые позиции только Индии и Китаю (заметим, что Западная Европа достигнет этих показателей только в XVI в.).
Периодизация истории Византийской империи. Существуют разнообразные системы периодизации истории Византийской цивилизации, в основу которых положены разные критерии её развития: экономический, социальный,
династический, церковный, развитие культуры и искусства. В настоящее время
при попытке охарактеризовать историю империи с более совокупных позиций,
византинисты склоняются к следующему хронологическому ряду: ранневизантийский период (IV – середина VII вв.); средневизантийский период (середина
VII – конец XII вв.); поздневизантийский период (XIII – первая половина XV вв.);
поствизантийский период (вторая половина XV–XVII вв.). Каждый из них ознаменован следующими основными событиями.
Ранневизантийский период. На это время пришлось становление цивилизации, в ходе которого были заложены практически все особенности её дальнейшего развития; серия государственных реформ Диоклетиана, Константина I, Анастасия I и Юстиниана I. По сути, античные ресурсы оказываются исчерпанными
и в начале VII в. сменяются системным кризисом, разгар которого приходится на
правление Ираклейской династии.
Средневизантийский период. Углубление кризиса на фоне арабских и славянских завоеваний, когда территория империи сократилась почти вдвое и значительно «варваризировалась». В этот период к власти приходит Исаврийская династия,
основатель которой Лев III Исавр сумел приостановить захват арабами земель империи и фактически спас её от гибели. Стратегической ценой этого успеха явилась
политика иконоборчества, ставшего отдельной вехой в истории страны (726–780;
813–843 гг.). Приход к власти Македонской династии (867–1056 гг.) и целой плеяды
наиболее ярких её представителей – Василия I Македонянина, Льва VII Мудрого,
Константина VII Порфирогенета и Василия II Булгарокротона – позволяет говорить о расцвете всех потенциалов цивилизации: феодализационных процессах, автократическом статусе императора, зрелой мощи государства и Церкви в международных отношениях эпохи, а также культурном взлёте, известном как Македонский
Ренессанс (867–1067 гг.). Наконец, на последние годы правления династии приходится церковная схизма 1053–1054 гг. между Римом и Константинополем, которая
положила начало целой серии проблем как её преодоления, так и углубления.
Расцвет сменяется кризисом роста феодальных отношений, вступающих во
всё большее противоречие с античными институтами, усиленным неблагоприятными внешними обстоятельствами, вызванными нашествиями турок-сельджуков и норманнов. Это привело к утрате Византией малоазийских и южно-италийских владений в 1071 и 1081 гг. соответственно. В этих условиях приход
к власти династии Комнинов (1081–1185 гг.) и её основателя Алексея I означал
усиление военно-аристократического клана, что позволило империи возродиться в прежнем статусе, пережив так называемое Комниновское возрождение. Она
вновь стала играть активную роль в мировой политике, удерживая под своим
контролем Балканы и претендуя на возвращение Южной Италии и Сицилии.
94
Раздел I. Цивилизации древности и средневековья
Однако с севера нависла угроза печенегов, большая же часть Малой Азии оставалась в руках турок-сельджуков. Последнее обстоятельство спровоцировало
союз Алексея I и его преемников с крестоносным движением. Если печенежская
проблема была решена Комнинами самостоятельно в битве при Эносе 1091 г., то
поражение Мануила I в 1176 г. при Мириокефале положило конец надеждам на
её возвращение. Пресечение династии Комнинов и краткий приход к власти родственной ей линии Ангелов (1185–1204 гг.) привели к краху реформ и отпадению
значительной части территорий, накопленные же противоречия в отношениях
с крестоносцами и Венецианской республикой привели к катастрофе 1204 г., когда маршрут Четвёртого крестового похода был изменён от Сирии и Палестины
на Константинополь.
Поздневизантийскпй период. В итоге империя прекратила своё существование. На её территории образовались несколько латинских и греческих государств. Наиболее значительным среди греческих политический образований
(среди них – Эпирский деспотат, Трапезундская империя/Империя Великих
Комнинов, Ахейское (Морейское) княжество) являлась расположенная на севере
Малой Азии Никейская империя. Воцарившаяся здесь династия Ласкариев серией реформ достаточно успешно формировала компактное феодальное государство. Однако амбиции по реконструкции империи и прежде всего по отвоеванию Константинополя у крестоносцев с целью ликвидации Латинской империи
вынашивались ещё первыми Ласкариями, но были реализованы в 1261 г. родоначальником новой династии Палеологов (1261–1453 гг.) Михаилом VIII. Так начался последний период существования Византии, слабеющей в экономических,
социальных и государственных началах, беспомощной в военном отношении, но
достигшей максимального цивилизационного влияния. Реформы Церкви конца
XIV в. по унификации письменной и литургической традиций распространили
их во всех областях византийского содружества, обеспечив преемственность с
метрополией и после её гибели. Налицо последний и самый блестящий из взлётов культуры – Палеологовский Ренессанс.
Однако в политическом отношении усиливающаяся турецкая угроза заставила ослабленную гражданскими войнами 1320–1328 и 1341–1355 гг. империю
искать союза с западными странами, для чего на Ферраро-Флорентийском соборе 1438–1439 гг. было формально восстановлено единение церквей. Однако
большинство ромеев не приняли унии, не обнаружив потенциалов для разрыва
с собственной религиозно-духовной традицией. В силу целого ряда причин последнее столетие Византии (вторая половина XIV – первая половина XV вв.) стало периодом её стагнации и последующей гибели. С падением Константинополя
прекратили своё существование первая метрополия восточного христианства и
государство, основанное в III в. как Восточная Римская империя.
Поствизантийский период. Для него характерно постепенное угасание и
консервация типологических особенностей византийской цивилизации, проявляющейся в культурной и религиозной парадигмах, в сфере искусства и идеологии. Степень и формы их усвоения на территории бывшей империи ромеев и её
геокультурного пространства отличались в зависимости от собственных традиций каждого из регионов, но отрицать указанный континуитет не представляется возможным.
95
Сравнительная история мировых цивилизаций
Экономические ресурсы и социальное развитие византийской цивилизации. К их числу в первую очередь следует отнести аграрный строй. Изначально
он имел целый ряд специфических черт, отличающих его и от уходящей античной (римской) и предстоящей западноевропейской моделей: многочисленная
страта являвшегося собственниками своих наделов свободных крестьян (геор-
гов) и колонов (энапографов), устойчивый институт соседской общины (митрокомии). Подобная система имела свой экономический строй, заключающийся
в факторе наличия изначально высокого уровня агрикультуры, впитавшей в себя
черты античного и восточного укладов.
Кризис рабовладельческой системы, совпавший с вторжением славян, привёл
в VII в. к определённым изменениям агрикультуры. Налицо её поступательное
развитие, о чём свидетельствует главный памятник эпохи – «Земледельческий закон». Что касается развития ремесла и торговли, то византийская цивилизация
на всём протяжении своего существования носила товарно-денежный характер,
центром которого являлся город. Его историческая модель существенно отличалась и от европейского, и от восточного аналогов. Примечательно, что расцвет
городов в империи имел место в ранневизантийский период, когда были ещё
сильны античные муниципальные традиции, а с их угасанием постепенно стагнировали и урбанистические системы.
Для более полного понимания этого явления необходимо обратиться к особенностям феодального строя византийской цивилизации, в системе которого
выделяют следующие периоды: IV–VII вв. – сохранение позднеантичной социальной структуры, значительная роль рабовладения; VII–XI вв. – преобладание
свободных крестьян, развитие фемного строя и начало формирования родовой
аристократии; XI–XV вв. – процессы феодализации, институализация поземельной и личной зависимости крестьянства, складывание основных категорий феодалов (динатов) и крестьян (париков).
Генезис феодальных отношений в Восточной Римской империи, который
признаётся далеко не всеми исследователями (значительная часть зарубежных
византинистов настаивает на отсутствии феодализма в его европейском понимании), оценивается большинством специалистов как относящийся к синтезному
типу с преобладанием античного (позднеримского) начала. При этом аграрный
строй имел три находящиеся в состоянии постоянных противоречий определяющих фактора: устойчивый институт безусловной частной собственности, генетически связанный с позднеримской аграрно-поземельной системой; основанные
на парцеллярной собственности традиции общины и государственную форму
землевладения.
В средневизантийский период начинается процесс разложения коллективного начала аграрного строя и становления феодальных систем. К специфическому
развитию феодализационных процессов, которых следует выделить два сдерживающих фактора: устойчивую митрокомию и отсутствие децентрализации государства. Выход из кризиса в начале IX в. и последовательные финансово-административные реформы привели к резкому росту налогового обложения, когда
аллиленгий стал принудительным, и в этих условиях, с одной стороны, община
консолидировалась, а с другой – в ещё большей степени получил развитие процесс имущественного расслоения и перехода под патронат.
96
Раздел I. Цивилизации древности и средневековья
Процессы генезиса вотчины развивались замедленными темпами и складывались в достаточно разветвлённую по своим формам систему, в основу которой
можно положить несколько критериев: тип собственника, когда вотчина могла
носить и церковный, и светский характер; тип складывания вотчинной организации, в котором наблюдается сразу три варианта развития: из землевладений в
соседних селениях, из земель митрокомии и собственности владетельных соседей; пути формирования феодальной зависимости: вместе с землёй и без потери
связей с митрокомией; форма условной собственности. В результате в Византии
сложилась вотчина, имеющая следующие особенности: минимальные землевладельческие права динатов; высокий уровень ренты, которая покрывала и нужды
дината, и требования казны; значительная доля хозяйственно самостоятельных
крестьян; административная самостоятельность общины; отсутствие административной самостоятельности у поместья.
Реформы Комнинов привели к укреплению вотчины как хозяйственной и политической единицы, в основе которой лежали отношения иммунитета, раздача
земли родственным или близким клану лицам. Что касается положения крестьян,
то большинство их было переведено на парикию (государственную, церковную
и частновладельческую) и подверглось более стабильной эксплуатации, главной
формой которой оставалась барщина.
Однако к XII в. сложился своего рода тупик развития: перед византийской
цивилизацией встала внутренне неразрешимая проблема, когда завершается
поступательное развитие государства (оно приобрело инерционные, а позже –
стагнационные формы), а социально-экономические потенциалы цивилизации
достигают зрелой стадии и подвергаются давлению со стороны государства. Это
приводит и к их постепенной деградации.
Усиление парикии делало неизбежным рост частноправовых платежей, но
в немалой степени этому способствовала и эволюция вотчины в сторону частного владения на правах иммунитета (хотя внешнего проявления автономии
в виде замков так и не возникнет). Это ограничивало права контроля государства
над вотчиной и приближало византийский тип аграрно-правовых отношений
к западноевропейскому с такими элементами зрелости, как коммутация ренты и
правовая самостоятельность динатов, однако перехода к новой стадии развития
аграрного строя не наблюдалось (известны только отдельные случаи предпринимательской аренды).
Ослабление городской и сельской экономики привело к срыву предпосылок
для перехода к раннекапиталистической стадии развития, для которой имелись
определённые возможности. Ведь Византия была включена в систему средиземноморской торговли, что давало необходимые для начала первоначального накопления концентрацию капиталов и рынок рабочей силы. Но денежные средства
в основном уходили в Италию, отсутствовал равномерно развитый внутренний
рынок, ремесло не достигло ни цеховой, ни тем более мануфактурной стадии
развития. Ремесленное производство подрывал и ввоз итальянскими купцами
массовых товаров. Их льготное и одновременно монопольное положение, как во
внешней, так и во внутренней торговле, к середине XIV в. максимально снизило ожидаемые поступления в казну, значительная их часть аналогично оседала
в Италии, в византийском же обращении вращалась всё более неполноценная
монета.
97
Сравнительная история мировых цивилизаций
Отсутствие города как центра самостоятельного развития ремесла и торговли, консолидации горожан в самоуправляющегося третьего сословия, незрелость вотчины и отрыв крестьян от связи с рынком, трудности появления раннекапиталистических элементов в аграрной среде (мануфактурного производства
и специализированного фермерского хозяйства), – всё это привело к стагнации
экономических и социальных ресурсов цивилизации. Был ли обратим этот процесс? Возможно ли, что поздняя Византия шла своим, уникальным путём и нашла бы выход из сложившегося тупика? При всей умозрительности этих вопросов, постараемся взглянуть на проблему стагнации с иной стороны – стороны её
преодоления. В целом экономика империи переживала кризис, хотя отдельные
её отрасли (например, аграрное хозяйство) находились на подъёме. Производство зерна и других продуктов на рынок свидетельствовало о росте товарно-денежных и торговых отношений. Массовое разорение крестьянства и городских
низов могло стать основой для мануфактурного производства. Однако торговый
капитал имел невизантийское происхождение и чаще уходил в более безопасные
сферы: ростовщичество, торговлю недвижимостью или покупку должностей.
Купечество разделилось на мелкое, всё более разоряющееся, и на богатеющее за
счёт связей с итальянским торговым капиталом в качестве младших партнёров.
Сам факт зарождения этой прослойки может свидетельствовать о возможностях предкапиталистических отношений, когда первоначальное накопление достигалось за счёт внешней торговли, за счёт чужих капиталов, а не внутренних
потенциалов города или аграрной сферы. Одновременно вотчины и хозяйства
разбогатевших крестьян всё более втягивалась в систему средиземноморской
торговли, вывозя продукты сельского хозяйства, из страны используя их как
средство накопления. Значительный объём домена сочетался с незначительным
размером барщины, сохранялся найм, набирали обороты арендные и субарендные системы. В итоге рядом с динатом появилась фигура сельского предпринимателя, денежные средства которого часто шли на улучшение арендованного им
участка (мелиорации, применения новых технологий и пр.), раздачу его в субаренду и содержание за счёт наёмной рабочей силы из числа обедневших соседей.
Как же оценить сложившуюся систему? Среди множества мнений, в основном настаивающих на синтезных моделях развития, следует выделить наиболее
радикальные. Одни (П. Лемерль) склонны отождествлять византийскую цивилизацию с позднеантичной, поскольку здесь сохранился римский фиск, право,
культурные паттерны, постоянное наличие свободных крестьян, стремление
незнатных слоёв не к земельной собственности, а к службе в государственном
аппарате и т. д. Другие (Фр. Дёльгер), признавая экономическое сходство византийской вотчины с западноевропейской, не усматривали динамики социального
развития Византии на всём протяжении её существования. Сторонники подобных взглядов полагали, что в здесь сложился особый восточный тип общества,
по аналогии с Китаем и Японией, с централизованным государственным аппаратом, значительную роль в функционировании которого играла бюрократия, напрямую сакрализованной властью императора, отсутствием вассально-ленной
системы. Третьи (Ю. А. Острогорский) признавали наличие феодализма как социально-экономической системы империи и одновременно являлись сторонником теории непрерывности развития города, начиная с римской эпохи.
98
Раздел I. Цивилизации древности и средневековья
Если подвести итоги восходящего развития Византии от основания до окончания комниновской эпохи, то становится очевидным экономическое превосходство империи над Европой и многими странами Востока до XII в. Расцвет строительной техники, достижения точных и естественных наук, ряд изобретений – всё
это обеспечивало цивилизационное превосходство империи. Обратный перелом
в поступательном развитии случился в кризисном XII в., когда экономическое
превосходство окончательно перешло к Западной Европе, а потенциалы Византии оказались инерционными и потому исчерпывающими.
Резюмируем следующие черты феодального строя, характерные для византийской цивилизации: активная роль государства в феодальных (и аграрных,
и социальных) отношениях; специфические черты митрокомии; неполный ин-
ститут иммунитета. Преобладание роли государства в социально-экономической сфере Византии заставляет обратиться к рассмотрению политического профиля цивилизации.
Политическое развитие. Имперская форма правления, унаследованная от
Рима эпохи домината, сохранялась в Византии на всём протяжении её существования. Синтез римской и восточно-христианских традиций привёл к образованию политической системы, отличающейся известным своеобразием. Её
центральной фигурой выступал император, чья титулатура пережила несколько
этапов: август, автократор (греч. Aυτοκράτωρ – самодержец), с 629 г., после побе-
ды Ираклия I над персами – василевс (греч. Βασιλευς). Постепенно утрачивались
звания, прежде всего римского происхождения, которые раньше закреплялись
путём механического присоединения. Дальнейшее осмысление императорского
статуса попало в прямую зависимость от полученного от Рима христианского
вероучения. Такого рода неотделённость священных и светских полномочий во
властных функциях, осуществляемых одним и тем же лицом, получает наименование цезарепапизм. Это была идея диархии, т. е. разделенного единства властей,
но разделение функций означало единство обязанностей.
Природа высшей политической власти понимается по текстам Священного
Писания и церковного Предания, обособляясь от республиканских представлений. Уже с IV в. укореняется концепция, согласно которой Христос и император
царствуют одновременно, и в своей деятельности глава государства должен поражать Сыну Божьему, указывая подданным путь к спасению. Существует только государство ромеев, все прочие – варварская ойкумена. Император трудится
на благо империи, и эта цель оправдывает все средства.
В этом отношении Византия явила пример монархии, когда сакрализовывалась не столько личность василевса, сколько его трон, его титул, его прерогативы.
В результате, при отсутствии автоматического престолонаследия, императором
мог стать человек любого социального происхождения, этнической принадлежности, уровня образования и т. п. – милость Божья снисходила на любого из тех,
кто достигал вершины власти. Отсюда проистекает частая практика государственных переворотов и цареубийств.
Кроме того, христианская концепция понимала василевса хотя и одаренным
божественной властью свыше, но обычным человеком, чья физическая природа
несовершенна и смертна. А империя вечна, и богоизбранным является не только
император, но всё население. Поэтому ромеи не полагали себя рабами императора,
99
Сравнительная история мировых цивилизаций
а ощущали себя частью великой христианской страны, первой державы мира,
наделяя её главу массой важных полномочий.
Император опирался на многочисленный и сложный по своей структуре
институт государственной службы. С ранневизантийского периода он в значительной мере унаследовал римский опыт, который предписывал понимание общественных обязанностей как долг каждого гражданина. Поэтому византийская
бюрократия не знала наследственной передачи должностей – этому мешала античная традиция выборности. Все виды службы: военная, гражданская и придворная – восходили к военной и заимствовали от неё иерархический принцип
организации и знаки отличия. При этом гражданская служба выступала как основная для деятельности государства, и власть императора оценивалась как, прежде всего, гражданская, а не военная.
Главным органом, имеющим совещательные функции, являлся совет
(синклит), в который входили начальник дворца (магистр оффиций), в ведении которого находились придворная гвардия, арсеналы, надзор за придворной
и гражданской администрацией, внешне связи, почта и службы тайного надзора; главный юрист (квестор); два советника (комита) финансов; два префекта
претория, возглавлявшие всё гражданское управление; пять магистров войск и
глава (эпарх) Константинополя. Нижестоящее гражданское управление осуществлялось через обширный чиновничий аппарат во главе с префектами претория.
Двумя высшими военными должностными лицами выступали главнокомандующий пехоты и начальник конницы, позже эти они были объединены в магистра
армии. Армия на раннем этапе состояла из свободного населения, она была мало
варваризирована, что являлось залогом сохранения границ империи. Позже,
с формированием морской обороны империи, будет введена должность друнга-
рия флота.
Не менее значимое место в системе управления занимала бюрократия. Она
мыслилась воплощением всемирного порядка (таксиса), на всём протяжении
истории империи постоянно увеличивалась в количестве, но по-прежнему сохраняла открытость доступа в свои ряды выходцев из всех социальных слоёв.
Состав корпуса чиновников считался подчинёнными василевса и одновременно
государства, или общественных интересов. Распоряжения спускались непосредственно от императора, их, под угрозой наказания (вплоть до казни), следовало
неукоснительно выполнять, что налагало ответственность, но и давало власть,
санкционированную государством. Специальные реестры (тактиконы) разделяли чиновников на ранги, каждому из которых предписывались особые цвета
и крой одежды, знаки достоинства и украшения. Кроме того, существовало два
параллельных разряда – «бородатые» (половозрелые мужчины) и «безбородые»
(евнухи). Первые включали в себя весь перечень чинов членов императорской
фамилии и высших сановников за её пределами; далее следовали звания бюрократического аппарата, военные и дипломатические чины. «Безбородые» занимали
посты главы сената, вестарха, вестиариев и патрикиев, привратника разного ранга постельничих и т. д. В итоге церемониальные списки ІХ–Х вв. перечисляют 20
чинов и 56 должностей для «бородатых» и 11 чинов и 6 должностей – для «безбородых». При этом именно в столице за евнухами сохранялись в основном как вышеперечисленные дворцовые чины, отвечающие за порядок придворной жизни,
100
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]