Добавил:

ivanov666 Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.

Вуз:

Башкирский Государственный Аграрный Университет

Предмет:

[НЕСОРТИРОВАННОЕ]

Файл:

Социология молодежи. Учебное пособие

.pdf

Скачиваний:

Добавлен:

08.09.2026

Размер:

2 Мб

Скачать

☆

<<< < Предыдущая 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 1314 / 3214 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 > Следующая >>>

таком повороте событий принять участие в различных акциях протеста 8,2% верующих в Бога, 4,9% колеблющихся, 4,1% верующих в сверхъес тественные силы, 9,5% безразлично относящихся к религии и 15,7% не верующих.

В группе верующих больше проявляется и патриархальное, искон но русское понимание «правильности» (справедливости) норм социаль ного общежития, что продемонстрировали ответы на вопрос о том, как надо относиться к закону. Среди склонных его соблюдать во всех случа ях, даже если он не вполне соответствует сегодняшним реальностям, верующих в Бога и в сверхъестественные силы меньше, чем безразлич ных и неверующих (7,9 и 8,2% против 13,9 и 11,0%). Значительно ближе для верующих идея «не так важно, соответствует ли чтолибо закону или нет, — главное, чтобы это было справедливо» (соответственно 36,5 и 42,4% против 28, 1 и 28,8%).

Итак, религиозность, как и все мировоззрение современной моло дежи, имеет довольно сложную структуру. При общем возрастании, по сравнению с прошлыми десятилетиями, числа верующих, среди моло дых людей выявляется довольно значительная часть (более 50%) нео пределившихся — колеблющихся между верой и неверием, а также ин дифферентных и верящих в безликие сверхъестественные силы. Нере лигиозный тип мировоззрения присущ значительному числу молодежи. Сама же религиозная молодежь в большей мере выступает за сохране ние семейных и национальных ценностей и, при всей озабоченности зло бодневными общественнополитическими реалиями, не готова в насто ящее время к их изменению.

Однако не следует и преувеличивать значение социологических данных, свидетельствующих о религиозной самоидентификации моло дежи. Американский социолог Чарлз Глок, мысли которого оказались созвучны нашему времени, полагал, что принадлежность к религиозным организациям выступает как «функция внесения значимости в религи озный опыт», что позволяет индивиду справиться с возможными кризи сами жизни, а также «заменить формой религиозного статуса отсутствие чувства социального статуса». Последнее утверждение вполне справед ливо по отношению к молодежи, особенно несовершеннолетней.

Вместе с тем результаты социологического исследования показы вают, что, несмотря на распространенность в молодежной среде субъек тивно оцениваемой религиозности, объективные признаки воцерков ленности, такие, как регулярное посещение церкви, соблюдение обря дов, чтение молитв, колеблются на уровне 3–8% в каждой возрастной группе.

131

Что касается содержания верований молодежи, то оказалось, что ее религиозное сознание эклектично: численность верующих в христианс кие догматы и в оккультномагические явления среди самой юной моло дежи одинакова и приближается к уровню 50% (47–49% 17летних ве рят и в колдовство, и в астрологию, и в Божий суд одновременно).

Юное поколение не столько «обращается к Богу», сколько адапти руется к религии, церкви, мистике, которые стали привычным обрамле нием их бытия (так, среди 17летних в 1997 г. стало в 3 раза меньше «нео фитов», чем тех, кто «всегда верил в Бога»: 11 и 38%).

Общим свойством религиозности современной молодежи является ее пассивный, нецерковный характер. Так, посещают церковь (с различ ной частотой в течение года, но в основном 1–2 раза в год «по праздни кам») 45% 17 и 24летних и 47% — 31летних. (Для сравнения: дискоте ки и вечеринки посещают вдвое больше 17летних — 84%). В церковь ходит столько же молодежи, что и в кафе и рестораны (45%), а также в театры и музеи (43%). Такое эпизодическое, от случая к случаю, посеще ние церкви, требующей от своих прихожан дисциплины, постоянного участия в богослужениях, говорит о том, что религиозность большин ства молодежи носит формальный, номинальный характер, а отчасти, возможно, представляет собой более личный, внутренний тип. А не тра диционно православный — церковнообщинный и обрядовый.

Такую внецерковную религиозность немецкий социолог Томас Лук ман называл «невидимкой», «приватной». В наших условиях она про является в том, что молодежь, выросшая в отрыве от православных тра диций, верит в возможность личного общения с Богом без посредниче ства церкви и священников. Все это не дает оснований ожидать успеха от предлагаемого церковными иерархами «пастырского душепопечи тельства» над молодежью. И хотя молодое поколение, все более осозна ющее себя православным, может оказаться более восприимчивым и ло яльным к религиозной идеологии, необходимо учитывать двусторонний характер социального взаимодействия церкви и молодежи, то обстоя тельство, что воцерковление юношей и девушек, даже если удастся объе динить их в молодежные центры при епархиях, поломнические и скаут ские лагеря, как того требует патриарх, — все это может повлечь обрат ное воздействие: молодежь своим социальным потенциалом способна содействовать «ювентизации» церкви, т. е. ее обновлению, нежелатель ным для иерархов преобразованиям, обусловленным включением мо лодых людей в церковное сообщество.

132

7.2. ÃÓÎÓ‰ÂÊ¸ Í‡Í Ó·˙ÂÍÚ ‚ÓÁ‰ÂÈÒÚ‚Ëˇ ÚÓÚ‡ÎËÚ‡ÌÓ‰ÂÒÚÛÍÚË‚Ì˚ı ÒÂÍÚ

Человечество вступило в XXI век в состоянии тревожной неопре деленности и ожидания непредсказуемых катастрофических событий в различных сферах своего бытия. Это состояние порождает у людей об щий трагический настрой, психологическую неустойчивость и поиск какойто опоры, которая позволила бы сохранить смысловые основы жизни.

С конца 80х годов прошлого столетия духовное поле России под верглось беспрецедентной за всю ее историю экспансии со стороны псев дохристианских, оккультных и откровенно сатанинских сект, пришед ших как с Запада, так и с Востока. Используя сложную социальнополи тическую, экономическую и духовнонравственную ситуацию в рефор мируемой России, секты пустили глубокие корни и стали ощутимо вли ять на развитие духовной жизни российского общества. Членами этих сект в короткие сроки стали миллионы наших граждан.

Особое внимание секты обратили на вербовку в свои ряды учащей ся молодежи. Сектантские вербовщики стали активно проникать в шко лы и вузы, навязывая свои образовательные программы, семинары, лек тории и курсы, вербуя из школьной и студенческой среды своих буду щих адептов. В результате под воздействием сектантской пропаганды и агитации тысячи студентов вузов оказались в этих сектах, забросили учебу, появились многочисленные случаи психических расстройств и самоубийств.

Основными личностными причинами вовлечения молодых людей в секты являются неудовлетворенные потребности (интеллектуальные, эмоциональные, социальные или духовные), неудовлетворенность гос подствующей в семье, социальной группе и обществе в целом системой ценностей, своими социальными статусом и ролями, а также кризисные обстоятельства личной жизни.

Сектантство вообще может проявляться в различных сферах жиз ни: в религии, политике, социальной сфере, культуре и т. д. Нас же инте ресует прежде всего религиозное сектантство, хотя мы убеждаемся, что некоторые современные культы, именующие себя церквями, не имеют к религии никакого отношения и прикрываются религиозной символи кой лишь в чисто корыстных целях: создания себе некого духовного ре номе (репутации), ухода от налогов, «страданий» за веру в случае «гоне ний» на организацию. Типичными представителями здесь являются «Церковь Саентологии» и «Брахма Кумарис». Однако, независимо от

133

духовной стороны мировоззрения всех культов, их объединяет то, что все они деструктивны, а многие из них тоталитарны и потому обществен но опасны.

В религиозном смысле энциклопедический словарь «Христианство» определяет секту как «организованное общество людей, разномыслящих с господствующей церковью, но согласных друг с другом в религиозном отношении». Религиозные секты классифицируются по источникам, в которых они черпают свое учение, и путям, которыми они идут в реали зации своего учения. Необходимо заметить, что религиозные секты, как правило, отрицая догматические основы учения господствующей Церк ви, не порывают с ее историческим преданием, но обвиняют ее в извра щении этого предания и претендуют на роль его истинных хранителей и продолжателей. Это характерно для большинства христианских сект.

Что касается определения современных сект, то здесь существует некая многоголосица. Одни называют их новыми религиозными движе ниями, но мы уже сказали о том, что некоторые из этих «новых движе ний» к религии вообще отношения не имеют. В европейских странах их стали именовать «культами». Это название больше соответствует реаль ном содержанию и деятельности этих организаций, ибо «культ» означа ет почитание не только Бога, но и определенного человека (властелина, предка, военачальника, гуру и т. д.), а мы знаем, что в подавляющем боль шинстве этих организаций учреждается культ руководителя организа ции и пожизненно, и посмертно.

В то же время в ряде европейских стран этим организациям стали давать более жесткие и конкретные определения, отражающие их ис тинную сущность. И здесь нужно назвать прежде всего Францию. В мае 2001 г. во Франции был принят новый закон о сектах, который сформу лировал основные характерные признаки сект:

· дестабилизация сознания вовлеченных в организацию людей;

· навязывание своим адептам необходимости разрыва всех связей с прежним окружением;

· покушение организации на физическое здоровье своих членов;

· вербовка и вовлечение в свою организацию людей детского возра ста;

· антиобщественные призывы, обращенные к своим адептам и во вре мя вербовки новых членов;

· нарушение существующего общественного порядка;

· нарушение правовых и этических норм, установленных в обществе;

· финансовые махинации, уход от налогов;

· попытка проникновения во властные структуры.

134

Перечисленные признаки применимы к любой из деструктивных сект и дают представление об их истинной сущности. Исходя из пере численных признаков, бывший министр иностранных дел Франции Ален Вивьен дал такое определение современным сектам: «Мы называем сек той не отдельные ветви крупных религиозных конфессий и не новые религиозные движения, как бы ни были они своеобразны в своих веро ваниях. Во Франции мы называем сектами сообщества, основанные

на идеологической тоталитарной структуре, поведение которых нано% сит серьезный ущерб фундаментальным свободам и общественной ста%

бильности»

. Мы считаем такое определение современных сект удач

ным, ибо оно отражает их главные духовно и социально опасные при знаки: тоталитарность и деструктивность.

В чем конкретно выражается деструктивный характер современ% ных сект? Деструктивный означает разрушающий (или ведущий к раз рушению) какуюто структуру. В данном случае речь идет о разруше нии социальной структуры общества.

Современные секты по преимуществу деструктивны. Используя в корыстных целях предоставленные законами демократических стран религиозные права и свободы, спекулируя на религиозном плюрализме и толерантности, они стремятся навязать обществу и государству гос подство своей «реальности», нарушая все писанные и неписаные прави ла человеческого общежития. Главным отличительным признаком дес труктивной секты является обман и контроль сознания своих адептов.

Их деструктивность проявляется в том, что они извлекают (изыма ют) своих адептов (членов своей организации) из социальной структу ры общества и помещают их в изолированное от общества замкнутое пространство, которым эта организация является. Став членом секты, человек выводит себя за рамки социальной структуры общества, лишая себя одновременно принадлежащих ему в обществе прав и свобод, ибо эти права и свободы в полном объеме забирает себе секта, она решает, чего и сколько нужно дать адепту, заботясь лишь о том, чтобы не нанес ти ущерба интересам организации. Права и свободы личности полнос тью приносятся в жертву секте. Секты создают замкнутые системы, жи вущие по своим законам, непроницаемые для внешнего мира и игнори рующие его. Общество, состоящее из таких замкнутых систем, нежиз неспособно по определению, оно обречено на гибель.

Материалы Международной научнопрактической конференции. «Тоталитарные секты — угроза XXI века». — Нижний Новгород, 2001. Изд. Братства св. Александра Не вского, 2001. С. 13.

135

Какие конкретные формы социального деструктивизма использу ют современные секты? Начнем с основополагающей ячейки общества – семьи. Секта не заинтересована в сохранении, а тем более укреплении светской семьи как своего антипода. Она готова ее терпеть только в том случае, когда все члены семьи являются ее адептами. Но это не носит массового характера, и там, где супруги занимают противоположные позиции по отношению к секте, семья неизбежно распадается. Секта приветствует этот распад и подталкивает к нему всегда, ибо, пока этого не произошло, находящийся в секте супруг (или супруга) несет в себе угрозу ухода из нее, угрозу того, что он (или она) в какойто момент по считает семью более значимым фактором своей жизни и уйдет из секты. Распад семьи становится двойной трагедией для детей, ибо они не толь ко лишаются одного из родителей, но и втягиваются с родителем (осо бенно если это мать) в секту. Позиция секты в этой ситуации однознач на: распад семьи светской есть фактор укрепления семьи сектантской.

Другой формой деструктивизации семьи является отрыв от семьи принадлежащих к секте взрослых детей, которые могут быть оторваны от семьи в буквальном смысле, ибо могут быть посланы сектой для слу жения в какойто другой отдаленный регион или даже в другую страну. Особенно активно это практикуют «Свидетели Иеговы». В международ ном Центре «СИ» в Солнечном вы встретите не только русских, но и англичан, и немцев, и представителей восточных стран, приехавших сюда на «служение». Большинство из них — это люди молодого возраста.

Социальный деструктивизм сектантства проявляется во многих других сферах социальной жизни. Он выражается, в частности, в пре дельном сужении сферы социальной идентификации личности, ее твор ческих возможностей. Это сужение выражается, прежде всего, в жертве своими интересами в пользу интересов организации. Человек бросает любимую работу и идет работать вахтером, уборщицей и т. д., чтобы иметь больше времени на служение организации. Студент или студентка бро сают учебу в вузе, потому что, по утверждению секты, ничему хорошему светская школа не учит, а истинное образование и понимание жизни че ловек получает в своей организации (секте).

Одним словом, секта обрывает все имеющиеся до вступления в нее социальные связи личности и замыкает их на себе. Она начинает заме нять семью, работу, друзей и родственников.

Социальный деструктивизм сектантства создает своеобразную ма териальную базу для тоталитаризма, ибо, сконцентрировав в себе все социальные связи личности, секта получает возможность поставить в тоталитарную зависимость от себя не только все стороны ее внешней,

136

но и внутренней жизни. Деструктивизм сект тесно переплетается с их тоталитаризмом.

Тоталитаризм является неотъемлемым признаком современных

сект. Тотальный означает полный, всеохватывающий, всеобъемлющий.

Сектантский тоталитаризм означает полный, всеохватный контроль над личностью адепта секты. Под ним понимается не только контроль всех сторон внешней жизни и деятельности члена секты, но и его сознания, его духовного, морального и психологического состояния. Выключение адепта из всех сфер социальной жизни сопровождается отключением его от общественно значимой информации. Ему фактически запрещается ре агировать на государственную символику, соблюдать национальные тра диции, читать светскую («бесовскую») литературу, читать газеты и жур налы, слушать радио, смотреть телевизор, участвовать в торжествах и праздниках, отмечать дни своего рождения, встречать Новый Год и т. д.

Сектантский тоталитаризм приводит в конечном счете к формиро ванию мировоззрения, отвергающего окружающий мир во всех его про явлениях, равно как и людей, стоящих вне данной секты. Строится не видимая глухая стена, разделяющая мир на два лагеря: мы, т. е. члены секты, люди, олицетворяющие праведность и добро, истину и жизнь, и они — слуги ложных богов, носители ложных ценностей и злых помыс лов. Эти два лагеря, несущие один — свет, другой — тьму, радикально противоположны и непримиримы, как непримиримы истина и ложь. Наиболее характерными и опасными для истины и свободы, по утверж дению тоталитарных сект, являются традиционные религии. Только с их уничтожением восторжествует «истинная вера» и их сектантский бог вознесется и спасет утопающий во зле и лжи мир.

Эта идеология «единственно истинного» учения данной секты, ее претензии на богоизбранность и непогрешимость формируют у адепта слепое повиновение секте и ее лидеру (или группе их), утверждает в его сознании некое духовное и нравственное превосходство над всеми, кто не разделяет ее учения, как над недочеловеками, глупыми и слепыми, не способными понять величие и важность тех истин, которые секта про возглашает. Этот «сброд» подлежит безжалостному уничтожению, как балласт, мешающий познанию истины и движению к счастливой жизни.

Тоталитаризм предполагает одномерное мышление, он непримири мый враг мышления независимого. Поэтому секта запрещает своим адеп там самостоятельные суждения по тем или иным (особенно богословс ким) вопросам, не допускает самостоятельного изучения своего «свя щенного писания» и тем более личного толкования его положений. Она не допускает стихийных дискуссий, связанных с вопросами веры. Одним

137

словом, она осуществляет жесткий контроль не только над поведением, но и сознанием личности.

Проблема контроля сознания своих адептов является для деструк тивных, тоталитарных сект ключевой, ибо кто контролирует сознание личности, тот, по определению, контролирует и ее поведение. Не надо считать, что контроль сознания есть некое таинство или даже мистика. Ничего мистического здесь нет, хотя секты всеми способами и средства ми пытаются замаскировать процесс перестройки сознания адепта и придать ему видимость естественности и добровольности. На самом же деле разработана и отшлифована целая система методов и приемов, обес печивающая радикальное изменение сознания адепта и его последую щий контроль. Эта система заставляет адепта думать, чувствовать и дей ствовать в строго заданном, нужном секте направлении. Она лишает че ловека самостоятельности мышления, свободы выбора и свободы дей ствия. Фактически система контроля сознания в деструктивных сектах приводит к разрушению личности.

Вот что пишет в этой связи известный американский исследователь психологического насилия над личностью в деструктивных сектах Сти вен Хассен: «Применение контроля сознания в деструктивных культах направлено, по меньшей мере, на разрушение подлинной личности ин дивидуума — его поведения, эмоций, мыслей — и ее вторичное констру ирование по образу и подобию культового лидера. Это делается путем жесткого контроля и управления физической, интеллектуальной, эмо циональной и духовной жизнью адепта, чьи уникальные свойства при этом подавляются. Культовый контроль сознания — социально органи зованный процесс, поощряющий зависимость и подчинение. Он расправ ляется с индивидуальностью новичка, погружая его в среду, где не оста ется места для свободного выбора. Интерес вызывает лишь догма, при нятая группой. Все, что не вписывается в измененную картину реаль

ности, оказывается ненужным»

Для того чтобы работа по «промыванию мозгов», т. е. изменению сознания, шла успешно и эффективно, секта создает соответствующие условия и добивается их неукоснительного исполнения адептами. Уста навливается жесткий контроль за временем всех актов жизни и деятель ности сектанта, а также окружающей его физической средой. У адепта создается ощущение бессилия, страха и зависимости перед сектой. Осу ществляется манипуляция поощрениями и наказаниями и даже пере

Стивен Хассен. Освобождение от психологического насилия. СПб., праймЕВРОЗ

НАК, 2001. С. 81.

138

живаниями адепта в целях полного подавления прежних образцов со циального поведения. Формируется устойчивая установка, что любая неудача в делах адепта имеет причину в его личной неполноценности. Заключительным условием является то, что адепта держат в полном неведении относительно того, что над ним осуществляется духовное и нравственное насилие по изменению сознания, подавлению его воли и превращению в раба организации. Фактически в деструктивных сектах идет обкатка тех приемов и методов, с помощью которых глобалисты собираются строить одну большую всемирную секту, которую российс кий философ и писатель Александр Зиновьев назвал «Человейником». Вот почему глобалисты так трепетно опекают тоталитарные секты и так яростно защищают их. Это их детище, их реальная сила по отработке ме тодов изменения и контроля сознания всех людей планеты. Этот сектант ский напор, соединенный с властными усилиями по всеобъемлющему кодированию людей, поставил человечество перед реальной угрозой пол ной победы сатанинских сил и апокалипсического конца земной цивили зации. К сожалению, мы плохо осознаем реальность этой угрозы.

В свою очередь сектанты продолжают совершенствовать свою сис тему одурачивания людей, умножая на новые миллионы будущих робо тов грядущего глобалистского «человейника». Сопротивляться этому можно только тогда, когда человек понимает, что с ним происходит и к чему это все приведет. Пока перед нами конкретная реальная опасность — деструктивные, тоталитарные секты, и мы должны знать, в чем эта опасность состоит и как ей противостоять.

В частности, мы должны знать, что кроме определенных условий, создающих более эффективные возможности влияния секты на процесс изменения сознания адепта с последующим контролем, определены и основные направления, компоненты (факторы) этого изменения. Сти вен Хассен выделяет четыре таких направления: контроль поведения,

контроль мышления, контроль эмоций и контроль информации.

Контроль поведения. Он включает контроль и регулирование фи

зической реальности индивида, т. е. того, с кем живет и общается член группы, какую одежду и какого цвета он предпочитает, какую прическу носит, что ест и пьет, сколько спит, как распоряжается своим временем (особенно свободным). Основное время адепт должен пребывать в сек те и посвящать его какимто групповым ритуалам.

Адепт не может принимать какихто важных решений, не поставив об этом в известность руководство секты и не попросив у него позволе ния на то или иное действие. Он должен постоянно информировать стар ших о своих мыслях, чувствах и действиях. Провинившийся должен быть

139

наказан, а ревностный служитель — публично поощрен. Индивидуализм осуждается и поощряется «групповое мышление». Адепт должен неукос нительно исполнять все предписанные сектой правила поведения и бе зоговорочно подчиняться старшим, назначенным сектой.

Контроль мышления. Его необходимость диктуется тем, что рели гиозная или оккультная доктрина секты рассматривается как абсолют ная истина, как догма, не требующая доказательств. Она рассматрива ется также как единственно возможный и реальный путь решения всех человеческих проблем.

Доктрину культа, — пишет С. Хассен, — можно, как правило, выра зить простейшей формулой: «Мы — путь! Мы — истина! Вы, те, кто не с нами, погибли. Мы знаем, а вы — нет». Она проповедует чернобелое мышление и делит мир на упрощенные дихотомии — добро и зло, «мы»

и «они»

Для того, чтобы блокировать мыслительные процессы адепта сек ты, создается свой сектантский «подтасованный язык». Секта здесь ис ходит из того, что контроль сознания начинается с контроля слова.

В достижении контроля мышления адептов секты широко приме няют моделирование поведения. Моделью здесь, как правило, выступа ет лидер этой секты или другие «начальники». Кроме того, в целях по давления мышления широко используются гипнотические методики (в частности медитирование), когда часами производится монотонное по вторение какойто фразы или формулы, вводящее человека в состояние транса, т. е. сфокусированного внимания. В этом состоянии существен но облегчается возможность управления сознанием адепта, и идеи докт рины секты пускают в нем глубокие корни.

В управлении (контроле) мышлением адепта секты большую роль играет постоянное напоминание ему «нетленных истин» о том, что в любых условиях, при любых обстоятельствах, в любом вопросе лидер секты и сама секта всегда правы, и, наоборот, никогда не прав сам адепт. Его проблемы и ошибки есть результат его личных недоработок: тупос ти, лени, неумения, слабой веры, неправильного использования реко мендованных методик и т. д.

В результате адепт лишается возможности проверки реальности всего того, что говорят и заставляют делать его в секте. Таким образом контроль сознания предполагает подмену реальности ее сектантской схемой, формирование чернобелого мышления по принципу: «Мы» —

Стивен Хассен. Освобождение от психологического насилия. СПб., праймЕВРОЗ

НАК, 2001. С. 94.

140

<<< < Предыдущая 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 1314 / 3214 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 > Следующая >>>

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]