Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Советская легкая и пищевая промышленность (1966–1970). В 2 книгах. Кн.I
.pdf
НАУЧНО-ТЕХНИЧЕСКИЙ СЕКТОР ЛЕГКОЙ И ПИЩЕВОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ
179 (63,7%), докторов — на 9 (75%) человек. И все же научных
сотрудников с ученой степенью было слишком мало: докторов
наук в 1970 г. насчитывалось 0,48%, кандидатов — 10,6%.
Аналогичное положение складывалось с подготовкой
инженерно-технических работников институтов: число специалистов с высшим образованием составляло 58%, специалистовпрактиков — около 17%. И это соотношение за годы восьмой
пятилетки существенно не изменилось.
В проектных и научно-исследовательских институтах, кон-
структорских бюро пищевой промышленности среди научных
сотрудников в 1970 г. докторов наук насчитывалось 1,2%, кандидатов — 18%. В некоторых учреждениях показатели были существенно ниже. В Украинском НИИ консервной промышленности из 165 научных сотрудников кандидатскую степень имели
15 человек, или 9%; во Всесоюзном научно-производственном
объединении «Пищепромавтоматика» из 180 научных сотрудников кандидатами наук являлись 14 (или 8%); в Украинском
НИИ масложировой промышленности — 5%. Даже в крупных
городах ощущался острый недостаток высококвалифицированных кадров. В Ленинградском межотраслевом НИИ пищевой
промышленности из 122 сотрудников только 2 имели ученую
степень доктора наук и 13 — кандидата наук.
Аспирантура, как форма подготовки специалистов высшей
квалификации для пищевых отраслей, явно не справлялась с
поставленными перед ней задачами. В 1969 г. в аспирантуру
научно-исследовательских институтов Министерства пищевой промышленности СССР были приняты 60 человек, из них
31 — без отрыва от производства. Всего в том году обучались
193 специалиста, в том числе 116 — без отрыва от производства.
Самостоятельно работали над подготовкой кандидатских диссертаций 165 соискателей. К сожалению, из-за плохой организации процесса отбора будущих аспирантов на предприятиях и в
научных учреждениях на статус ученого зачастую претендовали
случайные люди. Не попадали в число соискателей талантливые
молодые специалисты, способные к научной работе. План приема аспирантов систематически не выполнялся. Так, во ВНИИ
синтетических и натуральных душистых веществ в 1968 г. на
пять плановых мест было подано три заявки. Во время обучения
во ВНИИ жиров попавшие в аспирантуру лица не выполняли
утвержденные индивидуальные планы, не отчитывались о проделанной работе, многие несвоевременно представляли диссер-
121
ГЛАВА 3
тации к защите. В 1968 г. аспирантуру окончил 41 человек, из
них только 15 защитили диссертации на соискание ученой степени кандидата наук. Регулярно срывали сроки защиты аспиранты ВНИИ синтетических и натуральных душистых веществ,
ВНИИ крахмальных продуктов, ВНИИ консервной и овощесушильной промышленности и многих других организаций.
На качественное улучшение подготовки научных кадров не
приходилось рассчитывать и в девятой пятилетке. Для всей пищевой промышленности в 1971–1975 гг. министерство планировало подготовить к защите кандидатских диссертаций 275 человек (примерно годовой набор в аспирантуру ведомственных
институтов), а этого было совершенно не достаточно.
Не менее проблематично выглядела ситуация с обеспеченностью инженерными кадрами. Из 1719 инженерно-технических
работников научно-исследовательских и конструкторских
учреждений пищевой промышленности высшее образование
имели 979 (57%), среднее — 513 (30%). Не имея даже среднего образования, занимали инженерные должности 228 человек
(13%). И такое состояние в общем-то устраивало министерство. В ходе проведенной в научно-исследовательских и проектных институтах аттестации 2944 специалистов (согласно
утвержденному перечню аттестации подлежали 2974 человека)
подавляющее большинство было признано соответствующим
занимаемой должности, 157 были рекомендованы к дальнейшему продвижению по службе и только 17 человек признаны
не справляющимися со своими обязанностями и переведены на
другую работу
1
.
Об объеме научных изысканий, проводимых министерства-
ми, говорят следующие цифры. В 1968 г. в разработке научноисследовательских организаций Минлегпрома СССР находились
1323 темы, в том числе по девяти важнейшим научно-техническим
проблемам легкой промышленности — 32, по плану научноисследовательских работ СЭВ — 16, двухстороннего сотрудничества с социалистическими странами — 12. В 1969 г. исследовали
1293 темы, из которых 48 входили в государственный народнохозяйственный план. В качестве примера можно привести конструкторские разработки в области совершенствования пневмомеханического и электростатического способов прядения,
позволявшие повышать производительность труда в 2–2,5 раза;
1
Там же. Ф. 467. Оп. 1. Д. 1331. Л. 164; Ф. 468. Оп. 1. Д. 1838. Л. 162; Д. 1839.
Л. 79, 86; Д. 1905. Л. 329.
122
НАУЧНО-ТЕХНИЧЕСКИЙ СЕКТОР ЛЕГКОЙ И ПИЩЕВОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ
работы в области создания ассортимента трикотажных изделий
из новых видов химических волокон; конструирование и отработка технологии изготовления изделий методом сварки токами
высокой частоты и т.д. За 1968 г. в промышленность было внедрено более 500 из 812 законченных научно-исследовательских
работ (65%). Предполагаемый экономический эффект от фактического объема внедрения составил более 70 млн рублей, что
превышало затраты на исследования более чем в восемь раз, а
в целом на науку примерно в 3,5 раза. В 1969 г. было закончено 720, внедрено в промышленность 559 работ. Ожидаемый
экономический эффект достигал более 89 млн рублей, что превышало затраты на науку в 4,05 раза. В целом реализация научных достижений в 1966–1970 гг. в легкой и текстильной промышленности позволила дополнительно выпустить продукции
на 400 млн рублей
1
.
Научно-исследовательскими институтами пищевой промыш-
ленности за 1966–1969 гг. из 4527 исследований было закончено
2272, внедрено в производство — 1623, или 71,4%. Расчетный
экономический эффект от внедрения составил шесть-семь рублей, а реальная отдача по просчитанным проектам — 4,5 рубля на один рубль затрат. Из всего объема исследований только
92 работы при проведении производственных испытаний или
получили отрицательные результаты, или были недостаточно
проработаны2.
Необходимо отметить повышение эффективности работы
научно-исследовательских институтов как легкой, так и пищевой промышленности СССР в восьмой пятилетке по сравнению
с седьмой. Общий объем исследований институтов системы легкой промышленности увеличился с 66 393 тыс. до 102 090 тыс.
рублей (на 53%);число законченных разработок уменьшилось с
4938 до 3643, внедренных увеличилось незначительно — с 2220
до 2684 (на 21%); полученная экономическая эффективность выросла с 227 476 тыс. до 400 000 тыс. рублей (на 75%). В пищевой
промышленности общий объем работ научно-исследовательских
институтов увеличился с 37 289 тыс. до 70 023 тыс. рублей (на
87%),число выполненных тем увеличилось с 2048 до 3359 (на
64%), внедренных — с 989 до 1964 (практически в два раза),
фактическая экономия выросла в четыре раза — с 76 018 до
1
Там же. Ф. 467. Оп. 1. Д. 648. Л. 4; Д. 1331. Л. 41, 148.
2
Там же. Ф. 468. Оп. 1. Д. 1839. Л. 41, 74; Д. 1905. Л. 58.
123
ГЛАВА 3
303 617 тыс. рублей1. Таким образом, ведомственные научные
учреждения стали уделять больше внимания крупным проблемам, решение которых позволяло получить ощутимый экономический эффект.
Внедрение некоторых научно-технических разработок в разы
повысило эффективность производства. Так, чехословацкими и
советскими специалистами была создана машина промышленного типа (БД-200) для получения хлопчатобумажной пряжи,
позволившая поднять производительность труда в 2–2,5 раза.
В ткацком производстве получили распространение бесчелночные станки типа СТБ, производительность которых в два раза
превышала возможности ранее используемых челночных. Научные разработки ВНИИ по переработке химических волокон
позволили создать принципиально новые поточные линии для
выработки пряжи из химического волокна. По сравнению со
старыми схемами прядения их эксплуатация повышала производительность труда в три раза — с 190–240 до 650–750 килономеров на одного человека в час.
Внедрение комплексно-механизированных потоков по производству швейных изделий резко увеличило производительность труда на швейных фабриках. Например, в швейном
объединении «Труд» (г. Ленинград) при изготовлении мужских
комбинезонов из хлопчатобумажной ткани она выросла на 30%.
Внедрение в пищевое производство синтетического ментола
дало экономический эффект свыше 11 млн рублей в год, технологии комплексной переработки семян хлопчатника — 20 млн
рублей. При применении парового способа очистки овощей
экономический эффект составил 5,3 млн рублей в год, производительность труда повысилась в три раза, экономия картофеля
благодаря уменьшению отходов составила 15% и т.д.
2
К сожалению, это были не массовые случаи, намного чаще
внедрение научных разработок в производство не сопровождалось
получением заметного эффекта. Между потенциальной и ре-
альной отдачей от их использования существовала ощутимая
разница. Далеко не все законченные работы подлежали обсчету экономической эффективности, а те, которые проверялись,
показывали довольно скромные результаты. Например, в Ленинградском межотраслевом НИИ пищевой промышленности
потенциальная отдача от законченных научных разработок в
1
Там же. Ф. 467. Оп 1. Д. 1331. Л. 171; Ф. 468. Оп. 1. Д. 1839. Л. 74.
2
Там же. Ф. 467. Оп. 1. Д. 1331. Л. 42, 46; Ф. 468. Оп. 1. Д. 1839. Л. 74.
124
НАУЧНО-ТЕХНИЧЕСКИЙ СЕКТОР ЛЕГКОЙ И ПИЩЕВОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ
1969 г. должна была составить 5 рублей 34 копейки на один
рубль затрат, в реальности же получился всего 1 рубль 83 копейки1. Типичным в этом отношении можно считать установку
отечественной поточной линии по производству капроновых
чулок на Смоленской чулочной фабрике. Экономический эффект от ее применения составил немногим более 1000 рублей на
один млн пар чулок, или 0,1 копейки на пару.
Естественно, в планы работ научно-исследовательских ин-
ститутов включались проекты, реализация которых могла бы
стать прорывом в развитии легкой промышленности (поточные
линии в хлопкопрядении, электростатическое прядение, плоскосекционные ткацкие станки, полуавтоматические линии в
производстве обуви, получение синтетической кожи на базе
химических волокон, центрифугальные прядильные машины
для льна), однако их разработка проводилась крайне медленно и малыми научными силами. В результате промышленность
практически не получала от науки предложений, способных коренным образом модернизировать производственные процессы,
резко сократить трудовые затраты и повысить производительность труда в три-шесть раз.
Продемонстрировать успехи и трудности развития научно-
исследовательских учреждений легкой и пищевой промышленности попробуем на примере Литовского научноисследовательского института текстильной промышленности
(г. Каунас). Институт занимался совершенствованием технологических процессов и оборудования в целях применения новых
химических материалов, проводил исследования по рациональному использованию сырья и красителей, улучшению качества
изделий. На 1 января 1969 г. среднесписочная численность сотрудников института составляла 254 человека, высшее образование имели 100 из них, в их числе 98 научных работников, из них
девять — кандидаты наук. Со средним специальным образованием работали 26 человек. Налицо необычайно тонкая прослойка
специалистов высшей квалификации со степенью среди руководителей лабораторий, старших научных сотрудников, руководителей групп — всего 20%. Фонд заработной платы учреждения
составлял 304,3 тыс. рублей, на одного сотрудника в среднем
приходилось 1198 рублей в год, или 99,8 рубля в месяц
2
.
1
Там же. Ф. 468. Оп. 1. Д. 1905. Л. 329.
2
Там же. Ф. 467. Оп. 1. Д. 789. Л. 14, 51.
125
ГЛАВА 3
В 1968 г. институт выполнял научно-исследовательские работы по 79 темам, полностью было закончено 78, одна перенесена на последующий период. Тематический план финансировался на 76,3% за счет хозяйственных договоров и на 23,7%
из государственного бюджета. Намеченный объем научных исследований на общую сумму 506,2 тыс. рублей был выполнен
полностью. Внедрение в производство восьми перспективных
разработок института предполагало экономический эффект в размере 2742 тыс. рублей, общий эффект в 1969 г. ожидался в объеме
1863 тыс. рублей. Созданная институтом технология переработки
триацетатных нитей и новый способ крашения позволяли получать ткани, по качеству не уступавшие лучшим зарубежным образцам. Именно такой готовой продукции экспериментальный
цех института выпустил на сумму 107 тыс. рублей
1
.
Успехи в деятельности института сопровождались множеством типичных для научных организаций легкой промышленности недостатков. Например, план исследовательской деятельности был слабо специализированным и содержал очень
широкий круг проблем. Так, в 1968 г. наряду с созданием конструкции чесальной машины и согласованием проектов технических условий на верхний трикотаж и шелковые ткани в него
вошли задания по разработке уточненной схемы развития производительных сил текстильной и трикотажной промышленности Литовской ССР на период 1971–1980 гг., выпуск различного
вида информационных бюллетеней и многое другое. Институт
выполнял различные поручения Министерства легкой промышленности Литовской ССР, зачастую не связанные с основным
профилем его деятельности. В то же время исследований, направленных на существенное повышение производительности
труда на предприятиях текстильной промышленности страны,
выполнялось мало. В результате распыления сил и средств институт практически не выдавал работ уровня изобретений, а то,
что было сделано, зачастую не использовалось в производстве.
Экономическая эффективность просчитывалась для небольшого числа внедренных работ. Новые разработки, как правило, использовались только предприятиями Литовской ССР. В тематике института присутствовало много мелких тем, выполняемых
одним сотрудником. Ведь финансирование около 75% работ
производилось республиканскими предприятиями текстильной
1
Там же. Д. 789. Л. 4.
126
НАУЧНО-ТЕХНИЧЕСКИЙ СЕКТОР ЛЕГКОЙ И ПИЩЕВОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ
промышленности, а они по сложившейся практике задание выдавали всего на год
1
.
Остро стояла проблема материально-технического обеспече-
ния института. В годы восьмой пятилетки у него не было собственных площадей для размещения научно-исследовательских
лабораторий, их приходилось арендовать у соседнего шелкового
комбината. Разрешения на возведение лабораторного корпуса
не удавалось добиться с начала седьмой пятилетки. Ввод в действие основных фондов из года в год срывался и не превышал
70% от запланированного. Так, при плане капитальных вложений на 1968 г. в сумме 174 тыс. рублей, фактическое освоение
составило 125,4 тыс. рублей, или 72%. В институте не хватало
современного лабораторного оборудования, отсутствовали необходимые приборы, а деньги, выделяемые на их закупку, не
осваивались. В 1968 г. из запланированных 150 тыс. фактически
удалось потратить 99 тыс. рублей, или 66%
2
.
К разряду практически не разрешимых относилась кадро-
вая проблема. В 1968 г. на работу были приняты 89 человек,
а уволились 73. Институт лишился 17 специалистов с высшим
образованием, в том числе 15 научных работников. Среди уволившихся сотрудников высшее образование имели: заместитель
директора по производству, два начальника отдела, ведущий
инженер-конструктор, четыре руководителя группы, три старших научных сотрудника, четыре младших научных сотрудника,
два инженера. В целом за 1965–1968 гг. уволились 304 человека,
из них 216 — по собственному желанию. Таким образом, за три
года кадровый состав института полностью поменялся. Понятно, что в такой ситуации говорить о качественных долгосрочных высокоэффективных научных проектах не приходилось.
Среди комплекса причин большой текучести кадров следует
выделить две. Во-первых, сравнительно низкая заработная плата.
ЛитНИИТП был единственным в Каунасе институтом III категории по оплате труда. Сотрудники после защиты кандидатской
диссертации стремились поменять место работы, устроиться в
другие институты или на предприятия, где зарплата была выше.
Во-вторых, институт не обеспечивал новых сотрудников жилплощадью, что было не приемлемо, ведь основным источником
пополнения штата являлись молодые специалисты3.
1
Там же. Л. 15, 61.
2
Там же. Л. 4, 63.
3
Там же. Л. 57, 62.
127
ГЛАВА 3
Те же недостатки присутствовали в деятельности Центрального научно-исследовательского института швейной промышленности (РСФСР). С одной стороны, в результате внедрения
на предприятиях разработок института в 1968 г. ожидался экономический эффект в сумме 11 763 тыс. рублей, что в 5,5 раза
превышало затраты на его содержание. С другой стороны, с
трудом решались закрепленные за институтом крупные народнохозяйственные проблемы: медленно продвигалась разработка
комплексно-механизированных потоков по изготовлению отдельных видов швейных изделий, срывались планы создания
специальной одежды для различных отраслей экономики и т.д.
В институте отсутствовало достойное материально-техническое
обеспечение, а руководство учреждения своими силами не в состоянии было решить накопившиеся проблемы. В соответствии
с правовыми актами 75% полученной прибыли администрация имела право перечислить в фонд учреждения и использовать на закупку нового оборудования. В 1968 г. из полученных
35 153 рублей прибыли в названный фонд были перечислены
26 166, то есть 74%. Однако полностью использовать накопленные средства зачастую не представлялось возможным, поскольку необходимая аппаратура и приборы просто отсутствовали.
Из 27 195 рублей остатка средств за 1967 г. и дополнительно начисленных в 1968 г. 26 166 рублей на расширение и укрепление
материально-технической базы институт смог израсходовать
всего 28 749, на следующий год перешли 24 612 рублей
1
.
В легкой промышленности сформировалась группа институтов, которые систематически не выполняли поставленные
научные задачи, имели низкую эффективность исследований,
затягивали сроки создания, освоения и внедрения разработок
в производство. К ним относились: Барнаульский НИИ текстильной промышленности (отдача на один рубль затрат —
1,3 рубля), ВНИИ нетканых текстильных материалов (отдача
на один рубль затрат — 0,86 рубля), НИИ промышленности
первичной обработки лубяных волокон (отдача на один рубль
затрат — 0,57 рубля), ВНИИ игрушки (отдача на один рубль
затрат — 1,3 рубля) — и многие другие. Подобные учреждения
имелись и в пищевой промышленности. Ситуация с научноисследовательской работой в этих организациях в годы восьмой
пятилетки приняла хронически застойный характер.
1
Там же. Д. 807. Л. 2, 8, 12, 18, 27, 38.
128
НАУЧНО-ТЕХНИЧЕСКИЙ СЕКТОР ЛЕГКОЙ И ПИЩЕВОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ
Подводя итоги деятельности научно-исследовательских ин-
ститутов Министерства легкой промышленности СССР, необходимо отметить, что расчетный коэффициент эффективности
(соотношение ожидаемого экономического эффекта к затратам
на проведение работ) равнялся в среднем 3,5. Например, НИИ
и проектные организации Минлегпрома Украинской ССР в
1968 г. завершили 350 научно-исследовательских работ, из них
по плану министерства — 170, по инициативе предприятий —
180. Затраты на проведение всех работ составили 3451 тыс. рублей, а предполагаемый экономический эффект мог достичь
10 629 тыс. рублей
1
. Подобная эффективность свидетельствовала о том, что в целом научно-исследовательские организации
решали поставленные перед ними проблемы в рамках экстенсивного этапа развития производства, завершения индустриализации легкой промышленности, доведения уже существующих
технологий производства до высокой степени использования.
Внимание на прогрессивных технологиях, создании совершенно новых типов станков и оборудования не концентрировалось;
да производство и не ставило перед наукой такие задачи, через систему хоздоговоров решая проблемы текущего момента.
Научно-исследовательскими институтами Министерства легкой
промышленности СССР по краткосрочным хозяйственным договорам в 1966–1970 гг. были выполнены работы на 64 359 тыс.
рублей (63% от общего объема выполненных работ), по созданию перспективной новой техники — на 25 522 тыс. рублей
(25%); а в 1961–1965 гг. — на 40 931 тыс. (62%) и 13 278 тыс.
рублей (20%) соответственно. Таким образом, в первую очередь
решались задачи, позволявшие повысить эффективность использования уже существующих технологий, а не создавать новые.
Как итог в 1969 г. от всех головных научно-исследовательских
институтов легкой промышленности в Комитет по делам изобретений и открытий при Совете Министров СССР было подано 317 заявок на изобретение, из них только 120 получили
авторские свидетельства2.
В научно-исследовательских учреждениях Министерства пищевой промышленности СССР дела, на первый взгляд, шли
лучше. При общих затратах 37 696 тыс. рублей на внедренные в промышленность в 1965–1970 гг. разработки, предполагаемая экономия от их использования составила 303 617 тыс.
1
Там же. Д. 698. Л. 44.
2
Там же. Д. 1331. Л. 161, 171.
129
ГЛАВА 3
рублей (в восемь раз больше затрат). Однако если учесть все
издержки научно-исследовательских учреждений Министер-
ства (70 573 тыс. рублей), то коэффициент эффективности сни-
жается до 4,3. Здесь, как и в легкой промышленности, особое
внимание уделялось хоздоговорной тематике. В 1961–1965 гг.
объемы работ по созданию новой техники были примерно рав-
ны объемам краткосрочных хоздоговоров. В восьмой пятилетке
объемы хоздоговорных работ увеличились в два раза и достигли
34 370 тыс. рублей (49% общего объема), а по созданию новой
техники выросли на 30% и достигли 21 324 тыс. рублей (30%
общего объема).
Качественный уровень научных изысканий красноречиво характеризует следующий факт. При полученных в годы восьмой
пятилетки 445 авторских свидетельствах и 22 патентах за границу, французской фирме «Спейшим», в 1967 г. была продана
всего одна лицензия — «Способ нейтрализации жиров и масел
в мыльно-щелочной среде». По состоянию на 1 сентября 1970 г.
Комитету по делам изобретений и открытий при Совете Министров СССР были переданы для патентования за границей
материалы всего на 40 отечественных изобретений
1
.
В годы восьмой пятилетки в более сложном материальном и финансовом положении, даже в сравнении с
научно-исследовательскими институтами, находились
36 конструкторских, проектно-конструкторских и кон структор ско-технологических организаций легкой промышленности.
Все они были по своей сути многоотраслевыми предприятиями.
Конструкторские отделы занимались разработкой и изготовлением технологического оборудования, средств механизации и
автоматизации производственных процессов, конструированием и внедрением новых видов тканей и изделий. Проектные
отделы разрабатывали документы для осуществления с применением новой техники и технологий реконструкции предприятий, отдельных цехов и участков. В состав некоторых конструкторских организаций входили находящиеся на их балансе
экспериментально-опытные подразделения и бюро по изготовлению опытных образцов оборудования и изделий. Объем работ
проектных учреждений в 1970 г. достигал 18 815 тыс. рублей,
общая численность сотрудников составляла 7919 человек2.
1
Там же. Ф. 468. Оп. 1. Д. 1839. Л. 76, 84.
2
Там же. Ф. 467. Оп. 1. Д. 1349. Л. 121.
130
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]