Советская легкая и пищевая промышленность (1966–1970). В 2 книгах. Кн.I

нальной средой. А эта среда не в последнюю очередь форми­ровалась командной системой управления. В соответствии с ее канонами всякий специалист, заняв какую-либо должность и получив соответствующий статус, стремился их сохранить или даже повысить. Это нормальное явление. Ненормальным было то, что укрепить свое социальное положение за счет достиже­ний в профессиональной сфере было практически невозможно. Укрепление социальных позиций, а значит, и карьерный рост достигались совершенно иным путем. Во-первых, быстро по­высить свой статус активный индивид изначально мог только за счет коллег. В этих целях ему следовало стремиться к мак­симальной независимости от сослуживцев, предпринимать дей­ствия по ослаблению их социальных позиций и стараться как можно больше подчинить своему влиянию, создать вокруг себя команду единомышленников. При этом предлог для создания консолидированной группы мог быть самым различным, вплоть до незначительной или вымышленной проблемы, не имеющей к профессиональной деятельности никакого отношения. Ли­дер вновь возникшего небольшого объединения устанавливал контроль над единомышленниками, подчинял их своей воле, в том числе для того, чтобы переложить на них часть своих про­фессиональных обязанностей. Во-вторых, в том случае, когда задача улучшения социального статуса за счет карьерного роста могла быть поставлена только в перспективе, индивид должен был примкнуть к одной из существующих в коллективе групп, принять все условия «игры», выполнять порученные лидером функции. За это группа в будущем могла поддержать заявлен­ные им претензии на повышение социального статуса.

162

.

Однако соперничество между группами при кажущейся бес-

сотрудников. Поскольку добиться этого за счет профессиональ­ных достижений, как правило, было тяжело, активисты делали ставку на так называемую «общественную работу», например, стремились попасть в различные комитеты учреждения (парт­ком, местком, комитет комсомола). Считалось, что обществен­ная работа выполняется сверхурочно, но на самом деле она занимала рабочее время и, как правило, выполнялась вместо служебных обязанностей. Высшей формой общественной рабо­ты было участие в деятельности выборных органов. Обычно за это шла борьба, иногда очень острая, ибо боролись за участие во власти, за привилегии, хотя чаще всего незначительные. Лица, заседавшие в профсоюзных комитетах, распределявшие жилье, путевки в дома отдыха и санатории, играли весьма важную роль в жизни коллектива. В большинстве случаев активная часть не брезговала получением дополнительных благ как платы за за­нимаемое положение. Активисты заправляли всеми делами вну­тренней жизни коллектива, оказывали давление на дирекцию, партийные органы. Они становились создателями, носителями и выразителями внутреннего общественного мнения трудового сообщества. Большую часть рабочего времени они посвящали сбору сведений на членов коллектива, следили за их поведени­ем, заседали во всяческих комиссиях. Порой три-четыре подоб­ных активиста определяли социально-моральную атмосферу в учреждении, держали под своим контролем различные стороны жизни коллектива.

Подавляющее большинство (более 90%) сотрудников коллек­тивов представляли собой пассивную часть, индифферентную массу. Повышение своего социального статуса они связывали с естественным ходом событий. Продвижение по карьерной лестнице могло произойти, например, в результате ухода стар­ших по возрасту коллег на пенсию, смены места работы и т.д. В коллективах существовала также небольшая часть выпадаю­щих индивидуумов, которые по каким-то причинам сторони­лись остальных членов коллектива и не принимали участия в его жизни. Иногда среди них оказывались хорошие работни­ки, сознательно стремившиеся сохранить свою независимость. Коллектив яростно боролся против обособления сотрудников, предпринимая всевозможные меры морального и материально­го давления. Обычно редко кто не поддавался такому натиску. Впрочем, руководство коллектива иногда само инициировало появление отщепенца (выпадающего индивида) как элемента

164

Специалисту, попавшему в научно-исследовательский ин-

Там же. Ф. 467. Оп. 1. Д. 598. Л. 189.

социального положения. Провозглашенный в обществе прин­цип «каждому — по труду» на самом деле реализовывался как принцип «каждому — по его социальному положению», то есть каждый человек стремился получить материальные блага за счет использования своего социального положения.

166

В деятельности непосредственных исполнителей научных из-

Такое положение сложилось ввиду того, что, во-первых, не-

168

170