Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Советская легкая и пищевая промышленность (1966–1970). В 2 книгах. Кн.I
.pdf
КАДРОВАЯ ПОЛИТИКА НА ПРЕДПРИЯТИЯХ ЛЕГКОЙ И ПИЩЕВОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ
Литовской ССР (3,8%) было невозможно заполнить местным
населением. Лидерами по количеству вакантных рабочих мест
являлись Узбекская ССР (5,7%), Азербайджанская ССР (5,63%),
Таджикская ССР (2,78%) и РСФСР (3,3%). При этом в Средней
Азии были сосредоточены колоссальные людские ресурсы, но
уровень их подготовки, даже общеобразовательной, был просто удручающим
1
. В такой обеспеченной кадрами республике,
как Украинская ССР, существовал некоторый дефицит на предприятиях крупных городов. Например, недобор на Одесской
джутовой фабрике составлял 9,6% от плановой численности.
Наполняемость рабочих мест на Харьковском канатном заводе равнялась 92,4%; Полтавской хлопкопрядильной фабрике —
92,1; Львовской хлопкопрядильной фабрике — 88,4; Киевской
обувной фабрике № 1 — 93; в Днепропетровском обувном объединении № 3 — 90%. На фабриках Херсонского хлопчатобумажного комбината в течение года недостаток рабочих достигал
1000 человек, или 4,6% общего количества промышленнопроизводственного персонала.
Подводя итоги поиска решений кадровых проблем в легкой
промышленности, министр Н.Н. Тарасов в 1968 г. вынужден
был констатировать: «Путь у нас один. Дополнительных трудовых ресурсов у нас в стране нет. Мы уже сейчас имеем острый
дефицит на предприятиях как действующих, так и вновь вводимых. Только одним путем можно обеспечить планируемый прирост продукции — техническое перевооружение действующих
предприятий»2.
Дефицит рабочих массовых профессий частично был связан с тем, что в 1960-х гг. на предприятиях легкой и пищевой
промышленности не удавалось решить проблему текучести кадров. В 1968 г. из легкой промышленности в целом уволились
923 207 (около четверти) работающих, из них по собственному
желанию — 561 5663. В Украинской ССР в том же году покинули предприятия 119 822 человека (27,3%), в том числе по
собственному желанию — 82 040. В РСФСР в 1970 г. уволились 521 253 человека (30,8%). В некоторых регионах и отраслях
складывалась весьма напряженная ситуация. Если в III квартале 1968 г. предприятия союзного Министерства легкой промышленности покинули 294,6 тыс. человек, или 10,2% обще-
1
Там же. Д. 574. Л. 120; Д. 702. Л. 19.
2
Там же. Д. 588. Л. 228; Д. 698. Л. 6, 22; Д. 701. Л. 57.
3
Там же. Д. 641. Л. 182.
171
ГЛАВА 4
го числа работающих, то в отдельных республиках (Узбекская
ССР, Азербайджанская ССР, Киргизская ССР, Таджикская
ССР, Туркменская ССР) эта цифра достигала 15%. В 1970 г. в
Кемеровском областном управлении швейной промышленно-
сти получили расчет 38,4, в Приморском управлении швейной
промышленности — 47,5% работников.
В целом в восьмой пятилетке кадровый состав рабочих предприятий легкой промышленности ежегодно сменялся почти на
30%, в основном за счет молодежи в возрасте до 20 лет со стажем
работы один-два года. В итоге предприятия начали испытывать
значительный дефицит рабочей силы, особенно с 1969 г., когда
ежегодно стало не хватать свыше 60 тыс. рабочих основных профессий
1
.
Аналогичная картина наблюдалась в пищевой промышленности. Ситуация усугублялась сезонностью работы многих предприятий. В 1966 г. среднесписочная численность работников
составляла 1075 тыс. человек, за год были приняты 660,2 тыс.,
уволены 628,7 тыс. человек, или 58,5%; при этом 57% покинувших заводы ушли по собственному желанию. На предприятиях
Министерства пищевой промышленности Молдавской ССР выбытие работников достигло 105,6%; Киргизской ССР — 88,5;
Грузинской ССР — 78,5; Украинской ССР — 65,8%2.
В некоторых отраслях легкой и пищевой промышленности
из-за недостатка рабочей силы бездействовало оборудование.
В III квартале 1968 г. простои составили в хлопчатобумажной
отрасли 7,3% нормативного времени при плане 3,5; в ткачестве — 6,7% при плане 3,7; в швейной отрасли — 10% при плане
6,3; в трикотажной отрасли — 10,1% при плане 6,1%. Сверхплановые простои на предприятиях хлопкопрядения Украинской
ССР достигали 3,66%; на Дарницком шелковом комбинате —
3,49; Киевском шелковом комбинате — 3,2%. На Херсонском
хлопчатобумажном комбинате плановые нормативы превышались порой в 1,68 раза. Простаивание оборудования по отдельным предприятиям различных регионов за год могло увеличиваться на 2%3.
Бездействие машин и механизмов приводило к срыву заданий по выпуску продукции. Систематически не выполнялись
планы на Ташкентской и Андижанской трикотажных фабриках
1
Там же. Д. 588. Л. 229; Д. 696. Л. 76; Д. 1429. Л. 47; Д. 1780. Л. 92.
2
Там же. Д. 1330. Л. 165; Ф. 468. Оп. 1. Д. 569. Л. 341; Д. 571. Л. 88.
3
Там же. Ф. 467. Оп. 1. Д. 588. Л. 229; Д. 698. Л. 7, 9.
172
КАДРОВАЯ ПОЛИТИКА НА ПРЕДПРИЯТИЯХ ЛЕГКОЙ И ПИЩЕВОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ
(Узбекская ССР), чулочно-трикотажном комбинате им. Нариманова (Азербайджанская ССР) и т.д. Например, среднесписочная численность кадровых рабочих комбината им. Нариманова
в 1968 г. составляла 2038 человек при плане 2263. Из-за недостатка рабочей силы простои круглосуточно действующих автоматов за шесть месяцев достигли 222 515 машиночасов, ввиду чего торгующие организации недополучили на реализацию
около одного миллиона пар изделий. Предприятия «Росглавтрикотажа» недодали 2700 тыс. изделий. По этой же причине в
Украинской ССР в 1968 г. не были выполнены производственные планы по хлопчатобумажной пряже, льняным и пенькоджутовым тканям
1
. В результате срывов планов выпуска продукции росли непроизводственные расходы (штрафы и санкции),
достигшие в 1968 г. на предприятиях легкой промышленности
страны 90,2 млн рублей и не уменьшавшиеся на протяжении
длительного времени2.
Трудности в обеспечении кадрами предприятий легкой и пищевой промышленности были вызваны несколькими социальными причинами. В крупных городах в большинстве случаев
в достаточном количестве отсутствовали жилье и детские до-
школьные учреждения. При строительстве предприятий органы,
планирующие его, исходили из наличия в предполагаемом месте новостройки свободных трудовых ресурсов. Например, потребность в рабочей силе камвольно-суконного комбината на
44 тыс. веретен определялась в 5000 человек при работе в три
смены. По данным облисполкома, в городе Сумы на 1 января 1966 г. численность женщин трудоспособного возраста, не
занятых в общественном производстве, составляла 8,6 тыс., а
к 1971 г. могла возрасти до 9,1 тыс. Таким образом, потребность комбината в рабочей силе, преимущественно женской, по
расчетам, полностью обеспечивалась3. При этом планирующие
органы не прогнозировали возможные проблемы, связанные с
отсутствием социальной инфраструктуры, в первую очередь жилья, детских и культурно-бытовых учреждений. Задания по вводу в эксплуатацию жилой площади, которые, впрочем, далеко
не покрывали существующие потребности, по министерствам
выполнялись в лучшем случае на 73%. Капитальные вложения
на детские дошкольные учреждения осваивались на 75%. Если
1
Там же. Д. 574. Л. 175, 177, 180; Д. 698. Л. 6.
2
Там же. Д. 919. Л. 280.
3
Там же. Д. 596. Л. 438; Д. 698. Л. 22.
173
ГЛАВА 4
удавалось первоначально набрать необходимое для предприятия
количество рабочих, впоследствии многие из них увольнялись.
Существовала прямая зависимость между условиями жизни
рабочих вне предприятия и продолжительностью непрерывной
трудовой деятельности на предприятии. К концу восьмой пятилетки план строительства жилья на Чайковском шелковом
комбинате (РСФСР) был выполнен на 31%, Балашовском комбинате плащевых тканей (РСФСР) — на 29%. Соответственно
текучесть кадров на них превышала 25% в год
1
. В связи с освоением на 1 января 1970 г. в жилищном строительстве всего 28,7%
проектной суммы на Черногорском камвольно-суконном комбинате (РСФСР) недоставало 1500 рабочих. При этом текучесть
рабочих основного производства в 1969 г. составила 40% (прибыли на комбинат 1493 человека, а убыли 1748 человек)2.
В г. Кораблине Рязанской области на комбинате шелковых
тканей работали 5300 человек, недоставало 275, вследствие чего
в третью смену простаивали 575 станков, или более трети их
общего числа. Отсутствие жилья, объектов культурно-бытового
назначения, плохое медицинское обслуживание (на строительстве больницы, начатом в 1966 г., за два года было выполнено
менее 30% общего объема работ) отрицательно влияли на освоение проектной мощности комбината (на протяжении нескольких лет она колебалось на уровне 90%). На многих предприятиях отсутствовали элементарные бытовые условия, что также не
способствовало закреплению кадров. Статистические данные
говорят о недостаточной обеспеченности санитарно-бытовыми
помещениями. В 1970 г. на предприятиях легкой промышленности РСФСР имелось гардеробных 78, душевых — 65, комнат
гигиены женщин — 55% от потребности.
Ситуацию с обеспечением рабочих жильем можно назвать катастрофической. На 1 января 1971 г. предприятия Министерства
легкой промышленности РСФСР располагали 10 116 тыс. кв. м
жилой площади, в том числе в общежитиях 817 тыс. кв. м (8%)
на 150 тыс. человек. Из реально эксплуатируемых 9754 тыс. кв. м
жилой площади 1191 тыс. (12,2%) были непригодны для жилья,
включая 128 тыс. — в бараках, 19,3 тыс. — в подвальных помещениях, 580 тыс. — в зданиях казарменного типа, 395 тыс. —
в ветхих строениях и 69 тыс. — в приспособленных под жилье
помещениях. В бараках, подвалах и аварийных зданиях казар-
1
Там же. Д. 641. Л. 2; Д. 1330. Л. 2.
2
Там же. Д. 1330. Л. 257.
174
КАДРОВАЯ ПОЛИТИКА НА ПРЕДПРИЯТИЯХ ЛЕГКОЙ И ПИЩЕВОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ
менного типа на 1 апреля 1971 г. проживали 170 тыс., в домах
казарменного типа — около 100 тыс. (в Москве — 4,4 тыс.), на
частных квартирах — 475 тыс. работников легкой промышленности. Дополнительно в очереди на получение жилья стояли
66 тыс. человек, имевших менее 4 кв. м жилой площади на человека. Таким образом, более 800 тыс. (или 25%) работающих
крайне нуждались в улучшении жилищных условий. В целом
по стране для удовлетворения минимальных потребностей работников легкой промышленности в жилье необходимо было
построить квартиры общей площадью 32 100 тыс. кв. м. Задача
являлась грандиозной и для экономики восьмой пятилетки непосильной. Проектом плана на 1971–1975 гг. предусматривалось строительство 10 400 тыс. кв. м жилых площадей, что составляло 32% от потребности.
Не хватало мест в детских садах и яслях. Неудовлетворенны-
ми оставались около 150 тыс. заявлений от работников легкой
промышленности на устройство детей в дошкольные учрежде-
1
ния
. И уменьшения отказов не предвиделось. При необходимости строительства для работников легкой промышленности детских дошкольных учреждений на 237,9 тыс. мест, капитальные
вложения в девятой пятилетке выделялись на 107,01 тыс. мест.
Несмотря на то, что ситуация оставалась весьма острой продолжительное время, реальные шаги по ее кардинальному изменению не предпринимались. Зафиксированное в постановлении
Совета Министров СССР от 10 июля 1967 г. право министерств
и ведомств СССР направлять на жилищное и коммунальное
строительство материальные средства в размере до 2,5% объема
строительно-монтажных работ, предусмотренных для объектов
производственного назначения, положение не улучшило. Впрочем, как и последующее решение Совета Министров СССР от
21 ноября 1968 г., увеличивавшее отчисления на жилищное и
коммунальное строительство до 5%. Цифры говорят сами за
себя. По 48 крупнейшим новостройкам легкой промышленности
вместо необходимых 3185 тыс. кв. м жилой площади до 1971 г.
были введены 1257,9 тыс., а вместо 48,2 тыс. мест в дошкольных
учреждениях фактически было введено 20 тыс. мест2.
В годы восьмой пятилетки возникла и ярко проявилась в будущем, уже в конце столетия, серьезная проблема — моногорода.
Министерство легкой промышленности СССР стремилось воз-
1
Там же. Д. 919. Л. 57, 59; Д. 1429. Л. 48, 54.
2
Там же. Д. 919. Л. 15; Д. 1780. Л. 92; Д. 1790. Л. 136.
175
ГЛАВА 4
водить крупные градообразующие комбинаты. Появление вокруг
них моногородов порождало ряд непредвиденных социальных
проблем. На предприятиях легкой промышленности в основном
работали женщины (свыше 75%). В упоминаемом выше г. Кора-
блине проживали всего 14 тыс. рабочих, а на местном комбинате
шелковых тканей из 5500 работающих более 4000 были женщи-
ны, многие из которых не могли создать семью из-за отсутствия
мужчин. Чтобы уменьшить социальную напряженность, было
принято решение: для привлечения мужчин разместить в городе
предприятие по изготовлению металлической фурнитуры. Есте-
ственно, экономическая целесообразность расположения про-
изводства в данном месте отодвигалась на второй план. Впро-
чем, как и в ряде населенных пунктов Астраханской области.
Здесь по согласованию с обкомом КПСС и облисполкомом в
целях обеспечения работой членов семей рыбаков министер-
ство в 1969 г. намеревалось за счет ссуд Государственного банка
СССР реконструировать ряд зданий в рыбацких поселках для
организации производства швейных изделий. Например, в пос.
Комызяки планировалось организовать производство мужских
хлопчатобумажных брюк в количестве 350 тыс. единиц в год с
привлечением 100 работниц в смену.
Как правило, в моногородах и монопоселках не уделяли
должного внимания решению вопросов обеспечения жильем,
строительства дорог и др. На швейной фабрике «Восход», находящейся в пос. Никитинский, постоянно вакантными оставались 13–15% рабочих мест, так как запас трудовых ресурсов
в поселке был исчерпан. Набор их из г. Ленинска-Кузнецкого
Кемеровской области был невозможен из-за отсутствия жилья и
неудовлетворительной работы пассажирского транспорта1.
Одной из основных причин текучести кадров на предприятиях легкой промышленности была неудовлетворенность людей
заработной платой. Средняя месячная зарплата промышленнопроизводственного персонала Министерства пищевой промышленности СССР в 1966 г. равнялась 81,4, в 1967 г. — 86,5 рубля
в месяц. На предприятиях легкой промышленности рабочие в
среднем получали 90 рублей в месяц. Дополнительно производились выплаты премий из фондов заработной платы и материального поощрения. Их удельный вес мог достигать 15,6% от
заработной платы. В 1968 г. 3 379 629 рабочим предприятий лег-
1
Там же. Д. 588. Л. 109; Д. 672. Л. 149; Д. 919. Л. 49.
176
КАДРОВАЯ ПОЛИТИКА НА ПРЕДПРИЯТИЯХ ЛЕГКОЙ И ПИЩЕВОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ
кой промышленности СССР были начислены премии из фонда
заработной платы на 264 608 рублей (7,8 копейки на человека),
из других фондов — 28 026 рублей. Единовременные поощрения
составили 21 929 рублей, вознаграждения за общие результаты работы предприятия — 67 606, единовременная помощь —
9930 рублей.
Из приведенных цифр видно, что основным источником до-
ходов все же была зарплата, а остальные выплаты не имели существенного значения1. Поскольку рабочих не удовлетворял ее
уровень при высокой интенсивности труда и неблагоприятных
условиях (трехсменный режим работы, запыленность, интенсивный шум, повышенная влажность), они увольнялись. Например,
из Кировского областного управления швейной промышленности в 1968 г. по собственному желанию в связи с переходом в
отрасли промышленности с более высоким уровнем зарплаты
ушли 2039 человек (70%)2.
Попытки увязать увеличение заработной платы с выполне-
нием производственной программы меньшим количеством рабочих не принесли ожидаемого эффекта. Не получил широкого
распространения в отраслях легкой и пищевой промышленности «щекинский» (по примеру Щекинского химического комбината) метод оплаты труда3, хотя его апробация на предприятиях Минпищепрома Эстонской ССР и «Укрглавкондитера» дала
положительные результаты. Так, при проведении эксперимента
некоторые предприятия «Укрглавкондитера» пересмотрели плановые задания на 1969 г. в сторону увеличения эффективности.
Им удалось обеспечить более высокие темпы роста производительности труда, чем в целом по кондитерской промышленности СССР. Так, если рост производительности труда в отрасли
в 1969 г. по сравнению с соответствующим периодом 1968 г.
составил 7,8%, то на предприятиях «Укрглавкондитера» — 8,3%.
Дополнительно было выпущено продукции на 14 млн рублей.
На предприятиях Минпищепрома Эстонской ССР за девять месяцев 1969 г. рост производительности труда по сравнению с
соответствующим периодом 1968 г. составил 2,1%, за счет чего
было получено 95,8% прироста объема производства. В результате внедрения «щекинского» опыта фонд материального поо-
1
Там же. Ф. 467. Оп. 1. Д. 641. Л. 181; Д. 696. Л. 75; Ф. 468. Оп. 1. Д. 571.
Л. 83.
2
Там же. Ф. 467. Оп. 1. Д. 672. Л. 168.
3
Там же. Д. 1352. Л. 268.
177
ГЛАВА 4
щрения во II полугодии на 11 предприятиях республики увеличился на 49 тыс., фонд социально-культурных мероприятий и
жилищного строительства — на 21 тыс. рублей.
Министерство легкой промышленности СССР в 1968–1970 гг.
на шести крупных предприятиях различных отраслей в порядке
опыта организовало проведение мероприятий по усилению материальной заинтересованности работников в увеличении производства, повышении производительности труда: устанавливалась зависимость размеров фонда материального поощрения
от темпов роста производительности труда, внедрения новой
техники, уменьшения численности занятого персонала (адаптированный к специфике предприятий «щекинский» метод).
В целом на этих предприятиях рост производительности труда
в 1970 г. по отношению к 1968 г. составил 17,7% при взятых
обязательствах 15,5%. Были высвобождены 2785 работников,
или 9,5% численности персонала. Полученную экономию фонда заработной платы использовали на доплаты за совмещение
профессий, увеличение объема работ и норм обслуживания, что
стало существенным стимулом для эффективного использования рабочего времени.
Однако в ходе эксперимента выявились непреодолимые
трудности. На пути внедрения инициатив трудового коллектива Щекинского химического комбината стояла неодолимая
преграда — утвержденные для предприятий объемы и размеры
заработной платы и ограничения в использовании экономии
фонда оплаты труда. Обращения в Государственный комитет по
труду и социальным вопросам СССР с инициативой о разработке предложений об увеличении уровня доплаты за совмещение
профессий, о снижении ограничений в использовании экономии фонда заработной платы, об установлении общего порядка
образования фонда материального поощрения в зависимости от
темпов роста производительности труда не получили никакого
отклика
1
.
В вопросах увеличения заработной платы рабочих исполнительные и распорядительные органы занимали патерналистскую,
уравнительную позицию. Так, в соответствии с постановлением
ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 26 сентября 1967 г.
«О мероприятиях по дальнейшему повышению благосостояния
советского народа» с 1 января 1968 г. вводился минимум зара-
1
Там же. Ф. 467. Оп. 1. Д. 1780. Л. 33; Д. 1781. Л. 81–83; Ф. 468. Оп. 1.
Д. 1838. Л. 150.
178
КАДРОВАЯ ПОЛИТИКА НА ПРЕДПРИЯТИЯХ ЛЕГКОЙ И ПИЩЕВОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ
ботной платы в размере 60 рублей. Для выполнения принятого
решения только Министерству легкой промышленности СССР
потребовалось дополнительно внести в фонд заработной платы
257,4 млн рублей, в том числе на повышение до минимума размера заработной платы и увеличение тарифных ставок отдельным категориям рабочих — 228,6 млн рублей. Увеличение очередных отпусков до 15 дней требовало дополнительно изыскать
20,5 млн рублей, введение районных коэффициентов к заработной плате трудящимся Дальнего Востока и Европейского Севера — 5,8 млн рублей
1
. Следует отметить неоднозначность принимаемых в рамках постановления мер, а также их последствий.
В целом за пятилетие средняя заработная плата промышленнопроизводственного персонала выросла на 31,7%. По сравнению
с 1967 г. только в 1968 г. при росте производительности труда
на 8% средняя зарплата промышленного персонала повысилась
на 10,4%. Увеличение средней зарплаты в пределах 4,9% явилось результатом введения минимума. Если же вычесть выплаты из фондов материального поощрения и суммы, выделенные
для достижения минимального размера заработной платы, то
рост средней зарплаты в целом по министерству составил 3,8%.
В значительной мере он опережал показатель производительности труда в Армянской ССР, Казахской ССР, Киргизской
ССР, Таджикской ССР, Туркменской ССР и Узбекской ССР.
К сожалению, пагубная тенденция опережающего темпа роста
зарплаты стала в будущем общепринятым правилом2.
Повышение минимальной ставки оплаты труда в самой рабочей среде было встречено неоднозначно. Введение с 1 января
1968 г. минимума заработной платы уменьшило ее зависимость
от мастерства, поэтому квалифицированные рабочие стали проявлять недовольство. Так, если в 1967 г. разрыв в тарифных
ставках между разрядами равнялся 11–13%, то после нововведения в первых четырех группах он составил 3,9–6,4%. Чтобы упорядочить заработную плату, Министерство легкой промышленности СССР вынуждено было приступить к разработке
новых тарифно-квалификационных справочников работ и профессий рабочих. Только к проекту раздела «Производство обуви» была изменена тарификация для 88 490 рабочих, или 43%
от общего их числа. Масштаб проделанной работы впечатляет,
ведь справочник регламентировал действия рабочих определен-
1
Там же. Ф. 467. Оп. 1. Д. 601. Л. 47.
2
Там же. Л. 47; Д. 641. Л. 2; Д. 698. Л. 26; Д. 1352. Л. 202; Д. 1780. Л. 90.
179
ГЛАВА 4
ного разряда по категориям «характеристика работ», «должны
знать» и т.д. Вместе с тем никакой документ не мог учесть всех
нюансов производства. Вот почему министерства и обращались
в регулирующие органы с просьбами: «Учитывая сложность об-
служивания сновальных машин фирмы «Карл Майер», требую-
щих высокой квалификации сновальщиц, Министерство легкой
промышленности СССР просит дать согласие на установление
сновальщицам, обслуживающим эти машины, 4 разряда»1.
Основная причина плохой работы на производстве, частой
сменяемости рабочими мест трудовой деятельности по большому счету заключалась в отчуждении производителя от средств
производства. Несмотря на мероприятия по закреплению кадров
за счет увеличения заработной платы, более четкой организации труда, улучшения жилищно-бытовых условий и проведения массово-воспитательной работы, труженик не чувствовал
себя хозяином на предприятии. Отсюда огромное количество
прогулов по неуважительным причинам. На 2 954 479 рабочих
предприятий легкой промышленности в 1968 г. было совершено 1 451 112 прогулов, то есть теоретически работу прогуливал
каждый второй. Для рабочих не было жизненно важным экономическое положение предприятия, на котором они трудились.
Неудивительно, что число целодневных простоев по различным
причинам за год достигало 517 653 человекодня. В целом использование рабочего времени на предприятиях легкой промышленности выглядело следующим образом. На выполнение производственных операций уходило 85% общего баланса рабочего
времени, неявки на работу составляли 14,2%, в том числе из-за
прогулов — 0,17%; целодневные простои — 0,5%, внутрисменные — 0,29%. В пищевой промышленности в январе–сентябре
1967 г. было отработано 211 960 тыс. человекодней, целодневные простои составили 254 тыс., внутрисменные — 860 тыс.,
прогулы — 398 тыс. человекодней2.
Безразличие к делам трудового коллектива приводило к
выпуску бракованной продукции. На 495 предприятиях, подчиненных Министерству легкой промышленности УССР,
в 1968 г. штрафы за пониженную сортность продукции достигли 1287 тыс. рублей, потери от брака — 786 тыс. рублей, что
равнялось, например, 34% бюджетного финансирования всех
1
Там же. Д. 580. Л. 310; Д. 601. Л. 12, 205, 386.
2
Там же. Ф. 476. Оп. 1. Д. 641. Л. 182; Д. 771. Л. 12; Д. 1429. Л. 47; Ф. 468.
Оп. 1. Д. 571. Л. 86.
180
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]