Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Сделка и ее действие (4-е издание, дополненное). Комментарий главы 9 ГК РФ. Принцип добросовестности
.pdf
Сделка и ее действие. Комментарий главы 9 ГК РФ. Принцип добросовестности.
закона обстоятельств, приведших к формированию воли на сделку.
Воля потерпевшего оказывается деформированной. Это означает, что
при отсутствии указанных недопустимых обстоятельств лицо не совершило бы сделку.
Состав, описанный в ст. 179, включает в себя, кроме собственно за-
ключения сделки, также и совершение деликта – угрозы, насилия и т.д.
2. Под обманом принято понимать умышленное введение в заблуждение. Обман может касаться не только обстоятельств, приведших
к совершению сделки (т.е. находящихся в причинной связи с совершением сделки), но и всех иных обстоятельств, о которых добросовестная
сторона должна была сообщить (п. 7 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 10.12.2013 № 162). Не является обманом для целей
применения ст. 179 сообщение ложных сведений, которые не влияют
на принятие решения о совершении сделки.
В отличие от ранее действовавшей нормы текущая редакция комментируемой статьи закрепила, что иск допустим, если в обмане виновно и третье лицо, т.е. не сторона сделки. Однако истец обязан доказать,
что контрагент знал или должен был знать об обмане.
На практике обман нередко граничит с заблуждением. Тем не менее
истец обязан определиться с тем основанием, по которому он требует признания сделки недействительной. В частности, состав ст. 178
ГК РФ, в отличие от нормы ст. 179, допускает возникновение заблуждения истца без умысла контрагента или по собственной вине истца.
Однако если истец неверно определил основание иска, то суд вправе,
как представляется, переквалифицировать требования при наличии
соответствующих оснований (п. 3 Постановления № 10/22).
Необходимо отметить, что в отличие от заблуждения закон не увязывает право на оспаривание сделки под влиянием обмана с тем,
насколько существенно потерпевший был обманут. Следовательно,
нужно исходить из того, что обман был направлен на создание такого
представления о фактах у истца, которого при конкретных обстоятельствах было достаточно для совершения им данной сделки.
3. Насилие проявляется в физическом воздействии на потерпевшего (например, причинение телесных повреждений, пытки
и т.п.). Не исключено оспаривание сделки, если насилие применяется не к стороне сделки, а к его близким родственникам и даже
к имуществу. Оспаривание возможно вне зависимости от наличия
уголовного преследования по факту насилия, в частности, не препятствует признанию сделки недействительной отказ в возбуждении
уголовного дела.
221
К.И. Скловский
Угроза состоит в воздействии на психику потерпевшего и проявляется в обещании совершить определенное действие. Традиционно
отмечается, что угроза должна быть существенной (т.е. значительной
для потерпевшего) и реальной (т.е. не должна иметь предположительный характер). В юридической литературе спорным представляется
вопрос о том, может ли быть оспорена сделка, если угроза касалась
правомерных последствий (например, расторжения договора, лишения
наследства, обращения в суд с иском о взыскании задолженности).
В п. 14 Информационного письма Президиума ВАС РФ от
10.12.2013 № 162 отмечается, что угроза может состоять и в совершении правомерного действия (угроза осуществить право), если
под влиянием этой угрозы сторона совершила сделку, не связанную
с указанным правом. Как было отмечено, оспаривание сделки по ст.
179 допустимо, поскольку воля оказывается деформированной, т.е.
лицо не совершило бы сделку без угрозы. Поэтому правомерность
или неправомерность угрозы сама по себе не влияет на возможность
оспаривания. Важно, чтобы правомерное действие, которым угрожают, могло вызвать негативные последствия для потерпевшего,
а совершенная в силу угрозы сделка не была связана с правом, осуществить которое угрожают.
Как отмечено в приведенном в п. 14 Информационного письма
Президиума ВАС РФ от 10.12.2013 № 162 деле, угроза сообщения
в правоохранительные органы о неуплате потерпевшим налогов
является основанием для признания сделки недействительной, поскольку «воля истца при заключении оспариваемой сделки тем не ме-
нее была в значительной степени деформирована этой угрозой». При
рассмотрении другого дела отмечено, что угроза обращения в суд
также являлась основанием для оспаривания, так как «истец при
заключении спорной сделки был лишен возможности в полной мере
самостоятельно устанавливать свои права и обязанности своей волей
и в своем интересе».
4. Оспаривание кабальной сделки возможно при следующих усло-
виях.
Во-первых, должно иметь место стечение обстоятельств, т.е. обстоятельства не являлись предвиденными и не могли быть предусмотрены
заранее (в частности, поэтому предпринимательский риск исключает
стечение обстоятельств, когда плохое материальное положение вызвано неудачной коммерческой деятельностью: отсутствие покупателей,
малая проходимость потребителей по месту нахождения магазина
и т.д. и т.п.).
222
Сделка и ее действие. Комментарий главы 9 ГК РФ. Принцип добросовестности.
Во-вторых, такие обстоятельства должны привести к тяжелому
материальному положению – например, в предбанкротное состояние.
Так, известно дело, когда предприниматель был вынужден взять кредит
на весьма невыгодных условиях, чтобы избежать банкротства ввиду
гибели его имущества.
В-третьих, контрагент должен знать о наличии тяжелых обстоятельств у потерпевшего, поскольку он должен воспользоваться этим.
В-четвертых, совершение невыгодной сделки должно быть вызвано
указанными выше обстоятельствами, т.е. должна быть установлена
причинно-следственная связь.
О крайне невыгодных условиях может свидетельствовать чрезмерное превышение цены относительно иных договоров такого вида
(п. 11 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 10.12.2013
№ 162). Например, выдан кредит со ставкой 100% годовых, цена вещи
в договоре купли-продажи превышает в несколько раз рыночную цену
и т.д. Крайне невыгодными могут быть и иные условия оспариваемой
сделки.
В качестве ориентира возможно также опираться на п. 5.2.6 Концепции развития гражданского законодательства РФ, согласно которому
«сделка может считаться совершенной на крайне невыгодных условиях,
если цена, процентная ставка или иное встречное предоставление, получаемое или передаваемое потерпевшей стороной, в два или более раза
отличается от предоставления другой стороны».
5. Претерпели изменения последствия оспаривания сделки по
ст. 179. Прежде всего было исключено такое нетипичное для гражданского права последствие, как конфискация полученного контрагентом
потерпевшей стороны имущества.
Последствия в текущей редакции предусматривают стандартную для
недействительных сделок реституцию (ст. 167 ГК РФ) и возмещение
убытков. При этом закон определяет, что риск гибели предмета сделки
несет сама сторона сделки.
Такое изменение в значительной мере преследовало цель ввести
в судебную практику данный состав. Как известно, сделки, совершенные под влиянием обмана, угроз, насилия, признавались судами
недействительными крайне редко, прежде всего из-за наличия такой
жесткой санкции, как конфискация полученного по сделке. Ожидается, что применение двусторонней реституции облегчит истцам
оспаривание сделок по основаниям ст. 179.
223
К.И. Скловский
Статья 180. Последствия недействительности части сделки
Недействительность части сделки не влечет недействительности прочих ее
частей, если можно предположить, что сделка была бы совершена и без включения
недействительной ее части.
1. Выше, в комментарии к ст. 174.1 ГК РФ, уже говорилось о том,
что норма ст. 180 применяется судом всякий раз, когда суд рассматривает спор о недействительности сделки. Направленность этой нормы
очевидна: если есть возможность оставить сделку действовать хотя бы
в части, суд должен это сделать.
Для применения нормы ст. 180 важно понимать, что является ча-
стью сделки.
Из текста нормы видно, что часть сделки может быть признана
недействительной, при том что другая часть может сохранить свое
действие как сделка. Это приводит к выводу, что часть сделки для
целей ст. 180 – это также сделка.
Дело в том, что не любое юридическое явление может быть признано недействительным. Во-первых, это такое явление, которое имеет
действие, а во-вторых, такое, которое в силу закона может это действие утратить. Очевидно, что именно сделка может иметь действие,
т.е. создавать, изменять, прекращать гражданские права и обязанности
(ст. 153 ГК РФ), а также именно сделка может в известных случаях
признаваться недействительной (ст. 166 ГК РФ).
Стало быть, часть сделки, которая может быть признана недействительной, – это также сделка. Чаще всего говорят о недействительности
«условий сделки». Это вполне уместное обозначение, но нужно понимать, что такое условие является по своей природе сделкой. Например,
условие о неустойке – это соглашение сторон, в котором указывается,
при каких обстоятельствах возникнет обязательство по выплате неустойки. Условие о подсудности создает право каждой из сторон обратиться
с иском в соответствующий суд на случай возникновения спора.
В то же время условия (термин, применяемый к разным по своей
юридической природе понятиям) о цене, о предмете сделки и т.п.
сделками не являются, так как сами по себе не создают прав и обязанностей. Поэтому не может сделка быть недействительной в «части
цены», в «части предмета»1 и т.п.
1
В то же время применительно к норме п. 2 ст. 170 ГК РФ возможно, как уже го-
ворилось, что сделка с одной ценой или одним предметом прикрывает сделку с другой
224
Сделка и ее действие. Комментарий главы 9 ГК РФ. Принцип добросовестности.
2. Поскольку часть сделки – это всегда также сделка, она может
признаваться недействительной по общим основаниям.
Например, в договор купли-продажи включено условие, что продавец не несет ответственности в случае отсуждения вещи у покупателя
третьими лицами. Такое условие будет ничтожным в силу его незаконности (ст. 168, 461 ГК РФ).
В другом случае стороны договорились, что помимо здания продается также находящееся в нем оборудование, хотя на самом деле
оборудование в здании отсутствовало. В этом случае сделка в части
продажи оборудования может быть признана недействительной как
мнимая или притворная в зависимости от действительных намерений
сторон.
3. Признавая недействительность части сделки, суд должен обсудить
возможность сохранения оставшейся сделки.
Для этого необходимо установить, могла ли быть сделка заключена
без недействительной части.
Например, в аренду переданы магазин и автостоянка при нем. Договор в части аренды автостоянки недействителен, потому что она
принадлежит не арендодателю, а иному лицу. Необходимо установить,
мог ли быть заключен договор аренды магазина без стоянки исходя
из конкретных обстоятельств.
Если в договор включено условие, нарушающее императивные
нормы закона, например как в приведенном выше случае, когда в договор купли-продажи включено условие об освобождении продавца
от ответственности за отсуждение проданной вещи у покупателя, и при
этом сторона договора заявляет, что она не стала бы заключать договор
без такого условия, то следует, видимо, исходить из того, что закон был
известен сторонам и включение в договор незаконного условия не могло породить прав и обязанностей, поэтому ссылка на существенную
важность этого условия одной из сторон недопустима.
Договор в этом случае следует сохранить без незаконного условия,
если только оставшаяся часть имеет все существенные условия сделки
(для купли-продажи – цену, предмет и т.д.).
Надо также учитывать и норму п. 5 ст. 166 ГК РФ: если сторона
приняла исполнение, а затем пытается оспорить договор, ссылаясь
на включение в него незаконного условия, то суд должен сохранить
действие договора без этого незаконного условия, полагая, что сторона
ценой или другим предметом. Технически здесь недействительной будет вся притворная сделка, а не ее часть.
225
К.И. Скловский
не могла не знать о его незаконности, принимая исполнение или иным
образом подтверждая действие договора.
Включение в договор норм закона (о регистрации прав на недвижимое имущество, об обязанности соблюдать экологические нормы
при проведении работ и т.п.), которые действуют независимо от соглашения сторон, само по себе не создает части сделки и не должно
обсуждаться применительно к норме ст. 180 ГК РФ.
Как отмечалось выше (комментарий к ст. 174.1 ГК РФ и др.), исполнение обязательств, созданных сделкой, частью сделки не является, как не является и сделкой. Поэтому исполнение (платеж, передача
вещи, работы или услуги) не может быть признано недействительным
в принципе, а тем более – отдельно от сделки, по основаниям ст. 180.
Вполне очевидно, кроме того, что сделка никак не может быть заключена так, чтобы возможность исполнения созданных ею обязательств
могла быть отделена от нее в виде какой-либо части.
Статья 181. Сроки исковой давности по недействительным сделкам
(в ред. Федерального закона от 21.07.2005 № 109-ФЗ)
1. Срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности
по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее
исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала
исполнения сделки.
(п. 1 введен Федеральным законом от 07.05.2013 №100-ФЗ)
2. Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет
один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается
со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был
узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки
недействительной.
1. Немалый интерес представляет вопрос, почему для споров
о недействительности сделок неприменимы общие нормы о сроках
исковой давности. На мой взгляд, объяснение этому вытекает из того
факта, что в этих спорах защищается не право, а интерес (см. коммен-
226
Сделка и ее действие. Комментарий главы 9 ГК РФ. Принцип добросовестности.
тарий к ст. 166 ГК РФ). Соответственно, правило исчисления срока
с момента, когда истец узнал о нарушении своего права, становится
неприменимым.
Для споров о ничтожных сделках срок исковой давности начинает
течь с момента начала исполнения сделки. Если сделка устанавливает
несколько обязательств, то достаточно исполнения хотя бы одного
из них. При этом предполагается, конечно, что стороны знают об исполнении сделки. Достаточно, чтобы сделка исполнялась хотя бы
одной стороной (при этом, как правило, исполнение принимается
другой стороной).
Если иск подается в интересах стороны сделки, начало течения срока исковой давности следует исчислять по общему правилу п. 1 ст. 181.
Третьи лица, имеющие право оспорить сделку, оспаривают ее в своем интересе, например собственник, узнавший о распоряжении его
имуществом.
2. Под исполнением сделки прежде всего следует понимать испол-
нение обязательств, созданных сделкой (ст. 307 ГК РФ).
Однако, как об этом говорилось в комментарии к ст. 167 ГК РФ,
имеются сделки, не создающие обязательств (уступка права требования,
передача права на долю в общей собственности и др.). Если по таким
сделкам проводилась оплата, то срок исковой давности по иску о признании сделки недействительной можно исчислять с момента оплаты.
Если право передано без встречного исполнения, то, как представляется, срок исковой давности следует исчислять с момента заключения
сделки или с иного момента, с которым стороны связали переход права
(например, наступление срока). Если передача права сопровождалась
передачей документов (ст. 385 ГК РФ), направлением уведомления
третьим лицам, регистрацией права (ст. 251 ГК РФ), то срок исковой
давности можно исчислять, во всяком случае, с этого момента.
Связанные со спором о признании таких сделок недействительными требования о признании права, а также требования о взыскании
неосновательного обогащения подчиняются общим нормам об исчислении сроков исковой давности (гл. 12 ГК РФ).
3. Исчисление исковой давности для споров о недействительности оспоримых сделок также увязывается не с моментом нарушения права, а с моментом, когда истец узнал или должен был узнать
об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки
недействительной. Если сделка совершалась под влиянием угрозы или
насилия, то срок исковой давности следует исчислять со дня прекращения угрозы или насилия.
227
К.И. Скловский
4. Как можно видеть, оспоримая сделка может быть оспорена независимо от ее исполнения.
Возникает вопрос, в какой срок может быть оспорена ничтожная
сделка, исполнение по которой не начато. Видимо, следует исходить
из того, что для такого требования срок исковой давности не течет.
Однако истец обязан обосновать наличие у него интереса в предъявлении иска о признании сделки недействительной.
5. В случае оспаривания сделки по основанию недобросовестности
ответчика (ст. 174 ГК РФ, ст. 61 Закона о банкротстве) срок исковой
давности может исчисляться с того момента, когда истец узнал о тех
фактах в их совокупности, которые указывают на недобросовестность
ответчика при заключении сделки.
ТОЛКОВАНИЕ ДОБРОСОВЕСТНОСТИ
КАК ОБЯЗАННОСТЬ СУДА
С 2013 г. в Гражданском кодексе РФ действует новая редакция ст. 1,
п. 3 которой гласит: никто не вправе извлекать преимущества из своего
незаконного или недобросовестного поведения.
Это положение не является нормой. Нужно говорить не о норме,
а о принципе, что и следует из названия ст. 1 ГК РФ. Но это порождает
весьма сложный вопрос о применении судом п. 3 ст. 1 Кодекса. Между
тем в силу его универсальности он должен применяться судом как при
указании на него стороной, так и по собственной инициативе2.
Проблема осложняется тем, что само понятие добросовестности
не является определенным. И это не следствие законодательной неудачи. Оно в принципе не может быть определено в законе. ГК РФ знает
и другие случаи включения в закон неопределенных понятий: например, в ст. 169 говорится об основах правопорядка или нравственности.
Даже беглый обзор литературы показывает, насколько неопределенным является понятие добросовестности как принципа гражданского
права.
Так, имеется ее определение как «субъективного состояния лица,
которое не знает и не может (не должно) знать о факте, знание которого с точки зрения закона делает поведение лица недобросовестным,
неправомерным»3.
А.В. Коновалов определяет добросовестность как «стремление
участника гражданского оборота максимально исключить возможность
нарушения его поведением субъективных прав и законных интересов
других лиц, осуществить свои права в строгом соответствии с их объемом и назначением»4.
1
1
Первая публикация – Закон. 2017. № 1.
2
См. п. 1 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской
Федерации».
3
Российское гражданское право: учеб.: в 2 т. / отв. ред. Е.А. Суханов. Т. 1. М., 2010.
С. 401. Определение давалось до внесения изменений в ГК РФ, поэтому, возможно,
опирается только на известные специальные нормы ГК РФ, в которых имеются ссылки на (не)добросовестность.
4
Коновалов А.В. Комментарий к ст. 1 ГК РФ // Гражданский кодекс Российской
Федерации. Постатейный комментарий: в 3 т. / под ред. П.В. Крашенинникова. М.,
2014. Т. 1. С. 25.
229
К.И. Скловский
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25
описывает добросовестное поведение как «ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающее права и законные интересы
другой стороны, содействующее ей, в том числе, в получении необходимой информации» (п. 1).
Статья 1-1:103 (1) Модельных правил европейского частного права гласит: «Термин «добросовестность и честная деловая практика»
означает стандарт поведения, характеризующийся честностью, открытостью и уважением интересов другой стороны сделки или соответствующего правоотношения».
В многочисленных научных исследованиях, посвященных доброй
совести в гражданском праве, можно обнаружить много других, однако
столь же неопределенных описаний этого понятия.
Первоочередной задачей правосудия по гражданским делам является наполнение указанного выше принципа нормативным содержанием. Нет никакого иного способа сделать принцип применимым,
кроме как в каждом деле, в котором обнаруживается вопрос о недобросовестности стороны, выявлять тот или иной состав фактов
и давать ему квалификацию с позиций п. 3 ст. 1 ГК РФ. Аналогичные
процессы давно начаты в других странах, которые уже накопили
большой арсенал частных правил, включающих разные факты и составы фактов, позволяющие квалифицировать поведение участников
споров как недобросовестное.
Следует согласиться с А.В. Коноваловым в том, что «недостаточно
ясное и конкретное (в необходимых случаях – вплоть до казуистичности) формулирование понятия добросовестности поведения участников гражданского оборота наносит существенный вред регулированию
гражданских правоотношений»1.
В одном из дел, недавно рассмотренных МКАС при ТПП, ответчик,
к которому был предъявлен иск о взыскании неустойки за просрочку
в выплате долга, ссылался на следующие факты: истец давно имел
возможность взыскать долг, однако длительное время не предъявлял
таких требований, в результате чего, в частности, увеличился срок просрочки; в процессе деловых переговоров истец вел себя таким образом
и делал такие заявления, которые создавали у ответчика уверенность,
что истец не рассматривает просрочку как основание для привлечения
1
Коновалов А.В. Комментарий к ст. 1 ГК РФ // Гражданский кодекс Российской
Федерации. Постатейный комментарий: в 3 т. / под ред. П.В. Крашенинникова. М.,
2014. Т. 1. С. 24.
230
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]