Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Россия в литературе Запада. Коллективная монография
.pdf
ЕКАТЕРИНА II И ЖИЗНЬ РОССИИ ЕЕ ВРЕМЕНИ В АНГЛИЙСКОМ ЗЕРКАЛЕ XIX ВЕКА
(Д. УОКЕР, У. С. ЛЭНДОР, А. ДЖЕЙМСОН)
ственников, посетивших Царское Село, поражал вандализм, с которым полотна голландских мастеров без рам висели вплотную друг
к другу на стенах, причем некоторые из них были обрезаны, если
239
не подходили к какому-либо участку стены
. Этот обычай, распро-
страненный в XVIII в., представляется совершенно неприемлемым
для Джеймсон, известного знатока живописи, что объясняет ее негодование. Екатерина покровительствовала прославленным литераторам Ломоносову, Сумарокову, Хераскову, давая им пенсии, награды
и подарки, но это, по уверению Джеймсон, было лишь демонстрацией царственной щедрости, а не проявлением вкуса. В собственных
сочинениях императрицы Джеймсон не находит высоких художественных достоинств.
В эссе Екатерина подвергается критике и как мать. По язвительному замечанию критика, она «позволила жить» своему сыну, но, отдаленный от двора, не получивший должного воспитания и образования, он превратился в «глупого, раздражительного, мстительного
240
маньяка»
«Грандиозную картину вины и величия»
.
241
Екатерины завершает
рассказ о ее внешней политике. Джеймсон восхищает героизм польского народа, поражение которого она объясняет отсутствием единства среди аристократии. При окончательном переделе Польши король,
«слабый никчемный человек», был отправлен в изгнание, купленная
золотом и запуганная угрозами большая часть дворянства содействовала закабалению страны. Иные встали на защиту
С восхищением отзывается Джеймсон о «доблестном Костюшко»
своей свободы.
242
который с горсткой преданных сторонников дал отпор завоевателям,
но силы были неравны, Екатерина совместно с прусским монархом
одержала победу, и Костюшко был сослан в Сибирь.
Победа в первой войне с Турцией стоила двухсот тысяч жизней и опустошила казну. Побудительным мотивом второй, столь же
кровопролитной войны Джеймсон считает честолюбие Потемкина,
,
239
Jameson A. Catherine II, Empress of Russia. – P. 238.
240
Ibid. – P. 242.
241
Ibid. – P. 243.
242
Ibid. – P. 254.
91
РОССИЯ В ЛИТЕРАТУРЕ ЗАПАДА
ГЛАВА 3. «РУССКИЙ МИФ» В ЛИТЕРАТУРНОМ СОЗНАНИИ XIX ВЕКА
пожелавшего получить орден Святого Георгия, что было возможно
лишь в случае командования армией и достижения победы.
Задумав присоединить к России Крым, Екатерина отправила
на полуостров агентов, разжигавших гражданские войны, которые
спровоцировали волнения, что стало для императрицы предлогом
для захвата Крыма как лучшего средства восстановления стабильности. Джеймсон подробно описывает путешествие в
новые области
Екатерины, которое превосходило «в великолепии, показной роско-
243
ши и экстравагантности»
все истории со времен монархов древней
Персии. Упомянуты и многочисленность свиты, и дворцы, специально построенные для кратковременного отдыха, и знаменитые потемкинские деревни.
244
«Ненасытная, как Гяур в “Ватеке”»
, Екатерина лелеяла захват-
нические планы в отношении Швеции и Пруссии, готовилась пойти войной против Французской республики, «на которую взирала со
245
смешанным чувством ужаса и ненависти»
. Но благодаря «небес-
ному вмешательству» была прекращена ее «безумная и преступная
246
карьера»
. Ее план выдать внучку замуж за молодого короля Шве-
ции потерпел неудачу, когда Густав Адольф отказался подписывать
брачный контракт, где он обнаружил внесенный Екатериной, заранее
не оговоренный пункт о том, что при вступлении в брак великая княжна Александра Павловна не станет менять православие на лютеранскую веру. По убеждению
Джеймсон, возмущенной свободомыслием
Екатерины, этот пункт был внесен императрицей «не из принципа,
247
но из гордости и своеволия»
. Джеймсон подробно описывает пере-
житое императрицей унижение, когда невеста в подвенечном платье
и придворные собрались в приемной зале, но жених не явился на церемонию. Это стало причиной апоплексического удара, поразившего
Екатерину вскоре после отъезда Густава Адольфа, и последовавшей
за ним смерти. Сочувствуя императрице, Уо ке р приходит к сходным
243
Jameson A. Catherine II, Empress of Russia. – P. 249.
244
Ibid. – P. 255.
245
Ibid. – P. 256.
246
Ibid.
247
Ibid. – P. 258.
92
ЕКАТЕРИНА II И ЖИЗНЬ РОССИИ ЕЕ ВРЕМЕНИ В АНГЛИЙСКОМ ЗЕРКАЛЕ XIX ВЕКА
(Д. УОКЕР, У. С. ЛЭНДОР, А. ДЖЕЙМСОН)
выводам, глубокомысленно замечая, что «великому монарху легче
перенести тяготы войны или иного общественного бедствия, чем
быть обведенным вокруг пальца». Именно это, по его мнению, пережила Екатерина в столкновении с Густавом Адольфом, что подорвало ее здоровье
248
.
Подводя итог ее жизни, Джеймсон замечает, что при всей ее жестокости Екатерина могла быть привлекательной, приятной в общении
и вызывала у всех, кто приближался к ней, «уважение и восхищение».
Критик отмечает присущие императрице миловидность, которую портила тяжелая нижняя часть лица, достоинство в осанке, элегантность
в одежде, заботу о
своей внешности, побуждавшую ее с возрастом
скрывать морщины под толстым слоем грима. В заключение Джеймсон упоминает о том, что Павел Первый, унаследовавший престол, еще
при жизни матери издал тайный указ о том, что в дальнейшем трон бу-
249
дут занимать лишь наследники царской семьи мужского пола
.
Джеймсон не искажает исторических фактов, но акцентирует внимание лишь на негативных чертах своей героини. В целом портрет
Екатерины Второй в эссе Джеймсон, хотя и представленный с достаточной полнотой, не отличается от созданного Байроном или Лэндором. Эссе приводит к выводу, что двигателем истории является сильная
личность. Революционные восстания,
народные движения не смогут
сломить власти тирана, победить его сможет лишь равная по силе
или превосходящая его личность, что доказывает столкновение Екатерины с Густавом Адольфом, как ранее с китайским императором.
Если Лэндор в «воображаемой беседе» создает не столько портреты исторических лиц, сколько художественные образы Екатерины
Второй и княгини Дашковой
, то Джеймсон связывает эссе о русской
императрице с замыслом всей книги, являющейся выражением ее
представлений о месте женщины в обществе. Оба автора выражают
при этом неприятие абсолютистской формы правления, и обращение
к прошлому страны является для них средством обличения внешней
политики современной им России.
248
Engraved in the Memory. – P. 38.
249
Jameson A. Catherine II, Empress of Russia. – P. 261.
93
РОССИЯ В ЛИТЕРАТУРЕ ЗАПАДА
ГЛАВА 3. «РУССКИЙ МИФ» В ЛИТЕРАТУРНОМ СОЗНАНИИ XIX ВЕКА
Оба автора между тем никогда не были в России и судили о ней
на основании книжных источников. Этим во многом объясняется существенное отличие их образа Екатерины Второй и России ее эпохи
от созданного Уокером. При этом следует помнить, что художник,
с восхищением отзываясь о Екатерине и в целом о ее
окружении,
был не вполне свободен от личных пристрастий, пользуясь привилегированным положением при дворе и после смерти императрицы.
Александр Первый назначил ему пенсию, когда он, выйдя в отставку,
250
вернулся в Англию
. Знакомство с произведениями трех авторов сви-
детельствует о противоречивости образа России в сознании англичан.
Если сочинения Джеймсон и Лэндора представляют взгляд на страну
извне, то заметки Уокера, проникнутые подлинным интересом и симпатией к России, интересны как свидетельство восприятия ее изнутри
иностранцем, побывавшим в России и полюбившим ее.
«РУССКИЙ ДНЕВНИК» ЛЬЮИСА КЭРРОЛЛА
ПО СЛЕДАМ ЕГО ПУТЕШЕСТВИЯ В РОССИЮ В 1867 ГОДУ
Чарльз Лютвидж Доджсон, больше известный по своему литературному псевдониму как Льюис Кэрролл (1832–1898), автор «Приключений Алисы в Стране чудес» и «Алисы в Зазеркалье», будучи еще
достаточно молодым человеком, в возрасте тридцати пяти лет, провел
месяц в России. Ко времени этого путешествия Кэрролл был автором
одной, первой книги об Алисе, и
его слава как автора приключений
Алисы была еще впереди, но книга уже была благосклонно принята
английским читателем. На гонорар, полученный за первое издание,
и отправился Кэрролл в далекое путешествие. (Заметим, что «Алиса»
ко времени путешествия Льюиса в Россию еще не была переведена
251
на русский язык
.)
На протяжении всей поездки Кэрролл вел дневник, отражавший
путевые впечатления. Для русского читателя эти дневниковые заметки ученого-математика, человека тонкого, наблюдательного, наделен-
250
Engraved in the Memory. – P. 6.
251
Первый перевод «Приключений Алисы в Стране чудес» в России появится в 1879 г.
94
«РУССКИЙ ДНЕВНИК» ЛЬЮИСА КЭРРОЛЛА ПО СЛЕДАМ ЕГО ПУТЕШЕСТВИЯ В РОССИЮ В 1867 ГОДУ
ного живым воображением, представляют заметный интерес. Вместе
с тем этот дневник сравнительно поздно увидел свет, поскольку автор
при жизни его к печатанию не готовил.
Маршрут путешествия Льюиса Кэрролла включал Москву, Петербург и Нижний Новгород. Кроме того, писатель дважды посетил
Троице-Сергиеву Лавру и Новый Иерусалим, а будучи в Петербурге,
съездил
в Кронштадт и осмотрел Петергоф.
Свое путешествие Льюис Кэрролл совершал в обществе друга
и коллеги Генри Парри Лиддона, который был инициатором этого путешествия, имевшего серьезную цель. Лиддон принадлежал к тем кругам англиканской церкви, которые всерьез рассматривали возможные
перспективы воссоединения Восточной и Западной церквей. Лиддон
ехал в Россию с
рекомендательными письмами к высшим представителям православной церкви и для встречи с ними. Несомненно, друзья
обсуждали вопрос об объединении церквей и были настроены внести
свой вклад в решение этой задачи. Неудивительно, что Кэрролл и Лиддон во время пребывания в России провели так много времени в соборах и монастырях, во
встречах с духовными лицами. В частности,
они удостоились приема Филарета, митрополита Московского и Коломенского, одного из наиболее авторитетных церковных деятелей того
времени, епископа Леонида и др. Замечу, что сам Кэрролл, став стипендиатом Оксфордского колледжа Крайст Чёрч, избрал для себя математику, но согласно древнему статуту университета как стипендиат
он должен был иметь и духовное звание. Однако Кэрролл по целому
ряду причин принял посвящение лишь в первый, предварительный
сан англиканской церкви, сан дикона (то есть дьякона или младшего
священника).
Первый город, который увидели путешественники по прибытии
в Россию, был Петербург, который, прежде всего, поразил их своим
простором и размахом: «величавый
ные; кажется, будто идешь по городу великанов»
город», «расстояния здесь огром-
252
. Такие первые впе-
чатления фиксирует Кэрролл в дневнике. Они много ходят пешком.
252
Кэрролл Льюис. Дневник путешествия в Россию в 1867 году / Пер. с англ., коммент.
и предисл. Н. М. Демуровой. – М., 2014. – С. 43.
95
РОССИЯ В ЛИТЕРАТУРЕ ЗАПАДА
ГЛАВА 3. «РУССКИЙ МИФ» В ЛИТЕРАТУРНОМ СОЗНАНИИ XIX ВЕКА
Прошли весь Невский проспект. В глазах Кэрролла, это одна из самых
прекрасных улиц в мире. Она заканчивается самой большой, как ему
представляется, площадью в мире, площадью Адмиралтейства. Интересные суждения высказал Кэрролл о скульптуре Медного всадника,
выполненного Фальконе. Проезжая через Германию, он отметил обилие в немецких городах скульптур, изображающих сражение
героя
с каким-нибудь животным. В этих памятниках Кэрролл усматривал
выражение немецкого агрессивного духа. В Медном всаднике Льюис увидел выражение русской мощи. Конь взвился на дыбы, а вокруг
его задних ног обвилась змея, которую он попирает. «Если бы этот
памятник стоял в Берлине, Петр, несомненно, был бы занят непосредственным убийством этого монстра, – замечает Кэрролл, – но тут
он на него даже не смотрит: очевидно, «убийственный принцип здесь
253
не признается»
. Произвели впечатление на путешественника и два
каменных льва, до того миролюбивые, что «оба, словно котята, катят
254
перед собой огромные шары»
.
Петербург открылся Кэрроллу, прежде всего, как город искусств,
город-музей. Величественные дворцы, скульптурное убранство дворцов, площадей, парков, богатейшая коллекция Эрмитажа: «составить
ее стоило таких сумм, которые трудно себе даже представить»
255
Кэрролл называет коллекцию Эрмитажа, включающую картины Рафаэля, Тициана, Мурильо и др., «бесценным собранием». Надо заметить, что целый ряд картин, увиденных Кэрроллом, например, «Мадонна Альба» Рафаэля, которая произвела на него наиболее сильное
впечатление, – это то, что мы уже не можем увидеть в Эрмитаже.
В начале 1930-х гг. в
страдающем от голода и нехватки средств молодом советском государстве было принято решение продать часть
картин Эрмитажа, чтобы закупить продовольствие. «Мадонна Альба», в частности, была продана за рекордную по тем временам сумму в 1 166 400 долларов и сейчас хранится в Национальной галерее
Вашингтона.
.
253
Кэрролл Льюис. Ука з. соч. – С. 41.
254
Там же.
255
Там же. – С. 44.
96
«РУССКИЙ ДНЕВНИК» ЛЬЮИСА КЭРРОЛЛА ПО СЛЕДАМ ЕГО ПУТЕШЕСТВИЯ В РОССИЮ В 1867 ГОДУ
Однако на месте остался Петергоф, знакомый многим современным путешественникам. В свое время он буквально потряс Кэрролла своей красотой и совершенством сочетания природы и искусства.
Кэрролл сравнивает увиденное с Потсдамским дворцом и парком Сан
Суси, решительно отдавая предпочтение Петергофу по роскоши, вкусу, ошеломляющему разнообразию. «Не могу даже приблизительно
описать
то, что мы видели», – замечает Кэрролл. И все-таки описывает и как живописно, с какими выразительными сравнениями! «Здесь
мы любовались гладкой пеленой водопада, ниспадающего с широких
каменных ступеней; тут – длинной аллеей, сбегающей под сводом
вьющихся растений вниз по лестницам и склонам; там – огромным
камнем, обтесанным в форме гигантской головы
с лицом и глазами, загадочными, как у кроткого сфинкса <…>; а дальше – фонтаном, до того
искусно устроенным из поставленных кругами трубок, что по мере
приближения к центру вода в каждом из них взлетает все выше, образуя цельную пирамиду из сверкающих струй; а ниже – мелькающей
в лесной просеке лужайкой, усыпанной алыми
256
ющими огромную ветку коралла…»
. Кэрролл был так взволнован
геранями, напомина-
и потрясен всем увиденным, что признается, что в последующую затем ночь в поезде на пути в Москву не мог уснуть. Стоя в конце вагона
на открытой площадке с поручнем и навесом, он вспоминал увиденное
и любовался открывающимися просторами до тех пор, пока взгляд его
мог что-нибудь различить.
еще
Кэрролл и Лиддон постарались по прибытии увидеть Москву,
прежде всего, сверху, с вершины Воробьевых гор, как им советовали. Открывшуюся панораму города Кэрролл описал как город «белых
и зеленых кровель, конических башен, выдвигающихся одна из другой, словно в подзорной трубе, город золоченых куполов, где, словно
кривом зеркале, отражаются картины городской жизни; город цер-
в
квей, которые снаружи похожи на кактусы с разноцветными отростками (одни венчают зеленые почки, другие – голубые, третьи – красные
257
с белым), а внутри все увешано иконами и лампадами…»
. Кэрролл
256
Кэрролл Льюис. Ука з. соч. – С. 46.
257
Там же. – С. 48.
97
РОССИЯ В ЛИТЕРАТУРЕ ЗАПАДА
ГЛАВА 3. «РУССКИЙ МИФ» В ЛИТЕРАТУРНОМ СОЗНАНИИ XIX ВЕКА
с большим интересом воспринял церковную службу в православных
храмах. Сильное впечатление произвели на него церковное пение, иконы и фресковая живопись. Он обратил внимание на то, как истово молятся прихожане, хотя служба нередко бывает долгой и люди в храме
не сидят, как это бывает в Англии. Льюис Кэрролл заметил и
такую
деталь. Люди на улице, проходя мимо храма, поворачивались к нему,
258
«почти все снимали шапки, кланялись и часто крестились»
. Такое
зрелище среди уличной толпы было для англичан непривычным выражением религиозных чувств.
Проявил ли Льюис Кэрролл как детский писатель, находясь
в России, какой-то интерес к детям, к общению с ними? Укажем
на то, что дневник его путешествия содержит ряд интересных свидетельств на эту тему. Так, Кэрролл вместе
со своим другом Лиддоном
выразили желание посетить в Москве так называемый воспитательный дом. Московский воспитательный дом представлял собой приют
для незаконнорожденных детей и детей бедняков, который был основан по указу Екатерины II в 1763 г. Детей здесь учили грамоте и ремеслам. Когда англичане посетили заведение (напомню, что это было
начало
августа), старших детей там не было; иностранцам сообщили, что на лето их вывезли в деревню. В доме были одни малыши,
вид которых произвел на Кэрролла самое благоприятное впечатление.
259
Они «были чистенькими, ухоженными и веселыми»
.
Однако внимание Кэрролла во время путешествия нередко фиксировало и другие, более печальные картины. Так, описывая посещение
Петропавловской крепости и собор Апостолов Петра и Павла 30 июля
1867 г., писатель делает в дневнике следующую запись, безусловно,
свидетельствующую о его сердечном сочувствии страдающему человеку, особенно если это страдание связано с судьбой ребенка
: «По
всему храму – множество икон с горящими перед ними свечами и ящиками для пожертвований. Я видел, как одна бедная женщина с больным ребенком на руках подошла к изображению св. Петра; она вручила монетку стоящему у дверей солдату, который опустил ее в ящик,
258
Кэрролл Льюис. Ука з. соч. – С. 38.
259
Там же. – С. 82.
98
«РУССКИЙ ДНЕВНИК» ЛЬЮИСА КЭРРОЛЛА ПО СЛЕДАМ ЕГО ПУТЕШЕСТВИЯ В РОССИЮ В 1867 ГОДУ
потом долго крестилась и кланялась, тихонько приговаривая что-то,
чтобы успокоить бедного малыша. По ее исхудавшему, измученному
лицу было видно: она твердо верит в то, что таким способом убедит
260
св. Петра помочь ее ребенку»
.
Когда Кэрролл с Лиддоном ехали мимо деревень в Новый Иерусалим, им очень хотелось побывать в крестьянской избе. Им подсказали, что удобным образом это можно сделать, если путешественники
остановятся и попросят у хозяев молока и хлеба. Так они и сделали.
Отказа не было. Молоко и черный хлеб показались англичанам
очень
вкусными, а крестьянская изба больше всего поразила Кэрролла обилием детей в семье (шесть мальчиков и одна девочка). Очень жаль
было Кэрроллу, что не было с ним фотоаппарата, чтобы запечатлеть
их живые, подвижные лица в интерьере крестьянской избы. Кэрролл
серьезно увлекался фотографией, но фотографические средства того
времени были весьма громоздкими
, чтобы возить их с собой. Однако
Кэрролл был еще и рисовальщиком, поэтому попросил разрешения зарисовать детей, что ему было разрешено.
Однако подобного рода ситуации не всегда складывались гладко.
Так, Кэрролл посетил в Москве так называемую «Артистическую фотографию», одно из наиболее авторитетных московских фотоателье
тех лет, чтобы познакомиться с
мастерством московских фотографов.
Осматривая фотографии, Кэрролл остановил свой взгляд на фотографии маленькой девочки, которую захотел купить и попросил хозяина
наклеить фотографию на паспорт, обещая зайти через несколько дней.
Когда же он через несколько дней явился, то хозяин фотографии, извинившись, отказал ему в покупке, сославшись на то, что его просьба
не понравилась отцу девочки. Кэрролл смиренно выслушал это и ушел,
все-таки, на всякий случай, оставив свое имя и адрес гостиницы, где
он остановился. Через несколько дней в гостинице его навестил фотограф, который сообщил, что отец девочки, князь Голицын, изменил свое мнение и передал Льюису фотографию. Замечу, что
и у себя
на родине Кэрролл очень любил фотографировать и рисовать именно
детей, и у него была богатая коллекция детских фотографий.
260
Кэрролл Льюис. Ука з. соч. – С. 43.
99
РОССИЯ В ЛИТЕРАТУРЕ ЗАПАДА
ГЛАВА 3. «РУССКИЙ МИФ» В ЛИТЕРАТУРНОМ СОЗНАНИИ XIX ВЕКА
Дневниковые записи, сделанные Льюисом Кэрроллом в России, позволяют нам также ощутить присущее писателю чувство юмора. Вот,
к примеру, он наблюдает церемонию «русского венчания». Венцы, которые должно нести над головами новобрачных, велики и тяжелы. Венец, надетый на голову жениха, сползает ему на лицо. Женский венец,
щадя невесту, несут над
ее головой, но невысокому дружке невесты
это удается с трудом, и все сочувственно следят за его движениями,
отчего торжественная церемония начинает приобретать несколько
гротескный характер.
Или вот Льюис описывает ситуацию, разыгравшуюся в ресторане
гостиницы «Смирновской» в Нижнем Новгороде: «Обедая, мы привлекли внимание 6 или 7 официантов; выстроившись в ряд в своих
подпоясанных белых рубахах и белых штанах, они сосредоточенно
глядели на сборище странных созданий, которые кормились у них
на глазах… Время от времени их охватывали угрызения совести –
ведь они пренебрегали своей великой официальной миссией, – и тогда все разом кидались к большому ящику в конце зала, в котором,
судя по всему, не
было ничего, кроме вилок и ложек. Если мы спрашивали чего-то, они сначала с тревогой смотрели друг на друга, а затем, выяснив, кто из них лучше понял заказ, следовали его примеру, что вновь приводило их к большому ящику в конце зала…»
261
Что касается самой еды, она вызывает у путешественников, как пра-
262
вило, похвалы: «еда там была очень хороша»
. Это сказано об обеде
в той же гостинице «Смирновской».
Надо сказать, что ситуации, связанные с языковыми трудностями,
у путешественников возникали довольно часто. Словарь, имеющийся
под рукой, а также разговорник не всегда спасали положение. Кэрролл отметил, что людей, знающих европейские языки, в России гораздо меньше, чем в Европе. В
основном это люди дворянского круга
или церковного звания. Среди деловых людей или обслуги знание
иностранного языка – редкость. «Иногда из-за языковой ситуации, –
замечает Кэрролл, – мы чувствовали себя беспомощными, как Ро-
.
261
Кэрролл Льюис. Указ . соч. – С. 59.
262
Там же.
100
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]