Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Политический регион. Опыт операционализации и концептуализации понятия. Монография

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
08.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
☆
Специфика распределения российского «политического ка­питала» состоит в существовании формального или неформаль­ного центров принятия решений. В «высший» состав включаются (зачастую неформально) лица, входящие в околоэлитное окруже­ние (помощники, советники, начальники охраны, политические обозреватели, консультанты, редакторы газет, лечащие врачи, род­ственники). Серьезное воздействие на подготовку и принятие ре­шений оказывают аналитические отделы и службы, осуществляю­щие работу с информацией и документами и ведающие правом доклада руководству или допуска на доклад. Круг правящей элиты составляют и многие группы бюрократии, принимающие непосред­ственное участие в выработке и реализации политических решений и потому относящиеся к правящей элите. Они остаются неизвест­ными публике и в этом смысле не являются публичными, а следо­вательно, не входят в политическую элиту. Словом, делают вывод А. Понеделков и А. Старостин, в составе групп влияния на власть присутствует большое число полуэлитных, неэлитных и непрофес­сиональных элементов, которые проще обозначить старым и по-
1
нятным русским словом — «двор»
.
Видимо, фиксируя разные статусное положение, функцио­нальное предназначение, формы и степень политического участия этого «двора» или его разных слоев, специалисты даже называют его по-разному: политический класс, правящий (господствующий) класс, элита (элиты), властвующая (властная) элита, правящая элита, руководящее меньшинство, а также политико-экономиче­ская, политико-административная, административная, управлен-
2
ческая и т.п. элиты
.
Свой вклад во взаимоотношения «элита — общество», пишут А. Понеделков и А. Старостин, вносит и административно-поли­тическая, и политическая, и бизнес-фракция российских элит. Они констатируют, что политические элиты взаимодействуют с другими влиятельными элитными группами, входящими в «пра­вящий класс» (бизнес-элита, военная элита). В данном случае го­ворится не о самостоятельных элитах, а о различных фракциях
1
См.: Понеделков А., Старостин А. Современные российские элиты: Особен- ности генезиса, взаимодействия и позиционирования во власти // Полит.ру. 2004. 30 авг.
2
См., напр.: Мау В.А., Голант О.Б., Жаворонков С.В. Региональные политико- экономические элиты. 2001 // www.iet.ru/usaid/elita/elita.html; Понеделков А.В. Эли - та (политико-административная элита: проблемы методологии, социологии, куль ­ту ры). Ростов н/Д, 1995; и др.
151
элиты как целостного образования. Г.Ю. Семигин считает, что в состав правящей элиты включаются слои идеологической элиты, работники идеологического аппарата, эксперты по связям с обще-
1
ственностью, пропагандисты, имиджмейкеры
.
Имея в виду это многообразие и приводя его к общему знаме­нателю, Р.Ф. Туровский отмечает, что понятие «региональная элита» рассматривается с несколькими степенями его расширения: региональная властная элита — совокупность лиц, занимающих основные должности в органах государственной власти и местного самоуправления в регионе; региональная политическая элита — фигуры, не обладающие властными должностями, но непосред­ственно влияющие на ход политического процесса; региональная элита в целом — фигуры, не занимающиеся непосредственно по­литической деятельностью, но косвенно оказывающие влияние на
2
политический процесс
. Понятны мотивы и логика такой типоло­гизации. Однако нельзя не видеть, что в этом случае одним словом обозначаются разные не только в количественном отношении об­разования.
Сюжет второй
Правящая элита — не самодостаточное, замкнутое в себе и са­мовоспроизводящееся социальное образование. С одной стороны, она предстает как публичная власть — особая система органов, ин­ститутов и установлений, в рамках которой определенный слой людей, непосредственно не совпадающий с основной массой на­селения, отделенный от нее, профессионально занимается вопро­сами управления обществом. Но отделенный от массы слой этот многими нитями связан с ней, зависим от нее.
В.Ф. Халипов вводит даже понятие «корни власти», определяя его как внешне невидимые части властных структур, связанные с их экономической, социальной, духовной почвой, поддерживаю­щие и питающие конкретную власть, обеспечивающие ей извест­ную стабильность, прочность, выживаемость. Власть, лишенная такого рода корней, считает он, чахнет, утрачивает силу и влияние
3
и нуждается в решительных мерах, чтобы не угаснуть
. Степень ле­гитимности правящей элиты, а вместе с тем ее жизненной силы, политической эффективности напрямую связана с восприятием
1
См.: Семигин Г.Ю. Идеократия // Новая философская энциклопедия: В 4 т.
Т. 2. М., 2001. С. 81.
2
См.: Туровский Р.Ф. Политическая регионалистика. С. 664.
3
См.: Халипов В.Ф. Энциклопедия власти. М., 2005. С. 545.
152
государственных институтов местным населением. Представители правящих групп, добиваясь устойчивого положения, позициони­руют себя в качестве органа, принимающего стратегические реше­ния, транслируют эту информацию на уровень федерального центра и общественного мнения жителей управляемой территории либо стремятся добиться такого статуса.
С другой стороны, правящая элита формируется за счет пред­ставителей высших слоев различных институтов общества (поли­тика, экономика, наука, спорт, шоу-бизнес, военная сфера и др.). Физически они объединены территорией, на которой развертыва­ется их деятельность, и уже в силу этого находятся в постоянном и широком, разнообразном интерактивном взаимодействии. В со­циально-политическом отношении все они — пусть по разным ос­нованиям и в разных целях — заинтересованы в утверждении и поддержании внутренней упорядоченности и стабильности со­циума, его благополучии, служащем основой социального парт­нерства, межнационального согласия и гражданского мира.
Если применительно к сферам и видам деятельности элиту можно делить на группы, то относительно правления такое деле­ние носит условный характер. В начале XXI в. в России, в том числе и на региональном уровне, наблюдается массовый приход во власть лиц, влиятельных в различных секторах жизни. Так, в со­ставе едва ли не всех парламентов растет число ученых, журнали­стов, артистов, спортсменов, «звезд» из других сфер.
Особенно это относится к экономике. Хозяйственная элита активно «проталкивает» в большую политику наиболее перспек­тивных своих представителей, старается путем их выдвижения, под­держки и консолидации сформировать ядро новой политической власти из своих людей. В депутаты стремятся и старые «хозяйствен­ники», и новые «коммерсанты», т.е. обладатели экономических ре­сурсов становятся одновременно и политическими управителями. Об этом свидетельствует, например, выделяемая ими как типичная ротационная кадровая схема: «политическая элита — администра­тивная элита — бизнес-элита»
1
.
Согласно социологическим исследованиям, только в течение первых двух лет правления Владимира Путина удельный вес вы­ходцев из деловых структур в региональной элите вырос в 6 раз и достиг 11,3% против 1,6% в 1993 г. Особенно заметно политическое участие бизнес-элиты в сырьевых регионах и тех субъектах РФ, где
1
См.: Понеделков А., Старостин А. Указ. соч.
153
расположены крупные бюджетообразующие предприятия (Чу­котка, Эвенкия, ХМАО, Приморье, Красноярский край и др.) Бизнес-элита стремится вытеснить «чистых» политиков с тех долж­ностей и постов, которые хозяйственники традиционно занимали (в кабинете министров, например). Она создает или финансирует политические партии и движения, формирует общественное мне­ние, старается всеми возможными путями и каналами оказать дав­ление на политическую часть элиты. Коммерческие структуры могут не только политически поддерживать администрацию, фи­нансируя предвыборную кампанию в регионе, но и в обмен на льготы они кредитуют региональный бюджет, выдают администра­ции беспроцентные ссуды, занимаются жилищным строитель­ством, благотворительностью.
Своеобразный подход к характеристике взаимоотношения ре­гиональных политических элит и бизнес-элит предложили А. Чи­рикова и Н. Лапина. Они выделили несколько моделей взаимодей­ствия бизнеса и власти, которые в настоящее время сложились в регионах России. Первая — это модель «патронажа», предполагаю­щая административный диктат власти над бизнесом. Вторая — мо­дель «партнерства», в рамках которой представители бизнеса и вла­сти эффективно взаимодействуют. Третья — «борьба всех против всех». Четвертая — «приватизация власти», когда власть контроли­руется или формируется экономической элитой
2
.
Каждая из этих моделей представляет собой форму сращива­ния политической и экономической региональных элит. Напри­мер, в 2007 г. из 50 депутатов Ленинградской областной думы 26 — директора предприятий. Кроме того, такая деятельность депутатов привела к росту лоббизма, для которых участие в работе предста­вительного органа — реальная возможность отстоять свои инте-
3
ресы
.
Интеграция политических и экономических элитных группи­ровок в правящей элите — это общемировая закономерность. Давно замечено, что экономика и политика, власть и капитал, бу­дучи взаимообусловлены и взаимозависимы, долгое время порознь существовать не могут: либо капитал купит власть, либо власть за­хватит капитал. Это выражается в формировании олигархического режима, который представляет собой политическое и экономиче-
1
.
1
РФ сегодня. 2004. № 10.
2
См.: Лапина Н., Чирикова А. Региональные элиты в РФ: модели поведения
и политические ориентации. М., 1999. С. 85–94.
3
http://otherreferats.allbest.ru/sociology/00001854_0.html
154
ское господство, правление небольшой группы представителей мо­нополистического капитала.
Совсем недавнюю российскую ситуацию заместитель директора Института экономических проблем переходного периода А. Улюкаев характеризовал как экономическое принуждение к принятию го­сударственных решений. В условиях социализма в экономике гос­подствовали внеэкономическое принуждение и внеэкономический способ принятия решений, в том числе и хозяйственных. В ходе трансформации государства такое положение было устранено, в экономику пришли экономическое принуждение и экономические критерии. Но одновременно они пришли туда, где их быть не должно ни при каком общественно-экономическом устройстве — в госу­дарственный аппарат, министерства и ведомства, систему государст-
1
венной службы
.
Следствием и проявлением олигархизации страны является вы­сокий уровень криминализации общества, в частности, влияния и проникновения криминальных элементов в государственные струк­туры. Президент Б.Н. Ельцин в 1994 г. характеризовал Россию как «крупнейшее мафиозное государство в мире». Г. Явлинский конста­тировал, что политическая власть в стране превратилась в «полукри­минальную олигархию». Некоторые эксперты называли ее «клепто-
2
кратией»
.
В последние годы твердый и последовательный курс россий­ского руководства значительно ослабил эти угрозы. Но их разла­гающее государство действие продолжается в виде коррумпирован­ности власти. И обществу предстоит многое сделать для преодоления коррупции.
Сюжет третий
Правящая элита — не группа индивидов, обладающих опреде­ленными полномочиями, а социальный слой. Данная мысль под­черкнута в Политической энциклопедии, где элита определяется как «избранная часть общества, меньшинство, правящее обществом в целом (например, дворянство в России)». Этот пример интересен в двояком смысле. Ведь дворянство — это не просто совокупность физических лиц, являющихся дворянами, но и особая социальная среда, круг общения со сложившейся системой отношений между
1
Независимая газета. 1999. 9 июля.
2
См.: Мартынова М.Ю. Политическая элита России на рубеже XXI века. Ар-
хангельск, 2001. С. 169.
155
ними, своими традициями и нормами. Кроме того, оно состоит не только из землевладельцев и выслужившихся чиновников, но и их «чад и домочадцев». И многие из них никакого, даже косвенного участия в управлении не принимали.
Точно так же дело обстоит и с правящей элитой. Ее состав не ограничивается только лицами, принимающими решения, зани­мающими официальные должности или являющимися неформаль­ными лидерами. Для обозначения их разных категорий имеются другие термины. Истеблишмент — государственные, общественно­политические и экономические институты и организации, обла­дающие властью и влиянием в обществе, а также лица и группы, занимающие в них ключевые позиции, располагающие влиянием и пользующиеся своим привилегированным положением
1
. Легис­латура — законодательные органы отдельных штатов, земель, про­винций, а также законный срок их полномочий и фактического периода деятельности
2
. А еще есть аристократия, бомонд, или, го-
воря современным языком, бюрократия, чиновничество и т.д.
В советское время в ходу был термин номенклатура (лат. no-
menclatura — перечень, роспись имен)
3
. Это слово пришло к нам из глубины тысячелетий. В Древнем Риме раб, громко провозгла­шавший на приемах имена входивших гостей, назывался «номен­клатором» (от лат. nomen — имя). Видимо, от этого и пошло слово «номенклатура» как список имен или названий. В точном смысле слова номенклатура — это даже не физические лица, занимающие определенные должности, а сами должности, замещение которых находится под особым контролем. В Кратком политическом сло­варе (издания 1964, 1968 и 1971 гг.) номенклатура определена как перечень должностей, назначение на которые утверждается вы­шестоящими органами. В словаре-справочнике «Новые слова и значения», выпущенном в 1971 г. и переизданном в 1973 г., опре­деление номенклатуры было сформулировано следующим образом: «Список должностей, кадры для которых утверждаются вышестоя­щими инстанциями; должность, входящая в такой список; работ-
1
См.: Халипов В.Ф. Энциклопедия власти. С. 530.
2
Политическая энциклопедия: В 2 т. Т. 1. М., 1999. С. 616.
3
В той же Политической энциклопедии она, по нашему мнению, ошибочно определяется как правящий слой социалистического общества, обладающий опре­деленными социальными привилегиями. (Политическая энциклопедия. Т. 2. М.,
1999. С. 56.) Впрочем, именно такое значение придал этому слову М.С. Вослен­ский в своей книге, впервые вышедшей в Германии в 1981 г., переведенной на пол­тора десятка языков и спустя 10 лет изданная у нас. (Восленский М. Номенклатура: Господствующий класс Советского Союза. М., 1991.)
156
ники, занимающие такие должности». В Словаре иностранных слов (1984) говорилось: «Номенклатура — … круг должностных лиц, назначение и утверждение которых относится к компетенции какого-либо вышестоящего органа». В учебном пособии для пар­тийных школ «Партийное строительство»: «Номенклатура — это перечень наиболее важных должностей, кандидатуры на которые предварительно рассматриваются, рекомендуются и утверждаются данным партийным комитетом (райкомом, горкомом, обкомом партии и т.д.). Освобождаются от работы лица, входящие в но­менклатуру партийного комитета, также лишь с его согласия. В номенклатуру включаются работники, находящиеся на ключевых постах»
1
.
Весьма надуманными представляются усилия по четкому (хо­рошо, что не по-фамильному) определению состава правящей элиты. А. Волков, например, пишет, что она включает следующие компоненты: Президент РФ, Администрация Президента — глава администрации и его заместители, руководители ее основных под­разделений; Полномочные представители Президента в федераль­ных округах; правительственная элита — премьер-министр и его заместители, министры и их заместители, руководители федераль­ных служб и агентств; высшие представители судебной власти — Верховного суда РФ, Конституционного суда РФ, Высшего Ар­битражного суда РФ; руководители силовых структур РФ, лидеры основных политических партий РФ, прежде всего, представленных в Государственной Думе; руководители российской дипломатии — министр иностранных дел и его заместители, члены коллегии
2
МИД, послы в крупнейшие страны мира и страны СНГ
.
С одной стороны, казалось бы, сказано настолько конкретно, что впору составлять персональный список состава элиты. Однако при первых же попытках сделать это обнаруживается очевидная недоговоренность: на каком уровне судебной иерархии работают ее высшие представители, почему в этот список не попала Гене­ральная прокуратура, по какому критерию определяются круп­нейшие страны мира, руководителями силовых структур являются только первые лица или их заместители тоже и т.д. К тому же в этом составе нет места не только лицам, выполняющим вспомо­гательно-технические функции, но и бюрократам высокого ранга,
1
Эта справка позаимствована из кн.: Восленский М.С. Номенклатура. ... М., 1991.
2
См.: Волков А. Проблема смены элит на постсоветском пространстве // http://www.ia-centr.ru/ archive/public_details8a15.html?id=648. Примерно такой же перечень содержится в Социологической энциклопедии (Т. 2. М., 2003).
157
многие из которых реально концентрируют в своих руках власть, определенную компетенцией соответствующих органов. Круг по­литической (не правящей) элиты можно было бы очертить менее конкретно, но более точно, опираясь на Закон Российской Феде­рации от 5 июля 1995 г. «Об основах государственной службы Рос­сийской Федерации». В нем государственные должности делятся на три категории: А, Б, В.
Вполне дискуссионным может и должен стать вопрос о коли­чественных параметрах этой категории лиц. Скажем, в Социологи­ческой энциклопедии в одном месте говорится, что число этих лю­дей, как правило, составляет около 1% от численности населения. В другом сообщается о различении элиты высшей, которая прини­мает значимые для всего государства решения, средней (включаю­щую около 5% населения), которая выступает барометром обще­ственного мнения, и административной (служащие-управленцы) Говоря о численности российской политико-административной элиты, А. Волков сообщает, что западные политологи, оценивая ко­личественные параметры политической элиты, говорят о нескольких тысячах людей в крупных странах (в США — 3–5 тыс.). По его мне­нию, Россия укладывается в эти количественные параметры. Многие
2
социологи называют цифры от 1,5 до 12 тыс. человек
.
Элита — не синоним ни номенклатуры, ни легислатуры, ни истеблишмента. Новый термин фиксирует (понятия есть ступеньки познания) или новое явление, или новые грани уже известного яв­ления. В таком случае представляется важным видеть в элите нечто иное. На наш взгляд, оно состоит в том, что элитистские исследо­вания (исследование общества сквозь призму элит) позволяют рас­смотреть функционирование системы властных отношений, рас­крыть роль в ней как формальных, так и неформальных институтов, установить связи различного характера, тип общения.
1
.
Сюжет четвертый
Нет ясности и в вопросе о внутреннем единстве, консолиди­рованности региональной правящей элиты. Является она моноли­том, конгломератом, симбиозом или россыпью?
Одни исследователи считают, что элита представляет собой замкнутую, сплоченную группу, члены которой занимают в обще­стве ключевые посты и осуществляют управление. Эти авторы об-
1
Социологическая энциклопедия. Т. 2. С. 801, 803.
2
См.: Волков А. Указ. соч.
158
ращают внимание на закрытость региональных элит, которые за­частую представляют собой обособленные политико-финансовые команды, клики, где доминируют принципы персональной и груп­повой лояльности. Отличительной особенностью всех современ­ных российских элит они считают «клиентализм» и, как следствие, их корпоративный характер. Разные исследователи определяют тип внутриэлитной консолидации в России как клан, картель, коа­лиция или корпорация.
Критерии, по которым идет отбор кандидатов в состав элиты, также различны в зависимости от особенностей региона. В нацио­нальных республиках основой элитной группировки нередко ста­новится принцип семейственности, землячества (Татарстан, Баш­кортостан) или этнические факторы (Мордовия). В «русских» регионах обычно важнее идеология
1
. Уровень внутренней спло­ченности элиты зависит от степени ее социальной и национальной однородности, доминирующих моделей элитного рекрутирования, преобладающего стиля политического лидерства и т.д.
2
Другие авторы доказывают, что характер и состав региональной элиты — сложный и разношерстный: одна из главных ее особен­ностей — имманентная раздробленность. Они фиксируют внимание на внутренней дифференциации и диверсификации региональной элиты по функциональному, статусному, властному, идеологиче­скому, партийному и другим критериям. Эти авторы признают рас­кол в элите, который характеризуется отсутствием общности ин­тересов, единых ценностей и целей. Различные группы элиты выдвигают разнородные, иногда противоположные требования, за­давая разнонаправленные сигналы другим социальным субъектам, дезориентируя их в социальном пространстве постоянно делится на враждующие группировки
3
. Региональная элита
4
.
П.А. Ореховский в составе местных и региональных элит вы­деляет десять групп: предприниматели, представители малого и среднего бизнеса; директора — представители крупного бизнеса (в том числе и государственных предприятий); банкиры; «муници-
1
См.: Добрынина Е. Мифы и правда о региональной элите // РФ сегодня. 2004.
№ 10.
2
См.: Гаман-Голутвина О.В. Определение основных понятий элитологии //
Полис. 2000. № 3. С. 99.
3
См.: Земцова С.В. Неопределенность общественного развития: роль регио-
нальных элит // http://pozdnyakov.tut.su/Seminar/art99/a012399.html.
4
См.: Туровский Р.Ф. Объединению региональных элит мешает провинциа-
лизм // Независимая газета. 2007. 27 марта.
159
палы» — главы администраций и их заместители (вплоть до уровня управлений, например, ГлавАПУ); «регионалы» — губернатор, его заместители (члены областных правительств); депутаты — регио­нальные и муниципальные; «силовики» — милиция, ФСБ, та­можня, налоговая инспекция; ученые — включая представителей как собственно научных, так и образовательных учреждений; СМИ; судейские (включая аппарат мировых судей, арбитража, об-
1
щегражданского суда)
. При этом внутри них образуются конку­рирующие между собой подгруппы, например, предприниматели из региональной столицы и местные предприниматели; директора высокорентабельных и директора убыточных (низкорентабель­ных) предприятий; прогубернаторские и оппозиционные СМИ. Исследователи отмечают, что нередко в правящей элите проявляется тенденция к образованию кланов по этническому принципу (при­мер — русская, дагестанская, армянская, татарская, казахская и че-
2
ченская субгруппы в Астраханской области и др.)
.
Думается, что обе позиции не следует рассматривать как про­тивоположности. Каждая из них артикулирует одну сторону рас­сматриваемого феномена, и потому они должны быть совмещены. В таком случае действительная картина выглядит следующим об­разом.
В интровертных координатах (лат. intro — внутрь + vertere — поворачивать, обращать) правящая элита предстает как гетероген­ная социальная общность, различные группы которой обладают собственными ресурсами. В стремлении отстоять и упрочить свои положение и собственность они находятся в постоянной конку­ренции между собой. В этом смысле следует согласиться с тем, что в элите отсутствуют сплоченность, однородность. Внутри нее в лучшем случае доминируют непрочные персональные отноше­ния, в худшем — противоречия и борьба за главенство. Как пишет С.П. Перегудов, «фрагментарность элит, дисперсность связей между их корпоративной и административно-чиновничьей состав­ляющей побуждают каждую из них добиваться использования сиюминутной конъюнктуры для своих сугубо групповых, эгоисти­ческих целей»
3
. И это отсутствие какой-либо согласованной идеи
1
См.: Ореховский П.А.Игры элит и региональное развитие // http://lab.obninsk.ru/
public/articles.php?htmlfile=orekhovsky-17.htm.
2
См.: Добрынина Е. Указ. соч.
3
Перегудов С.П.Ренессанс корпоративизма? // Куда идет Россия? Трансфор­мация социальной сферы и социальная политика / Под общ. ред. Т.И. Заславской. М., 1998. С. 136.
160