Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Политический регион. Опыт операционализации и концептуализации понятия. Монография
.pdf
Так, глубокую разработку региональной идентичности дает
Г.С. Корепанов. Он определяет региональную идентичность как
переживаемые и осознаваемые смыслы и ценности той или иной
системы локальной общности, формирующие «практическое чувство» (самосознание) территориальной принадлежности индивида
1
и группы
. Корепанов выделяет в ее содержании три слагаемых
(«опосредующих условий»): индивидуальные когнитивные механизмы и мотивации, которые лежат в основе формирования не
только межличностных связей, но также и эмоциональных связей
человека с данным местом; социальный порядок на уровне региона
(территории), который обусловливает социально-региональные
роли и опосредованные ими интеракции, поддерживает тип поведения, отвечающий существующим социальным нормам; социокультурные стереотипы как относительно устойчивое диспозиционное образование, обеспечивающее достаточно надежную их
трансляцию как во времени, так и в пространстве.
В.М. Суханов также защищает тезис о том, что региональная
идентичность является одним из базовых элементов конструирования «региона» как специфического социально-политического
пространства. Для нее принципиально важным является представление о территориальных связях, возникающих на основе совместного или соседского проживания членов социальных групп раз-
2
личного масштаба и культурной идентификации
. Другую позицию
формулирует Р.Ф. Туровский. По его мнению, российское разнообразие — это миф. Нельзя говорить, что орловская идентичность
принципиально отличается от тамбовской. Эти идентичности существуют, иногда специально культивируются, но они слишком
слабые, чтобы влиять на политику. Для российской идентичности,
делает он вывод, ссылаясь на результаты социологических исследований, характерно развитие локальной идентичности. Собст-
3
венно региональная идентичность является слабой
.
Думается, обе позиции — крайности, каждая из которых абсолютизирует относительную истину и потому оказывается односторонней. Главное возражение состоит в том, что региональная
1
См.: Корепанов Г.С. Региональная идентичность как базовая категория со-
циологии регионального развития // Власть. 2009. № 1. С. 44.
2
См.: Суханов В.М. Региональная политическая идентичность в России: теоретический анализ состояния и перспективы. Автореф. дис. … д-ра полит. наук.
Саратов, 2009. С. 23.
3
См.: Туровский Р.Ф. Объединению региональных элит мешает провинциализм // Независимая газета. 2007. 27 марта; Он же. Центр и регионы: проблемы по-
литических отношений. С. 354.
91
идентичность представляется как общая, одинаковая и в основе
своей неизменная характеристика для всех ее носителей. Между
тем, современное общество представляет собой пространство постоянно меняющихся идентичностей. Как писал Зигмунд Бауман,
в современном мире перетасовываемых ценностей, изменяющихся
маршрутов и расплывающихся рамок идентичности представляются чем-то, что может надеваться и сниматься вроде костюма
Региональная, как и всякая иная, идентичность имеет относительный характер. Она не есть ригидное, одинаковой модальности
и интенсивности свойство всех жителей региона во все времена.
Мы согласны с В.М. Сухановым, предлагающим отказаться от восприятия региональных идентичностей в прошлом и настоящем в
качестве монолитного культурного текста, в котором не может быть
структурных и логических противоречий и каждый элемент которого может быть объяснен посредством прямой смысловой связи с
2
другими элементами
.
Во-первых, индивиды и группы, объективно составляющие
региональное сообщество, идентифицируют себя с разными территориями — от поселения до страны. В этой «вертикальной» идентичности их отождествление себя с регионом не является ни единственным, ни главным.
Есть множество причин этого. Так, исследование Г.С. Корепанова по Тюменской области и входящих в ее состав автономных
округов показало, что максимальная идентификация сегодня имеет
поселенческий характер, т.е. жители конкретных региональных общностей по всем субъектам Тюменской области максимально испытывают чувство солидарности (или чувство общности) именно с
жителями того поселения, в котором они конкретно проживают,
подтвердилась более детально. Ответы на вопрос: «В какой мере вы
чувствуете свою близость…» по идентификационному признаку
«свое» фиксируют в максимальной степени «жители поселения, в
котором я живу (деревня, село, город)»: юг Тюменской области —
38,6%; ХМАО — 34,6; ЯНАО — 33,5%. 35,4% респондентов ощущают
жителей своего поселения как «свое» и еще 24,2% — как «близкое»;
в этой категории меньше всего затруднившихся с ответом — 13,5%.
На втором месте стоит категория «жители областного центра» (9,1%
ответили «свое», 23% — «близкое») и на третьем — «жители всей
моей области» (6% ответов — «свое», и 15% — «близкое»)
3
.
1
.
1
См.: Бауман З. Индивидуализированное общество. М., 2002. С. 186–187.
2
См.: Суханов В.М. Указ. соч. С. 18.
3
См.: Корепанов Г.С. Указ. соч.
92
Г.С. Корепанов установил такую закономерность: чем дальше
от железнодорожных магистралей расположены поселения, тем
ниже в этих поселениях уровень самоидентификации регионального субъекта и тем выше — поселенческого (см. табл. 3).
Таблица 3
Степень интенсивности слоевой близости («свое» — «чужое»),
1
Жители
Москвы —
столицы
России
Жители
всей Рос-
сии
Территория Жители
Юг Тюменской области
ХантыМансийский автономный
округ
Ямало-Ненецкий автономный
округ
поселения,
в котором
я живу
8,72 1,91 0,91 0,12 0,36 0,22
7,22 1,09 0,49 0,11 0,31 0,21
9,67 1,02 0,60 0,18 0,38 0,31
Тюменский регион
Жители
областного
центра,
хотя я там
и не живу
Жители
всей моей
области
О том, как ответили жители Астраханской области на анало-
гичный вопрос, показывает табл. 4.
Распределение ответов астраханцев на вопрос
«Кем вы себя ощущаете?»
2
Жители
всей
Земли
Таблица 4
Вариант ответа, % 2007 г. 2004 г. 1999 г.
Я — россиянин 44,6 28,4 12,0
Я — волжанин 5,2 4,7 3,5
Я — астраханец 27,9 38,5 57,7
Я — русский (казах, татарин и т.д.) 19,8 24,6 26,8
1
См.: Корепанов Г.С. Указ. соч.
2
См.: Зелетдинова Э.А. Изменение оснований легитимации региональной
власти после 2000 г. // Элиты и будущее России: взгляд из регионов (Вып. первый).
Ростов н/Д, 2007. С. 105.
93
Ученые Института социологии РАН выявили зависимость
идентификации от того, работают люди или нет, удовлетворены
они жизнью или нет (см. табл. 5).
Таблица 5
«Мы-идентификации» москвичей в зависимости
от удовлетворенности/неудовлетворенности жизнью в целом,
% к числу опрошенных
1
Часто ощущают единство с
людьми...
Мы — граждане России 58,9 60,9 42,5 49,3
Мы — жители одного региона 54,9 54,7 44,5 52,0
Мы — жители одного города 53,3 50,0 55,5 62,7
Удовлетворенные
жизнью
все
население
работающие все
Не удовлетворенные
жизнью
работающие
население
Во-вторых, в «горизонтальном» разрезе региональная идентичность складывается в процессе и результате совместного или
соседского проживания членов социальных групп различного масштаба на разных основаниях: этническом, конфессиональном, социально-групповом, профессиональном, возрастном и т.д. Соответствующие виды идентичности встраиваются в региональную
идентичность, приобретающую у каждой конкретной группы свою
специфику. Множественность оснований для самоидентификации
актуализирует проблему ранжирования различных идентичностей
по степени их значимости для индивида. Именно в этом и заключается основная сложность региональной политической идентичности в поликультурном, полиэтничном и поликонфессиональном
обществе, каковым является современная Россия в целом и все
составляющие ее субъекты Федерации.
Существующие социальные связи в регионах благоприятствуют экономическому и политическому развитию самого региона. Это может быть явным преимуществом для регионов с
глубокими культурными традициями и доказательством медленного экономического развития искусственно образованных регионов в тех государствах, где региональный уровень управления не
имеет глубоких традиций. Социальные связи и политическое участие могут проявляться на уровне местного самоуправления в ре-
1
Российская идентичность в Москве и регионах. М., 2009. С. 82.
94
гионе, однако это не означает, что данный механизм работает также
на региональном уровне. И если жители региона идентифицируют
себя только с местностью или с национальным уровнем, то на региональном уровне такие социальные связи отсутствуют. Поэтому,
как считает П. Циммерманн-Стейнхарт, существует необходимость
формирования региональной идентификации (см. табл. 6).
Таблица 6
Идентичность жителей Якутии
(ответы на вопрос: кем вы себя больше чувствуете: россиянином,
якутянином и тем, и другим или ни тем, ни другим?)
Русские Якуты Другие
Ни тем, ни другим 4,0 1,0 7,9
И тем и другим в равной степени 48,4 32,2 43,1
Россиянином 33,8 5,1 26,8
Якутянином 13,8 61,6 22,2
1
На другую сторону этой зависимости обратил внимание
В.М. Суханов. Историческое, политическое, географическое, социальное, экономическое и культурное пространства различных
российских регионов, пишет он, между собой совпадают не всегда.
Это приводит к тому, что, например, в идентификационной структуре русских жителей Башкортостана, Татарстана, Дальнего Востока, Камчатки, Якутии, Калининграда и т.д. ранжирование роли
2
различных факторов будет неодинаковым
.
В то же время нерегиональные факторы идентичности могут
длительное время определять сознание и чувства людей, сменивших свою «региональную прописку». Об этом говорят хорошо известные факты формирования диаспор и землячеств в местах их
нового проживания. Частным случаем этого может быть ситуация,
когда пришлое даже этнически родственное население в силу социокультурных особенностей, сложившихся в стране прежнего
проживания, и возникшей социальной конкуренции в местах его
нового поселения с трудом интегрируется или вовсе не интегрируется в принимающие сообщества.
В-третьих, не имеет однозначного содержания и ценностный
аспект региональной идентичности — осмысление значимости
1
Российская идентичность в Москве и регионах. С. 33.
2
См.: Суханов В.М. Указ. соч. С. 27–28.
95
своей территории и для государства, и для конкретной личности.
Г.С. Корепанов выявил, что согласно одной точке зрения, тюменский регион (а также и те жители, которые идентифицируют себя
с ним) — это нефтяная и газовая столица Российской державы, согласно другой точке зрения — это колония, эксплуатируемая центром. Не удивительно, что положительные чувства к Тюменскому
региону испытывают большинство, но не все респонденты: соответственно 72% — на юге Тюменской области, 67 — в ХМАО, 67 —
в ЯНАО, 69% респондентов всей Тюменской области (средневзвешенная величина). При этом в областном центре Тюмени доля тех,
кто испытывает положительные чувства по отношению к региону,
выше доли тех, кто испытывает отрицательные чувства, на 71%
(очень высокий показатель), а еще выше этот показатель в ХантыМансийске — 81%
1
.
Восприятие «своего» региона в координатах государства может
носить и экстравертный, и интравертный характер. В первом случае
осознание и описание своей особости и значимости сосредоточиваются на том, что они являются специфическим проявлением
более широкой — государственной — общности и только в этих
рамках возможны их субстанциональность и функциональность.
Например, наиболее популярные тюменские лозунги: «Тюмень — звезда Сибири и сердце России», «Тюменская область —
сердце России»
2
. Ставропольский край, писал его бывший губернатор А. Черногоров, называют то «южным бастионом», то «житницей России», то «всероссийской здравницей». «Мы с этими
сравнениями согласны и всеми силами стремимся поддержать и
умножить славу любимого края»
3
. А вот в Калининградской области,
например, свидетельствует доктор исторических наук Ю. Кантор,
уже не обсуждают всерьез идею возвращения городу исторического
имени, но с удовольствием восстанавливают архитектурные островки довоенной Пруссии. Его жители в разговоре с приезжими из
Петербурга или Москвы говорят: «У вас в России». Город с 750-летней историей сегодня снова находится в трудном процессе самоидентификации, подытоживает она, и добавляет: «У нас в России»
Во втором случае особость региона абсолютизируется в ин-
тересах максимального возвышения его статуса, вплоть до неза-
4
.
1
См.: Корепанов Г.С. Указ. соч.
2
См.: Галактионова Н.А. Формирование региональной идентичности в Тю-
менской области // Власть. 2009. № 8.
3
http://old.voopik.ru/?p=85.
4
См.: Кантор Ю. Обрусение Пруссии // Время новостей. 2010.
96
висимости от центра1. Именно региональная и этническая идентичности способны «противостоять» национально-государственной
идентичности, подпитывать сепаратизм территорий. Вот почему требует соответствующего уточнения «фундаментальный вывод»
В.А. Тишкова: «Поддержка и укрепление региональных и этнических
сообществ есть одно из важнейших условий формирования российского народа — исторической и социально-политической общности,
которая представляет собой “единство в многообразии”»
2
.
Политическое содержание в структуре региональной идентичности связано с тем, что, с одной стороны, социокультурная и/или
экономическая идентичность стремится к политической организации как условию реализации духовных или материальных потребностей регионального сообщества. Иначе говоря, региональная
идентичность выступает формой манифестации и фактором укрепления политической самостоятельности региона, необходимой для
успешной реализации специфических интересов регионального сообщества, частных по отношению к интересам всего населения
страны. (Создание и поддержание условий для реализации общих
для всех интересов и ценностей является предметом ведения государства, что закреплено Конституцией РФ, определившей перечень
вопросов, находящихся в исключительном ведении Российской Федерации.)
С другой стороны, обратная зависимость выражается в том,
что в процессе и результате функционирования политического региона у его жителей формируется и воспроизводится общая для
всех идентичность. Совершенно очевидно, что мигрирующее или
готовое мигрировать население не может служить надежной социальной базой успешного развития региона. Для этого нужны укорененные сообщества, имеющие традиции. Во всех субъектах Федерации идет процесс конструирования идентичности с помощью
самых различных инструментов. К таким инструментам можно отнести систему образования, СМИ, культуру (в ее прикладном
аспекте), социальные акции. В политической практике примерно
в одинаковой мере распространены процедуры моделирования региональных идентичностей из исторически сложившихся элементов
(идентификаций) и процедуры моделирования идентичностей на
основе критики исторических традиций
3
.
1
См.: Усягин А.В. Указ. соч. С. 21.
2
Российская нация: становление и культурное многообразие / Отв. ред.
В.А. Тишков. М., 2008. С. 3–4.
3
См.: Суханов В.М. Указ. соч. С. 24–25.
97
Подытожим. Региональная идентичность складывается под
воздействием различных факторов, которые в каждом субъекте
Российской Федерации представляют собой уникальное сочетание
исторического наследия региона, особенностей этноконфессионального состава его населения, социально-экономического положения, специфики образа жизни, традиций, культуры и т.д.
Множественность оснований для самоидентификации актуализирует проблему ранжирования частных идентичностей по степени
их значимости для индивида и групп, составляющих региональное
сообщество. В той мере, в какой каждая группа стремится обустроиться в данном регионе, адаптироваться в нем или адаптировать его к себе, ее активность оказывается частью регионального
процесса и регионального строительства, которые должны рассматриваться как реализация далеко не во всем совпадающих
стремлений и потребностей, ценностных ориентаций различных
групп населения, образующих данное региональное сообщество.
При этом для каждой из них региональная идентичность —
один из пластов социальной идентичности, актуализирующийся
ситуативно. Можно сказать, что и для региона действует правило,
которое ученый-африканист М.Г. Смит формулирует для государств: «Разнообразие культур порождает объективную потребность в доминировании одной из социокультурных групп, что
обусловливает необходимость недемократических средств регулирования отношений между группами, в противном случае страны
1
могут распасться на отдельные территории»
.
Существующие регионы и границы между ними фиксируют
определенный уровень согласия общества относительно своей
однородности и характера самоидентификации. Соответственно
изменения в основных характеристиках политической, экономической, социальной, культурной жизни, в динамике и содержании
информационных потоков приводят и будут приводить к потере
актуальности прошлых и возникновению новых самоидентифика-
2
ций, порождающих новые регионы
.
3.5.
Важным механизмом интеграции населения региона в региональное сообщество являются экономические связи. Регионализм вообще возможен только на территории, претендующей
1
См.: Косов Ю.В., Фокина В.В. Политическая регионалистика. СПб., 2009. С. 55.
2
Основы регионоведения. С. 51.
98
на определенную экономическую самостоятельность. Формирование регионального воспроизводственного процесса, географическое «замыкание» экономики служит необходимым фактором
регионообразования. Экономика региона, будучи подсистемой
социально-экономического комплекса страны, обладает многими
чертами системы, но при этом проблемы региона не являются
унифицированным зеркальным отражением проблем общей системы.
Это легко подтверждается тем, что практически все регионы
имеют экономическую специализацию. Так, облик Забайкальского
края определяет горнорудный сектор промышленности, Кемеровская область славна угледобычей, Ивановская область издавна считается текстильной столицей страны и т.д.
Хозяйственная специализация региона, в том числе обусловленная природно-географическими факторами, не только предопределяет сферу и характер трудовой занятости значительного
большинства населения, но ставит его благополучие в зависимость
от состояния производственной базы и востребованности производимой им продукции, утверждает общую заинтересованность
людей в успешном функционировании хозяйственного комплекса
и тем самым становится действенным механизмом формирования
регионального сообщества.
Некоторые грани этой проблемы затронул Д.А. Медведев в
своем Послании Федеральному Собранию 2009 г., когда говорил о
необходимости нормализация ситуации в моногородах. Их в России
несколько сотен. Живут в них более 16 млн человек, и там производятся значительные объемы товаров и услуг. В них надо создать
условия для применения способностей людей в самых разных сферах
и, конечно, стимулы для частных инвестиций. Если же экономических перспектив для этого нет или они по каким-либо причинам
очень малы, нужно помочь людям переехать в более благоприятное
для жизни и работы место
1
.
В науке утверждается мнение о том, что регион как экономическая система имеет черты и общие для всего народно-хозяйственного комплекса страны, и специфические, определяемые естественной дифференциацией условий хозяйственной деятельности
2
. В
экономическом отношении регион представляет собой самоорганизующийся хозяйствующий субъект, способный собственными
1
http://news.kremlin.ru/transcripts/5979.
2
См.: Господарчук Г.Г. Развитие регионов на основе финансовой интеграции.
М., 2006. С. 12–13.
99
силами обеспечивать целенаправленное развитие. Реализация региональных целей должна осуществляться регионом самостоятельно, т.е. с использованием собственного экономического потенциала и собственных организационных (управленческих)
структур. Как известно, административно-территориальное образование имеет в своей собственности экономические ресурсы, позволяющие осуществлять на их территории воспроизводственные
процессы.
Региональная экономика представляет собой целостность. Это
выражается в относительной замкнутости воспроизводственного
цикла, пропорциональном сочетании различных отраслей, формировании устойчивых внутри- и межрайонных связей. Одним из
основных показателей относительной замкнутости воспроизводственного цикла является показатель ввоза-вывоза товаров. Как
правило, он не превышает 10% валового регионального продукта
(ВРП). Другое свойство региональной экономики —комплексность. Последняя означает сбалансированное, пропорциональное,
согласованное развитие всех производительных сил региона, всех
элементов экономической системы.
В нашем обществе утверждается понимание того, что регионы
в рыночных условиях являются хозяйствующими субъектами. Они
самостоятельно принимают решения относительно целей своего
развития и способов их достижения. При этом все чаще прослеживается мысль, что регион должен рассматриваться не как государство в государстве, а как квазикомпания или квазикорпорация,
конкурирующая с другими регионами не только в производственном аспекте, но, главным образом, по условиям деятельности. А
успешное развитие региона, возможности привлечения инвестиций связаны с формированием корпоративного образа и содействием развитию этой своеобразной корпорации
1
.
Вместе с тем региональная экономика не развивается обособленно. Она — часть экономики федеральной и потому во многом
зависит от экономической ситуации в стране, политики федерального Центра в отношении к регионам, а также от тех отношений,
которые складываются между субъектом Федерации и федеральным Центром.
Это связано с тем, что едва ли не во всех регионах функционируют крупные промышленные производства, находящиеся в федеральном подчинении. Особо показательными могут быть регионы
1
См.: Господарчук Г.Г. Указ. соч. С. 17.
100
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]