О подчинении женщины

Теперь власть говорит более мягким языком, и если она кого угнетает, то оправдывает это тем, что угнетение это будто бы необходимо для блага самого угнетенного. То же самое и с женщинами: когда им запрещается что­нибудь, то говорят, что они неспособны это­го делать и что они собьются с истиной стези их счастья и успеха, если станут добиваться несвойственной им деятельности. Но чтобы представить эту причину в благовидном све­те (я не скажу в истинном), защитники еле должны дать ей более широкое развитие, чем это сделано доселе кем-либо ввиду настояще­го опыта. Недостаточно сказать, что женщи­ны вообще одарены менее высокими ум­ственными способностями, чем мужчины, или что между женщинами меньше способ­ных, чем между мужчинами, для отправления занятий и положений высшего интеллекту­ального характера; необходимо доказать еще, что женщины совершенно неспособны для такой деятельности, что самые замечатель­ные из них личности в умственном отноше­нии стоит все-таки ниже самых посредствен-

прос касается прямо женских специальных интересов. Но в таком вопросе тем необхо­димее обратиться к голосу того пола, кото­рый может быть более компетентным судьей дела. Это ясно для каждого из тех, которые расходятся со мной во всех других пунктах защищаемого мною предмета. Даже в том случае, если бы каждая женщина была женой и каждая жена— рабой, то тем более эти ра­бы нуждаются в защите закона, а мы знаем, какова эта бывает защита там, где законы из­даются самими же господами.