О подчинении женщины

Таким образом, среди современных соци­альных учреждений общественное подчине­ние женщин является одиноким фактом, единственным противоречием тому, что сде­лалось их фундаментальным законом; это ис-

ключительный, оторванный образчик старой мысли и старой жизни, изгнанный из всех прочих отправлений нашего быта, но удер­жанный в деле наиболее всеобщего интереса. Это несколько похоже на то, как если бы ис­полинский друидский дольмен или громад­ный храм Юпитера олимпийского возвы­шался на площади Св. Павла и был предметом вседневных поклонений, тогда как христианские церкви существовали бы только ради празднеств и торжественных случаев. Нет сомнения, что добросовестный наблюдатель человеческих стремлений не­вольно должен серьезно призадуматься над этой полнейшей нескладицей этого социаль­ного факта с теми, которые его окружают, над этим коренным противоречием между его характером и прогрессивным движени­ем, составляющим гордость современного человечества и уже давшим чистую отставку всему, что гармонировало с духом указывае­мого факта. При этом невольно рождается враждебное факту убеждение, далеко переве­шивающее всякое доказательство, какое мо-

другого народа, при этом обыкновенно пред­полагается, что эти качества вытекают из его естественных наклонностей. Потерял ли ир­ландский поселянин охоту к промышленному труду, сильно задолжал ли своему помещику, сейчас же находятся люди, утверждающие, что ирландцы— лентяи от природы. Обращают ли власти оружие против тех учреждений, ко­торые они должны были охранять, — люди начинают думать, что французы неспособны к свободе. Если греки морочат и надувают ту­рок, тогда как турки только грабят греков, от­куда ни возьмись является мнение, что турки от природы прямодушнее греков. Наконец, из того, что женщины, как это часто говорит­ся, и в ус не дуют о политике, если она не ка­сается их личности, многие заключают, что общее благо, по самой природе женщин, ме­нее для них интересно, чем для мужчин. Дале­ко не тот урок дает нам история, понимаемая теперь несравненно лучше, чем прежде: для нас важны уже те ее указания, что человече­ская натура чрезвычайно податлива внешним влияниям и что те ее внешние проявления,