Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

На уроках сценарного мастерства. Том II. Учебное пособие

.pdf
Скачиваний:
2
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
☆
Том 2. На уроках сценарного мастерства
Какими основными секретами сценарного мастерства вы можете поделиться со своими студентами?
Эти секреты очень просты, а потому студенты считают, что это не секреты, педагоги их обманывают и нечего им следовать. Или же они им не под силу. Или же студенты считают, что эти секреты давно никуда не годятся, и надо искать новые, более кру­тые. Или же… Хотя все просто: вставать надо рано, лучше рабо­тать утром, днем, работать каждый день, а когда не сидишь за но­утбуком, и в тебе уже живут твои герои, то надо мучиться вместе с ними, искать выход, думать, стоит ли идти в гости и так далее. А секреты сценарного мастерства разбросаны в десятках книг и в тысячах фильмов. Важно лишь уметь их читать и смотреть. И важно научиться анализировать драматургию фильма. Ведь это только кажется, что драматург вместе с режиссером идут по проторенной фабуле. На самом деле каждый раз характеры, кон­фликт, мотивы все равно будут новыми. В чем секрет успеха или причина провала?.. Любить сочинять и отгадывать загадки — это и есть смысл постижения сценарного мастерства.
Что делать, если сценарий не пишется?
Бывает. Надо понять, почему не пишется. А точнее, почему не вспыхнула искра интереса? Это случается, когда не твоя тема, не твой жанр, материал и так далее со всеми остановками. Иногда лучше отказаться, чем мучиться. Работа должна приносить ра­дость. А значит, надо найти этот свой интерес.
Чему, кроме умения писать сценарий, должен научиться бу­дущий сценарист за время обучения во ВГИКе?
В силу своей профессии сценарист должен быть психологом, знать историю кино, основы кинопроизводства, режиссуры, опе­раторского мастерства, экономики, актерского мастерства, а ра­ботая над разными темами, знать специфику той или иной про­фессии и еще уйму всяких «ненужных» знаний. А потому лучше знать минимум, который дает школа, нежели быть неучем и по­том кусать локти.
Что такое «сценарная мастерская»? Продуктивно ли вос­питание сценаристов в мастерской?
201
Том 2. На уроках сценарного мастерства
Пока ничего лучшего со времен Сократа, который набирал себе учеников в некое подобие мастерской, не придумано. У Сократа постоянно было не больше десяти учеников. Обсуждение проис­ходило свободно, в саду или на берегу моря, каждый имел право высказывать свои суждения, сохраняя при этом уважение к учи­телю. Конечно, с тех времен многое изменилось, но дух «сокра­товских мастерских», на мой взгляд, еще не выветрился, и очень важно его сохранять.
Что вы можете пожелать сценаристу-первокурснику ивыпускнику сценарного факультета?
«Час ученичества», по выражению Марины Цветаевой, — час священный. И, как правило, студенты входят в него с трепетом, а выходят с сожалением, что все так быстро закончилось. И это важно не терять. Но вот в середине пути возникают сомнения, стирается священный ореол, и ученическое время может «вывих­нуть сустав». Одни бросают учиться и начинают писать подряд и «ситкомы», и сериалы и что под руку попадет. У других времен­ные затруднения вызывают депрессию и разочарование. Список «болезней» можно продолжить. Не стоит забывать, что в детстве все вольно или невольно также болеют разными болезнями — это естественно. Надо переболеть, не впадать в панику и идти дальше.
***
Прочитав несколько лет назад «Житие» преподобного Сергия Радонежского, я был удивлен его жизнью, а точнее, его выбором того, как он решил устроить свою жизнь. Это удивление не отпус­кало, и возник замысел этого сценария. Наверное, многие твор­ческие замыслы так и возникают.
 
  , 
1. ИНТ. — ДОМ КУЗЬМЫ МИНИНА — НОЧЬ
Луна ярко светила в слюдяное оконце. Кузьма Минин вдруг проснулся и сел на постели, точно его кто-то разбудил. Оглядевшись, он уверился: в горнице никого не было. Кузьма снова прилег, но сна, как не бывало. Минин поднялся, прошел на кухоньку, перекрестился на икону Казанской Божьей Матери, висевшую в правом углу, с трепетавшим под ней огоньком лам­падки, выпил воды. Он уже собрался уйти, оглянулся, но в тот же миг остолбенел.
ТИТР: 26 августа 1611 года, дом Кузьмы Минина,
Нижний Новгород
У стола в монашеском одеянии, с седой бородой до пояса си­дел старец, опираясь на посох. Минин встряхнул головой, пыта­ясь прогнать видение, но старец и не думал уходить, поднял голо­ву и пытливо взглянул на Кузьму.
— Не признал меня? — усмехнулся Старец. — А лик-то мой у тебя висит. И разговор ты со мной ведешь, совета изредка просишь.
Кузьма взглянул на иконы, увидел на одной из них лик Сергия Радонежского и ахнул, открыв от изумления рот, пал на колени.
— Святой отче, Сергий Радонежский! — прошептал Кузьма.
— Потревожил я тебя! У нас беда великая! Люд московский опять стонет, на сей раз от ляхов проклятых, подмоги просит! На тебя жребий пал, пришла твоя пора! Собирай народное ополче­ние, князя Пожарского буди, да веди воинство на супостата! Тут
203
Том 2. На уроках сценарного мастерства
вы пируете вволю, а на Москве! Патриарха Гермогена голодом уморили!
Голос Сергия дрогнул, и Кузьма вдруг ощутил его боль. Он опустил голову, как нашкодивший мальчишка перед родителем, а когда поднял ее, то Сергия уже не было. За окном алела первая полоска зари. Он взглянул на лик Матери Казанской с младенцем Христом, она будто призывала его внять словам Сергия. Кузьма перевел взгляд на суровый лик иконы Сергия, трижды перекре­стился. Лицо его окрепло, приобрело решимость.
2. ЭКСТ. — ПАНОРАМА МОСКВЫ — ДЕНЬ
Москва горела, затянутая дымной пеленой. И с Воробьевых гор, где золотился шатер Тохтамыша, увидеть, что происходит на Москве, было невозможно. Там, внизу, били тревогой в ко­локола, доносились отчаянные людские выкрики и надрывный бабий вой.
ТИТР: Москва, 26 августа 1382 года
Монгольский хан Тохтамыш, наблюдавший с Воробьевых гор эту картину разора, поморщился и вернулся в шатер.
3. ИНТ. — ХАНСКИЙ ШАТЁР — ДЕНЬ
В шатре было сумрачно. Посредине горел легкий костерок, кипела в котелке вода. Тохтамыш взял из холщовой сумы при­горшню травы, втянул в себя её запах, бросил в кипящую воду, порезал бараньего сала, бросил туда же, помешал деревянной ложкой. Дав воде покипеть, он сдвинул котелок с огня. В шатёр ворвался Актай, волоча за собой монаха. Войдя, он бросил его кногам Тохтамыша. Хан сурово взглянул на Актая. Тот покло­нился хану.
— Русский монах хочет поговорить с вами! — проговорил Актай.
Тохтамыш махнул рукой, Актай ввел монаха, усадил на цинов­ку. Глаза монаха были прикрыты. Тохтамыш присел напротив, взглянул в лицо монаху.
204
Том 2. На уроках сценарного мастерства
— Говори! — приказал хан. Веки монаха дрогнули, глаза открылись, в них прочитывались боль и бесстрашие. Монах за­говорил по-монгольски.
— Я дьяк Посольского приказа. Ты хочешь снова сделать Русь своей данницей?
Тохтамыш властно качнул головой.
— Я знаю, как это сделать.
— Я уже сделал! — обронил Тохтамыш.
На лице дьяка промелькнула насмешливая гримаса. Тохтамыш заметил её, схватил дьяка за горло. Тот засипел, пытаясь что-то сказать. Тохтамыш отпустил его.
— Не люблю насмешников! — обронил хан. — О чем пришел глаголить?
Дьяк с трудом пришел в себя.
— Гоняться за великим князем Дмитрием Ивановичем смыс­ла нет, — заговорил дьяк. — Убьёшь старшего, престол займет младший. А Сергия Богородица любит, и Господь к нему благо­волит!
— Ты хочешь сказать в его руках все ключи? — уточнил Тохтамыш.
Дьяк утвердительно качнул головой.
— Так Русь устроена! У вас — Верховный хан, у нас — свя­той отец! А князь — ключник! Ключи носит, двери запирает! Без святого благословения мы никуда! Без креста да имени святого человека еще нет! Умерев, ждём отпевания, чтобы отправиться в новый путь! Князя, любого воина убить можно, но не дух его. Дух Руси не проткнуть копьем. Сергий — её дух!
Тохтамыш просверлил дьяка осиными глазками.
— Почему ты, русич, пришёл с этим ко мне, своему врагу?! Что ты хочешь взамен?
— Твои воины сожгли мой дом, убили отца и мать. Хочу оста­новить кровопролитие! У меня остались ещё дочь и сын!
Он встал и двинулся к выходу. Актай, взявшись за кинжал, хотел выйти следом за ним, но Тохтамыш жестом остановил его. Дьяк вышел из шатра. Хан несколько секунд молчал.
— Ты должен привезти мне Сергия! — приказал Тохтамыш. — Я хочу говорить с ним!
205
Том 2. На уроках сценарного мастерства
Послышался стон, треск дерева. Тохтамыш с Актаем выгляну­ли из шатра. В десяти шагах, поскрипывая, качалось на суку тело дьяка.
4. ЭКСТ. — ЛЕСНАЯ ДОРОГА — ДЕНЬ
Актай со своим отрядом во весь опор мчался вперёд.
5. ИНТ. — ЦЕРКОВЬ В ОБИТЕЛИ СЕРГИЯ — ДЕНЬ
Сергий молился в церкви, когда послышался топот копыт, ржа­ние коней. Преподобный помедлил, поднялся и двинулся к выходу.
6. ЭКСТ. — У ВХОДА В ЦЕРКОВЬ — ДЕНЬ
Князь Владимир Андреевич Серпуховской слез с коня, бро­сил повод слуге, двинулся в церковь. Поднявшись на крыльцо, он поклонился кресту, перекрестился. К нему вышел отец Сергий. Князь поклонился Сергию, преподобный осенил его крестом, князь поцеловал его руку.
— Хан Тохтамыш сжег Москву! — разом выдохнул князь справляясь с душевной болью. — Великого князя там не было, и Тохтамыш, ослеплённый яростью, приказал перерезать всех лиц мужеского пола, включая и младенцев. Торговые люди собира­ют сейчас дань хану, чтобы умилостивить его. Цепные псы хана рыщут повсюду, мы чуть не столкнулись с ними! Вам, отче, надо уехать, укрыться. Хотя бы в Тверь.
Сергий молчал, огорчённый известием.
— У Дмитрия Ивановича просьбица к вам, отец игумен. Митрополит Киприан с тверским князем Михаилом снюхался, заклятым врагом светлейшего. Тверянин задумал просить у хана ярлык на московское сидение, Киприан сему потворствует!
Игумен посуровел, нахмурился. Владимир Андреевич заметил это.
— Им на потеху столкнуть нас друг с дружкой, а нам кровь да слёзы! Я бы сам поехал, но тут важно унять Киприана. Дмитрий Иваныч просит найти в Твери митрополита Пимена, чтобы он взял на себя московскую кафедру. А Киприану хорошо бы вну­шение сделать!
206
Том 2. На уроках сценарного мастерства
Повисла пауза. Слуга принес воды. Князь предложил пре­подобному ковш с водой, но тот отрицательно качнул головой. Князь выпил.
— Знаю, Пимен обиды помнит на князя. Тот держал его в за­точении, услал в ссылку, но спасение Руси выше обид! У великого князя, кроме меня да вас, защитников боле нет!
Князь умолк. Молчал и Сергий, погруженный в свои думы. Владимир Андреевич снова нарушил молчание.
— Вижу, вам недосуг, отче, разбирать чужие обиды! Сам поеду просить Пимена! Не обессудь, что с дарами не приехал! Но кара­вай прими!
Князь вытащил каравай, завернутый в полотенце, с поклоном передал Сергию, поцеловал ему руку.
— Мне будет сподручней навестить Пимена, князь! И я заин­тересован, чтобы Церковь наша обрела доброго пастыря! А вы­бор Пимена мне по душе!
Князь поклонился Сергию и уехал. Прибежал служка.
— Принеси мою дорожную суму, да позови Ису Молчальника,— попросил Сергий.
Служка убежал. Подошел Иса Молчальник. Сергий указал на место рядом с собой. Они присели.
— Великий князь в Тверь посылает — выдержав короткую пау­зу, проговорил Сергий. Неделю пробуду. Серпуховчанин остерёг: степняки рыщут! Хан Тохтамыш Москву пожёг! Сторожей побо­ле выставь! Но свары с душегубами не затевать, они только того и ждут! Пусть берут, что хотят! Всем наказ передай!
Сергий пробормотал слова молитвы, трижды перекрестился. Перекрестился Иса. Сергий передал ему каравай. Тот замычал, жестами показывая, чтоб Сергий взял хлеб с собой.
— У меня в суме краюшка походная лежит! А этот теплый еще! Сказал: бери, значит, бери!
Он посуровел. Иса взял хлеб, с состраданием глядя на Сергия. Тот перехватил его взгляд, усмехнулся.
— Поплачь ещё!
У Исы две слезы выкатились из глаз. Игумен нахмурился, под­нялся. Иса поцеловал руку. Сергий благословил его. Взгляд игу­мена увлажнился.
207
Том 2. На уроках сценарного мастерства
— Всем братьям поклон мой! Береги Господь всех нас и нашу обитель!
Сергий перекрестил обитель, поклонился в пояс и ушёл.
7. ЭКСТ. — ЛЕСНАЯ ДОРОГА — ДЕНЬ
Сергий шёл по дороге, опираясь на посох. За спиной послы­шался отдалённый конский топот. Игумен остановился, при­слушался и мгновенно свернул в лес, увидев раскидистый куст, сел под него, сдвинул ветви и словно пропал. Появился Актай с отрядом. Всадники ехали шагом и зорко смотрели по сторонам. Отряд проехал мимо.
8. ЭКСТ. — ПОД КУСТОМ — ДЕНЬ
Сергий сидел под кустом, ел хлеб, отщипывая по крохе. Отряд Актая прошёл. Но Сергий не торопился вставать. Ещё шесть монголов, шедших в арьергарде, неторопливо проплыли мимо. Несколько секунд висела тишина. И снова защебетали птицы. Сергий, точно услышав этот сигнал, поднялся и пошёл дальше.
9. ЭКСТ. — ДВОР МОНАСТЫРЯ — ДЕНЬ
Сергий вошел во двор монастыря. Монахи были уже заня­ты повседневными работами. Кто-то работал в амбарах, кто-то ошпаривал раскаленными в костре докрасна камнями кадушки для будущей засолки капусты и огурцов, кто-то мастерил зим­ние сани. Тут же у кузни, в стойле, подковывали лошадей, работа жарко кипела.
ТИТР: «ТВЕРЬ, 1382 год»
Сергия узнали. «Сергий! Сергий!» — просыпался шёпот, вслед за ним и взволнованные голоса. Монахи стали кланяться игуме­ну. Но никто не осмелился приблизиться к нему. Один из моло­дых, не выдержав, бросился к Сергию, пал на колени, приложил­ся к его руке. Сергий улыбнулся, погладил его кудри, двинулся дальше.
208
Том 2. На уроках сценарного мастерства
10. ИНТ. — ТРАПЕЗНАЯ — ДЕНЬ
Митрополит Киприан обедал с тверским князем, выбирая кости в печёной рыбе, когда размашистым шагом вошел Сергий и прожёг обоих пронзительным взглядом. Киприан помрачнел, князь Михаил поднялся, отдал поклон. Сергий перекрестился на иконы.
— Рады вас видеть, отче! — радостно поговорил князь Михаил.— Прошу за наш стол, откушайте с нами, что Бог послал!
Сергий подошёл к столу, оглядел его. Заметил и яйца в корзин­ке, и кусок нежирного окорока.
— Мало крови невинных детушек для вас пролито? — сдержи­вая гнев, ожег трапезников Сергий. — Не жёг вас Тохтамыш, так вы в услужение к нему русский народ хотите отдать? Не бывать этому! Бог на нашей стороне! А хотите гнев Божий на себе испы­тать, так он впереди вас бежит!
Киприан поднялся, в ярости открыл рот, но, столкнувшись с жестким взглядом игумена, вышел из-за стола и покинул трапезную.
— Искрист отец Киприан! Никак не могу смягчить его душу! Присядьте, отец игумен! — предложил князь.
— Рукомойник где? — оглянулся Сергий. — Не вижу!
— Гришка! Повесь рукомойник! — бросил князь. — И воду принеси для омовения!
Прибежал служка, узрел игумена Сергия, радостно заюлил, повесил рукомойник, принёс воды, налил ее в рукомойник. Сергий омыл лицо и руки. Князь жестом приказал принести чи­стое блюдо и рыбу. Сергий, омывшись, перекрестился, строго вз­глянул на князя.
— Благословения Тохтамыша ждёшь? Не дождёшься! — бро­сил ему в лицо Сергий, развернулся и двинулся к выходу. Князь скривил лицо.
11. ЭКСТ. — УЛОЧКА, ОГОРОД — ДЕНЬ
Сергий прошёл узкой улочкой, по обе стороны которой тяну­лись огороды. Заглянул сквозь колья в один из огородов, увидел сидящего на земле Пимена. Митрополит, одетый в простую рясу,
209
Том 2. На уроках сценарного мастерства
собирал репу. Срезал ботву, бросал её в сторону, а жёлтые пло­ды убирал в корзину. Сергий зашёл к нему, сел рядом и стал де­лать то же самое. Пимен, заметив нового помощника, удивленно хмыкнул.
— Чую, пол-урожая потребуешь для обители! — усмехнулся он.
— Да мы и паре корзин рады будем! — отрезал Сергий.
— Ухватистый ты! Сколь тебя знаю, столь удивляюсь: одним махом уйму дел делаешь!
— Так уж и уйму?
Пимен вытер репу чистой мешковиной, почистил, разрезал пополам, отдал половинку Сергию. Пимен стал жадно есть, сок стекал по его бороде, в то время как Сергий вдыхал запах раз­резанной репы. Пимен перестал есть, спросил у Сергия.
— Отчего не ешь, отче?
— Хочу сначала запахом насладиться! Господь дал каждому овощу запах, а потом вкус! Говорят, одним запахом можно насы­титься!
Пимен, точно устыдившись этому замечанию, стал нюхать репу. Сергий, перекрестившись, стал есть.
— Ох, и вкусна репа! — радостно согласился он.
— Чую, приехал тверянина с Киприаном усмирять, а тут еще и репа подвернулась!
— Я к тебе, не к тверянину приехал! Великий князь корит себя за притеснения и обиды, тебе причинённые. Просит замирения и в знак этого принять митрополичью кафедру!
— Замирение куда ни шло! Я на князя зла не держу. Но кафед­ру не возьму! — Пимен грустно улыбнулся, глядя на Сергия. Оба доели репу.
— Жажду найдется, чем утолить?
Пимен кивнул, поднялся, собрал плетеные корзины с грядок.
12. ИНТ. — ГОРНИЦА — ДЕНЬ
Пыхтел самовар на столе. Пимен наполнил чашку Сергия. На столе в миске лежали куски пчелиных сот и печеный хлеб. В глу­бокой чаше моченая брусника.
210