Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Людовик и Елизавета
.pdf
261Часть вторая. Елизавета . IX. Затруднения маркиза де ла Шетарди
почести, счастье, иногда— яд, тюрьму, пытки. НоЖан был игроком
инебоялся крупных ставок вборьбе запреуспеяние.
Вообще это был очень интересный тип, изкоторого— родись
он вдругих слоях общества— вышелбы незаурядный авантюрист.
Освоем прошлом Брульяр ничего неговорил, но, судя понекоторым его замечаниям, иногда прорывавшимся унего вразговоре,
он перепробовал много карьер ибурно провел досих пор жизнь.
Оставалось даже неизвестным, ккакойже нации принадлежит он
всущности. Брульяр говорил почти навсех иностранных языках
довольно бегло, ноочень неправильно. По-французски он говорил
сзаметным каждому французу немецким акцентом, ноон объяснял
это тем, чтопровел детство ираннюю юность вГермании. Немцам он
выдавал себя занемца, афранцузский акцент произношения объяснял пребыванием среди парижан, которые испортили ему немецкую
речь, какисковеркали иимя. «Ведь насамом деле,— говаривал он
втаких случаях,— я— неЖан Брульяр, аИоганн Брюллер».
Достоверно известно было только то, чтоБрульяр пятнадцатилетним мальчиком поступил наслужбу кКампредону, тогдашнему
послу прирусском дворе. В1726году Кампредона отозвали, иЖан,
которому было 17лет, остался приМаньяне, секретаре посольства,
исполнявшем функции незамещенного никем посла. Маньян ценил
вЖане проворство, смышленость ибеглое знание немецкого языка,
атакже приличное знакомство исрусским: двух лет пребывания
вРоссии оказалось достаточным, чтобы юноша вполне удовлетворительно освоился исэтим языком. Правда, Брульяр был всего только
лакеем, ноМаньян рассчитывал сделать изнего тайного агента.
Ему пришлось отказаться отэтой мысли, когда обнаружилась
пропажа компрометировавшего Францию вглазах Англии документа. Виновность Жана установлена небыла, ноподозрение пало
нанего. Некоторое оправдание этому подозрению сказалось втом,
чтоЖан порекомендации английского посланника отправился
вАнглию лакеем ккакому-тознатному лорду. Он неужился долго
итам, попал вИталию, нооттуда вынужден был бежать вАвстрию.
Вконце концов он попал вхорошо знакомый ему Берлин, где слонялся бездела, пока неузнал, чтовБерлине будет проездом новый
французский посол прирусском дворе, маркиз де ла Шетарди. По-

262 Людовик и Елизавета
следний охотно согласился взять его ксебе, так какпослу было важно
иметь вчисле прислуги лицо, владеющее русским языком. История
спропажей документа, которую ему пришлось узнать, неостановила его. Шетарди был достаточно беспринципен, чтобы видеть тут
что-либо особенное: каждый норовит стащить то, чтоплохо лежит,
иМаньян был сам виноват: зачем «плохо положил». Сам Шетарди
был очень осторожен иодинаково недоверял ниЖану, ничестному,
доглубины души преданному ему Пьеру, ниостальной прислуге.
Даже невсе секретари посольства были посвящены вполитические
интриги маркиза; даите, кого он понеобходимости удостаивал
доверия, многого незнали.
Жан ясно видел, чтоздесь, какговорится, «непообедаешь»,
потому чтокдокументам небыло нималейшего подступа.
Немудрено, чтоон обрадовался, когда заподозрил тайну заброшенной комнаты, ипришел вуныние, увидев, чтоэта тайна ускользает отнего. Он воспользовался удобным случаем, чтобы тщательно
исследовать комнату, ноничего подозрительного вней незаметил:
комната каккомната. Даитрудно было что-нибудь заметить: ведь
потайной ход закнижным шкафом находился встене, имевшей
окно, благодаря чему казалось, будто вся эта стена поворачивала
подпрямым углом, закоторым ибыла секретная комната, однако
это, благодаря окну, совершенно маскировалось. Жан выстукал
все стены, тщательно осмотрел занавеску перед дверью, подумал,
чтоона настолько широка, чтовней легко спрятаться иподглядеть,
чемзанимается Шмидт, исползал повсему полу, внадежде найти
хоть какую-нибудь трещинку впаркете, закоторым мог скрыться
потайной люк, нонигде ничего ненашел.
Безуспешно ходя вокруг недававшейся ему тайны, Жан упустил
другой секрет, который могбы, пожалуй, дать ему больше реальных благ, чемпервая. Однажды вечером он заметил, чтоводвор
въезжает таинственная карета соспущенными занавесками,
которая ипрежде привлекала его внимание. Жан какраз собирался улизнуть вигорный вертеп, нотут решил воспользоваться
благоприятным случаем, дававшим ему возможность подглядеть
наэтот раз посетителя, чего прежде ему никак неудавалось. Однако,
увидав, чтоэто— какая-тоженщина (ее лицо он немог видеть),

263Часть вторая. Елизавета . IX. Затруднения маркиза де ла Шетарди
Жан только презрительно пожал плечами испокойно ушел. Он
знал, какой ловелас его хозяин, знал, чтоинтрижки маркиза насчитываются десятками, новидел вэтом просто забаву умеющего
пожить человека, аникак неделовое занятие посла, последнееже
его совершенно неинтересовало!
Между тем, еслибы Жан дал себе труд последовать затаинственной посетительницей, тоон увиделбы, чтоблагодаря редкой рассеянности Пьера (влюбовных делах Ше-1 тарди всецело доверял
камердинеру) была возможность проскользнуть вкомнату, откуда
можно было подслушать разговор посла сгостьей. Аизэтого разговора он усмотрелбы, чтофрейлина ее высочества правительницы
Анны Любочка Оленина подслушивает государственные секреты
исообщает ихфранцузскому послу. Дорого заплатилабы Анна
Леопольдовна заподобное разоблачение!
Действительно, Любочка инаэтот раз, каквсегда, явилась
кмаркизу сважными открытиями. Сначала, конечно, надо было
отдать долг важности— «ведь они так долго, так долго невиделись,
целую вечность!» УЛюбочки был вспальне Шетарди свой особенный шкаф, где хранились кое-какие запасные принадлежности ее
туалета. Ивот, когда ласки «милого Жака» порядочно растрепали
ее, Любочка накинула наголые плечи легкий кружевной пеньюар
и, усевшись наколени Шетарди, принялась весело болтать, помахивая повоздуху крошечными туфельками, одетыми прямо
набосую ногу.
— Ну, чтоновенького нанашем горизонте, крошка?— спросил
Шетарди, наливая Любочке рюмку старого вина.
— Мой милый, чего-чего, аужновостей унас всегда много!..
Просто незнаешь счего иначать. Дляначала нечто сенсационное:
граф Морис Линар просил иполучил руку Юльки Менгден!
— Быть неможет!— воскликнул Шетарди, отизумления чуть
нероняя бутылки свином.— Ты чего-нибудь непоняла!
— Ужповерь, мой милый, чтояникогда ничего неспутаю!
Японимаю, чтоэто должно казаться очень странным, ноэто—
факт. Предложение Линара принято иодобрено правительницей.
Пока ещепомолвка будет держаться вбольшой тайне, ночерез несколько месяцев ее объявят официально. Вероятно, это приурочат

264 Людовик и Елизавета
киюню-июлю, когда правительница предполагает разрешиться
отбремени. Этим думают зажать рот разным сплетням, которые
неминуемо будут высчитывать, чтосовремени вторичного приезда
Линара1 вРоссию доиюля пройдет какраз положенное время…
— Ноявсе-таки непонимаю… Ну да, женитьба Линара, одобренная правительницей, может послужить известной ширмой,
ноженитьба именно наМенгден— вот тут яокончательно смущаюсь
вдогадках. Ведь ибезтого правительница делила свою нежность
между Линаром иЮлией Менгден. Даведь теперь Анна Леопольдовна
должна известись ревностью, темболее, чтоона небудет знать, кого
ккому ревновать— Линара кЮлии илиЮлию кЛинару!
— Они все трое отлично устроятся! Вот именно, ковсякой
другой женщине Анна сталабы ревновать, акЮльке!..
— Ноэто— какое-тостранное сочетание…
— Почему? Нисколько! Юлька— человек сочень сильным,
властным характером, унее совершенно мужской склад характера
излые языки уже давно прохаживаются наэтот счет. Она будет держать вструне иправительницу, иЛинара— ипикнуть им недаст,
вроде строгого мужа. Это будет отличный тройственный союз!
— Странные дела творятся вРоссии!
— Дапричемже здесь Россия? Ведь все трое— немцы, милый
мой!
— Ну, аещечтоесть утебя новенького?
— Новенькое есть, нонестоль пикантное. Вот например; Миних
подал вотставку иона принята.
— Любочка!— вскрикнул Шетарди,— ноэто известие втысячу
раз важнее, чемдесять свадеб фавориток сфаворитами! Какже это
случилось?
— Миниха сгубил Остерман, который немог простить ему
премьерство. Ты, вероятно, знаешь, чтовянваре, вовремя болезни
фельдмаршала, правительница издала указ, которым разграничивала
деятельность министров. Остерману поручалась гражданская часть,
Миниху оставлялась только военная…
— Я, конечно, знаю это. Новедь Миних примирился сэтим?
1 По проискам Бирона Линар был уволен от русского двора и затем был вто-
рич но прислан в качестве посла.

265Часть вторая. Елизавета . IX. Затруднения маркиза де ла Шетарди
— Временно. Он, видно, надеялся, чтоему все-таки удастся
взять верх надОстерманом. Ктомуже Миних представлял собой
прусские интересы, аОстерман— австрийские…
— Да, Миниху была обещана Фридрихом крупная сумма, если
ему удастся удержать Россию отвмешательства впользу Австрии
ввойне заавстрийское наследство!
— Ну вот, видишь, это-тоизаставляло его, должно быть, мириться сумалением своей власти. Нокогда Миних узнал, чтобезего
ведома правительница решила заступиться заАвстрию ипослать
Марии Терезии тридцатитысячный вспомогательный корпус…
— Что?— вскрикнул посол.— Так это уже решено? Иты молчишь обэтом? Но, помилуй Бог, Любочка, утебя удивительный
талант ставить самые важные вещи напоследний план! Когдаже
это решено?
— Сегодня, нокогда будет приведено висполнение— неизвестно! Это легче сказать, чемсделать…
— ИМиних из-заэтого подал вотставку?
— Дело было так. Миних, вероятно, узнав осостоявшемся решении, явился сегодня кправительнице ихотел видеть ее.
Правительница приказала ответить, чтоона неможет принять
его; еслиже ему что-нибудь нужно, пусть обращается впорядке
субординационных сношений ксвоему начальнику, генералиссимусу принцу Брауншвейгскому. Этим Миниху хотели показать его
место. Фельдмаршал рассердился иподал прошение оботставке, ата
тутже была принята. Менгден была очень недовольна этим— ведь
она родственница Миниха— иподпредлогом головной боли ушла
ксебе. НоЛинар поспешил утешить правительницу. Между прочим,
завтра будут сбарабанным боем объявлять наулицах оботставке
фельдмаршала. Яслышала разговор Линара справительницей: Линар
высказал опасение, чтобы Миних непредложил своих услуг царевне
Елизавете, иАнна Леопольдовна распорядилась, чтобы наддворцом
царевны было наряжено тайное наблюдение.
— Вот это яназываю благодарностью царей!— рассмеялся
Шетарди.— Когда надо было свергнуть Бирона, Остерман спокойно спал усебя дома, притворяясь больным. Когда заним послали
дляпринесения присяги правительнице, он долго отказывался

266 Людовик и Елизавета
ипошел только тогда, когда достоверно узнал, чтопереворот окончательно совершен. АМиних бесстрашно рисковал, ивот он уже
внемилости, анаверх всплыл Остерман!
— Ну, знаешьли, задолголетие власти Остермана янедам
даже ломаной копейки! Ведь Юлька страшно ненавидит его, аэто
чего-нибудь дастоит. Даинеуспел Остерман какследует вскарабкаться наверх, аподнего уже подкапываются иобвиняют визмене…
— Остермана? Нокакимже образом?
— Авот видишь, сегодня день массы неожиданностей! Кправительнице тайно явился сенатор Тимирязев идоложил ей, чтовманифесте, составленном Остерманом, говорится только омужском
потомстве принца ипринцессы Брауншвейгских, относительноже
прав женской линии неупомянуто. Между темего величество здоровьем слаб, может умереть— вживоте исмерти только Господь
волен. Иесли управительницы больше детей небудет илибудут,
ноженского пола, тогда уже нельзя будет опираться назавещание
покойной императрицы. Сенатор сослался наАвстрию, где пра
во женской линии было оговорено, авсе-таки поднялись смуты,
раздоры ивойны. Чтоже будет вРоссии, раз оженской линии даже
неупомянуто? Правительница крайне расстроилась ипоручила
Тимирязеву тайно подготовить два манифеста опрестолонаследии
вслучае смерти императора Иоанна ипрекращения вместе сэтим
мужского потомства. Оба манифеста прямо противоречат друг другу:
водном русский трон передается сестрам императора, вдругом—
самой правительнице.
— Так вот оно что!— сказал Шетарди.— Правительница помышляет обимператорской короне!
Он глубоко задумался— сказанное просто ошеломляло его и,
когда Любочка уехала, он ещедолго размышлял. Эти думы почти
недали ему сомкнуть глаза навсю ночь, инаследующее утро Шетарди встал всамом отвратительном настроении духа.
Ачтоесли правительница все-таки решится привести висполнение давнишнюю мысль императрицы Анны Иоанновны инасильно пострижет Елизавету Петровну вмонастырь, асебя объявит
императрицей? Тогда прощай всякие надежды, его правительство
никогда непростит ему такого неуспеха… Неперетянулли он,
-

267Часть вторая. Елизавета . IX. Затруднения маркиза де ла Шетарди
Шетарди, струн, парализуя досих пор попытки Нолькена помочь
цесаревне Елизавете? Нелучшели будет отказаться отслишком
больших претензий ипомириться намалом?
Дурное настроение ещеусилилось, когда утром послу принесли
две депеши. Водной Амело очень сухо выговаривал послу, чтодосих
пор им ещенесделано ничего существенного визвестном ему деле,
чтодонесения маркиза всегда очень интересны иромантичны,
нонедостаточно дельны длядипломата. Вэтих донесениях сказывается скорее поэт, романист ифантазер, чемгосударственный муж.
Амело заканчивал свою отповедь настоятельной просьбой ускорить
надлежащий ход событий.
Вовторой депеше тотже Амело сообщал послу, чтоверительные грамоты готовы ибудут привезены маркизом де Суврэ, назначаемым кШетарди вкачестве атташе. Кроме верительных грамот
маркиз де Суврэ передаст насловах кое-какие инструкции, которые
французское правительство нехочет доверять посольской почте.
Новоназначенный атташе выедет вРоссию недели через две.
— Значит, через две недели он будет уже здесь!— снеудовольствием буркнул Шетарди.
Сам посебе Суврэ небыл ему особенно страшен. Шетарди нераз
слышал отпарижских друзей, чтоэтот маркиз— просто ограниченный чудак, нечто вроде шута приЛюдовике XV. Носмаркизом
приедет его личный секретарь, очемпосол был извещен ещеранее,
ивот этот-тосекретарь иможет наделать ему, Шетарди, много хлопот; ведь секретарем была… Жанна Очкасова!
САнной Николаевной Очкасовой Шетарди лично знаком
небыл, нозато он был очень дружен сЛуизой де Майли, аПолину
де Вентимиль знавал ещемаленькой девочкой. Только понастоянию
обеих фавориток Шетарди иполучил место посла вРоссии— Флери
стоял закандидатуру графа Вольгренана, серьезного италантливого
дипломата, которого почему-тозатирали, несмотря напротекцию
кардинала. Попросьбе Полины Шетарди тайком приезжал изБерлина
вПариж наодну ночь, чтобы тайно переговорить орусских делах.
Ивот тогда-тоПолетт очень много рассказывала ему проЖанну,
проее историю сБироном, ненависть кправительнице (втовремя
просто принцессе) Анне Леопольдовне, приверженность кцаревне

268 Людовик и Елизавета
Елизавете. Изэтих рассказов маркиз составил себе понятие оЖанне
Очкасовой какочеловеке недюжинном, решительном, твердом,
иопасался, чтотеперь она будет всюду совать свой нос. Через Суврэ
она будет осведомлена опоступках ишагах его, Шетарди. Через
подругу найдет возможность сноситься прямо скоролем. Пойдет
кроме того сама кцаревне Елизавете… Авдруг даей удастся вывести
насвежую воду ту двойственную игру, которую он вел доэтого?
«Нет, надо действовать, надо взяться задело царевны,— решил
маркиз.— Нокаксделать самому первый шаг? Ведь досих пор он
все время уверял, чтосейчас предпринимать ничего нельзя? Разве
попробовать сегодняже съездить вресторан Иберкампфа?1»
Размышления Шетарди были прерваны появлением Пьера,
доложившего, чтогосподин Шмидт желает видеть его высокопревосходительство.
— Проси! Проси!— радостно ответил Шетарди.
«Вот иотлично!— подумал он,— мы сейчасже пошлем Шмидта
кцаревне Елизавете!»
— Язашел узнать, нетли чего-нибудь новенького,— сказал
Шмидт-Столбин, сробкой надеждой поднимая взор напосла.
Он страшно изменился, побледнел, осунулся; даже глаза утратили прежний блеск, что, впрочем, очень шло кего гриму пожилого
человека.
— Есть, есть,— ответил Шетарди,— ияочень рад, чтовы пришли именно теперь: вы мне очень нужны… Ночтосвами, дорогой
мой? Вы больны? Увас очень плохой вид!
— Уменя старая болезнь, маркиз,— ответил Столбин сгрустной
улыбкой.— Вы знаете ее… Эта болезнь— невозможность отыскать
самого дорогого мне человека инеобходимость сидеть сложа руки…
— Какая редкая верность внаш век!— воскликнул Шетарди.— Мне кажется, чтовы— единственный человек, способный
натакую упорную, неугасающую страсть. Вы более похожи натех
старомодных рыцарей, которых воспевают старые немецкие баллады, чемнасовременного дворянина!
— Чтоже,— ответил Столбин,— вмоих жилах течет кровь
старомодных немецких рыцарей, отличавшихся верностью ипо-
1 Там любил бывать Лесток.

269Часть вторая. Елизавета . IX. Затруднения маркиза де ла Шетарди
стоянством вовсем— каквлюбви, так иввойне… Однако зачем
именно явам понадобился?
— Вам придется сейчасже отправиться кцаревне ипередать
ей то, чтояскажу вам. Только придумайте такой костюм игрим,
чтобы вас неузнали…
— Небеспокойтесь!— ответил Столбин, который несколько
оживился приизвестии, чтоон получит возможность отправиться
напоиски Оленьки Пашенной,— недаромже перед отъездом сюда
япрошел целых два курса— один, подруководством известного
химика одействии различных кислот ииных специй накожу, другой— подруководством лучшего французского актера— огриме!
— Однако вы сами говорили, чтоэтот тип… словом агент
принца Антона, какбудто узнал вас?
— Даэто потому, чтояникак нерассчитывал столкнуться
сним. Нотеперь, когда язнаю, чтозамной следят сыщики—
ужнаверное это он натравил наменя Каина,— теперь-тояприму
все меры дляизменения голоса иглаз. Собственно говоря, вэтом
изаключается все искусство преображения…
— Даятолько так, кслову заметил… Отправляйтесь теперьже,
потому что, наверное, вечером иночью завходящими ивыходящими водворец следят больше, чемвтечение дня. Передайте ее
высочеству следующее.
Во-первых, фельдмаршал Миних подал вотставку, которая
принята. Это случилось вчера, иочень возможно, чтоцаревна уже
знает обэтом. Ноона наверняка незнает, чтообэтой отставке
сегодня будут объявлять народу подбарабанный бой. Это— очень
тяжелое оскорбление храброму фельдмаршалу, ион кинется кее
величеству, чтобы предложить свои услуги. Эта мысль пришла
вголову Линару, ипоего совету наддворцом царевны установлен
строжайший надзор. Если только Миних отправится кее высочеству ибудет принят ею— ихобоих немедля приказано арестовать.
Обэтом-тоинеобходимо предупредить ее высочество.
Во-вторых, мне достоверно известно, чтоправительница приказала
немедленно заготовить манифест, объявляющий ее императрицей
вслучае смерти малолетнего императора. Ввиду того, чтоИоаннVI
все ещестрадает непонятными желудочными припадками, это наме-

270 Людовик и Елизавета
рение грозит большой опасностью длянаших планов, так чтонадо
что-нибудь предпринять.
В-третьих, ятолько чтополучил известие, чтосюда приезжает
мой атташе, маркиз де Суврэ, асним подвидом его секретаря известная вам девица Жанна…
— Очкасова?— радостно воскликнул Столбин.— Господи, вот
радость-то! Это— такой милый, сердечный человек, такая редкая
женщина!
— Да, да,— сказал маркиз,— ямного слышал оней. Однако
небудем терять времени даром!— Шетарди позвонил и, когда вкабинет вошел Пьер, сказал ему:
— Пьер, проводите господина Шмидта вту комнату, где он
обыкновенно занимается!
Вкоридоре послышался осторожный, нобыстрый топот удалявшихся шагов. Однако никто необратил наэто внимание.
— Простите, ваше высокопревосходительство,— сказал
Шмидт,— нопрежде чемяприступлю кразработке проекта соглашения, который вы мне поручаете, мне хотелосьбы выяснить
ещеодин темный пункт!
— Хорошо. Пьер, выйдите пока иподождите удверей. Ну,
вчемдело?
— Вы сказали, чтоманифест, заготавливаемый правительницей, грозит серьезной опасностью нашим планам, апотому
надо что-нибудь предпринять. Нозначитли это, чтовы остаетесь
припервоначальном требовании какземельных уступок впользу
Швеции, так иобязательства предоставлении Франции торговых
преимуществ?
— Гм… Видители, дорогой мой, отмоего имени вы ничего
неговорите. Ноесли ее высочество сама предложит этот вопрос,
тоскажите, будто слышали отменя, чтоизвестные уступки могут
быть сделаны, однако, конечно, небольшие, потому чтодолжныже
Швеция иФранция получить что-нибудь засвою помощь? Ноокончательное соглашение поэтому поводу возможно только приличном свидании, которое теперь ясчитаю слишком опасным. Апока
пусть ее высочество пошлет комне Лестока— мы сним выработаем
основную схему соглашения.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
