Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Казачья государственность. Исторические, правовые и культурные аспекты. Сборник статей 2-й международной научной конференции
.pdf
71
Гражданское и военное управления округа находились в
подчинении окружного атамана. По сохранившимся сведениям,
окружными атаманами в Первом Донском округе состояли:
предводитель дворянства, отставной войсковой старшина И.Х.
Чумаков (1871г.), предводитель дворянства, полковник С.В. Балабин
(1885 г.), генерал-лейтенант Д.Д. Янов (1888 г.), полковник А.С. Зотов
(1890-1901 гг.), полковник Н.И. Лазарев (1902-1906 гг.; в чине генералмайора в 1907-1913 гг.), полковник Я.П. Араканцев (1915 г.),
полковник В.А. Молчанов (1916 г.).
В управлении окружного атамана Первого Донского округа по
штату на 1916 г. состояли: окружной атаман, полковник Василий
Алексеевич Молчанов; помощники его: войсковые старшины
Владимир Максимович Денисов, Михаил Степанович Малюгин. По
военной части: старший адъютант войсковой старшина Иван
Иосифович Тюрморезов; помощник его, есаул Петр Родионов;
адъютант по мобилизационной части войсковой старшина Петр
Лукьянович Поляков; младший медицинский врач, надворный
советник Николай Григорьевич Евсеев; фельдшер, коллежский
секретарь Иван Иосифович Захаров; ветеринарный врач, коллежский
советник Михаил Дмитриевич Войнов. Исполняющим должность
начальника Константиновской военно-ремесленной школы являлся
подъесаул Сергей Михайлович Форапонов; помощником его был
прапорщик Павел Петрович Могучев; преподаватели – мастера из
числа нестроевых старшего разряда: шорного дела – Иосиф
Васильевич Васильев, портняжно-шапочного дела – Андрей
Стефанович Кирсанов, седельного дела – Федор Перфильевич
Кленкин, кузнечно-ковачного дела – Василий Матвеевич Литвинов.
Начальником местной команды в Константиновской был войсковой
старшина Иван Яковлевич Тарасов.
Полицейские приставы: в станице Константиновской –
губернский секретарь Н.П. Демин; в станице Ермаковской –
губернский секретарь А.А. Мельников; в станице Цымлянской –
губернский секретарь А.А. Кузнецов; в станице Романовской –
губернский секретарь И.А. Хлебников; в станице Семикаракорской –
губернский секретарь Г.Д. Зубарев. Окружной врач, коллежский
советник К.Г. Запунников. [10]
72
До
7лет
От 7
до 14
лет
От 14
до 17
лет
От 17
до 18
лет
От 18
до 21
года
От 21
до 38
лет
От 38
до 60
лет
От 60
до 65
лет
Свыше
65 лет
Всего
20245
16285
9544
7974
9180
25282
21976
5669
4543
12069
8
К Первому Донскому округу причислялись станицы:
Баклановская (раньше называлась Гугнинская), Богоявленская, ВерхнеКундрюченская, Генерало-Ефремовская, Екатериненская, Ермаковская,
Золотовская, Камышевская, Каргальская, Константиновская,
Кочетовская, Кумшацкая, Мариинская, Нижне-Кундрючевская,
Нижне-Курмоярская, Николаевская, Раздорская-на-Дону, Романовская,
Семикаракорская, Терновская, Усть-Быстрянская, Филипповская,
Цесаревическая, Цымлянская, Чертковская. Общая численность
войскового сословия мужского пола по возрастам в 1-м Донском
округе за 1913 г. составляла – 120698 человек. [11]
Динамика распределения войскового населения мужского пола по
возрастному составу за 1913 г. в Первом Донском округе, начиная от
малолетних казачат до семи лет и завершая казаками старших
возрастов после 65 лет выглядела следующим образом.
В 1918 г. в состав округа входили (по данным Юрия Ильича
Карташева) следующие казачьи юрты: Андреевский (КняжеАндреевский) юрт (центр юрта – станица Андреевская); Баклановский
юрт (центр юрта – станица Баклановская); Богоявленский юрт (центр
юрта – станица Богоявленская); Верхне-Кундрюческий юрт (центр
юрта – станица Верхне-Кундрюческая); Генерал-Ефремовский юрт
(центр юрта – станица Генерал-Ефремовская); Екатериненский юрт
(центр юрта – станица Екатериненская); Ермаковский юрт (центр юрта
– станица Ермаковская); Золотовский юрт (центр юрта – станица
Золотовская); Камышевский юрт (центр юрта – станица Камышевская);
Каргальский юрт (центр юрта – станица Каргальская);
Константиновский юрт (центр юрта – станица Константиновская);
Кочетовский юрт (центр юрта – станица Кочетовская); Кумшацкий юрт
(центр юрта – станица Кумшацкая); Мариинский юрт (центр юрта –
станица Мариинская); Нижне-Кундрюческий юрт (центр юрта –
станица Нижне-Кундрюческая); Нижне-Курмоярский юрт (центр
73
юрта– станица Нижне-Курмоярская); Николаевский юрт (центр юрта –
станица Николаевская); Раздорский юрт (центр юрта – станица
Раздорская); Романовский юрт (центр юрта – станица Романовская);
Семикаракорский юрт (центр юрта – станица Семикаракорская);
Терновской юрт (центр юрта – станица Терновская); Усть-Быстрянский
юрт (центр юрта – станица Усть-Быстрянская); Филипповский юрт
(центр юрта – станица Филипповская); Цимлянский юрт (центр юрта –
станица Цимлянская); Чертковский юрт (центр юрта – станица
Чертковская).
На 1 августа 1921 г. в Первом Донском округе всего
насчитывалось 33 поселения. Округ тогда входил в состав Донской
области РСФСР.
Таким образом, история формирования Первого Донского округа
восходит к далекому 1835 г. Его становление происходило довольно
сложно. Потребовалось три десятилетия, чтобы сложились, наконец-то,
окружные управленческие структуры, подобрались нужные кадры,
слаженно заработала управленческая система. С ростом количества
станиц и хуторов округ постепенно набирал силу, и к рубежу XIX и
XX вв. он становится одним из основных стратегических ресурсов
Дона. Кровопролитные революции и Гражданская война 1917-1920 гг.
сломали привычный уклад жизни казачества. Однако сила
государственно-управленческой традиции настолько вошла в
привычку повседневной управленческой деятельности, что вплоть до
1928 г. Первый Донской округ сохранял прежнее название.
Источники и литература:
1. Государственный архив Ростовской области (далее – ГАРО), ф.
358, оп. 1, д. 21, л. 43об.
2. Исторические и статистические описания станиц и городов области
войска Донского в 1900 г. / Сост. П.С. Балуев. Новочеркасск, 1905. С. 135.
3. Донские Епархиальные ведомости за 1892 г. Новочеркасск,
1892. С. 688.
4. ГАРО, ф. 344, оп. 1, д. 423, л. 27, 28об; ф. 358, оп. 1, д. 21, 43об.
5. Сборник правительственных распоряжений по казачьим
войскам. СПб., 1887. Т. 23. С. 117-118.
6. Там же. С. 147.
74
7. Памятная книжка Области Войска Донского на 1898 г.
Новочеркасск, 1897. С. 35-36.
8. Там же. С. 37-38.
9. Исторические и статистические описания станиц и городов
Области войска Донского в 1900 г. С. 108-109.
10. Памятная книжка Области войска Донского на 1916 г.
Новочеркасск, 1915. С. 46-47.
11. Памятная книжка Области войска Донского на 1915 г.
Новочеркасск, 1914. С. 10.
ПЕРВЫЕ ШАГИ НАРОДНОГО ОБРАЗОВАНИЯ НА КУБАНИ:
ВКЛАД ГОСУДАРСТВА И ОБЩЕСТВА
Г.В. Яковлев
Зарождение системы народного образования Краснодарского края
берет свое начало со времени переселения на Кубань черноморских
казаков. С 1792 года, когда Черноморское казачье войско появилось на
правобережье Кубани, и вплоть до 1803 года у него не было ни одной
официальной школы, хотя частное обучение практиковалось и до
прибытия казаков на новую родину.
Образованные люди всегда ценились в казачестве, и обучение
грамоте поощрялось. Имеются сведения, что в январе 1794 года в
курене Платнировском была построена церковь и тут же школа «У
церковных причетников». Подобного рода «учебные заведения»
возникали с закладкой станиц на всей территории Кубани. В них
обучали лишь чтению и письму, а занятия вели лица духовного
сословия. Обучали грамоте и при казачьих канцеляриях, которые
долгое время служили своего рода «учебными заведениями»[1].
Первая официальная школа была учреждена в Екатеринодаре по
инициативе тогдашнего войскового атамана Ф.Я. Бурсака. Согласно
статье в журнале «Кубанская школа», она открыта 1 августа 1803 года
[2]. Уже через год ее переименовали в войсковое училище,
предоставив ему права официальной правительственной школы, но на
этом вклад государственных органов в зарождение образовательной
системы в Кубанской области завершился. Материальная база первого
75
войскового училища формировалась за счет пожертвований и сборов
средств, здание содержалось на средства казачьего войска.
Понимая недостаточность одного учебного заведения, передовые
люди Черномории ставили перед вышестоящим начальством вопрос об
открытии новых учебных заведений. В июле 1805 года атаман Бурсак
обратился к жителям Черномории, «изъявившим желание
содействовать развитию образования», с предложением о денежных
пожертвованиях на это дело. В числе жертвователей был и протоиерей
Кирилл Россинский, назначенный смотрителем этого училища 24
февраля 1806 года. Но на обучение казаки смотрели довольно
скептически: едва научатся читать и писать, как немедленно стремятся
на службу и уходят из школы.
Следующим этапом в деле становления и развития народного
просвещения на Кубани стало открытие в 1812 году первых
приходских школ на Тамани, в Щербиновском и Брюховецком, а затем
и в Гривенском (Новонижестеблиевском) куренях. В последующем, в
течение двух лет (1818-1819 гг.) были открыты еще шесть приходских
школ: в Темрюкском, Роговском, Кущевском, Медведовском,
Леушковском и Пластуновском куренях. К 1820 году в указанных
десяти приходских школах было уже свыше 300 учащихся[3].
В августе 1818 года благодаря усилиям войскового протоиерея
К.В. Россинского открылось Екатеринодарское духовное приходское
училище, являющееся первенцем церковно-православного образования
на Кубани. Открытие указанных учебных заведений представляло
собой заметный качественный скачок от фактического отсутствия
определенной образовательной системы к началу ее
целенаправленного строительства. В этом отношении Черномория
обогнала даже соседнюю, более заселенную, благоустроенную и
находившуюся на значительном удалении от приграничной зоны ‒ с ее
непрекращающимися боевыми стычками с горцами, область войска
Донского, где существовало только три приходских училища. Однако
открытые учебные заведения не были поставлены на прочную
материальную основу и порой их существование зависело от частных
пожертвований и других непостоянных источников финансирования.
Вопросы нормального обеспечения их деятельности решались
крайне медленно, поэтому, по свидетельству К.В. Россинского,
76
«приходские училища, а особенно учителя, лишались способов к
своему содержанию, доведены до последней крайности». Не
составляло исключения и положение войскового училища в
Екатеринодаре, содержавшегося «на собственные войсковые средства,
без всякого участия казны, за исключением правительственной опеки».
Поэтому рост числа учебных заведений чередовался с закрытием или
перерывами в их функционировании: в 1819 году в Черномории было
11 учебных заведений, в 1835 году ‒ только 5, а в 1860 году ‒ снова 11.
Но численность учащихся в них практически постоянно росла и
составила в 1860 году 648 человек[4].
Слабый уровень образованности вообще в России, и в
особенности на ее окраинах, приводил к тому, что найти
подготовленных учителей было крайне сложно, а порой просто
невозможно. Те же, кто изъявлял желание работать на стезе народного
просвещения, не всегда имели профессиональную подготовку. Бывали
случаи, когда место преподавателя занимал один из способных
учеников «за неимением никого к замещению», как это было в апреле
1810 года в Екатеринодарском училище.
За недостатком учебных заведений вынуждено практиковалось
«домашнее обучение», когда дети, в основном непривилегированных
слоев казачьего общества, учились грамоте у писцов в канцеляриях.
Грамотный и красивый почерк тогда особенно ценился; это
способствовало продвижению по службе и щедро оплачивалось.
Очень многое для развития образования сделал Кирилл
Васильевич Россинский. Он был первым просветителем в Черномории,
ученым, общественным деятелем, поэтом. Сохранившиеся архивные
документы свидетельствуют о большом безвозмездном труде этого
человека по распространению «просвещения в земле войска
Черноморского». Историк Ф.А. Щербина называл его «фанатиком
просвещения». На одни поездки по школам Россинский израсходовал
18 тысяч рублей собственных средств, не требуя возмещения за
казенный или войсковой счет. За успехи в просвещении казачества он
неоднократно отмечался начальством. Так, от училищного комитета
Харьковского императорского университета за примерную
ревностность и усердие к исполнению должностей и похвальные труды
77
в распространении просвещения в земле войска Черноморского
К.В.Россинский неоднократно удостаивался благодарности.
По инициативе первого кубанского просветителя в 1811 году был
организован сбор пожертвований «для сооружения в городе
Екатеринодаре гимназии и при ней строений для помещения штаб- и
обер-офицерских детей-сирот, не имеющих способов обучаться на
собственном содержании». Всего было пожертвовано на эти цели
более 14 тысяч рублей. 17 мая 1820 года состоялось официальное
открытие гимназии в Екатеринодаре, на содержание которой
правительственная казна ежегодно отпускала 5 тысяч 800 рублей. С
учреждением гимназии закрылось Екатеринодарское уездное училище,
в котором остались только младшие классы[5].
По уставу Черноморская войсковая гимназия была рассчитана на
семь классов и в целом приравнивалась к губернским гимназиям, то
есть имела почетного попечителя, директора-инспектора,
законоучителя, учителя наук и искусств. Учебный план
предусматривал преподавание Закона Божьего, российской
грамматики, географии, истории, статистики, математики, физики,
латинского и французского языков, а также рисования и черчения.
Просуществовала эта гимназия недолго: в конце 20-х годов XIX века
она была закрыта. После подавления восстания декабристов реакция
обрушилась и на просвещение. Екатеринодарская войсковая гимназия
в 1828 году была ликвидирована по приказу царя. Причину медленной
«смерти» гимназии современники усматривали «в невнимании
черноморцев к образованию юношества» и в недостатке
воспитанников: в 1827 году в ней числился один воспитанник в
четвертом классе, два ‒ в третьем, четверо – во втором и один
слушатель ‒ в первом классе. Неаккуратное посещение занятий и
слабые знания, высказанные учащимися на экзаменах, заставили
администрацию гимназии оставить весь состав учеников на второй
учебный год. Также сократилось число приходских школ. «Ведомости
об учебных заведениях, состоящих в земле войска Черноморского» за
1832 год констатировали: школ в войске Черноморском ‒ шесть,
учителей ‒ девять, учеников ‒ 202, окончило школу в 1832 году ‒
28[6].
78
Негативные последствия закрытия Черноморской войсковой
гимназии быстро сказались на «образовании юношества», так как в
оставшемся Екатеринодарском уездном училище, и тем более в
приходских школах, преподавались только «начала наук», что не
удовлетворяло культурно-образовательных потребностей жителей
Черноморского казачьего войска. Поэтому, идя навстречу запросам
чиновной и старшинской верхушки общества, тогдашний наказной
атаман Черноморского казачьего войска генерал-майор Н.С.
Завадовский 25 ноября 1834 года поднимает перед своим начальством
вопрос о преобразовании учебных заведений в Черномории,
предусматривая в нем и восстановление гимназии.
Дело это тянулось почти шесть лет и закончилось тем, что
главнокомандующий Кавказской областью и Закавказским краем
генерал Головин в своем ответе от 1 июня 1840 года на предложение
атамана «не нашел в настоящее время особой надобности в устройстве
гимназии, тем более что она существовала прежде в Екатеринодаре без
видимой пользы, которая едва ли и впредь ожидаема быть может». Он
порекомендовал подумать об учреждении в войске военного учебного
заведения, которое «с несомненною пользою подчинено будет
военному началу» и, следовательно, более важно для казачьего
сословия. Своим постановлением от 18 июля 1840 года Черноморская
войсковая канцелярия, «руководствовалась обстоятельствами»,
обращается к наказному атаману с просьбой об открытии военного
учебного заведения в войске. Но такое учебное заведение так и не было
учреждено в Черномории. Что же касается войсковой гимназии, то она
была восстановлена лишь в 1851 году.
Отбор детей горцев для обучения в российских учебных
заведениях осуществлялся по специальным правилам. Во-первых,
претенденты должны быть не моложе 6 и не старше 13 лет, а, вовторых, и это главное, «все они должны быть детьми князей,
первостепенных узденей и почетных мусульман, кои пользуются
между единоплеменниками особым уважением, доказать на опыте
преданность нашему правительству». То есть применительно к горцам
действовал общероссийский сословный принцип, представлявший
привилегии для верхушки адыгского общества.
79
В открывшемся в октябре 1845 года в станице Полтавской
Таманского округа Черноморского казачьего войска окружном
училище было предусмотрено отделение для детей черкес и татар,
проживавших в Черномории. Для них выделялись десять вакансий за
счет средств государственного казначейства. Взаимное обучение детей
казаков и горцев, как отмечалось в приказе по Черноморскому
кавказскому обществу от 21 октября 1845 года, «проистекало от благих
предначертаний монарха и относительно сближения с нами соседей и,
уже отчасти, сограждан наших ‒ черкес»[7].
Некоторые выдающиеся адыгские просветители XIX века своим
образованием обязаны Кубанской гимназии. В марте 1861 года КрымГирей Инатов окончил пансион для детей горцев при Кубанской
войсковой гимназии, где изучал латынь, французский, немецкий и
русский языки, и был зачислен по направлению Главного управления
учебных заведений на Кавказе в Петербургский императорский
университет по «математическому разряду».
С основанием первых школ, училищ и Черноморской войсковой
гимназии сразу остро стал вопрос о кадровом обеспечении учебного
процесса. По инициативе войскового атамана Ф.Я. Бурсака из
Московского университета были приглашены студенты Емельян
Степанович Иванченко и Дмитрий Иванович Поляков, ставшие в 1803
году первыми учителями в Черноморском казачьем войске.
Кадровый состав педагогов был весьма разнообразен.
Встречались учителя с высшим университетским образованием,
имелись и малоподготовленные к такого рода деятельности люди, как
дьячки, пономари и малообразованные казаки. Встречались также
большие энтузиасты своего дела. Так, Роговское училище своим
открытием в 1819 году было обязано дворянину Василию Самусю,
изъявившему желание содержать его на собственном своем иждивении
и учить детей без жалованья. Педагогом от Бога был отставной
урядник Черноморского казачьего войска Петр Павлович Головко,
учительствовавший в конце 50-х ‒ начале 60-х годов XIX века с начала
в станице Кисляковской, а потом в Кущевской школе, и «за особое
усердие в добровольно принятой на себя обязанности учителя» дважды
награждавшийся приказом по Кавказской армии премией в 100 рублей
серебром.
80
«Прекрасный подвиг жертвующего усердия к пользам
общественным», по мнению генерал-майора Г.А. Рашпиля, совершил
окружной штаб-офицер Таманского округа полковник Георгий
Табанец, по своей инициативе и большей частью на свои собственные
средства построивший окружное училище в станице Полтавской,
которое было открыто в октябре 1845 года.
Наиболее подготовленные учителя работали в Черноморской
гимназии и Екатеринодарском уездном училище. В первый период
существования этих учебных заведений К.В. Россинскому удалось
набрать довольно квалифицированных педагогов. Из 12 учителей семь
окончили вузы, трое получили незаконченное высшее образование и
только двое, в том числе и сам Россинский, имели среднее образование
(окончили гимназию и семинарию). Но, принадлежавший к последним,
К.В. Россинский до приезда в Черноморию уже имел десятилетний
стаж педагогической работы и к тому же был талантливым
просветителем от природы.
Сложнее было подобрать учителей для куренных (станичных)
школ. Из десяти приходских училищ, открытых в 1819 году, в курене
Таманском учителем стал казак Базилевич-Капитанский, окончивший
Киевскую духовную академию, в Медведовском ‒ священник Гаевский
‒ выпускник Екатеринославской семинарии, а в курене Роговском ‒ В.
Тараненко. Всех их Россинский характеризовал как людей «к
учительской должности способных». «В прочих же училищах, ‒ с
горечью писал в вышестоящий комитет Харьковского университета
Россинский, ‒ казаки или дьячки на время, мало к сей должности или
вовсе не способны»[8].
Предметом повседневных забот Россинского являлось
обеспечение учебного процесса необходимой литературой. Если в 1806
году в библиотеке Екатеринодарского училища имелось 26
гражданских и 64 духовных книг, среди которых, были пособия по
математике, физике, геометрии, «Древняя история» Ролленя в десяти
томах, «Слова и речи» Феофана Прокоповича, «Священная история
Ветхого и Нового завета» Писарева, «Соборное уложение» царя
Алексея Михайловича, Труды Вольного экономического общества,
«Философия» Теплова, «Синопсис», повествования Геродота, жития
святых и другие, то уже на следующий год она получила очень ценные
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]