Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Казачья государственность. Исторические, правовые и культурные аспекты. Сборник статей 2-й международной научной конференции
.pdf
201
7. См. Морозова О.М. О самоидентификации казачьего населения
Дона (XVII-1920 г.) // Казачество России: прошлое и настоящее:
Сборник научных статей. Вып. 2. Ростов- на- Дону, 2008. С. 106.
8. Громов В.П. Казачество в истории России: формирование,
расцвет, культурно- этнические процессы. Краснодар, 2000. С. 2.
9. Краснов П.Н. В первой Кубанской казачьей дивизии // Архив
русской революции. М., 1991. Т. 1. С. 101.
10. Свободная Кубань. – 1917. – 2 апреля.
11. Свободная Кубань. – 1917. – 28 апреля.
12. Государственный архив Краснодарского края (далее – ГАКК).
Ф. 1259. Оп. 1. Д. 20. Л. 89; Ф. Р – 6. Оп. 1. Д. 10. Л. 131.
13. Морозова О.М. Указ. соч. С. 116-117.
202
РАЗДЕЛ IV. ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ИСПОЛНИТЕЛЬНЫХ И
ПРЕДСТАВИТЕЛЬНЫХ ОРГАНОВ ВЛАСТИ КАЗАЧЬИХ
ГОСУДАРСТВЕННЫХ ОБРАЗОВАНИЙ В ПЕРИОД
ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ
РОЛЬ ОРГАНОВ САМОУПРАВЛЕНИЯ ЕНИСЕЙСКОГО
КАЗАЧЬЕГО ВОЙСКА В АНТИБОЛЬШЕВИСТСКОЙ БОРЬБЕ
В.А. Паршуков
Енисейские казаки, несмотря на значительный вклад в освоение
Сибири и другие заслуги перед Отечеством, не имели накануне 1917
года войскового статуса и назывались в официальных документах
казачьим населением Енисейской губернии. Созвав в мае 1917 года
Первый съезд, они образовали Енисейское казачье войско (ЕКВ) и
создали войсковые органы по его управлению. В Войсковое правление
ЕКВ вошло шесть человек: председатель Казанцев Иван Григорьевич,
1-й товарищ (заместитель) председателя Скобеев Михаил Ильич, 2-й
товарищ председателя Потылицин Иван Алексеевич (он же казначей),
начальник гражданского отдела Шахматов Степан Ананьевич,
начальник военного отдела Серебренников Валериан Васильевич,
секретарь Нешумаев Яков Григорьевич [1].
Содержание председателю было определено 2 400 рублей в год, а
остальным членам правления по 1 800 рублей в год каждому.
Войсковой Совет Енисейского казачьего войска был избран в
количестве 18 человек и шести кандидатов в него.
«Во время работы 2-го Съезда Енисейского казачества 22
сентября 1917 г. был принят Законопроект о самоуправлении ЕКВ,
который предусматривал формирование таких органов
самоуправления, как Станичный Суд и высший орган казачьего
самоуправления в ЕКВ – Войсковой съезд. В компетенции съезда были
«все дела, касающиеся как гражданского, так и военного быта
казаков». Съезд избирал: Войсковой Совет, Войсковое управление на
годичный срок и Войскового Атамана на трехлетний срок. Избранному
всеобщим, прямым, тайным голосованием Войсковому Атаману
«подчиняются все войсковые части в пределах и за пределами войска».
Войсковой Совет состоял из 25 человек, включая Атамана, и является
203
«высшей инстанцией по отношению, как Войскового Атамана, так и
Войскового управления, и их контролирующим органом». Войсковое
управление должно было стать исполнительным органом Войскового
съезда и Совета и состоять из председателя и пяти членов. В сфере
компетенции Войскового управления должны были быть вопросы
мобилизации казаков и хозяйственные дела войска. Станичное
управление должно было состоять из станичного схода, выборного
атамана и управления…» [2].
Воплощая в жизнь «декрет ВЦИК и СНК от 10 ноября 1917 г. «Об
уничтожении сословий и гражданских чинов», Енисейский
губисполком 18 декабря того же года принял постановление о
демобилизации и разоружении» [3] енисейских казаков служивших в
Красноярском казачьем дивизионе, а так же о роспуске Войскового
совета казачьего войска.
Главную роль в последующем после этого антибольшевистском
противостоянии казаков, несомненно, играл хорунжий Сотников,
«человек авторитетный и деятельный» [4], который на тот момент был
не только Войсковым Атаманом, но и командиром Красноярского
казачьего дивизиона. 17 января 1918 г. он обратился с «Воззванием к
населению Енисейской губернии именем Войскового Правительства
Енисейского казачьего войска», в котором было сказано, что
«…Исполнительным Комитетом Красноярского Совета Рабочих и
Солдатских Депутатов было предложено Красноярскому казачьему
дивизиону признать власть Советов и исходящие от него приказы»,
носившие ультимативный характер, направленные на разоружение и
демобилизацию дивизиона. «Не признавая Советской власти, как не
выражающей воли всего народа» и учитывая, что Исполкомом
Красноярского Совета предприняты «ряд мер вооруженного
характера», Войсковое Правительство ЕКВ и Совет дивизиона
предложили Губисполкому минимальные требования, которые были
указаны в воззвании к населению. Среди них «полное
невмешательство в жизнь казачества с сохранением за ним права
устраиваться и жить согласно постановлениям двух съездов войска и
выработанного ими закона», гарантия имущественной и личной
безопасности граждан и казаков, вывод из Красноярска «введенные из
других мест Красногвардейские отряды» [5]. В случае невыполнения
204
предъявленных условий Атаман Сотников оставлял за собой право
объявить всеобщую мобилизацию Енисейского казачьего войска.
На собрании Членов Войскового Правительства ЕКВ и Совета
Красноярского казачьего дивизиона было принято решение: «покинуть
на время город, щадя кровь неповинных безоружных граждан…» [6].
Ночью 17-го января казачий дивизион ушел из Красноярска,
оставив несколько казаков для охраны имущества, и направился в село
Торгашино.
Силы мятежников состояли из Красноярского казачьего
дивизиона, а так же примкнувших к нему офицеров, купцов,
гимназистов и семинаристов.
После образования ЕКВ в середине 1917 года Войсковое
правление обратилось не только к крестьянам старожилам и
«крестьянам из казаков», но и к офицерству с предложением вступить
в казачество.
Бывшим офицерам, которых тогда было немало в Красноярске и
других населенных пунктах губернии, вступившим в казачество
предполагалось выделить земельный надел, а при зачислении их в
Красноярский казачий дивизион за ними сохранялся получаемый ими
ранее оклад.
На казачьем сходе станицы Торгашинской в начале декабря
несколько бывших офицеров были приняты в казачье сословие [7].
Сходы казаков, на которых обсуждался вопрос о приеме офицеров
в казаки, состоялись так же 31 декабря 1917 г. и 7 января 1918 г.
После ухода Красноярского казачьего дивизиона из города вслед
за ним в казачий штаб в Есаулово прибыло 67 пехотных офицеров [8],
некоторые из них, чтобы не привлекать внимание были одеты в форму
чиновников.
Атаман Сотников предполагал создать из учащихся и офицеров
пластунский отряд (сотню). Верховное командование над всеми
силами Атаман А.А. Сотников оставлял за собой, «но только в том
случае, если цели казачества и офицерства совпадают». Полковник
Феофилов, входивший в штаб антибольшевистских сил [9] предлагал
офицерскому «пластунскому» отряду действовать самостоятельно.
Атаман Сотников и Войсковой совет были против этого в связи с тем,
что «офицеры и учащиеся пришли к казакам за защитой и от них же
205
получают оружие и продовольствие, а потому и верховное
командование должно принадлежать Сотникову» [10].
В наличии у Казачьего войска имелось 28 000 рублей. В эту
сумму входили и пожертвования от красноярских купцов и других
состоятельных людей.
На общем собрании 21 января 1918 г. в деревне Чанчиково после
доклада Сотникова офицеры и учащиеся согласились с тем, что в
распоряжении Атамана имеется больше сил и средств, поэтому
собрание признало верховным командующим антибольшевистских сил
хорунжего Александра Александровича Сотникова.
За поддержкой Енисейское казачье войско обратилось к Атаманам
Семенову и Дутову, к которым были посланы «делегации из
офицеров».
Узнав о прибытии Советских войск в Торгашино, штабом отряда
приказано было усилить сторожевые посты в Долгово и деревне
Кузнецовой. Кроме того, в Торгашино была послана разведка с целью:
выяснить численность войск, количество орудий, расположение и
бдительность часовых [11].
У казаков на постах в основном были ученики и пехотные
офицеры. Несмотря на то, что бывшие пехотные офицеры два дня
проводили занятия с учениками, этого оказалось недостаточно. Один
из учеников, находясь во дворе на посту, от неумения обращаться с
оружием, произвел выстрел, едва не убив стоящих вблизи людей.
После ухода дивизиона в Каратуз, казаки собрали там 15 (28)
февраля 1918г. 3-й Чрезвычайный съезд (круг) Енисейского казачьего
войска. Атаман Сотников стремился получить санкцию на свои
действия от высшего органа самоуправления и «начать вооруженную
борьбу против большевиков» [12]. Съезд поддержал действия
Войскового Правительства ЕКВ и вынес постановление не
разоружаться, а отправляться в южные станицы Арбаты, Монок и
Таштып, где ожидать последующих событий.
Сотниковский мятеж закончился поражением. Когда «встал
вопрос о ведении боевых действий, желающих воевать, оказалось
немного». В этот период «основная часть казаков, еще не была готова
воевать с Советами, очевидно, рассчитывая, с одной стороны, на
недолговечность новой власти, а с другой – на возможность сохранить
206
то, чем владели… Офицеры же не пошли за Сотниковым из-за его
жестокости по отношению к ним…» [13].
Многие офицеры и члены Войскового Правительства были
арестованы большевиками и содержались в тюрьме. Атаман Сотников
с двумя офицерами прятался в Бийском уезде, соседней Томской
губернии. В той же губернии в шорских улусах Усть-Анзас и Кабырза
скрывался у родных член Войскового правления, начальник военного
отдела Енисейского казачьего войска Валериан Васильевич
Серебренников [14].
16 апреля 1918 г. Енисейский губисполком объявил об
упразднении казачьего сословия в губернии. Все войсковое имущество
передавалось в ведение военного отдела [15].
22 июня 1918 г., то есть в один из ближайших дней, после падения
Советской власти в Красноярске и освобождения казаками из тюрьмы,
находящихся там офицеров и членов Войскового Правительства,
енисейские казаки собрали заседание Временного Совета ЕКВ.
Председатель заседания Алексей Никанорович Тялшинский предложил
избрать членов Войскового совета из 25 человек и 8 кандидатов в него.
После избрания Войскового совета и довыборов в Войсковое
правление, хорунжий Тялшинский «доложил о текущем моменте» и
мобилизации казаков. После обмена мнениями Войсковой Совет ЕКВ
единогласно постановил: немедленно всем станицам мобилизовать
казаков срока призыва 1916, 1917, 1918 и 1919 года, кроме того
«призвать всех добровольцев из казачьего сословия служилого состава,
на условиях выработанных Временным Областным правительством и
объявленных в прилагаемых воззваниях».
До прибытия из населенных пунктов губернии мобилизованных
казаков, станицы Красноярская и Торгашинская должны были
немедленно отправить в распоряжение Атамана войска охотников с 18
лет, кроме того, все казаки этих станиц, способные носить оружие
должны по первому его требованию явиться в Красноярск.
Войсковому правлению поручено было определить время
мобилизации и места расквартирования отрядов по уездам. Для
координации вопросов мобилизации на местах Войсковым советом
были командированы: Петр Алексеевич Кожуховский в станицы
Соленоозерную и Камчатскую, Лаврентий Алексеевич Потылицин в
207
станицу Белоярскую, г. Ачинск и деревню Преображенскую, Николай
Васильевич Шахматов в станицы Таштып и Монок, Платон
Тимофеевич Шошин в станицу Каратузскую, Иван Григорьевич
Глубоков в станицу Суэтук и Петр Артамонович Замятин в станицу
Саянскую [16].
4-й Съезд Енисейского казачьего войска, открывшийся 23 июля (4
августа нов. ст.) 1918 г., проходил уже после начавшейся мобилизации
казаков и формирования 1 Енисейского казачьего полка, поэтому на
нем большое внимание уделялось военным вопросам.
Военная секция, под председательством Алексея Никаноровича
Тялшинского, разработала постановление, которое было утверждено
съездом. Секция, «обсуждая вопрос о воинских частях, нашла:
создание дисциплины является необходимым, так как без дисциплины
никакая воинская часть существовать не может…».
Проведенную «мобилизацию казаков за 8 лет, ввиду
переживаемого момента» военная секция посчитала правильной.
«Проведение же демобилизации или увольнение со службы в
настоящее время» секция посчитала недопустимой и постановила:
«демобилизации не производить, а находит нужным призвать всех
белобилетников, и мало служивших, которые окажутся… годными к
службе» [17]. На военную службу должны быть призваны лица,
перешедшие в казачье сословие не старше 35-ти летнего возраста, если
они не отбывали воинской службы.
После формирования 1-го Енисейского казачьего полка
«выполняя директивы омских властей, казаки взяли на себя
полицейские функции по сбору в деревнях налогов, вылавливанию
дезертиров и борьбе с самогоноварением. Случаи насилия,
допущенные ими и названные крестьянами «казачьим игом», стали
одной из причин минусинского восстания, вспыхнувшего в ноябре
1918 г.» [18].
В станицы Таштыпскую и Монокскую Войсковым управлением
ЕКВ был «послан офицер Ананий Шахматов чтобы организовать
станицы к случаю сильного наступления противника». Выяснив
ситуацию на месте, Шахматов координировал мобилизацию и
отправку на помощь Минусинску из Таштыпа 40 казаков. Из
208
Монокской и Арбатской станиц казаки остались на месте, так как «им
угрожали крестьяне Иудинской и Бейской волостей» [19].
После подавления правительственными войсками этого восстания
на 5-м Большом круге ЕКВ делегатами рассматривались «беды
причиненные мятежом», а на закрытом вечернем заседании они
обсуждали вопрос о создании самоохранных станичных дружин и
обеспечении их вооружением. В связи с решением круга в станицы
стало выдаваться самое разнообразное оружие, в том числе и со
складов 1-го Енисейского казачьего полка.
5-й Большой круг, обсуждая поведение казаков И. Юшкова, Ф.
Кузьмина и других, постановил исключать из казачьего звания лиц,
«принимавших активное участие в большевистских организациях или
бывших с ними в тесной связи». Войсковому правлению было
поручено в случае установления виновности и причастности этих лиц,
предавать их к суду.
В условиях развала российской государственности в 1917 г.
енисейское казачество сформировало свои органы самоуправления в
лице Атамана, съездов, Войскового совета, правления и других,
которые во время Гражданской войны проводили мобилизацию,
формировали воинские части и решали насущные вопросы своего
войска. Таким образом, эти представительные органы власти
Енисейского казачьего войска играли главную роль в
антибольшевистской борьбе енисейских казаков.
Источники и литература:
1. Постановление Первого съезда енисейских казаков,
состоявшегося в г. Красноярске 25 мая 1917 года. Красноярск,
Енисейская губернская эл.типография, 1917. С. 22.
2. Тарасов М.Г. Формирование институтов самоуправления
Енисейского казачьего войска: Большие круги (съезды) енисейского
казачества // Мир Евразии: Научный журнал Горно-Алтайского гос. унта. – Горно- Алтайск, 2009. – № 3. C. 73-74.
3. Шекшеев А.П. Антибольшевистское движение в Енисейском
казачьем войске. Краткий исторический очерк // Белая гвардия:
альманах. М.: Посев, 2005. № 8. C. 251.
209
4. Коняхина И.В. Мятеж Красноярского дивизиона в 1918 году
(по документам Красноярского госархива и опубликованным источникам) //
Гражданская война в Сибири. Красноярск. 1999. C.146.
5. Государственный архив Красноярского края (далее – ГАКК).
Ф. 1754. Оп. 1. Д. 77. Л. 40, 40 об.
6. Там же. Л. 40.
7. Там же. Л. 49.
8. Там же. Л. 53 об.
9. Там же. Л. 54.
10. Там же. Л. 56.
11. Там же. Л. 56 об.
12. Тарасов М.Г. Указ. соч. C. 74.
13. Коняхина И.В. Указ. соч. С. 147.
14. Архив РУ ФСБ России по Красноярскому краю. Ф. 7. Д. П-6473. Л. 11.
15. Богуцкий, А. Е. Енисейское и иркутское казачество в 1917–
1925 г.: дис. …канд. ист. наук. – Абакан, 2007. С. 72.
16. Российский Государственный Военный архив (далее – РГВА).
Ф. 39515. Оп. 1. Д. 290. Л. 60-61 об.
17. ГАКК. Ф. 258. Оп. 1. Д. 48. Л. 47.
18. Шекшеев А.П. Указ. соч. С. 251.
19. РГВА. Ф. 39515. Оп. 1. Д. 283. Л. 35.
ДОНСКАЯ КАЗАЧЬЯ ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ И ИСТОКИ
ПОЛИТИКИ «СОВЕТСКОГО РАСКАЗАЧИВАНИЯ»
1918-1920 гг.: ПРОДОЛЖЕНИЕ ИЗВЕСТНОЙ ДИСКУССИИ
Р.Г. Тикиджьян
Проблемы становления казачьей государственности в период
российских революций и гражданской войны на Дону, давно волнуют
исследователей историков и политологов, правоведов и социологов,
проблемы статуса этого квазигосударственного института, его
отношений с соседними казачьими областями, горцами Кавказа и
народами Степи, новым Советским государством по-прежнему
остаются остро дискуссионными [1].
После революционных событий 1917-1918 года, вариативных
210
политических экспериментов т.н. демократического«смешенного
многовластия» казачьего генерала-атамана А.М. Каледина, новая
жёсткая вертикаль казачьей власти под руководством казачьего
«атамана-автократора» генерала П.Н. Краснова с июня 1918г.
представляла подобие своеобразной «псевдо-президентской казачьей
республики». Деятельность представительной власти в лице
Войскового круга на Дону в 1918-1920гг. уже серьезно
ограничивались, зато права атамана расширялись практически до
продиктаторских полномочий. «Казачий вариант» республиканской,
суверенной «корпоративной демократии», фактически представлял
собой своеобразную «сословно-этническую» корпоративную модель
авторитарного политического режима, в основу которого был положен
идеологический лозунг казакоманов-самостийников «Дон для
казаков и донцов! И не для кого больше!!!» [2]. Данная идейнополитическая линия проявилась весьма явно, уже в тексте новой
Донской конституции «Основных законов В.В.Д». Их внимательный
постатейный анализ показывает, что в текстах источника везде
определяются права и обязанности «казаков и граждан». Таким
образом, подразумевалось как бы гражданство 1-го (казаков) и 2-го
сорта (крестьяне, иногородние, рабочие и др.). К этносословным
добавлялись и некоторые конфессиональные ограничения, например,
параграфе 10-м оговаривалось положение о том, что:
«Первенствующая в В.В.Д. есть вера христианская православная», тем
самым, отчасти ущемлялись права таких категорий населения, как:
калмыки-ламаисты, иудеи, католики и протестанты, мусульмане и т.д.
(составлявшие в совокупности около 4 % населения области). На
первой сессии Войскового круга в августе 1918 года, Донскому
правительству было поручено разработать «Закон о гражданстве». По
новому закону, вступившему в действие с сентября 1918 года,
позволялось принимать в казачье сословие и лиц не казачьего
происхождения, но при этом особо подчеркивалось, что необходимо
обязательно учитывать их политическую благонадежность, (т.е. не
сочувствующих Советской власти и готовых защищать с оружием в
руках родной «Тихий Дон»). Однако еще до решений Войскового круга
политика атамана и Войскового правительства по отношению к
крестьянам и иногородним была резко скорректирована в сторону
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]