Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Исторические судьбы России ХIХ – ХХ вв. Историографический и социокультурный анализ. Монография
.pdf
Министерство образования и науки России
Федеральное государственное бюджетное образовательное
учреждение высшего профессионального образования
«Казанский национальный исследовательский
технологический университет»
ИСТОРИЧЕСКИЕ СУДЬБЫ РОССИИ
ХIХ – ХХ вв.
ИСТОРИОГРАФИЧЕСКИЙ
И СОЦИОКУЛЬТУРНЫЙ АНАЛИЗ
Монография
Казань
Издательство КНИТУ
2015
1
УДК 947(47+57)
Рецензенты:
д-р ист. наук, проф. Р. А. Набиев
д-р ист. наук, проф. П. И. Гайденко
ISBN 978-5-7882-1814-4
©
Коршунова О. Н., Крайсман Н. В.,
Хамматов Ш. С., Салимгареев М. В.,
Пичугин А. Б., Белов С. Г., Суслов А. Ю.,
Поливанов Я. М., Суслова Р. А., 2015
©
Казанский национальный исследовательский
технологический университет, 2015
ББК Т3(2)52
Авторский коллектив:
д-р ист. наук, проф. О. Н. Коршунова (введение, разд. 2, 3, заклю-
чение); канд. ист. наук, доц. Н. В. Крайсман (разд. 1); канд. ист. наук, доц.
Ш. С. Хамматов (разд. 4); канд. ист. наук, доц. М. В. Салимгареев (разд.
5); А. Б. Пичугин (разд. 3); С. Г. Белов (разд. 6); д-р ист. наук, проф. А. Ю.
Сус-лов (разд. 7); канд. ист. наук, доц. Я. М. Поливанов (разд. 8); канд.
ист. наук, доц. Р. А. Суслова (разд. 9).
Коршунова О. Н.
Исторические судьбы России ХIХ – ХХ вв. Историографический и
социокультурный анализ : монография / О. Н. Коршунова [и др.]; М-во
образ. и науки России, Казан. нац. исслед. технол. ун-т. – Казань : Изд-во
КНИТУ, 2015. – 228 с.
ISBN 978-5-7882-1814-4
Сфокусировано внимание на ключевых сюжетах истории России
сквозь призму социокультурного измерения. Анализ историографии в
контексте осмысления истории ХIХ-ХХ вв. включает региональный аспект
– это Поволжье и Приуралье. Авторы вписывают его в рамки
исторического времени и пространства отечественной истории.
Камертоном служит тема поликонфессиональности России. Представлен
ракурс особенностей модернизации в регионе.
Предназначена для преподавателей, студентов, а также широкого
круга интересующихся отечественной историей читателей.
Печатается по решению редакционно-издательского совета
Казанского национального исследовательского технологического
университета
2
СОДЕРЖАНИЕ
Введение
4
Раздел 1. Конфессиональные отношения в Поволжье
и Приуралье в XVIII в.
10
Раздел 2. Исламо-христианский диалог в Поволжье
в контексте культурного развития во второй половине
ХIХ – начале ХХ вв.
30
Раздел 3. Роль Казанского университета в изучении
межэтнического взаимодействия в Поволжье и Приуралье
43
Раздел 4. Из истории историко-филологического
факультета Казанского университета: к биографии
российских ученых (по письмам из архива Д.А. Корсакова)
58
Раздел 5. Этика стоицизма: интерпретация в европейской и
российской интеллектуальной культуре
81
Раздел 6. Промышленное развитие России во второй
половине ХIХ – начале ХХ вв. в зеркале дискуссий
117
Раздел 7. Модернизация России во второй половине XIX –
начале XX вв.: проблема социалистического выбора
139
Раздел 8. Размышления о причинах коллаборационизма в
годы Великой Отечественной войны
170
Раздел 9. Культура современной России: опыт культурноисторических трансформаций
191
Заключение
225
3
ВВЕДЕНИЕ
1
2
3
В современном мире ключевым понятием, когда речь идет о
характеристике отношений между этносами и конфессиями, стал
мультикультурализм. Для России гипотеза существования этносов в
режиме культурных анклавов малоприемлема. Целесообразнее
обратиться к анализу российской специфики взаимодействия
многочисленных социокультурных сообществ и конфессий страны,
в том числе в режиме канонов эпохи Просвещения.
Историко-географическая составляющая и, по большому
счету, судьба России определили особенности самосознания. В.О.
Ключевский отмечал, что на Западе разнообразие природных типов
и наличие морских и горных рубежей формировали чувство
границы, точных пределов. Это подпитывало ресурсы
аналитического сознания, «понятия закона, стоящего над бытием»1.
Преобладание равнинного ландшафта, обширность территории
России порождали дух вольницы и неоформленности сознания.
Освоение огромных территорий в условиях уязвимых границ
сыграло не последнюю роль в устремленности к бесконечности,
цельному знанию, объемлющему жизнь в режиме синтеза Истины,
Добра и Красоты2. Важная цивилизационная особенность России
сопряжена с ее многонациональностью, что обусловило единство ее
культуры как многообразие. Складывались культурные
взаимодействия веками, результатом их стал своеобразный
культурный космос.
Неоспоримой приметой истории России представляется ее
катастрофизм, прерывистость, о чем писал еще Н. Бердяев
(периодически прерывающееся развитие)3. Одна из причин
катастрофизма заключается в необъятности страны,
предполагающей колебания между Востоком и Западом.
Очевидно, что судьба страны в ХХ в. неотделима от военных
трагедий. Их ретроспектива, трансляция памяти о них не теряют
актуальности. Это связано и с кризисом исторической науки. Тем
Ключевский В.О. Соч.: в 9 т. Т.1. М., 1987. С.87.
Кочетков С. Психология межкультурных различий: уч. пособие для вузов.
М., 2002. С.20.
Бердяев Н. Русская идея. О России и русской философской культуре. М.,
1990. С.45.
4
важнее рефлексия современных историков, их размышления и
4
изыскания на тему войны и мира в ХIХ – ХХ вв. Назначенный
Александром I на должность историографа Н.М.Карамзин4 назвал
историю «священной книгой народов». В метафоре отражено
сакральное отношение к истории. Однако оно обязывает к
рефлексиям об обстоятельствах, предопределивших исторические
пути отечественной цивилизации в целом. В российском
менталитете, на исторических маршрутах России отразились
историко-географические, геополитические и климатические
особенности.
Почему авторы предлагаемого издания выбрали временные
рамки ХIХ – ХХ вв.? Сработал принцип, запечатленный в
поэтическом образе: у России «особенная стать» (Александр Блок),
и она в рассматриваемый период оформляется наиболее
интенсивно. ХIХ в. стал для России по меркам предшествующих
периодов временем потрясений и знаковых событий. Нашествие
Наполеона, его последствия в социальной, духовной сфере
побудили А. Герцена резюмировать: «Новая Россия начинается с
1812 года». Со второй половины века вызревали предпосылки
отмены крепостного права и буржуазной модернизации. Это
требует теоретического и историографического осмысления
дискурса модернизации.
История многонациональной России, неразрывно связанной,
по мысли средневековых современников, с самодержавным началом,
вылилась в «фигуру» империи. Дискурс поликультурности
государства, состав населения которого насчитывал сотни этносов,
занимает важное место в рефлексиях о социокультурной природе
страны и ее государственности. Поэтому изучение исторических
аспектов социокультурного развития такого поликонфессионального
региона, как Поволжье, находится в фокусе анализа предлагаемой
книги.
В современном мире, знаками которого стали информатизация
и глобализация, чрезвычайно актуализировалась проблема
«вычисления» траекторий устойчивого развития. Представляется, что
одной из ключевых предпосылок стабильности
межконфессиональных отношений выступают традиции культурного
Кондратий Рылеев называл его «нашим Тацитом».
5
взаимодействия. Их изучение – один из интегральных сюжетов
5
6
российской цивилизации.
История межэтнических коммуникаций в Поволжье,
контактной зоне культурных полюсов Запада и Востока,
свидетельствует: в регионе имеется запас прочности
межконфессиональных отношений, накопленный веками. Он
складывался из панорамы контактов культур, прежде всего культур
с христианскими и мусульманскими корнями. Уровнями
взаимодействия выступали: обыденный, повседневный
(реализуемый в рамках микроистории), взаимовлияния в высокой
культуре и искусстве, просветительская деятельность, личные
контакты представителей национальной интеллигенции народов
региона.
Сугубо национальна для России тема культуры как способа
самовыражения личности, в определенном смысле «заместителя»
политической свободы. Слово «культура» стало использоваться в
России с середины ХIХ в. Рефлексии на тему культуры в России
были связаны с установкой на просвещение5. Культура явилась
результатом и способом самоидентификации народов и отдельных
личностей. В науке и культуре Россия рассматриваемого периода не
уступала ведущим европейским государствам, однако социальноэкономические реалии не позволяли превратить научные открытия
в технологические практики. Отрыв уровня грамотности масс
населения от общепризнанных отечественных достижений в
высокой культуре – литературе, музыке, живописи – константа
отечественной истории.
Переходность эпохи особенно остро ощутили современники в
начале ХХ в. Ритм исторического развития после Первой мировой
войны и последовавших, во многом порожденных ею русской и
европейской революций, по мысли Н. Бердяева, стал
катастрофическим: «Открылись вулканические источники в
исторической подпочве. Все заколебалось…»6. ХХ в. явился
свидетелем тектонических сдвигов в культуре, которая по мере
С конца ХVIII в. вера в просвещение как панацею, способ избавления от
бед и пороков человечества набирала обороты. Она стала пробуксовывать гораздо
позже.
Бердяев Н. Смысл истории. М., 1990. С.4.
6
обозначения феномена массового сознания, а также по мере
7
развития урбанизации получила воплощение в форме массовой
культуры.
Адаптационный потенциал массовой культуры,
универсальность образов и смыслов, способность транслировать в
массовое сознание сложные смыслы науки и элитарного искусства
выступают причинами, предопределившими ее появление.
Отсутствие внутренних личностных установок атомарных частиц
массы, инфантильность, размытость представлений о мире
предопределяют потребность в руководстве. Главная опасность
указанного феномена состоит в «сокращении поливариантности
культурного и социального развития, культурная гомогенизация»7.
Отсюда проистекают риски, сопряженные с преференциальной
государственной политикой в отношении массовой культуры и
коммерческим подходом к культуре.
В начале новой эры с выходом из состояния язычества с его
предписаниями жизненных практик, безгосударственностью
социокультурная среда преобразуется. Это был вызов и покушение
на сложившиеся веками социальные институты и образ жизни (по К.
Ясперсу, Осевое время). Новый импульс развития получает и
культура.
Думается, в ХХI в. цивилизация, если трактовать ее как
устойчивый алгоритм структурирования достижений культуры, в
том числе политической, переживает «час испытания».
Синтетичность культуры в потоке перемен служит не только
фактором творческого обновления жизни, но и мишенью прогресса.
Вот почему интерес к ней в ХХI в. неоспорим, и он тем острее, чем
динамичнее развитие информационных технологий. Культура в
обществе рисков, связанных, в том числе, с виртуализацией жизни,
может сыграть роль главного ресурса предотвращения коллапсов,
порождаемых фаустовским подходом в отношениях с природой, в
том числе человеческой. Конечно, оптимистические
футуристические предположения основаны не в последнюю
очередь на вере в инновационно-технологический фактор, по
версии ее адептов, способный противостоять глобальным угрозам.
Костина А.В., Гудима Т.М. Культурная политика современной России:
Соотношение этнического и национального. М., 2010. С.158-160.
7
И все же с очевидностью вырисовывается первичность
человеческого фактора. Именно духовные начала определяют
особенности регионов, их социокультурную динамику.
Региональный аспект представлен в предлагаемом издании в
различных форматах. Авторы намеренно предлагают обратить
внимание на цивилизационный и культурный потенциал
многонациональной провинции. В такой установке имеется и аспект
выживаемости: условием разрешения кризисов в мире рисков
становится обращение к истокам. Осознание опасности – мощное
объединяющее начало, побуждающее выработать пути решения
проблем с учетом уроков истории. А они завязаны на мобилизации
духовных ресурсов России.
Рефлексия по поводу транзитности переживаемой эпохи была
в фокусе внимания в конце ХIХ – начале ХХ вв. И тогда
происходила смена вех, вытеснение старых архетипов новыми
образцами, наблюдался разрыв, исключительное нарушение
преемственности поколений, переоценка ценностей. Нынешний,
образца ХХI в., эпохальный разлом имеет еще более радикальный
характер. Устранение из сознания стабилизирующего блока
традиций повышает уязвимость от применения технологий
манипуляции сознанием. Чревато угрозой и отключение
исторической памяти, повышающее риски забвения и угроз
социальным механизмам функционирования общества.
В ХХI в. пласты культурного наследия, материального и
культурного утрачиваются не только в России. Наблюдается
определенная деградация сознания. На смену культуре грядет культ
материального благосостояния. Формирование единой системы
человеческих ценностей, в центре которых стоит усредненный
индивид, несет в себе угрозу культуре как таковой. Унификация
образа жизни, стилей жизни и мировосприятия набирает обороты,
по мере того как нарастают объемы и скорость распространения
информации. Возникает опасность исчезновения языков, ведь на
английском языке представлена подавляющая доля текстов
Интернета. Между тем языковое и культурное многообразие
выступает предпосылкой диалога цивилизаций.
Воспроизведение деятельности по историческим основаниям
–алгоритму, традиции, без которых невозможно адекватное
осмысление исторического опыта, передаваемого будущим
поколениям, представляет собой «широкоформатную» функцию
8
культуры. Традиция в этом ряду выступает калькой прошлого,
8
конструируемого глазами людей, апеллирующих к былому. Это
делает ее опорным звеном в цепи рефлексий человечества.
Одновременно культура инициирует новые программы
деятельности и поведения, влекущие за собой социальные
трансформации. Антиномии культуры и глобализации побуждают
акцентировать внимание именно на трансляционной миссии
культуры. Важность аспекта глобализации бесспорна. К ней
примыкает обострившаяся проблема понимания.
Для преодоления барьеров понимания важно сознавать, что
методологическим кредо, символом современной эпохи стал
постмодернизм - экспансивно выраженное явление современной
культурной и научной жизни, утверждающее новую концепцию,
мировоззрение, систему принципов воспроизведения
социокультурной реальности. Постмодернизм стал
преимущественно проблемой мироощущения – восприятия мира
как хаоса без причинно-следственных связей. В этой «системе»
координат мир представляется в образах неупорядоченных
фрагментов, воспринимаемых на основе абсолютной свободы
творчества. Модель такого понимания сложилась в эпоху
глобального мировоззренческого кризиса современной западной
интеллигенции, и надо признать, что она ведет к нарастанию
ощущения нестабильности бытия. Постмодерн можно назвать
прибежищем «маленьких людей, стремящихся стать великими через
экзистенциальный бунт против каких-либо условностей 8. Это
также актуализирует важность изучения социокультурных
особенностей, традиций, исторической памяти о прошлом как
феномене, связанном с настоящим и будущим.
В таком дискурсе авторы предлагают версию истории России
в сложное для нее время.
Шалаева С.Л. Социокультурный феномен постмодернизма //
Безопасность человека, общества, природы в условиях глобализации как феномена
науки и практики. Девятые Вавиловские чтения: в 2 ч. / под общей ред. проф.
В.П.Шалаева. М. – Йошкар-Ола, 2005. Ч.1. С.92.
9
Раздел 1. КОНФЕССИОНАЛЬНЫЕ ОТНОШЕНИЯ
9
10
В ПОВОЛЖЬЕ И ПРИУРАЛЬЕ В ХVIII в.
Коренные изменения в конфессиональной политике
правительства России произошли в правление Екатерины II.
Отказавшись от агрессивных форм христианизации, императрица в
1760-1770-х гг. отменила ограничения на распространение
мусульманского вероисповедания в регионах, где оно было
укоренено исторически. Факторами перемен стали русско-турецкие
войны, Крестьянская война под руководством Е.И. Пугачева и
присоединение Крымского ханства.
Ислам после многолетнего пребывания в качестве гонимой
религии получил официальное признание. По мнению отдельных
авторов, это случилось на рубеже 80-х гг. XVIII в.9 Другие
связывают обретение мусульманским миром России нового статуса
с открытием в 1789 г. Оренбургского магометанского духовного
собрания10. Перемены в государственной политике по отношению
к мусульманам были связаны с веяниями эпохи Просвещения.
Либеральствующая «северная Семирамида» пыталась
поддерживать имидж «просвещенного монарха», а принцип
свободы совести и вероисповедания был одной из констант
Просвещения.
На заседаниях Уложенной комиссии депутаты от татармусульман отстаивали принцип равенства религиозных прав. Они
осуждали христианизаторскую политику, настаивали на праве
отправления культа, постройки мечетей, открытия мектебе.
Требовали они также свободы торговли для мусульман, устройства
специальных шариатских судов, организации собственной
администрации с использованием татарского языка в
делопроизводстве. Представители новокрещеных просили, чтобы
Минуллин З.С. Источниковедческая характеристика татарских частных
актов XVII – первой половины XIX в.: дис. … канд. ист. наук. Казань, 1988. С. 186.
Фаизов Г.Б. Государственно-исламские отношения в Поволжье и
Приуралье. Уфа, 1995. С. 39.
10
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]