Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Исторические судьбы России ХIХ – ХХ вв. Историографический и социокультурный анализ. Монография
.pdf
Мирные ориентиры советской пропаганды довоенного
367
368
367
368
периода косвенно подтверждает первая «проба пера» советских
СМИ в начале войны. В июне – сентябре 1941г. советская
пропаганда формулировала мотивировку действий советского
солдата, прибегая к мирной довоенной риторике, апеллируя к
марксистским ценностям. Более жёсткими были установки,
ориентированные на население временно оккупированных
территории. «Советская Белоруссия» на главной полосе публикует
призывы: «Белорусские партизаны! Трупами фашистов устелем
наши леса, поля и дороги»
отомсти»
. Газеты и листовки призывали к активному
, «Кровь замученных кричит –
сопротивлению, взывали к патриотическим чувствам, священной
ненависти и жажде отмщения. Подобная форма призывов
действовала намного лучше, нежели традиционные лозунги,
взывавшие к солидарности рабочих всех стран. Кстати, подобные
призывы к насилию впоследствии заслуженно подвергались
жёсткой критике, и с началом освобождения Европы в 1944-1945гг.
пропагандистские приёмы и акценты вновь пришлось
перестраивать. Однако справедливости ради отметим, что
появлению этих призывов способствовал ряд факторов.
Во-первых, это политика германской администрации на
оккупированных территориях. Во-вторых, это ошибки предвоенной
советской пропаганды, в результате которых советский солдат не
был правильно мотивирован на войну и не имел информации о её
характере. Трафаретное представление о том, что немецкие рабочие
и солдаты поднимут восстание против гитлеровской клики летом
1941 г. в пропагандистских акцентах преобладало. За ошибки,
приходилось расплачиваться, переламывая сознание граждан
устрашающими кровожадными лозунгами. Думается, если бы
население страны в 1930гг. подвергалось идеологической обработке
не в исключительно марксистско-ленинских парадигмах
солидарности трудящихся всех стран, а в традиционнопатриотическом ключе, подобных коллизий удалось бы избежать.
Советская Беларусь. 1942. 19 февраля.
Советская Беларусь. 1942. 19 сентября.
181
Наряду с внутренней советской пропагандой в
369
370
371
369
370
371
соответствующем алгоритме велась и пропаганда, обращённая к
солдатам вермахта. Так, в начале войны советские пропагандисты
часто оперировали теми же методами идеологической борьбы, что и
в довоенное, мирное время, когда они обращались к советской
аудитории. В итоге, в начале войны по инерции советская
пропаганда педалировала классические марксистские ценности. В
качестве примера можно привести листовку, распространяемую
среди военнослужащих Вермахта в начале войны, где отец даёт
напутствие сыну: «Мой сын, в твоих руках оружие – не стреляй в
русских рабочих и крестьян! Обрати его против гитлеровской
клики!»
.
Наиболее неуместным летом 1941 г. было тиражирование
листовок с фотографиями немецких солдат, перешедших на сторону
СССР. Распространять фотографии двух – трёх перебежчиковнемцев
не имело смысла, учитывая, что перед адресатами таких
посланий летом 1941 г. практически ежедневно проходили целые
колонны пленных красноармейцев.
Приходится констатировать, что на начальном этапе войны,
не брались в расчет ни специфика менталитета солдат противника,
ни иные жизненные ценности, ни степень «отформатированности»
немецких военнослужащих фашистской пропагандой. Конечно, это
частично объяснимо: война только разгоралась. Более удачным с
точки зрения морального воздействия на немецких солдат выглядит
эпизод, когда отступающие красноармейцы установили у дороги
скелет, «радушно приветствующий» солдат Вермахта.
Представленный сюжет описан в иллюстрациях книги Пауля
Кареля
. Ясно, что подобный прецедент, возможно, был
шутливой импровизацией на тему запугивания немцев с явными
аллюзиями о судьбе наполеоновской армии 1812г. Вспоминаются
строки, написанные начальником штаба 4-ой немецкой армии
Гюнтером Блюментритом: «Среди офицеров чувствовалась какое-то
Пропуск в рай. Сверхоружие последней мировой / авт.–сост. Лев
Белоусов, Александр Ватлин. М., 2007. С.146.
Там же. С. 137.
Карель П. Восточный фронт. Гитлер идёт на восток. 1941-1943. М.,
2003.
182
беспокойство, неуверенность. Наполеоновская кампания 1812г.
372.
373
372
373
стала предметом особого изучения. С большим вниманием Клюге
читал отчёты генерала де Коленкура об этой кампании. Мы знали,
что вскоре пойдём по следам Наполеона»
Изменения в официальной советской пропаганде стали
заметны лишь к осени 1941 г., когда идеологическая «машина»
набрала полные обороты. Для внутреннего использования начал
формироваться устойчивый образ лютого и грозного врага,
появились исторические ссылки на ратные подвиги предков.
Параллельно с кинематографом перестраивались и художники. На
плакатах стали чаще изображать сюжеты, наглядно
демонстрирующие историческую связь между Великой
Отечественной войной и победами Александра Невского или
Суворова.
Разумеется, переход от классово-марксистских догм к
традиционным патриотическим призывам, безусловно, дал свои
результаты. Эффективность работы по патриотическому
воспитанию подтверждается ссылками на немецкие документы. В
«Секретной информации для местных партийных руководителей за
1942-1944 гг.» отмечалось: «Сталин мобилизовал в момент
наибольшей для себя опасности те духовные резервы, которые он
до этого осуждал как реакционные и направленные против
большевистской революции: любовь к родине, традиция (форма,
ордена, звания, «матушка-Россия», дух народности, церковь),
поощряя тем самым наивность, тщеславие, гордость и
дух сопротивления. Этим изменениям политической и
идеологической линии и лозунгом «Изгоните немецких оккупантов
с родной земли и спасите Отечество!» Сталин добился успеха», –
цитирует документ, хранящийся в ЦГА ИПД РТ, Н.М. Галимуллина
.
Роковые решения вермахта: Воспоминания немецких генералов.
Смоленск, 2001. С.64.
Галимуллина Н.М. Укрепление патриотизма военнослужащих как
задача пропаганды СССР в годы Великой Отечественной войны // Роль истории в
формировании патриотизма и толерантности: м-лы Всеросс. научно-практ. конф. /
ред. Д.К. Сабирова. Казань, 2007. С.101.
183
Как важный способ формирования образа врага можно
374
374
рассмотреть листовки с использованием карикатурных образов
военного и политического руководства Германии,
распространяемые среди солдат Вермахта. Классике жанра
принадлежит карикатура Бориса Ефимова «Берлинская разбойничья
банда». Этот рисунок использовался и для внутренних нужд. Так,
его напечатали в газете «Правда» от 18 июля 1941 г., и он сразу
приобрёл большую популярность. Но было ли у педантичных
немцев так развито чувство юмора, которое свойственно нашим
соотечественникам? Впрочем, игральные карты с карикатурным
изображением нацистских вождей были у немцев в ходу. В связи с
карикатурой Б. Ефимова хочется отметить, что символический тип
уничижения, основанный на стилистике карикатуры, уходил
корнями в дореволюционные традиции времен Первой мировой
войны. Да, с началом Великой Отечественной войны пришлось
вернуться к историческому прошлому. Но в данном случае образ
отвратительного врага конкретизируется, в первую очередь, в
изображении персоналий вождей нацистской Германии
.
Иным было содержание листовок и плакатов,
распространяемых на территории противника Германии Советского
Союза. Конечно, карикатурный вариант также использовался
довольно часто. Эксперты компании Геббельса сумели вычислить
склонность народов Советского Союза к юмору. Но лейтмотивом
немецких листовок, обращённых к гражданам СССР, был
антисемитизм как основа политики Германии того времени. В
большинстве своём эти листовки также были выполнены в
карикатурном жанре.
Наряду с антисемитизмом доминирующими спекуляциями
немецкой пропаганды в финале войны стали тезисы-гипотезы об
ужасах, которые якобы могут принести на оккупированные ими
земли большевики. Газета русских коллаборационистов в
Белоруссии «Новый путь», издававшаяся в Барановичах,
публиковала подобные материалы почти в каждом номере. В том
Вашик К. Метаморфозы зла: немецко-русские образы врага в плакатной
пропаганде 30-50-х годов // Образ врага / сост. Л. Гудков; Н.Конрадова. М., 2005.
С.221.
184
же духе работала белорусскоязычная газета «Пагоня», тоже
375
375
печатавшаяся в Барановичах. Вот названия её статей: «Страшны
злачынства бальшавiкоу», «Зверствы бальшавiтскiх катау»
.
Однако в контексте проработки темы коллаборационизма, не
меньший интерес представляют листовки из серии Ш.В.З. (штыки в
землю), которые содержали инструкции и правила перехода на
сторону Гитлера. Отмечу, что подобные воззвания печатались
огромными тиражами. Иногда они содержали схему перелёта и
указания места аэродрома. Листовки формировались таким
образом, чтобы убедить перебежчиков в гуманном обращении
немецких войск и властей с пленными.
По мере затягивания войны у немцев появился еще один
объект пропаганды. Это были партизаны и жители районов,
которые находились под их прямым или косвенным контролем,
которые читали листовки противника и были в пространстве его
пропагандистских «маневров». Антипартизанская пропаганда
активно осуществлялась на протяжении всего времени пребывания
немцев на советской земле. Призыв честно работать на немцев и
своим трудом помогать победе Германии содержался не только в
плакатах, но и на страницах многочисленных газет и журналов.
Эти издания печатались как на территории Германии, так и на
находившихся под контролем оккупационных властей местах их
распространения.
Для нейтрализации влияния немецких пропагандистских
материалов и распространяемых слухов свои контрмеры
предпринимали партизаны. Помимо официально присылаемой с
«Большой земли» литературы почти в каждом партизанском отряде
использовались собственные, издаваемые на местах дислокации
отрядов журналы и газеты, распространяемые и среди местного
населения. Анализ сохранившихся партизанских изданий
предпринял Г. Д. Гнатько в монографии «Рукописные издания
Спирин В.С. Некоторые направления и приёмы печатной пропаганды в
коллаборационистской прессе Генерального округа Беларусь в 1944 г. (на примере
Барановических газет) // 1941 год: трагедия, героизм, память: материалы
международной конференции посвящённой 65-й годовщине начала Великой
Отечественной войны. М., Брест, 2007. С. 254.
185
партизан Белоруссии»
376
377
378
379
380
376
377
378
379
380
выдвигали тезис о «справедливом, освободительном характере
войны всего народа против фашистских захватчиков»
. Советские пропагандисты и агитаторы
, о единстве
и братстве славянских народов в борьбе против Гитлера. В листовке
ЦК КПБ(б) «Великий русский народ – друг белорусского народа»
говорилось: «Гитлеровские пустобрёхи во временно
оккупированной территории Белоруссии тратят немало времени на
то, что бы доказать, что немец друг белоруса, а русский враг»
Эти пропагандистские приемы развивались и тиражировались
периодическими изданиями. Так, газета «Звязда» от 30 июня 1941
года на главной полосе разместила аншлаг «Велiкая дружба
народау СССР»
.
Немецкая пропаганда и оккупационные власти считали
разжигание межнациональной вражды одной из приоритетных
задач. Эта тема была одной из тех, на которую изначально делали
ставку нацистские руководители Германии. При этом фашистские
идеологи и пропагандисты не ограничивались установкой на
стравливанием русских и белорусов, формируя у них негативные
образы в представлениях друг о друге. Пропагандистская кухня
немецких властей брала под прицел все народы СССР,
находившиеся на тот момент под «игом» гитлеровцев, а точнее – их
восприятие сожительства в СССР как естественного.
Данный факт комментирует С.В. Жумарь: «Сыграла здесь
свою роль и двойственная политика немцев, натравливающая
поляков на белорусов, на словах поощряя последних. Такая
политика была особенно характерна для командования тыловых
частей, жандармерии, СД»
. В качестве подтверждения приведём
один из исторических сюжетов о концентрационных лагерях на
.
Гнатько Г.Д. Рукописные издания партизан Белоруссии. М., Минск,
1979. С. 76.
Болсун Г. Пропагандистская работа противоборствующих сторон
среди населения оккупированной Белоруссии (1941-1945): Пытаннi гысторi,
метадалогi, i методыki выкладання. М., Минск, 1998. С.157.
Там же. С. 158.
Звязда. 1941. 30 июня.
Жумарь С.В. Оккупационная периодическая печать на территории
Беларуси в годы Великой Отечественной Войны. М., Минск, 1996. С.40.
186
территории Беларуси. Центральный концлагерь для военнопленных
381
381
«Тростинец» находился в пригороде Минска. «Заведение» имело
ряд подконтрольных филиалов. Многие из них находились на
западном направлении – недалеко от основной трассы, ведущей к
Бресту.
Исходя из того, что поток узников военнопленных,
проходивший по основной трассе в Германию, был огромен,
значение этих филиалов не вызывает сомнения. Но в этих
заведениях немцы осуществляли лишь общий контроль. С начала с
зимы 1942г. весь обслуживающий персонал (охранники, конвоиры
и т.д.) набирался не из военнослужащих Вермахта, войск СС, не из
жителей местного происхождения, а из коллаборационистов –
литовцев, латышей, эстонцев, русских или из украинцев. Заметим,
что набрать «полицаев» на территории Белоруссии оккупационные
власти также имели возможность, но их использовали на других
территориях…
Реакция на подобную ситуацию отражена в листовке
Барановического областного комитета КП(б) Белоруссии:
«Усилением борьбы ответим на зверства фашистов». Основной
текст в листовке начинался так: «20 мая 1943г. немецко-фашистские
изверги и их холуи из так называемого 53-го «украинского»
батальона, которым командует немецкий шпион, чёрный предатель
Захаренко, произвели очередную жуткую расправу над мирными
ни в чём не повинными жителями деревни Кражин, Воложинского
района»
.
Эти данные подтверждаются устными воспоминаниями
родственников автора данного текста, проживавшими во время
войны на территории Беларуси. Они свидетельствуют, что
немецкую армию видели дважды – в сорок первом, когда
германские колонны прошли на восток и в сорок четвёртом, когда
они драпали. В промежутке приходилось иметь дело со всякого
рода «пособниками», «помощниками» и т.п. Да, ими всецело
руководили немцы, но в своей массе люди, осуществлявшие
Кляцкина С.М. Евстигнеев В.Н. В тылу у врага. Листовки партийных
организаций и партизан периода Великой Отечественной войны 1941-1945. М.,
1962. С.191.
187
оккупационный режим и надевшие немецкую форму, немцами не
являлись. Это ни в коей мере не снимает ответственность с
гитлеровских властей, так как изуверская политика, бесчинства
карательных отрядов, проходили под их чутким руководством, с их,
нацистов, благословения.
В заключение можно сказать, что германская оккупационная
политика, которая сводилась к «принципу разделяй и властвуй» и
ставила целью стравить между собой все национальности временно
оккупированных территорий, более всего способствовала росту
коллаборационизма. В орбиту партизанской войны вовлекалось
практически всё местное население. Да, кто-то уходил в партизаны.
Иные шли служить немцам. Суть проблемы в том, что остаться вне
этого кровавого водоворота событий было практически невозможно.
Германская же пропаганда призывала как военнопленных, так и
мирное население включаться в активную борьбу на стороне
фюрера. И, наконец, существенным фактором, повлиявшим на
масштабность явления, было наследие гражданской войны и
пёстрая мозаика политических взглядов, помноженная на
многонациональность и мультиконфессиональность
оккупированных территорий. И это всецело использовали немецкие
власти.
Напомню, что постулировать масштабы коллаборационизма в
контексте сравнения Германии и СССР неправомерно, так как
Советский Союз не был заинтересован в массовом использовании
германских военнослужащих, за исключением пропагандистских
мероприятий и различных профессиональных игр разведки. В
германской армии, напротив, привлечение к службе иностранцев
было возведено в ранг политики. Учитывая особенности
законодательства гитлеровской Германии, большинство
иностранцев было сосредоточено в частях СС. Напрашивается
сравнительная аналогия. В Красную армию, пережившую
катастрофу начала войны и переломный период, в 1944-1945г.
призывали исключительно благонадёжных в политическом и
моральном смысле, по мнению советского руководства, граждан.
Да, были критические моменты, точки исторической бифуркации,
когда под ружьё становились все, кто был способен его держать,
невзирая на моральный облик и «политическую грамотность».
188
Однако к завершению войны ситуация коренным образом
изменилась. В итоге по завершению войны РККА представляла
собой лучшую армию мира как в качественном, так и в
количественном отношении. Это заключение справедливо как в
отношении высшего и среднего командного состава, так и в
отношении рядовых. Многомиллионная военная элита, прошедшая
все горнила войны, познавшая и горечь поражений, и радость
Победы. Но ключевым в оценке боеспособности и высокого
морального духа РККА на состояние конца войны является факт
появления у солдат и офицеров психологии победителя, чего так не
хватало летом 1941г.
В Германии дела обстояли иначе. Эволюция вооружённых
сил СССР и Германии шли на встречных курсах. Вступив на
советскую территорию, германский солдат имел и победный опыт,
и соответствующие моральные принципы, был отлично экипирован
и т.д. Имелась и гитлеровская гвардия – «Ваффен-СС», где
существовали неимоверно жёсткие критерии отбора новобранцев.
Причём в расчёт брались не только расовая принадлежность,
умственные способности, отменное здоровье и превосходная
физическая форма, но и стопроцентная политическая лояльность
режиму. Да, боевые качества этих дивизий были на высоте на
протяжении всей войны. Отмечу, что в данном случае имеется в
виду «Ваффен-СС», а не части «Тотенкопф», призванные для
охраны концлагерей. Хотя этот контингент также вошёл в состав
ряда дивизий войск СС начала войны.
Однако с затягиванием войны в ряды СС влилось
неимоверное количество иностранных карателей-перебежчиков
всех мастей и оттенков, впоследствии объединённых в целый ряд
дивизий. Говорить о какой-либо элитарности данных
подразделений не представляется возможным. Сравнивать их
боеспособность с «немецкими» дивизиями СС нет оснований.
Можно резюмировать, что эти карательные формирования
пополнялись практически сбродом всей Европы, как Западной, так
и Восточной. Заметим, что зверства, совершённые этими отрядами,
существенно подмочили репутацию и без того не отягощённой
гуманными нравами немецкой армии.
Это прекрасно сознавало и гитлеровское руководство.
Поэтому для разграничения настоящей, в понимании немцев, элиты
189
и частей, сотканных из всякого рода карателей, были придуманы
различия в обозначениях воинских формирований. Так,
традиционные немецкие дивизии СС обозначались как «1.SS-
Panzer-Division Leibstandarte-SS Adolf Hitler» или «9.SS-PanzerDivision «Hohenstaufen», а иностранные дивизии, сформированные
из отрядов карателей имели обозначения «14.Waffen-GrenadierDivision der SS «Galizien» или «15.Waffen-Grenadier-Division der SS
(lettische Nr. 1)». Ключевым для понимания данного различия
служит наличие местоимения «der». В дословном переводе это
обозначало следующее. Если «немецкие» дивизии обозначалась как
сами СС, то коллаборационисты представлялись на службе «при
СС». Проще говоря, этих людей немцы за «своих» не считали. Это
подтверждается и высказываниями ряда видных немецких
генералов, которые, несмотря на антипатию к СССР, как к врагу и
противнику относились к нему с уважением. В то время как к
перебежчикам – традиционно с презрением.
190
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]