Диалог культур в современном образовательном пространстве. Сборник материалов Всероссийской научно-практической конференции

Верным будет утверждение, что этих и многих других русских писателей, принадлежащих разным эпохам, объединяет любовь к Родине и стремление воспитывать в своих читателях патриотическое чувство. При этом следует учитывать, что в досоветскую эпоху русские писатели-патриоты часто расходились в представлениях о том, что является благом для России. В качестве иллюстрации обратимся к первой половине XIX века, когда в литературе проявилось, по крайней мере, четыре разных понимания патриотизма. Такие писатели, как Ф.В. Булгарин, выражали официальную, пропагандируемую государством идею патриотизма, основанную на трех принципах: православие, самодержавие и народность, причем главенство принадлежало принципу самодержавия. Писатели-славянофилы (например, Н.М. Языков, В.И. Даль, Ф.И. Тютчев) базировались на православных традициях, отвергали западный рационализм и провозглашали идею Святой Руси. Писатели-западники (например, И.С. Тургенев, В.П. Боткин) критиковали российскую «дикость» и считали, что Россия должна идти путем западноевропейских стран. Особую позицию занял А.С. Пушкин, во взглядах которого сочетались болезненное переживание социальной, культурной отсталости крепостнической России, «европеизм» и национальная гордость, основанная на твердом убеждении в своеобразии многонационального русского мира (см., например: «Слух обо мне пройдет по всей Руси великой, / И назовет меня всяк сущий в ней язык, / И гордый внук славян, и финн, и ныне дикой / Тунгус, и друг степей калмык» [4, с. 544]). Все эти противоречивые чувства обнаруживаются в его письме к П.Я. Чаадаеву (1836): «Я далек от того, чтобы восхищаться всем, что вижу вокруг себя; как писатель, я огорчен..., многое мне претит,

«Сейчас Айдырли уже нет. Старые поумирали, молодые разъехались. Осталось лишь татарское кладбище. Затем и его распахали под хлеб», – с грустью вспоминает Ключарев. Но и его собственным детям «уже и не видно, и не слышно своих корней». «И значит, не больно», – успокаивает себя Ключарев. Сам он мечтает навсегда вернуться в Поселок, хотя понимает: нужно продвигать «деток» «вверх! Там, говорят, помягче!», поэтому его «тяга туда» «несбыточная, разумеется», «он, Ключарев, уже никуда не уедет. Грустно» [там же]. В повести «Лаз» (1991), в рассказе «Кавказский пленный» (1994), в романе «Андеграунд, или Герой нашего времени» (1998) писатель показывает трагедию развала Советского Союза, приведшего к Чеченской войне. В «Кавказском пленном» изображается, как подполковник Гуров, чтобы накормить солдат, обменивает у чеченцев оружие на продовольствие. В этом парадоксе (российским оружием россияне-чеченцы будут убивать россиян-русских) уже заключается ощущение аномальности и бесперспективности гражданской войны.