Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Диалог культур в современном образовательном пространстве. Сборник материалов Всероссийской научно-практической конференции
.pdf
Продолжая эти красивые традиции, Г. Ибрагимов старается и
смысл человеческой жизни, и источник прекрасного, оказывающего
положительное воздействие на души людей, найти в природе.
Обожествляя гармонию и красоту природы, он создает галерею
светлых образов «естественного человека», «детей натуры», «детей
природы».
Уже само название рассказа «Дети природы» указывает на
единство человека и природы, своеобразный культ природы.
Повествование ведется живым, эмоциональным и четким языком,
от лица двадцатиоднолетнего Хафиза, человека среднего достатка
(благодаря своему старанию), довольного жизнью. Идиллическую
декорацию сюжета рассказа, также, впрочем, как и в написанных
ранее Г. Ибрагимовым произведениях, создает также природа
родного для писателя – Башкортостана. А.Г. Махмудов,
исследовавший творчество писателя в литературно-эстетическом
аспекте, совершенно справедливо замечает: «Подобно
К.Э. Циолковскому, назвавшему землю «колыбелью человечества»,
Г. Ибрагимов подчеркивает, что природа – это не только широкие
поля, но и сам человек – дитя природы, счастье человека он
связывает именно с природой. Природа доставляет истинное
наслаждение тогда, когда человек трудится и становится
связывающим звеном между природой и людьми» [5, с. 114].
В этом отношении Г. Ибрагимов не ограничивается
продолжением начатого Ж.-Ж. Руссо, продолженного Л.Н.
Толстым антропологизма на татарской почве, а, учитывая
национальные особенности, последовательно развивает его.
Известный русский философ русского серебряного века
М.Н/ Розанов в 1910 году, антропологизируя обращение Ж.Ж. Руссо «Вернемся к природе!», пояснил: «Вернемся к природе» –
это значит «отыщем основные свойства и качества духовной
природы человека и сообразуем с ним жизнь нашу» [6, с. 61]. О.Х.
Кадыров, литературовед, исследователь творчества Г. Ибрагимова,
в сравнительно-сопоставительном контексте русской литературы,
пишет, что в рассказе «Дети природы» автор пытается
централизовать человека, тем самым подтверждая свою
причастность к антропологической философии: «Антропологизм,
соотнесение естественно-природного и человеческого начал несет у
109
писателя глубокий эстетический смысл, выполняет функцию
поэтизации, возвышения человека труда» [4, с. 276].
Таким образом, Г. Ибрагимов, следуя традициям
общепризнанного певца природы Ж.-Ж. Руссо, наряду с описанием
сельской природы, неповторимых красот ее полей и лугов, обычаев
родной стороны, отразил в своем произведении одухотворенную
поэзию труда простого хлебороба, подтвердив тем самым, что
счастливым можно стать, только живя в единении с собственной
душой и природой.
Несмотря на то, что в рассказе «Дети природы» мы не видим
городских картин, жизнь татарской деревни, его обычаи и обряды,
духовное богатство человека труда, его физическая сила и
моральная чистота противопоставляются дисгармонии города,
моральному уродству буржуазного общества.
Как известно, в начале ХХ в., а точнее в 1910-х годах, в
татарской литературе усиливаются руссоистские взгляды, в
особенности, наиболее выпукло демонстрируется антитеза –
«деревня с чистой природой» и «безнравственный город», ее
дисгармония. Это было, разумеется, результатом того, что на заре
последней четверти XIX – начала ХХ вв. татарская литература
интересуется турецкой, русской, в целом, мировой литературой. В
ускоренном развитии татарской литературы несомненную роль
играло и явление своеобразного рренессанса.
Влияние руссоизма в эти годы особенно отчетливо
прослеживается в философско-эстетическом ряду известных тогда
татарскому читателю произведениях Л.Н. Толстого «Люцерн»
(1857), «Семейное счастье» (1857), «Казаки» (1852), «Крейцерова
соната» (1890), «Анна Каренина» (1873-1877), а также в
произведениях турецких писателей, подражателей французским
литературным традициям. Так, к примеру, один из героев турецкого
писателя Сэмипашазадэ Сезаи был «дитем природы». К людям, не
утратившим первозданную природную чистоту, он восхищенно
обращался: «О, счастливец! Счастливец! Он не знает мучительных
соображений и расчетов общественного мнения, не ведает пустых
правил убеждений» [1, с. 70].
Главный руссоистский герой повести Л.Н. Толстого «Казаки»
Дмитрий Оленин, оставив «лживую» и «культурную» Москву,
110
добровольно едет на свободную военную службу в одну из темных
станиц Кавказа, и открывает для себя совершенно новую жизнь,
проводя жизнь среди местного населения и ценя это, желает его
бесконечного продолжения: «...Все московские воспоминания, стыд
и раскаяние, все пошлые мечты о Кавказе, все исчезли и не
возвращались более. «Теперь началось», как будто сказал ему
какой-то торжественный голос» [7, с. 156]. Один из любимых
персонажей романа Л.Н. Толстого «Анна Каренина» (1873-1878)
Константин Левин, несмотря на дворянское происхождение,
стремится быть ближе к народу. Так, для того, чтобы герой познал
«вкус» и красоту крестьянской жизни, автор выводит его на
сенокос, и характеризует как хорошего знатока сельского
хозяйства, любящего физический труд, как руссоистскую личность,
сохранившую нравственную чистоту.
Вслед за Л.Н. Толстым, Г. Ибрагимов показывает торжество
одухотворенной поэтической красоты труда простого труженика:
«Когда двенадцать косарей друг за дружкой прошли первый
прокос, взошло солнце. Стало веселей, душа пела, во всем теле
ощущалась необыкновенная легкость. Как хорошо косить ранним
утром, по влажной траве!..» [3, с. 197].
О.Х. Кадыров, в свою очередь, в произведениях Л.Н. Толстого
«Анна Каренина» и Г. Ибрагимова «Дети природы», раскрывает
сходство персонажей и их поступков, проводит отдельные
параллели» [4, с. 274-275]. Так, если в картинах сенокоса на
Калиновом лугу, описанных Л.Н. Толстым, во главе косарей стоит
опытный крестьянин Тит, то у Г. Ибрагимова в этом рассказе мы
видим старика Карима.
Идиллически-романтический пафос рассказа Г. Ибрагимова
проявляется и в том, что мы не видим в нем ни одного униженного
человека (например, как старик Шагибек из рассказа «Старый
батрак», старик Аптряш из «Пастухов»). Писатель как бы обходит
стороной классовое неравенство, избегает социальных контрастов.
Сельский люд протягивает друг другу руку помощи, живет дружно.
Одним словом, все герои-персонажи рассказа – простые
деревенские люди, воспетые в произведениях Ж.-Ж. Руссо и
Л.Н. Толстого. В рассказе к мотивам труда, любви, жизни
присоединяется и религиозный мотив. Исламские каноны выше
111
законов природы. Несмотря на то, что Ураза (мусульманский пост)
приходится на жаркие дни сенокоса, религиозные обряды героями
не нарушаются: «Старики рассказывали, что они косили и во время
поста; ничего тут особенного нет, оказывается, вот мы и с сеном
справляемся, и перед Создателем безгрешны (не сочтите за
бахвальство)» [3, с. 195]. В рассказе есть такой эпизод: соревнуясь
со своим соперником Саткаем, Шаяхмет падает от бессилия, но, как
бы тяжело не было (язык слипается, дыхание нарушается), он не
решается нарушить пост и проявляет стойкость. Это характерное
для философии стоиков качество – часто встречающийся мотив
творчества поэтов русского серебряного века. Следует отметить,
что в этом небольшом по объему рассказе религиозные обычаи,
наряду с описаниями картин природы, занимают центральное
место. Подтверждением тому служит и то, что слова «Ходай»,
«АллаһыТәгалә» и подобные религиозные имена, встречаются
очень часто (более 20 раз!).
Нельзя оставить без внимания тот факт, что в советское время
религиозные мотивы и художественное отражение религиозных
обычаев в рассказе «Дети природы» являлись признаком
отжившего и предметом критики. Так, А.Г. Махмудов в своих
трудах советской эпохи, совершенно игнорируя в рассказе
описание религиозных обычаев, признавая лишь значимость картин
природы, писал: «Г. Ибрагимов показывает, что у природы свои
законы, она предъявляет человеку свои требования, красоте
природы чужды отрицательные явления действительности,
традиции шариата: при совместном труде молодых людей, природа
способствует встрече парней с девушками; народные песни,
звучащие на лоне природы, объединяют души людей» [5, с. 114].
Вопреки всем законам времени, Г. Ибрагимов мастерски,
совершенно органически объединяет религиозные верования
народа с законами природы. Он смог показать, что природным
чувствам народа религия совершенно не противоречит, напротив,
чувства и религия абсолютно органичны, солидарны.
Резюмируя вышеизложенное, необходимо подчеркнуть, что Г.
Ибрагимов в рассказе «Дети природы», не ограничивается лишь
повествованием в духе философского антропологизма,
восходящего к древней и средневековой восточной литературе
112
темы «детей природы», традиций русской литературы «золотого»
(ХIХ в.) и «серебряного» веков (начало ХХ в.) руссоистскотолстовского направления, а обогащает его фольклорными и
религиозными мотивами, тем самым, являясь своеобразным
новатором-руссоистом в истории татарской литературы.
Список литературы
1. Айзенштейн, Н.А. Из истории турецкого реализма. Заметки о
турецкой прозе. (70-е годы XIX в. – 30-е годы ХХ в.) / Н.А.
Айзенштейн. М.: Наука, 1968. 247 с.
2. Альберт, И.Д. О некоторых особенностях изображения природы
в русской прозе 10-х годов / И.Д. Альберт // Вопросы русской
литературы. 1989. Вып. 2 (54). С. 42-50.
3. Ибраһимов, Г. Әсәрләр: тугыз томда. Т. 1: Хикәяләр (1907-
1929) / Г. Ибраһимов // Томны төзүче Г. К. Камалиев, текстларны,
искәрмәләр һәм аңлатмаларны Р. Р. Гайнанов әзерләде. Казан:
Татар. кит. нәшр., 1974. 510 б.
4. Кадыров, О.Х. Роль Л.Н. Толстого в становлении и развитии
татарской реалистической литературы: дис. ... д-ра филол. наук /
О.Х. Кадыров. Казань: КГУ, 1996. 330 с.
5. Махмудов, А.Г. Торжество прекрасного. 3-е изд., испр. /
А.Г. Махмудов. Казань: Школа, 2000. 180 с.
6. Розанов, М.Н. Жан Жак Руссо и литературное движение конца
XVIII и начала XIX века / М.Н. Розанов // Очерки по истории
руссоизма на Западе и в России. М.: Тип. имп. Моск. ун-та, 1910.
Т. 1. 559 с.
7. Толстой, Л.Н. Повести. Рассказы / Л.Н. Толстой / Сост., вступ.
ст. и коммент. И.И. Виноградова. М.: Советская Россия, 1985. 509 с.
ИЗУЧЕНИЕ МОТИВАЦИИ К УЧАСТИЮ В
СОРЕВНОВАНИЯХ У СТУДЕНТОВ ФАКУЛЬТЕТА
«ФИЗИЧЕСКАЯ КУЛЬТУРА И СПОРТ»
Морозов А.И., Марданов А.Х., Хабибрахманов Р.Г.,
Илалова И.Д., Школьникова Л.Е.
Набережночелнинский институт социально-педагогических
технологий и ресурсов, г. Набережные Челны, Россия
113
В статье рассматривается проблема мотивации студентов
факультета физической культуры и спорта на протяжении всего
времени обучения в ВУЗе. Обозначается проблематика
положительного мотивирования студентов к достижению успеха.
Изучается мотивация к участию в соревнованиях студентов,
обладающих высшими и массовыми спортивными разрядами.
Ключевые слова: мотивация; студенты; формирование;
мотив; деятельность; физическая культура; спорт.
STUDY OF MOTIVATION TO PARTICIPATE IN THE
COMPETITION OF THE STUDENTS OF THE FACULTY OF
PHYSICAL EDUCATION AND SPORTS
Morozov A.I., Mardanov A.H., Habibrahmanov R.G.,
Ilalova I.D., Shkol'nikova L.E.
Naberezhnochelninsky Institute of socio-pedagogical technologies and
resources, Naberezhnye Chelny, Russia
The article deals the problem of motivation of students of the
Faculty of Physical Culture and Sports during the time of study at the
university. Represented issues positive motivating students to achieve
success. Study the motivation to participate in competitions of students
of high and mass sports category
Keywords: motivation; students; formation; style; activities;
physical culture and sports.
Введение. Любая деятельность всегда имеет побудительный
мотив, т.е. причину по которой она осуществляется. Основной
побудительный мотив в спорте высших достижений – это
выигрыш, победа. В массовом спорте можно встретить и другие
мотивы для занятий тем или иным видом спорта: укрепление
здоровья, общение с друзьями и т.д. Связь между мотивацией и
возможностями спортсмена определяется многими факторами.
Мотивацию различают по уровню (силе) и по направленности.
По уровню мотивация может быть слабой, сильной и сверхсильной.
И слабая, и сверхсильная одинаково плохо влияют на уровень
достижений спортсмена. Слабая мотивация мешает
сконцентрироваться, сосредоточиться на достижении цели,
114
сверхсильная вызывает торможение коры больших полушарий
мозга, что создает проблемы в произвольности выполнения
определенных действий и тем самым тоже не способствует
получению желаемого результата [1; 3].
Наиболее оптимальный уровень мотивации – сильная, но при
этом надо помнить, что каждый спортсмен индивидуален, и
уровень оптимальной мотивации для каждого спортсмена различен.
Очень полезно провести определенные действия по измерению
оптимального уровня мотивации для каждого спортсмена.
По направленности различают мотивацию достижения и
мотивацию избегания. Мотивация достижения задает направление
движения к желаемой цели, она показывает, куда должны быть
направлены усилия человека, мотивация избегания уводит от
какой-либо опасности, от чего-то нежелательного, но не
показывает, куда следует идти. Эти два вида мотивации оказывают
различное воздействие на результаты тренировочной и
соревновательной деятельности спортсмена [2].
Психологическое различие мотивации избегания и мотивации
достижения заключается в следующем. Когда человек тревожится,
а в данном случае спортсмен, то он очень живо рисует себе в
воображении картины нежелательных исходов. Он не делает какихлибо усилий, а просто неотступно думает о нежелательном
результате. Чем больше он о нем думает, тем более реальным он
кажется. Через некоторое время автоматически возникают и
соответствующие эмоции, ощущения: страх, тревога, беспокойство,
которые создают условия для того, чтобы ожидаемый провал стал
реальным. При мотивации достижения он концентрирует свое
внимание на том, что хочет получить. Мысленная картина успеха
создает реальные соответствующие ей эмоции: энтузиазм,
уверенность, воодушевление, что и обеспечивает совершенно иной
уровень выступления.
Замечено, что лучшие и более стабильные результаты
показывают спортсмены, которые в качестве мотивации имеют
мотивацию достижения, а не избегания, но для этого необходима
правильная психологическая подготовка.
Организация исследования. Исследование проводилось на базе
ФГБОУ ВПО «НИСПТР». В исследовании приняли участие
115
студенты факультета физической культуры и спорта 1-4 курсов в
Показатели
Мотивация к избеганию
неудач (спортсмены,
имеющие массовые
разряды) баллы
Мотивация к
избеганию неудач
(спортсмены, имеющие
высшие разряды)
баллы
сумма
155
167
среднее
значение
16±1,21
17±0,46
количестве 20 человек (10 человек высшие спортивные разряды и
10 человек массовые спортивные разряды).
Результаты и их обсуждение. Для определения различий
мотивации у студентов к участию в соревнованиях мы и
использовали две методики «Мотивация избегания неудач» и
«Мотивация к успеху».
Методика диагностики личности на мотивацию к избеганию
неудач является личностным опросником, который предназначен
для диагностики мотивационной направленности личности на
избегание неудач.
Применение на практике адекватных методов позволяет
получить не только наиболее точные данные о развитии
необходимых сторон мотивационных качеств спортсменов. На
основе этих данных можно провести определенную коррекционную
работу по усовершенствованию необходимого мотивационного
качества, дать рекомендации тренеру, педагогу, студентуспортсмену.
Как видно из таблицы 1, общая сумма баллов у спортсменов,
имеющих высшие разряды – 167, а у спортсменов имеющие
массовые разряды – 155, среднее значение баллов 17 и 16
соответственно. Полученный результат показывает, что мотивация
к избеганию неудач выше в группе спортсменов, имеющих высшие
разряды, чем в группе спортсменов, имеющих массовые разряды.
Таблица 1
Методика диагностики личности
«Мотивация избегания неудач»
Чем больше сумма баллов, тем выше уровень мотивации к
избеганию неудач (защите). Это означает, что люди с более
116
высоким показателем по данному тесту чаще попадают в
Показатели
Мотивация к успеху
(спортсмены массовых
разрядов) баллы
Мотивация к успеху
(спортсмены высших
разрядов) баллы
сумма
139
190
среднее
значение
14±0,56
19±1,03
неприятные ситуации, чем те, которые набрали более низкий балл
по этому тесту. В данном случае, это относится к группе
спортсменов, имеющих высшие разряды.
Результаты теста «Мотивация к избеганию неудач» как
правило, анализируют вместе с результатами теста «Мотивация к
успеху».
Тест «Мотивация к успеху» оценивает степень стремления к
достижению цели, успеху. Методика диагностики личности на
мотивацию к успеху (Т. Элерса) является личностным опросником,
который предназначен для диагностики мотивационной
направленности личности на достижение успеха.
Как видно из таблицы 2 спортсмены, имеющие высшие
разряды, более мотивированны к успеху. Общая сумма баллов у
них составила – 190, а в группе спортсменов, имеющих массовые
разряды – 139 баллов. Максимальное количество баллов в первой
группе составило – 24, во второй – 16, а минимальное количество
15 и 12 соответственно.
В результате проведенного нами исследования полученный
результат обозначался в баллах.
В данном тесте среднее количество баллов в группе
спортсменов, имеющих высшие разряды, равнялось 19±1,03, а в
группе спортсменов, имеющих массовые разряды, – 14±0,56, что
относится к умеренно высокому уровню мотивации к успеху и
среднему уровню мотивации к успеху соответственно.
Таблица 2
Методика диагностики личности «Мотивация к успеху»
Необходимо отметить, что слишком низкий и сверхвысокий
уровень мотивации к успеху не способствует результативности в
117
спортивной деятельности. Оптимальным можно считать умеренно
высокий уровень мотивации к достижению успеха.
Таким образом, полученные результаты свидетельствуют, что
у студентов, имеющих массовые разряды, более ровные показатели
в обоих тестах, а спортсмены, имеющие высшие разряды, более
мотивированы к достижению своей цели, успеху, что влечет за
собой определенную ответственность за выполнение
запланированного результата и как следствие они вынуждены
ориентироваться на разумную защиту и избегание неудач.
Список литературы
1. Вилюнас, В. Психология развития мотивации / В. Вилюнас.
СПб.: Речь, 2006. 458 с.
2. Ильин, Е.П. Мотивация и мотивы: учеб. пос. для вузов /
Е.П. Ильин. СПб.: Питер, 2011. 512 с.
3. Пуни, А.Ц. Формирование и актуализация мотивов участия в
соревнованиях / А.Ц. Пуни // Спортивная психология в трудах
отечественных специалистов / Сост. и общая ред. И.П. Волкова.
СПб.: Питер, 2002. 384 с: ил.
ДЖАДИДИСТСКОЕ ОБРАЗОВАНИЕ XIX В. КАК МОДЕЛЬ
ПОЛИКУЛЬТУРНОГО ОБРАЗОВАНИЯ В ПОВОЛЖЬЕ
Мурзакаева К.М., Мухаметова Э.Д.
Набережночелнинский институт социально-педагогических
технологий и ресурсов, г. Набережные Челны, Россия
Вхождение в мировую и национальную культуру начинается
через освоение своей этнической культуры, опыт освоения
которой отчасти является инструментом познания культурной
общности. Начиная с XIX века правительство ставило перед собой
задачу просвещения многонационального государства, поэтому
возникла необходимость создания единой системы школьного
образования.
Ключевые слова: джадидизм; кадимизм; поликультурное
образование; училища, неподведомственные Министерству
народного образования.
118
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]