Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:В поисках семантических универсалий. Монография
.pdf
1. ëËθÌ˚И / НрВФНЛИ — ПМУКВТЪ‚ВММ˚È
с.-х. буjити ‘буйно расти, прибывать (о воде); кипеть’ [РСА
II: 260], буйна киша ‘ливень, сильный дождь’; вишак, сувишак
‘избыток’, више — сравнит. степень от много; kipjeti ‘кипеть,
переливаться через край’ [РСА IX: 483—484], диал. киптет
‘изобиловать’ [Елез. I], где выражается идея количественного
увеличения, ср. словен. kipeti ‘кипеть, бурлить, переливаться
через край; подходить (о
тесте); набухать’ [Plet. I: 398];
словен. silo ‘много’ при silen ‘громадный’;
п. dużo ‘много’ при duży ‘большой, взрослый’ [Dorosz. II:
441—442], duże włosy ‘длинные волосы’; grubo starszy ode mnie
‘намного старше меня’ при grubo pokrajać ‘толсто нарезать’,
gruby ‘толстый (о предмете); толстый, тучный (о человеке);
крупный; горн. мощный (о пластах)’ [Гессен-Стыпула I: 250];
ogromпa liczba ‘огромное число,
количество’ — ogrom ‘огромность, громадность, огромные размеры’ и ‘огромное количество’ [Гессен-Стыпула I: 616]; sporo ‘довольно много’ при
spory ‘довольного большой’ [Гессен-Стыпула II: 367—368];
wiele ‘много’, соотносимое с wielki ‘большой, крупный’, więcej
‘больше’ — сравнительная степень от wiele и większy — сравнит. степень от duży; wyjadę najwyżej nа dwa dni ‘уеду
самое
большое на два дня’, где идея количества выражается формой
превосходной степени от wysoko ‘высоко’; mnożyć się ‘множиться, умножаться и увеличиваться’ [Гессен-Стыпула I: 455];
чеш. kypéti ‘кипеть, переливаться через край, изобиловать’
[SSJ I: 807]; velmi ‘много’; vysoký ‘большой, высокий’ —
vysoké сеnу ‘высокие цены’ [Копецкий-Филипец II: 576];
словац. vel'a ‘много’; čakat' vyše hodiny ‘ждать больше
ча-
са’, где реализуется идея количества.
Внутри отдельных языков не просматриваются деривационные связи у укр. гойний ‘щедрый, роскошный’ [Гринч. I:
299], словен. goj ‘уход, выращивание, разведение’ [Plet I: 226],
чеш. hoj ‘изобилие, богатство’ [Kott I: 452], словац. hoj ‘изобилие’ [SSJ I: 498]. Рассмотрение ближайших соответствий этих
слов внутри данных языков имеющейся картины, в общем, не
проясняет; ср.: словен. gojiti
‘пестовать, воспитывать, выхажи-
вать, питать’ [Plet I: 226], чеш. hoj ‘лекарство’ [Kott I: 452],
101
ÉÎ. III. íËÔ˚ ÒÂχÌÚ˘ÂÒÍÓ„Ó ˝‚УО˛ˆЛУМЛрУ‚‡МЛfl ‚ Ò·‚flÌÒÍËı flÁ˚͇ı
hojiti ‘залечивать’. Существо дела отчасти проясняет рассмотрение этих слов в общеславянском контексте: б. гоен, гойна
‘откормленный, упитанный (о скоте)’ [Бернштейн: 94], гоя се
‘толстеть, тучнеть, отъедаться’ [Бернштейн: 96], рус. гоить
‘говеть, жить, здравствовать’ [Даль I: 366], юж. зап. ‘лечить,
залечивать’ [Даль I: 366], гои «будь здоров» [Фасмер I: 427],
угоить избу ‘устроить, ухитить’, гойка ‘приготовление, по-
правка, чистка’, гоить диал. ‘устраивать что, убирать, приготовлять, ладить, чинить’ [Даль I: 366].
Однако еще более показательным является рассмотрение
соответствий указанных слов, отмечающихся за пределами
славянской языковой общности. Они, в частности, связаны с
рус. жить, жизнь и собственно словом живой, наряду с прочими имеющим значения ‘полный жизненных сил; подвижный,
непоседливый’, ‘деятельный
, интенсивно проявляющийся; остро ощущаемый, сильно переживаемый’, ‘черпающий силу в
чем-л., имеющий что-л. основой своего существования’ [МАС
I: 481—482], лит. atgajus ‘освежающий, оживляющий, набирающий силы’ [Фасмер I: 427; Либерис: 72]. Эти и другие соответствия обнаруживают в семантических структурах указанных
выше слов такие потенциальные признаки, как «здоровье», «питание», «упорядочивание, устройство», «жизнь
» и «сила», при-
чем последний признак выступает организующим центром.
Сходную семантическую структуру имеет этимологиче-
ское гнездо, в основе которого лежит и.-е. *(s)ter-, *(s)terə:
*(s)trē- ‘быть твердым, сильным; нечто твердое’ [Pokorny I:
1022], ср.: рус. строй ‘ряд, порядок, расположенье, постановка
сподряд, в черту или иным условным образом’ [Даль IV: 341],
строить ‘устраивать, уряжать, учреждать, приводить
в порядок, в чинный, последовательный и должный вид’ [Даль IV:
341], др.-рус. страбл"тис# ‘подкрепляться, отдыхать (наби-
раться сил)’ [Срезневский III: 530] и др. Еще одна параллель
— рус. право ‘данная кем-л. или признанная обычаем власть,
сила, воля, свобода действия’ [Даль III: 377], поправиться
‘восстановить свое здоровье, выздороветь’ [МАС III: 297],
поправить ‘привести в
порядок, в надлежащий вид’ [МАС III:
102
1. ëËθÌ˚И / НрВФНЛИ — ПМУКВТЪ‚ВММ˚È
296], заправиться прост. ‘наесться и напиться досыта, чтобы
запастись силами’ [МАС I: 560]. Можно предположить, таким
образом, что в структуре прасл. *goj содержится признак силы
и что значение множественности у производных прасл. *goj
связано с признаком силы.
При изолированном рассмотрении туманными оказывают-
ся словообразовательные и семантические связи у б. по-вече
‘больше’, словен
. več ‘несколько’, чеш. vĕtši ‘больше’, словац.
разг. najviac ‘много’, п. więcej ‘больше’, восходящих к прасл.
Ä
e [Фасмер I: 378]. Однако уже рассмотрение наряду с ни-
*vęt
ми их русских соответствий проясняет существо дела: рус.
вяще ‘больший по числу или количеству’, вящий ‘больший,
величайший, наибольший, высший по силе, величине, власти’
[Даль I: 338], книжн. устар. ‘больший, более сильный’ — для
вящей убедительности [МАС I: 295]. Таким образом, более
широкий план рассмотрения исходных слов позволяет
устано-
вить связь их смыслов со смыслами больших размеров и силы.
Чеш. hodnĕ ‘много’, а вместе с ним бел. годзе ‘полно, довольно’, разгадаваць ‘развести, расплодить’ проявляют достаточно определенную связь со значением силы в чеш. hodne
‘очень’, т.
е. ‘сильно, в большой степени’. Однако гораздо бо-
лее впечатляющую картину открывает углубленный анализ их
соответствий, в частности, в русском языке, где содержание
слова год обнаруживает ряд весьма показательных смыслов, в
центре которых — особая сезонная (осенняя) сила зрелости и
плодородия (см. семантический переход «сильный/крепкий —
питательный»).
Установленными семантическими связями объясняются
выражающие значение множественности конструкции
также
типа рус. до черта, бел. до чорта, чорт колькi, укр. до чорта,
достобiса, п. do diabła (i trochę), чеш. ро čertech и т.
п. Черту,
бесу, дьяволу вообще присуща сила — ср.: Много в черте силы,
да воли ему нет. Более того, сущности подобного рода с неслу-
чайным постоянством именуются в народной мифопоэтической
традиции «нечистой силой». Связь этих сущностей с представлением о силе достаточно отчетливо обозначилась и в языке, ср:
103
ÉÎ. III. íËÔ˚ ÒÂχÌÚ˘ÂÒÍÓ„Ó ˝‚УО˛ˆЛУМЛрУ‚‡МЛfl ‚ Ò·‚flÌÒÍËı flÁ˚͇ı
рус. чертовски ‘очень, чрезвычайно’, т. е. сильно в высшей степени, словац. čertovsky с тем же значением, п. diabło — diabło
ładna kobieta, jestem diabło głodny [Sł. poprawnej],
diabełnie/diabełny — była diabełnie ładna, miał diabełne zdolności
[Janus 1981: 43]. Другое значение русского выражения до черта
— ‘до крайней степени, очень сильно’: устал до черта, до чер-
надоело [МАС IV: 669]; чертовский разг. ‘необычайный по
та
силе, по степени проявления’ [МАС I: 670].
Можно было бы ожидать, что подобной же способностью
развивать значение множественности обладает противополагаемая нечистой — светлая, благая сила, высшим выражением
которой признается сам Бог: ср. Вознесись, Господи, силою Тво-
ею: мы будем воспевать и прославлять Твое могущество
[Псалт. 20, 14], Кто
сей Царь славы? — Господь сил, Он — царь
славы [Псалт. 23, 10]. Показательны в этом отношении и эпите-
ты Бога — Всевышний, Всемогущий, Крепкий, Креплий [Даль II:
206], а также определения понятия «Бог» [Токарев 1991а: 177].
И в самом деле, искомые соответствия праслав. *bogъ легко
обнаруживаются: рус. богатый ‘обильный, изобильный, избыточный, многий’ [Даль I: 102], бел. багата ‘много
, обильно,
щедро’, укр. багато ‘много’, б. богат ‘богатый, обильный’, с.х. богат ‘многий, обильный’, словен. bogat ‘обильный’, п. bo-
gaty ‘богатый, изобилующий’, чеш. bohaty ‘обильный (урожай)’, словац. bohaty ‘обильный, пышный, густой’.
Наряду с рассмотренными примерами, показывающими
корреляцию значения множественности со значениями силы и
крепости, а также больших размеров, имеется целый
ряд примеров особого рода, а именно — выражающих идею недифференцированного множества. Таковыми, в
частности, являются рус. голяма ‘множество, куча’ [Кедров:
400]; диал. громада ‘большое количество людей, толпа народа; сельская сходка, собрание жителей села, деревни, на котором разбираются общественные дела’ [СРНГ 7: 149], др.-рус.
громада ‘куча’ [Срезневский I: 597]; груда ‘насыпанная гора
,
курган; масса, большое количество чего-л., множество’ [СРНГ
7: 158—159], груд ‘куча, груда; большое количество, множест-
104
1. ëËθÌ˚И / НрВФНЛИ — ПМУКВТЪ‚ВММ˚È
во чего-л., собранное на ограниченном пространстве; беспорядочное скопление людей или животных’ [Деулинск.: 128];
диал. копа ‘большое количество, множество’ и ‘большая куча
сена, снопов хлеба, копна’ [СРНГ 14: 28], др.-рус. копити ‘собирать (людей, войско)’, копитис" ‘собираться вместе’ [Срезневский I: 1281], диал. копиться ‘увеличиваться в числе, количестве (о живых существах)’ [CPHГ 14: 290],
копиться
‘быть скопляему; собираться в одно место’ [Даль II: 158]; куча
разг. ‘большое количество, множество’, но также ‘большое
количество чего-л., обычно сыпучего, мелкого, наваленное,
насыпанное в одном месте’ [МАС II: 156]; навалом прост. ‘о
наличии чего-л. в большом количестве, в избытке’ [МАС II:
330], которое также имеет значение разг. ‘беспорядочной кучей’ [МАС II: 330], навалить
‘небрежно, беспорядочной кучей
набросать’ [МАС II: 329], навал ‘груда, куча чего-л.’ [МАС II:
329]; полно разг. ‘очень много кого-, чего-л.’ [МАС III: 263]
при полный ‘содержащий в себе, вместивший в себе предель-
ное количество, много людей или чего-л.’ [МАС III: 265]; словосочетания сильный дождь, сильный снег выражают по преимуществу идею массы, объемного количества
осадков; соби-
рать, собрать ‘сосредоточить в одном месте (многое, мно-
гих)’ [МАС IV: 171]; частый ‘состоящий из близко друг к
другу расположенных однородных предметов или частиц;
густой, плотный’ [МАС IV: 655], но частые дожди ‘многие, с
малой перемежкой’ [Даль IV: 583], где также выражается идея
большого количества осадков; юра арх. ‘ятва, стая, косяк, руно
рыбы; стадо
или залежка тюленей, моржей, белух, морского
зверя’, юрок ‘купа, кипа, куча; пук, связка, беремя; стая, стадо,
косяк’ [Даль IV: 668], соотносимые с яркий ‘очень сильный,
сияющий, ослепительный, излучающий сильный свет’ [МАС
IV: 783], ярый ‘крепкий, сильный, жестокий, резкий’ [Даль IV:
679], ярь, ярина ‘тук, сок, растительная сила почвы, особенно
переносимая на грибы, губы; корни каждого дерева
вызывают
свою ярь, ярину’ [Даль IV: 679];
бел. вялiкi дождж, где выражается идея значительной
массы осадков; збiраць ‘накапливать, собирать’; громада ‘тол-
105
ÉÎ. III. íËÔ˚ ÒÂχÌÚ˘ÂÒÍÓ„Ó ˝‚УО˛ˆЛУМЛрУ‚‡МЛfl ‚ Ò·‚flÌÒÍËı flÁ˚͇ı
6
па, общество’ [Байкоў, Некраш.: 82]; грумада ‘множество’ [З
народнага слоўника: 41], диал. грумада ‘стая птиц’ [Народнае
слова: 8]; куча ‘множество’ и ‘куча, ворох’; навалiцца разг.
‘упасть во множестве, обилии’ — навалом ‘в навалку’; спорны
дождж, где выражается идея значительной массы осадков в
небольшую единицу времени; часты лес, где выражается идея
большого количества деревьев
на единицу площади; шмат
‘много’ при п. szmat ‘кусок’, где выражается идея целого;
укр. громада ‘общество равноправных лиц, мир, собрание,
людская сходка’ [Гринч. I: 329] при др.-рус. громада ‘куча’
[Срезневский I: 597]; ст.-укр. копа ‘мера количества’ [Сл.
стар.-укр. мови I: 495]; купа ‘много’ и ‘куча’; навалити ‘поя-
виться во множестве’ — навалювати ‘наваливать’; п
oвнiciнько
‘полным-полно’ — повний ‘полный, наполненный’;
б. устар. билюк ‘множество, скопление’ и ‘стадо’ [Бернштейн: 37]; громада ‘множество, большая куча’ — ‘громада’
[БТР], грамаден ‘громадный, огромный’ [Бернштейн: 98]; куп
разг. ‘куча, масса, множество’ и ‘куча’ [БТР] — куп дърва, цял
куп вопроси; пълнота ‘избыток’; пълно с хора ‘полно людей’
— пълня ‘наполнять, заполнять
’ [Бернштейн: 548];
с.-х. гомила ‘толпа, масса’ и ‘куча, груда’ [Толстой: 70];
навалити ‘нахлынуть, сбежаться’ и ‘навалить, набросать’;
пуно ‘много, полно’ и пун ‘полный, целый’ [Толстой: 487];
словен. gramada ‘куча, ворох’ [Plet. I: 244], grmada ‘куча,
куча дров, костер’ [Plet. I: 254]; kopa ‘куча народу’ и ‘стог,
скирд сена’ [Plet. I: 432—433];
п. koра — мера количества в 60 единиц, koрa lat, kopę lat
где выражается значение множества, и kopa ‘копна, скирд’
[Warsz. II: 463], диал. koра ‘скирд сена’ [Sychta. Sł. kociew. II:
81], ‘гора’ [Sł. gw. р. II: 423]; kupa ‘куча, масса, уйма, множе-
ство’ и ‘куча, груда, ворох’ [Гессен-Стыпула I: 373]; nawalić
się ‘набиться битком, заполнить’ при непосредственно соотно-
сящемся устар. nawalność ‘бурность, стремительность, сила’
[Гессен-Стыпула I: 510] и walić
‘двигаться толпой’, а также
‘валить, падать (о снеге)’ [Гессен-Стыпула II: 517]; sala była
реłnа ‘зал был полон’ при реłnу ‘сплошной, цельный’;
,
10
1. ëËθÌ˚И / НрВФНЛИ — ПМУКВТЪ‚ВММ˚È
чеш. стар. draha ‘множество, большое количество людей,
толпа, отряд, свита, громада’; hromada ‘множество’, а также
‘толпа, сходка, собрание’ и ‘куча, груда’ [SSJ I: 529], hromadnĕ
‘в большом количестве’; kopa ‘много, множество’ и ‘куча,
копна’ [Нruska. Slov. chod.: 43], koра ‘прядь нитей’, ‘скирд,
стог сена’ [Hruska. Slov. chod.: 43]; рlnо ‘много, множество,
тьма, пропасть’ — рlnĕ ‘до краев, полностью
’;
словац. kopa ‘старая мера в 60 или 50 штук’ и ‘куча, скирд,
стог’ [SSJ I: 472], koрit' ‘копнить, собирать в кучу’ [SSJ I: 474];
hromada ‘множество’, ‘сходка, собрание’, ‘толпа’ и ‘куча, груда’ [SSJ I: 529].
Множество, таким образом, мыслится как некая целостная
величина, имеющая самостоятельный характер. Отдельные
элементы, входящие в такое недифференцированное множество, растворяются в нем, перестают различаться.
Такая картина
взаимосвязи множественности и целостности находит соответствие в одной важной черте грамматической категории
числа: грамматическое выражение единичности/множественности возможно лишь в отношении однородных объектов
[Потапова 1983: 133]. Но ведь эта однородность есть форма
проявления единичности более высокого порядка, т.
е. прояв-
ление целостности множества.
С другой стороны, объединение разрозненных однородных
элементов в единое целое есть процесс, требующий значительных усилий. Представление об этом обозначено в таких
примерах, как рус. сколачивать состояние, сколотить нема-
лую сумму; кукобить ‘копить, запасать, наживать (богатство)’
[Даль II: 547; СРНГ 16: 38], бел. диал. кукобiць ‘накапливать’
[Слоўн. паўн
.-зах. Белар. 2: 561] при рус. диал. кукать ‘бить,
колотить кого-л.’ [СРНГ 16: 33], ‘бить кулаком’ [Даль II: 547],
c.-х. кукати ‘затыкать, забивать, засовывать’ [РСА Х: 784].
Выделение в комплексном представлении о множественности аспекта недифференцированного множества становится
возможным благодаря тому, что само это представление составляет системное целое с представлениями о больших размерах и
силе/крепости. Исходя из самого набора образных
107
ÉÎ. III. íËÔ˚ ÒÂχÌÚ˘ÂÒÍÓ„Ó ˝‚УО˛ˆЛУМЛрУ‚‡МЛfl ‚ Ò·‚flÌÒÍËı flÁ˚͇ı
коррелятов можно выдвинуть предположение об их динамике.
В частности, здесь видится следующая картина: сила/крепость
как фактор роста, набухания, увеличения предопределяет собой большие размеры чего-либо. Представление о больших
размерах затем обусловливает собой формирование представления о многом, которое, однако, имеет еще латентный, скрытый характер. Такова идея массы, вала
, т. е. цельной, нерасчлененной совокупности, представленной в своем пределе. Ср.
рус. много воды утекло с тех пор, полный стакан молока,
добрая чара вина, в этом баке много топлива. Наконец, определяется идея множественности, в которой могут быть выделены отдельные ее элементы: в корзине много яблок; с тех пор
прошло много
лет; в этот день на выставке было много лю-
дей. Примечательно при этом, что связи между отмеченными
образными началами все время сохраняют свою актуальность,
— ср.: В комнате было много света — об интенсивности светового потока, о степени освещенности, силе света; рус. нава-
лить ‘о большом количестве чего-л.’, но в
лить ‘с усилием положить что-л. тяжелое, громоздкое и т.
то же время нава-
п.
поверх чего-л.’ [МАС II: 329], п. nawał ‘нагромождение’ и
‘множество’ — nawalny ‘бурный, стремительный, сильный,
обильный’ [Гессен-Стыпула I: 510], walny ‘общий, всеобщий’
и walic ‘колотить, стучать, бить’ [Гессен-Стыпула II: 517]; рус.
полный (напр., стакан чего-л.) — с.-х. пуно ‘очень’ и т.
п. Это
же содержательное начало выражают переносы типа вагон,
воз, тележка чего-л. со значением «большое количество гру-
за». Таким образом, дифференцированное множество всегда
может быть обращено к своим основам, т.
е. осмыслено как
целостная величина или как аспект силы/крепости.
В отношении динамики представлений о силе/крепости,
больших размерах, целостности (недифференцированном
множестве) и о множестве дифференцированном весьма показательна история слова масса в русском языке. В настоящее
время это слово выражает в нем следующие смыслы: ‘количество, объем вещества, составляющего, образующего
тот или
иной предмет, а также само вещество, материал, из которых
108
1. ëËθÌ˚И / НрВФНЛИ — ПМУКВТЪ‚ВММ˚È
состоит предмет’, ‘какое-либо целое во всей совокупности
частей, образующих его (о зданиях, горных массивах и т.
п.);
громада, глыба’, ‘то, что видно лишь в общих чертах (как целое), что нельзя рассмотреть в деталях (о предмете, предметах,
наблюдаемых издали или при слабом освещении)’, ‘тестообразное, бесформенное вещество, густая или полужидкая смесь
чего-л.’, ‘скопление кого-, чего-л., образующее сплошной поток’, разг. ‘большое количество, множество чего-л
.’ [МАС II:
233] при значении собственно источника лат. massa еще толь-
ко ‘слиток, ком, глыба, масса, кусок; первичная материя, хаос’. Ср. также п. szmat ‘кусок, полоса’, переосмысленное и
получившее значение ‘порядочно’ — szmat ziemi, а в белорусском шмат, употребляющееся в значении ‘много’.
Дополнительным свидетельством верности обрисованной картины может служить семантическая структура
старославянского слова вельми. Наиболее частотным и исторически более ранним его значением было ‘сильно, крепко’.
Почти столь же значимым, а иногда и выходящим на передний план был смысл ‘большие размеры’, который являлся
контекстуальным вариантом первого. Наконец, это слово
могло выражать и значение множественности [Ефимова
1989: 116—117].
В силу того, что
представления о множественности, цело-
стности (недифференцированном множестве) и больших размерах являются модусами глубинного категориального представления о силе/крепости, динамическая картина взаимосвязи
между ними может иметь и обратное направление. Такая линия взаимообусловленности указанных представлений была
отмечена, в частности, В.
Н. Топоровым при анализе и.-e. кор-
ня *ÄеÅ- и его семантических производных. «Исходным и ос-
новным смыслом глагола, восходящего к и.-е. *ÄеÅ-, — писал
он, — была идея умножения, количественного возрастания,
усиления (т.
е. то, что непосредственно выражено в обозначе-
нии жизненной силы, вечной молодости — и.-е. *ÄеÅ-)». «Но
само смешение (или, точнее, связывание), — отметил В.
Н. То-
поров далее, — представляет собой такое умножение состава
109
ÉÎ. III. íËÔ˚ ÒÂχÌÚ˘ÂÒÍÓ„Ó ˝‚УО˛ˆЛУМЛрУ‚‡МЛfl ‚ Ò·‚flÌÒÍËı flÁ˚͇ı
целого, при котором оно укрепляется, усиливается, увеличивается» [Топоров 1989: 49].
Все отмеченные факты дают основание полагать, таким
образом, что выделенные смысловые позиции, коррелирующие со значением множественности, восходят к единому глубинному категориальному представлению о силе/крепости, а
значения силы, крепости, больших размеров, массы, целостности и множественности представляют собой его поверхност
ные, понятийно-языковые реализации (об этом см. также [Берестнев 1999]).
2. ëËθÌ˚И / НрВФНЛИ — ·˚ÒÚð˚È
В русском и других славянских языках отчетливо просматривается ряд следующих смысловых позиций, в связи с которыми мыслится идея быстрого движения.
а) Сила.
Рус. бридкой ‘резвый’ и ‘о ветре: пронзительный, холодный’ [Доп. к Опыту: 13], бридкий ‘резкий, холодный’ [Опыт:
15], где реализуется идея интенсивного температурного воздействия; буево ‘лихо, быстро’ [
Даль I: 138], буй псков.
‘стремнина на реке’ [СРНГ 3: 260] и буй смол. ‘сильный ветер’
[СРНГ 3: 260], буй ‘могучий, одолевающий, склонный к само-
управству, насилию, обидам’ [Даль I: 138], др.-рус. бuи ‘сильный, смелый’ [Срезневский I: 191], и.-е. *bheu-/*bhū — ‘расти,
становиться сильным’; дуть прост. ‘быстро бежать, мчаться’ и
‘выпускать изо рта сильную струю воздуха
’ [МАС I: 454],
дуть во весь дух ‘скакать на лошади, ехать во всю прыть’
[Даль I: 503], но дуться ‘усердно работать, силиться, жилить-
ся, пыжиться’ [Даль I: 503], ряз. ‘напрягаться, тужиться’ [Деулинск.: 157], дуть ряз. — употребляется для экспрессивного
усиления значения глагола (обычно в постпозитивном положении) — И сас'ет C'u.м'oн там кос'ит' дуит' [
Деулинск.:
157]; диал. жестокий ‘быстрый’ и ‘твердый, сильный, сердитый, горячий’ [СРНГ 9: 146]; живо разг. ‘быстро, скоро, про-
-
110
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]