Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Балтийский регион. Лики русского мира. Сборник научных трудов
.pdf
В. Бобылева
Сколько посещение танцевальной галереи Витта доставило мне приятных и интересных знакомств с жителями Ревеля,
столько панорамическое обозрение города ознакомило меня с
кривыми улицами и главнейшими урочищами его, равно и с окрестностями…
Эпистолярное наследие — это трепетное свидетельство
живой личности, это подлинный голос человека из далекого
прошлого. Как жаль, что теплые
, дружеские отношения между
людьми, которые складывались благодаря переписке, ушли в
прошлое. Для нас представляет большой интерес, какие впечатления о своем отдыхе оставили друзья Пушкина в письмах,
отправленных из Ревеля. Какие строки остались в этих письмах, написанных почти два века назад — летом 1827, 1826,
1825 гг.?
В июне 1825 г. ревельский курорт посетил
Петр Андреевич
Вяземский. Попав на очередной бал, он сразу включился в мир
курортных развлечений. А главное, он встретился здесь с петербургскими знакомыми, среди которых была и семья Пушкиных: Сергей Львович и Надежда Осиповна с дочерью Ольгой.
Петр Андреевич обыкновенно описывал все происходящее
в письмах жене. На следующий
день по приезде он пишет Вере
Федоровне:
Вчера перед обедом приехал я сюда и вчера уже был на бале, который петербургская молодежь, между прочим и Сергей
Львович Пушкин, давали здешнему прекрасному полу.
Вяземский быстро увидел многие преимущества проживания в губернской столице в сравнении с Петербургом, тем более что
там из-за его характера у него непросто складывались
отношения со столичными властями. В письмах к жене он делился впечатлениями:
Море меня обленило. Будь здесь Дерптский университет, я
охотно переехал бы жить сюда. С 20 000 дохода можно здесь
жить в довольстве…
И далее, через три дня:
241
Резонансное поле русской литературы в странах Балтийского региона
Более всего нравится мне пока вице-губернаторское место
в Ревеле, которое теперь еще занято, но, кажется, скоро будет упразднено, и это мне место обещано, когда очистится.
Ревель всем хорош: уж не совсем Россия; дешевизна, природа, здоровый воздух…
Проведя среди приятного общества летние месяцы, Петр
Андреевич делился своими мыслями с
Александром Тургеневым. Восьмого сентября 1825 г. он пишет Тургеневу, находящемуся за границей:
Я своим ревельским пребыванием был очень доволен и не
прочь поселиться в Ревеле года на два, даже вступить там в
службу. Там жить дешево, здорово; там не деревня, но и не
столица, не Франция, но и не
Россия. Общество образованное,
служба благородная; есть свой быт, есть море; есть солнце,
которое что-то освещает…
Место ревельского вице-губернатора Петр Андреевич так и
не получил, однако не изменял своему пристрастию к ревельскому курорту и приезжал сюда и в 1826, и в 1829 г. После
смерти Пушкина он посещал Ревель в 1841 и
1844 гг. по должности — с инспекторской проверкой. И всегда в письмах к жене и к друзьям встречаются его интересные комментарии городской жизни.
В 1844 г., будучи свидетелем бурной ночной непогоды, он
написал стихотворение «Ночь в Ревеле»:
Что ж ты, море, так бушуешь,
Словно шабаш ведьм ночных?
Про кого ты
там колдуешь,
Ночью, в чане волн седых?
Про того ли, про Кащея,
Что не принятый землей,
Ждет могилы, сиротея,
Не мертвец, и не живой.
242
В. Бобылева
Дней петровых современник,
Взяли в плен его враги,
И по смерти все он пленник
За грехи и за долги.
Ты поведай: скоро ль сбросит
Он курчавый свой парик,
И земную цепь износит
Успокоенный старик.
История реального герцога де Кроа была не менее романтична и богата удивительными коллизиями судьбы. Уроженец
Нидерландов
, в чьих жилах текла и королевская кровь, легко
соглашался служить разным монархам. Он повоевал в датской
армии, затем в австрийской и польской, а с началом Северной
войны перешел на службу к Петру I. Русский царь, благоговеющий перед иностранными «военными специалистами», сразу произвел его в генерал-фельдмаршалы. Герцог командовал
русскими
войсками в ноябре 1700 г. под Нарвой во время первого наступления на шведские рубежи. Сражение было позорно проиграно, тем более что сам главнокомандующий де Кроа
угодил в плен к шведам. Его доставили в столицу и «под честное слово» позволили свободно проживать в Ревеле. Нисколько не удрученный своим положением
пленника, герцог ввязывался в разные авантюрные истории, пьянствовал, играл в кости, ухаживал за дамами, завел приятельские отношения с богатыми купцами и местной знатью. И у всех брал в долг, обещая
расплатиться за счет своих богатых родственников. Неожиданно для всех герцог де Кроа в 1702 г. оставил сей
грешный мир,
что повергло в отчаяние многочисленных заимодавцев. Ганзейские купцы решили воспользоваться законом Любекского
права, по которому должника, не оплатившего счета, не позволялось предавать земле. Они надеялись обменять тело герцога
на получение своих вкладов от «знатных и богатых родственников» умершего, которые так и не объявились. В ожидании
такого
обмена горожане придали покойнику «товарный вид»:
243
Резонансное поле русской литературы в странах Балтийского региона
надели на него богатый камзол, тонкое бельё с кружевным жабо, бархатный черный плащ, на руки натянули белые лайковые
перчатки, на голову — парик с косичкой, уложили в богатый
гроб и поместили его в подвал церкви св. Николая (ныне Нигулисте). В суматохе городской жизни о почетном пленнике вовсе забыли и
… нашли гроб с мумией герцога через 120 лет. Во
времена посещения Ревеля столичными курортниками обязательным мероприятием было побывать в известной церкви и
ознакомиться с мумией герцога.
Сто восемьдесят лет назад в Ревель на летний отдых приехала молодая чета Дельвигов: любимый пушкинский друг Антон
Антонович с молодой женой Софьей Михайловной.
И опять из
Ревеля полетели письма друзьям и подругам, в которых описывалось времяпрепровождение отдыхающих в окрестностях Кадриорга.
Дельвиги прибыли в Ревель 2 июня 1827 г., и в письме к
Евгению Баратынскому Антон Дельвиг свой адрес указал:
Пиши мне в Ревель, в Катериненталь в доме Витта….
А вот как описывает место своего
пребывания в Кадриорге
молодая жена Дельвига Софья Михайловна:
Местность, в которой мы живем, очень красива, наша
квартира — маленькая игрушка, мы в двух шагах от сада и от
замка Катериненталь, которые доставляют много наслаждения.
Их прогулки вокруг парка и в его окрестностях были обязательным ежедневным моционом. Софья Михайловна пишет
подруге:
Там есть столетние башни, замечательно красивые; великолепные виды.
Я каждый день хожу гулять, — есть место, которое я
очень люблю, — это один маяк, на большой, конечно, возвышенности, я хожу туда с Антошей, и мы не перестаем изумляться прекрасному виду, который оттуда открывается:
оттуда видно море, и весь Ревель
у ног. В замке показывают
несколько кирпичей, которые не оштукатурены, потому что
положены самим Петром Великим.
244
В. Бобылева
Эти же самые кирпичи мы можем видеть и сегодня с тор-
цовой стены дворца.
К сожалению, наше прибалтийское лето показало гостям
свой капризный характер, о чем Софья Дельвиг писала:
Я чувствую себя хорошо, беру ежедневно теплые ванны, но
пять или шесть дней уже лишена удовольствия делать прогулки и удивляться восхитительным
здешним видам: погода
отвратительная, то и дело идет дождь, и такой сильный холодный ветер, что он ломает деревья, и купальни, построенные на море, унесло, так, что я не так скоро еще буду купаться в море. У нас холодно так, как зимой; я не покидаю в тече-
целого дня мою накидку…
ние
Что мне здесь нравится, это то, что можно совсем не
стесняться, если хочешь. Можно гулять совсем одной и вовсе
не наряжаясь. Я наслаждаюсь здесь жизнью; чувствую себя
чудесно, ем за четверых, много хожу и сплю, как дура. Мой
муж ведет себя таким же образом…
Интересно отметить, что
все отдыхающие имели возмож-
ность лишь прогуливаться вблизи дворца Екатериненталь, который Софья Михайловна даже назвала «замком». Официально
дворец оставался владением царской фамилии и был закрыт
для посещения. Он уже тогда стал объектом благоговейного
почитания.
Но неподалеку от дворца был сооружен своего рода «культурный центр», который именовался «курзалом». Там
и происходило общение дворянской публики, устраивались танцевальные вечера, балы, салонные встречи. Софья Дельвиг пишет
подруге:
Близ нашего дома есть салон, в котором абонируются на
лето, туда можно приходить ежедневно, играть в карты,
обедать, музицировать или делать, что кому нравится. Все
это очень хорошо; два раза в неделю там собираются
для
танцев, и это было бы также очень приятно, если бы Ревель
не был в такой моде и если бы здесь не было так много великосветских петербургских дам.
245
Резонансное поле русской литературы в странах Балтийского региона
Эти дамы не могут привыкнуть к простоте и к свободе,
которые необходимо должны царствовать на водах между
больными. <…> Правда, им не очень-то подражают и совсем
не наряжаются, идя в салон, например Пушкины, и я, и многие
другие, но что невозможно никак изменить, это, что собираются поздно, в 9 часов. Это
больные-то и в Ревеле!
Вчера, например, мы вернулись в 2 часа по полуночи, потому что котильон тянулся целую вечность. — Хорошее леченье!
Отдыхающей близ моря публике было интересно познакомиться и с достопримечательностями средневекового города,
куда они выезжали в колясках. На страницах писем встречается много описаний ревельских древностей и
достопримечательностей, в том числе и знаменитой мумии герцога де Кроа.
Вот как Софья Михайловна описывала «встречу с мумией»:
Там мы видели тело одного герцога де Кроа, выставленное
уже 150 лет взорам всех, — за долги он не был погребён. Представь себе, что оно совсем не испортилось, но окаменело. Я
его трогала
, я снимала его большой парик и мне показывали
его собственные волосы. Он совсем не противен. Это человек
лет пятидесяти, который должен был быть красив — это
видно, — и очень изящен до сих пор, он покрыт кружевами, и
его черный бархатный плащ великолепно сохранился, равно как
и его белые шелковые чулки и
белые перчатки, хотя и разорванные, что происходит от того, что постоянно приходят
его смотреть и снимают перчатки, чтобы рассмотреть его
руки: они у него очень красивые, и длинные аристократические
ногти. Думал ли этот бедный старик, что 150 лет после его
смерти все будут его тормошить, снимать парик его и коло-
в голову. Я так же это сделала: его голова крепка, как
тить
камень…
Нас, конечно же, интересует времяпрепровождение дворян
на отдыхе и лечении. Из письма Софьи Михайловны мы можем узнать, кто еще в то время отдыхал на водах. Проведя в
Ревеле полтора месяца, 17 июля она пишет подруге:
Наши балы продолжаются
по два раза в неделю и начина-
ют забавлять меня.
246
В. Бобылева
9 июля мы, то есть все русские, находящиеся здесь, дали
прекрасный бал, каждый внес на него деньги — граф Кочубей в
особенности, и князья Репнины дали много. Зала была освещена и украшена цветами очаровательным образом, ужин был
восхитительный, и очаровательный фейерверк; было много
народу и самое избранное общество. Я танцевала как
сума-
сшедшая до 4-х часов утра и очень веселилась…
Для родителей Пушкина 1827 г. был третьим сезоном их
приезда на ревельские воды. Они снимали жилье в не самом
дорогом районе побережья, с другой стороны ревельской бухты в районе речки Тискре (Тишерт).
Антон Дельвиг пишет в письме к Прасковье Александровне
Осиповой-Вульф
14 июня 1827 г.:
Теперь мы в Ревеле, всякий день с милым семейством Пушкина, любуемся самыми романтическими видами, наслаждаемся погодою и здоровьем и только чувствуем один недостаток: хотелось бы разделить наше счастие с Вами и Александром…
Мы с сожалением можем констатировать, что тогда, летом
1827 г., Александр Сергеевич Пушкин
так и не смог приехать в
Ревель, хотя и обещал это своим родителям и Антону Дельвигу. Как теперь известно, он променял Ревель на деревню и уехал в Михайловское, в уютный «уголок трудов и вдохновения». Именно там, в Михайловском, был написан «Борис Годунов», начат исторический роман «Арап
Петра Великого»,
там были созданы деревенские сцены стихотворного романа
«Евгений Онегин».
Многие произведения Пушкина получили дальнейшую
жизнь на оперной и балетной сцене. Продолжением пушкинского вечера в Кадриорге была музыкальная программа «Пушкин на оперной сцене» в исполнении солистов Национальной
оперы «Эстония», Государственного театра «Ванемуйне» и
Русского филармонического общества. Были
исполнены сцены
и арии из опер «Борис Годунов», «Моцарт и Сальери», «Евгений Онегин». Как прекрасно, что день рождения Пушкина каждый раз становится незабываемым праздником и источником
новых знаний о Поэте!
247
Научное издание
Балтийский регион: лики Русского мира
Сборник научных трудов
Под общей редакцией Натальи Григорьевны Бабенко
Редактор Е. Т. Иванова. Корректор Е. А. Алексеева
Оригинал-макет подготовлен Л. В. Семеновой
Бумага для множительных аппаратов. Формат 60×90
Подписано в печать 25.12.2008 г.
Гарнитура «Таймс». Ризограф. Усл.-печ. л. 15,5. Уч.-изд. л. 11,3.
Тираж 500 экз. Заказ 7.
Издательство Российского государственного университета им. Иммануила Канта
236041, Калининград, ул. А, Невского, 14
1
/16.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]