Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Балтийский регион. Лики русского мира. Сборник научных трудов
.pdf
Н. Г. Бабенко
какой опыт формирования региональной топонимики мы копим для передачи грядущим поколениям.
Представители языковой личности разговорного типа (а к
этому типу относится большинство нашего населения) воспринимают и усваивают всё усиливающуюся языковую (в том
числе и графическую) пестроту современного калининградского топонимикона некритично, как данное и должное, без корректирующей рефлексии
над новыми речевыми фактами городского текста. Задача калининградских филологов — всемерно способствовать тому, чтобы большинство населения
эволюционировало от разговорного типа языковой личности к
личности среднелитературного типа, обладателям которой
свойственно аналитически воспринимать речевую реальность и
принимать аргументированные решения относительно словоупотреблений городского текста, в том числе топонимических.
Список литературы
1. Топоров В. Н. Петербург и «Петербургский текст русской ли-
тературы» // Топоров В. Н. Миф. Ритуал. Символ. Образ: Исследования в области мифопоэтического. М., 1995. С. 259—367.
2. Вайль П. Карта родины. М., 2007.
3. Топоров В. Н. Страничка из этнокультурной и языковой исто-
рии юго-восточно-балтийского ареала (об одной топонимической
тастрофе) // RES LINGUISTICA: Сб. ст. М., 1999.
4. Спивак М. «Немецкое прошлое, русское настоящее…» Восточ-
нопрусский текст Юрия Буйды // На перекрестке культур: русские в
Балтийском регионе. Вып. 7: В 2 ч. Калининград, 2004. Ч. 1.
5. Цивьян Т. В. Язык — инструмент межэтнических отношений,
слово — хранитель истории // Там же.
6. Ахметова М. В. «Руссое» и его символы в «локальном
города Мурома // Геополитика и русские диаспоры в Балтийском регионе: Сб. науч. тр.: В 2 ч. Ч. 1: Гуманитарные аспекты проблемы:
русские глазами русских. Калининград, 2008. С. 59—74.
7. Андрейчук Н. В., Гаврилина Л. М. Основания самоидентифика-
ции в пространстве калининградской региональной субкультуры //
Там же. Ч. 2: Уроки истории и современность. Калининград, 2008.
8. Караулов Ю.
Н. Русский язык и языковая личность. М., 2007.
ка-
тексте«
161
Русский мир в инокультурном окружении: языковой аспект проблемы
9. Абашеев В. В. Пермь как текст: Пермь в русской культуре и ли-
тературе ХХ века. Пермь, 2000.
10. Бабенко Н. Г. «Москва — женского рода, Петербург — мужского» // Русская речь. 2007. № 1. С. 25—29.
11. Берестнев Г. И. Кёнигсберг — Калининград: два города — два
храма // Балтийский филологический курьер. 2007. № 6. С. 363—398.
12. Шмелева Т. Город
как текст: Bydgoszcz / Быгдощ // Литературное произведении как литературное произведение: Сб. науч. ст.
Bydgoszcz, 2004. С. 493—507.
162
О. Б. Глушкин
РЕЗОНАНСНОЕ ПОЛЕ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
В СТРАНАХ БАЛТИЙСКОГО РЕГИОНА
О. Б. Глушкин
ЛИТЕРАТУРНЫЕ МОСТЫ
Литература, книга, художественное слово всегда и
везде играют важную роль в установлении добрососедства
и взаимопонимания национальных миров. Тем более, в приграничном и анклавном Калининградском регионе. Затрагивается опыт калининградской писателей, книгоиздателей,
литературной общественности по наведению новых «литературных мостов» с соседними странами в новом веке.
Литература — главная обитель языка, в ней он шлифуется
и властвует, с ней вместе становится «великим и могучим». Во
всем мире широкую известность получила русская классика.
Имена Достоевского, Толстого, Чехова всегда произносятся с
большим уважением. Быть достойными продолжателями великой литературы весьма нелегко. Тем более в современных условиях, когда книжный
рынок зачастую выносит на поверхность китчевую пену. Проблема нечтения возникла почти во
всех странах. Видеоряд вытесняет книгу, и это грозит заметными потерями в формировании культурного слоя. Перевод
книг с других языков, а также перевод русской литературы на
другие языки в большинстве случаев диктуют условия рынка.
Для нашего региона, выдвинутого
в центр Европы и отделенного от России границами других государств, все эти проблемы еще более обостряются. По развитию культуры у нас
163
Резонансное поле русской литературы в странах Балтийского региона
судят о состоянии ее в целом по стране, область берет на себя
также роль центра по сбережению русского языка на Балтике,
наша литература наводит мосты во взаимопонимании и добрососедстве. Литературные произведения, созданные в нашем
крае или о нашем крае и переведенные на языки приграничных
стран, дают представление об анклаве. И
если СМИ довольнотаки часто рисуют картину отстоя, то писатели не руководствуются сиюминутными впечатлениями, а стараются более
глубоко разобраться в происходящих процессах. Поэтому
очень важно добиться того, чтобы слово писателя было прочитано и услышано не только в области, но и за ее пределами.
В тоталитарный период переводы книг
и их издание были
обеспечены государством, однако диктовались идейными соображениями и не давали правдивой картины происходящего.
С приходом гласности стало возможным дать выход талантливым авторам, в области был создан и стал регулярно выходить
первый в ее послевоенной истории журнал «Запад России», на
страницах которого появились произведения, раскрывающие
историю края
, а также в разделе «Литературная Ганза» читатели могли ознакомиться с творчеством писателей приграничных стран. Мы начали постепенное узнавание друг друга и
сближение на поле культуры. Переводы произведений калининградских писателей появились на страницах литературных
журналов Литвы и Польши. Журнал «Запад России» обрел
подписчиков на факультетах славистики в университетах
Гер-
мании и Швеции.
Итогом этой работы стало создание антологии, вместившей
произведения авторов, живших и живущих на территории
бывшей Восточной Пруссии. Инициаторами этого объемного
проекта выступили ольштынские писатели, сотрудничавшие с
польским журналом «Боруссия», в течение пяти лет литовские,
немецкие, польские и калининградские писатели на совместных семинарах определяли состав антологии. Выяснилось
, к
сожалению, что мы почти не знаем друг друга. Долгие споры
определили главное направление издания — добрососедство и
примирение.
164
О. Б. Глушкин
В 1996 г. антология вышла на немецком языке под названием “Meiner Heimat Gesicht”, почти семисотстраничный том
вместил в себя тексты таких знаменитых авторов, как Кант,
Гердер, Вихерт, Бобровский, Донелайтис, Крук… Наряду с
ними в том вошли и произведения калининградских авторов.
Книга привлекла внимание широкого круга читателей и была
выпущена массовым тиражом двумя изданиями. Затем
было
принято решение об издании антологии на польском, русском
и литовском языках. Русский вариант под названием «Лики
родной земли» был издан в 1999 г. Книга помогла русскому
читателю познакомиться с историей и жизнью людей нашего
края как в далеком прошлом, так и в наши дни. И если для зарубежного читателя
стали открытием произведения Иванова,
Снегова, Соловьевой, Горбачевой, то для калининградцев не
меньшим открытием стали произведения Кайки, Браконецкого,
Зудермана, Морштына, Сурминского, Балтрушайтите, Аннемари и многих других. Антология выполнила свою задачу, она
дала возможность сблизить интересы простых людей, позволила во многом понять друг друга. Ее составители Винфрид
Липшер, Казимеж Браконецкий и
автор этих строк были удо-
стоены звания лауреатов «Артиады народов России».
Для развития литературы в нашем регионе большое значение имеет издание литературы одновременно на двух языках.
Такие книги находят спрос как в нашей области, так и в соседних странах и стали особым явлением нашей литературной
жизни, позволяющим продвигать
тексты на русском языке в
соседние страны, а для калининградцев — дающим возможность знакомиться с авторами из других стран, пишущими о
нашем регионе. Так, благодаря подвижнической деятельности
поэта Сэма Симкина была издана на двух языках антология
немецкой поэзии «Свет ты мой единственный», за ней последовала целая серия книг «Поэзия Восточной
Пруссии».
В настоящее время писатели Калининградской области совместно с писателями Клайпедского края осуществляют проект, получивший название «Балтославия». В рамках этого проекта получили дальнейшее развитие литературные связи авторов Клайпеды и Калининграда. Эти связи имеют давние тради-
165
Резонансное поле русской литературы в странах Балтийского региона
ции. Можно напомнить об изданном совместном поэтическом
сборнике на двух языках «Добрый день, или Лаба дена», а также об издании книг по проекту «3К» (Калининград — Клайпеда — культура). Вспомнить о всех совместных ежегодных мероприятиях — «Весне поэзии» и «Осени новеллы» в Клайпеде,
«Днях литературы» в Калининграде, литературных встречах в
Чистых Прудах у К. Донелайтиса. Недавно книга этого основателя литовской литературы «Времена года» издана в Калининграде на двух языках усилиями ПЕН-центра. За ее издание писатель Вячеслав Карпенко был удостоен премии Донелайтиса.
В этом году премию Донелайтиса вручили руководителю
Клайпедской писательской организации Римантасу Черняускасу за культурное и
литературное сотрудничество литовского и
российского народов в Калининградской области.
Одними из главных соисполнителей проекта «Балтославия»
стали Клайпедская писательская организация и калининградский ПЕН-центр. С 2007 г. начали регулярно проводиться семинары молодых авторов Клайпеды и Калининграда. На них
не только обсуждаются тексты, но также составляются тандемы переводчиков, авторы переводят
друг друга. Итогом семинаров становится выпуск журнала «Параллели» одновременно на русском и литовском языках. Выпустили четыре номера журнала, дающих картину развития литературного творчества в Литве и Калининграде. При библиотеке имени Сергея
Снегова, где происходят встречи писателей двух стран, открыта «Литературная гостиная», которая стала местом прове-
презентаций новых книг.
дения
Таким образом, литература выступает проводником доброй
воли во взаимоотношениях с соседними странами и расширяет
границы распространения языка. Трудностей на этом пути
предостаточно. И не всегда слово может остановить политиков. Рассуждая о силе слова, в своей нобелевской речи Иосиф
Бродский сказал, что если бы словом можно было
воссоздать
реальность, он писал бы только одно слово: «Мир, мир, мир…»
Он как всегда прав, и все же вспомним евангельское: «В начале
было слово…»
166
А. З. Дмитровский
А. З. Дмитровский
РУССКИЙ МИР: ЗАМЕТКИ К ОПРЕДЕЛЕНИЮ
Автор размышляет об актуальном смысловом наполнении понятия «Русский мир», задумывается о его историческом состоянии, о стоящих перед ним сегодня проблемах и
задачах, о перспективах его исторического развития.
Концепт Русского мира вошел в общественное сознание на
наших глазах. Он вызван к жизни острейшими проблемами современного русского существования и тревогой за его будущее, где на чашах отечественных и всемирных весов оказываются одновременно, по самому крупному счету, общее спасение или общий апокалипсис. Понятие Русского мира обладает
для нас, русских, свойством самоочевидности, поскольку это
все мы, русские люди, в разумно-целесообразном, а в идеале —
дружественном и братском сосуществовании со всеми народами нашей страны и народами всей земли, что, кстати, и получает подтверждение в нынешней российской политике многополярного мира, противостоящей односторонней глобализации по американскому типу
. Вместе с тем понятие Русского
мира для обеспечения своей всесторонней жизненной реализации требует теоретической разработки на всех уровнях: историческом, нравственно-психологическом, культурологическом,
религиозном. Эта работа сейчас ведется учеными и публицистами, а поскольку понятие Русского мира было введено в обиход на высшем, президентском уровне, то уже сама
собой ожидается гарантия его осмысления и реализации как одного из
приоритетов государственной политики. Теперь общественной
науке предстоит выработка определения Русского мира в его
физическом и духовном составе, в единстве нынешнего состояния, исторического наследия и надежных перспектив.
Физическую структуру Русского мира, по данным на
2006 г., образуют более 150 млн русских,
из которых 104,1 млн
живут в России, составляя 80—85 % населения и являясь, та-
167
Резонансное поле русской литературы в странах Балтийского региона
ким образом, государствообразующим народом страны. Но
Россия — это также историческая родина и ядро всех русских,
рассеянных по белому свету, центр их постоянного культурноэтнического притяжения. Так, около 30 млн русских сейчас
проживает в странах ближнего зарубежья и более 15 млн — в
дальнем зарубежье. Но возникает центральная проблема — определение Русского мира в архетипах
духовно-нравственного
самосознания, менталитета, образующего наше коллективное
народно-национальное лицо, уникальное и, одновременно,
роднящее нас со всеми другими народами. В русской классической философии едва ли не первое место в решении этой задачи принадлежит И. А. Ильину. «Русская идея, — писал
он, — есть идея сердца. Идея созерцающего сердца. Сердца,
созерцающего
свободно и предметно; и передающего свое видение воле для действия и мысли для осознания и слова» [2,
с. 318], а в современной общественной мысли конкретизацию
этого определения осуществил литературовед-пушкинист
В. С. Непомнящий, декларировавший русскую духовность в
свойстве совести, переживаемой как «драмы вины», или «совестного страдания» [4, с. 41]. Верность этого наблюдения под
-
тверждается не только всей русской литературой, начиная от
«Слова о Законе и Благодати» митрополита Илариона ХI в., до
Пушкина и от Пушкина до Солженицына, но и всей историей
русского народа и Российского государства, столь же великой
в свершениях совести, сколь и трагической в ее совестных бедах. Но, признавая совесть
эпицентром общей жизнесозидательной энергии и контрольно-регулирующей инстанцией поведения в гармоническом сочетании собственного и всеобщего
блага, мы в полной мере отдаем себе отчет, во-первых, в великом общечеловеческом значении русской духовности и, вовторых, в особо тяжких путях его осуществления в условиях
буржуазно-материалистического мира.
Но также
приходится признать, что драматизм русской духовности внешнеполитического порядка осложняется ее собственной неустойчивостью, тем, что ее величайшая типизация в
художественной классике и ее столь же великие международ-
168
А. З. Дмитровский
ные свершения в справедливых освободительных войнах и во
внутреннем строительстве систематически перемежались периодами упадка народного духа, а то и вовсе самоубийственными действиями, что особенно наглядно сказалось в катастрофическое для народа и государства Смутное время конца
ХVI — начала ХVII в. и в гражданских распадах ХХ в., в его
начале
и конце. И сейчас мы свидетели крайне болезненного
кризиса, в котором пребывает Русский мир в целом и в первую
очередь на своей родине в России, что сказывается в росте отрицательных показателей гражданского состояния по всем позициям физического и нравственного порядка, т. е. пьянства,
наркомании, семейно-родового разрушительства, самоубийств
и уголовно наказуемого поведения: убийства ближних, грабежей, насилий, преступного небрежения к работе (в медицине,
на транспорте), приводящего к гибели людей, невиданной коррупции, разъедающей, как ржавчина, государственный организм. Распространяется такое нравственно-психологическое
состояние, когда людям вдруг все становится «по барабану».
Таким образом, проблема Русского мира — это проблема нашего
самоспасения, духовного и физического самоутверждения и достижения процветания на собственной национальноисторической основе и в творческом содружестве со всеми
другими национально-государственными мирами на благо себе
и всем.
Главная двуединая проблема, боль и тревога нынешнего
Русского мира — это наш генофонд и демография. Статистика
свидетельствует, что с 1992 г. у нас
по нарастающей идет физическое убывание народа, но вымирающий народ заведомо
лишен исторического будущего, и в таком случае все душеспасительные разговоры и в том числе наша научная конференция
о ликах Русского мира лишаются всякого смысла. Сейчас на
государственном уровне приняты меры по материальному
вспомоществованию семьям («материнский капитал» и т. д
.), и
дай Бог, чтобы эти меры дали результат. Но в целом решение
демографической проблемы коренится не в материально-бытовой, а в духовно-бытийственной сфере, в сфере бессмертия как
лично-генетического, т. е. семейно-родового, так и историче-
169
Резонансное поле русской литературы в странах Балтийского региона
ского общенародного, что достигается единством творчески
созидательного труда и расширяющегося деторождения. Но
для восстановления этой глубинно-сущностной культуры человека, которая в патриархальные времена бытовала на инстинктуальном уровне, обеспечивая непрерывно-поступательный физический рост народа, а потом была едва ли не целиком
порушена в гражданско-цивилизационных падениях, у нас не
делается фактически ничего, и даже объявление нынешнего
года Годом семьи оказывается не более, чем моментом словесного ритуала.
Выживание и процветание народа обеспечивается средствами бережного сохранения, укрепления и постоянного обогащения физического и духовно-нравственного генофонда, и
здесь нам надо учиться не только у своих прямых предков русичей,
явивших пример высочайшей жизненной пассионарности, заселивших огромные территории и создавших великую
державу, но и у других собратьев по жизни. Вот, «Литературная газета» опубликовала данные, согласно которым самый
мощный генофонд в мире — китайский [3], а в своем нравственно-психологическом складе народы Индии, Китая, Кореи,
Японии обнаруживают благодатную способность жить в
каждом серьезном жизненном действе всей историей сразу, от
своих многотысячелетних начал до сего дня, и одновременно — в перспективе вечности. Это народы с одинаково фундаментальным культом предков и потомков и самосознанием
своего внутринационального родства как на рациональном, так
и на подсознательном уровне. В результате они сумели сохранить
в неприкосновенности свой патриархальный родовой потенциал, органически совместив его с самоновейшим цивилизационным гражданским и технологическим прогрессом. Не
менее того важен пример мусульманских народов с их национально благодатным культом многодетности. В нашем кризисном, а точнее — болезненном состоянии народа национальный
генофонд как жизненная база, которая созидается веками в
смене
поколений и восстанавливается после катастрофических
разрушений тоже отнюдь не за одно десятилетие, требует тем
170
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]