Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Ювенальное уголовное судопроизводство. Модели, функции, принципы. Монография
.pdf
Карательная модель ювенального уголовного судопроизводства
рассматривается как практическое воплощение карательной уголовной политики и строится на существенном совпадении «взрослого»
уголовного судопроизводства и уголовного судопроизводства в отношении несовершеннолетних. В ее основании часто лежит концепция
обеспечения контроля над преступностью. Подобная модель отличается незначительной дифференциацией уголовно-процессуальной
формы, значительным преобладанием публичного начала над частным, отсутствием возможности для применения альтернативных
способов разрешения уголовного конфликта, целевой установкой
на социальное клеймение несовершеннолетнего. Классическим
примером такой модели является ювенальное уголовное судопроизводство, сконструированное в Италии в 1934 г.
В качестве характерных черт данной модели можно выделить:
1) наличие жесткой формализованной процедуры уголовного
судопроизводства;
2) стадийность производства по уголовному делу;
3) обвинительная направленность уголовного судопроизводст-
ва в отношении несовершеннолетнего;
4) отсутствие специфики в осуществлении доказательственной
деятельности по уголовному делу в отношении несовершеннолетнего;
5) применение к несовершеннолетним мер пресечения, анало-
гичных тем, что применяются к взрослым обвиняемым;
6) преобладание обвинительных приговоров в отношении не-
совершеннолетних.
Реабилитационная модель уголовного судопроизводства «основывается на известной криминологической идее, что преступники не
могут полностью отвечать за собственные поступки, обусловленные
их индивидуальными характеристиками и/или социальными факто-
1
ðàìè»
. Именно эта модель представлена в качестве первоначальной модели ювенальной юстиции, а ее зарождение достаточно подробно описано при раскрытии процессов становления специального ювенального правосудия в отношении несовершеннолетних правонарушителей. В силу данных обстоятельств ряд исследователей
называет данную модель традиционной. В ее основе лежит принцип
индивидуализации обращения с несовершеннолетним правонарушителем и его социальной реабилитации. Именно в недрах этой
модели возникли основные принципы ювенального уголовного судопроизводства: социальной насыщенности, индивидуализации,
конфиденциальности. Основной целью реабилитационной модели
ювенального уголовного судопроизводства является обеспечение
1
Стойко Н.Г. Óêàç. ñî÷. Ñ. 74—75.
161
социальной реабилитации несовершеннолетнего правонарушителя,
корректировка его поведения. Данная модель исходит из возможности создания неформальной процедуры разбирательства по уголовному делу в отношении несовершеннолетнего. Закрытость процесса
изначально базировалась на том, что публикация в СМИ может
помешать реализации реабилитационных целей в отношении несовершеннолетнего
1
. Главной фигурой подобного ювенального уголовного процесса становится судья, который выполняет скорее
функцию не осуществления правосудия, а родительского, патерналистского разбора всех обстоятельств дела с определением системы
реабилитационных мероприятий, нацеленных на удовлетворение
потребностей несовершеннолетнего и на долгосрочную процедуру
его реинтеграции в общество через «определение и разрешение
личностных проблем обвиняемого»
2
.
С начала прошлого столетия по настоящее время модель претерпела ряд изменений и стала более вариативной. В ее основе лежит стратегия вельфаризма — создания общества благоденствия,
которая получила свое второе рождение в 1970-е гг., во многом благодаря работам Джона Роулза, сторонника теории справедливости
3
.
Поскольку в основе реабилатационной модели лежит идея благополучия несовершеннолетнего правонарушителя, эту модель в последнее время обозначают как ювенальную модель вельфаризма. В
центре производства по уголовному делу находится не совершенное
подростком преступление, а достижение благополучия и благосостояния несовершеннолетнего правонарушителя. Как следствие такого подхода в ювенальном уголовном судопроизводстве значительное место занимает социальное сопровождение уголовного процесса, связанное со сбором информации, характеризующей личность
обвиняемого, его социальное окружение, раскрывающей возможные причины противоправного поведения и способы его корректировки.
Данная модель характеризуется и неформальностью уголовного
процесса в отношении несовершеннолетних. Изначально производство по уголовным делам в отношении несовершеннолетних в рамках данной модели было отнесено к компетенции семейных судов
или непрофессиональных судей. Поэтому отсутствуют четкие процедурные правила, а в итоге и надлежащие процессуальные гарантии. Несмотря на то, что модель ориентирована на личность несо-
1
Brian W. v. Superior Court, 574 P.2d 788, 791 (Cal. 1978). [Electronic resource].
Mode access: http://www. rcfp.org/juvcts/
2
Стойко Н.Г. Óêàç. ñî÷. Ñ. 75.
3
E.g: Rawls J. A Theory of Justice. The Belknap Press of Harvard University Press,
1971.
162
вершеннолетнего нарушителя, на его реабилитацию, она несет в
себе большой риск нарушения прав самих юных правонарушителей,
так как, например, судья может поместить подростка для реабилитации в определенное закрытое исправительное учреждение на неопределенный срок. Для уголовного процесса, организованного в
рамках данной модели, характерно наличие широких дискреционных полномочий судьи, лиц, осуществляющих уголовное преследование, и сотрудников службы пробации. Приходится признать
справедливость мнения, согласно которому «там, где основное
внимание уделяется лишь благосостоянию ребенка, линии между
справедливостью и защитой детей легко размываются»
1
. Следует
согласиться с тем, что в рамках данной модели существует риск
нарушения важнейших процессуальных прав несовершеннолетнего,
в первую очередь презумпции невиновности, и риск злоупотребления дискреционными полномочиями. Модель подвергалась достаточно жесткой критике в конце прошлого века именно за патернализм, нарушения прав несовершеннолетних, высокий дискриминационный потенциал, однако до сих пор в различных вариациях существует в Шотландии, Северной Ирландии, Ирландии, Польше,
Болгарии.
Таким образом, в качестве отличительных черт рассматриваемой
модели ювенального уголовного судопроизводства можно обозначить:
1) неформальность процесса;
2) конфиденциальность процесса;
3) направленность уголовного процесса на личность несовершеннолетнего, обязательный учет его индивидуально-личностных
особенностей при принятии решений;
4) отсутствие четких процессуальных гарантий для несовершеннолетнего;
5) участие адвоката-защитника необязательно, поскольку априори считается, что все процессуальные решения выносятся только в интересах несовершеннолетнего;
6) значительный объем дискреционных полномочий судьи;
7) социальное сопровождение ювенального уголовного процесса;
8) значительное число оправдательных приговоров.
Выявление процессуальных нарушений в рамках данной модели
и их осмысление на уровне государственной политики привели еще
в ХХ в. к тому, что в Канаде были внесены соответствующие законодательные изменения в 1984 г. В Новой Зеландии в 1989 г. зако-
1
Juvenile justice systems: An International Comparison of Problems and Solutions. [Elec-
tronic resource]. Mode access: http://www. thompsonbooks.com/55077127sample.pdf.
163
нодательство, регулирующее ювенальное уголовное судопроизводство, претерпело изменения по тем же причинам. В итоге многие государства в своей ювенальной уголовно-процессуальной политике
стали двигаться от стратегии вельфаризма в сторону создания модели, обеспечивающей процессуальные права несовершеннолетнего
правонарушителя и надлежащую формальную процедуру. Однако
идеи социальной реабилитации продолжают воздействовать на систему ювенальной юстиции и в начале XXI в. привели к формированию новых разновидностей вельфаризма в сфере ювенального уголовного судопроизводства.
Следующая модель, заслуживающая внимания, — ювенальная
модель надлежащего правосудия. Ее можно обозначить как модель
надлежащей юридической процедуры в рамках ювенального уголовного судопроизводства. Как подчеркивает Джон Пратт, «судеб-
ный процесс теперь принимает форму бюрократического административного производства»
1
. При этом автор справедливо отмечает,
что данная модель несводима к современной вариации карательного правосудия, поскольку акцентирует внимание на правах несовершеннолетнего
2
. Данная модель имеет в качестве целевой установки преодоление недостатков реабилитационный модели, в первую очередь преодоление повторной преступности несовершеннолетних после (или в ходе) процесса реабилитации.
Отличительные черты данной модели:
1) установление четкой формальной процедуры производства
по уголовному делу в отношении несовершеннолетнего;
2) процесс в целом носит обвинительный характер, но содер-
жит отдельные элементы состязательности;
3) наличие процессуальных гарантий несовершеннолетнего в
объеме не меньшем или большем, чем в уголовном процессе в отношении взрослых;
4) создание условий для получения несовершеннолетним обвиняемым квалифицированной юридической помощи и активная
роль адвоката;
5) ограничение гласности уголовного судопроизводства в отношении несовершеннолетнего;
6) ограниченные возможности реализации судейского усмотрения при выборе между мерами воспитательного воздействия и
уголовным наказанием;
1
Corporatism: the third model of juvenile justice / Youth Justice: Critical Readings:
edited by John Muncie, Gordon Hughes, Eugene McLaughlin. London-Thousand
Oaks-New Delhi. 2006. P. 405.
2
Ibid. P. 404.
164
7) наличие возможности обжалования приговора суда;
8) заключение специалистов (педагогов, врачей, социальных
работников и т.д.) носит рекомендательный характер и лишь отчасти
может влиять на вынесение судебного решения по уголовному делу;
9) разнообразие вынесенных судом приговоров со значительным числом обвинительных приговоров с назначением реального
уголовного наказания.
Восстановительная модель хотя и не является чисто ювенальной,
но достаточно интенсивно развивается как раз в сфере ювенального
уголовного судопроизводства и основывается на создании условий
для межличностного общения преступника и жертвы, на применении альтернативных мер разрешения уголовно-правового конфликта. Л.М. Карнозова отмечает: «Восстановительное правосудие «входит» в ювенальную юстицию с уже существующей социальнореабилитационной инфраструктурой, не отменяя ее, но привнося
новые принципы и цели, в первую очередь: исцеление жертвы и
обязательство правонарушителя по заглаживанию вреда»
1
.
Таким образом, для данной модели характерны следующие черты:
1) ориентация на отказ от уголовного преследования и на
применение альтернативных мер разрешения уголовно-правового
конфликта;
2) значительное влияние диспозитивного начала на уголовное
судопроизводство;
3) активный учет интересов потерпевшего;
4) применение различных примирительных процедур.
Следует подчеркнуть, что на уровне национального права восстановительная модель принимает различные формы. Одним из
самых характерных и распространенных элементов этой модели
является институт посредничества или медиации. В зарубежной
практике медиативные процедуры используются весьма активно как
раз в рамках ювенального производства и призваны обеспечить решение задач по вторичной превенции несовершеннолетнего правонарушителя. Во многих странах накоплен интересный опыт использования примирительных процедур в ювенальном уголовном судопроизводстве. Например, в Италии существуют законодательные
основания и сложилась практика использования медиации как на
досудебных, так и на судебных стадиях производства в отношении
1
Карнозова Л.М., Мельникова Э.Б. Ювенальная юстиция — охранительная и вос-
становительная: Учеб. пособие. М.: Проспект, 2002. С. 93.
165
несовершеннолетних, хотя в интересах последних приоритет отдается медиации на стадии судебного производства
1
.
Описывая возможности медиации в системе ювенального правосудия, Л.М. Карнозова подчеркивает, что «это уже не только комплекс
мер, направленных на решение проблем ребенка-правонарушителя, это
создание воспитательных условий нового типа — направленных на
формирование механизмов ответственного поведения. В отличие от
наказания, которое является для наказуемого претерпеванием страдания, заглаживание вреда актуализирует активную, деятельностную
позицию подростка. А встреча с потерпевшим способствует осознанию последствий собственных действий»
2
.
Условиями успешной реализации модели восстановительного
правосудия в сфере ювенальной юстиции являются: признание несовершеннолетним обвиняемым своей вины и принятие на себя
ответственности за совершенные противоправные действия; согласие жертвы преступления на участие в восстановительной программе; наличие профессиональных независимых посредников (медиаторов).
Если в основе карательной модели ювенального уголовного судопроизводства лежит ярко выраженное государственное принуждение, а в основе реабилитационной модели — решение социальных и личностных проблем несовершеннолетнего правонарушителя, то восстановительное правосудие базируется на коммуникационных процессах, в его основе лежит специально организованное
при помощи независимого посредника взаимодействие правонарушителя и жертвы. Следует согласиться с точкой зрения, согласно
которой «программы восстановительного правосудия становятся
достойной альтернативной практикой в пику карательного подхода,
результатом которого является только растущая преступность несовершеннолетних»
3
.
Что касается минимальной интервенционной модели, то она является скорее внесудебной моделью ювенальной юстиции, поэтому
детально не будет рассматриваться на страницах данной работы.
Следует отметить лишь, что ее отличает ориентация на внесудебное
разрешение уголовно-правового конфликта и хорошую сочетае-
1
Malagnino F. Le iniziative dell»ufficio centrale per la giustizia minorile nel campo
della mediazione, in F. Molinari, A. Amoroso (a cura di), Criminalità minorile e mediazione. Riflessioni pluridisciplinari, esperienze di mediazione e ricerche criminologiche sui minori, Milano, Franco Angeli, 1998. P. 31—32.
2
Карнозова Л.М. Ювенальная юстиция: содержание понятия и перспективы в
России // Вопросы ювенальной юстиции. 2007. ¹ 3. С.4.
3
Гуськова А.П., Емельянов В.А., Юрченко Л.В. Óêàç. ñî÷. Ñ. 74.
166
мость (в качестве логичного дополнения) с моделью надлежащего
правосудия.
Кроме перечисленных моделей в современных зарубежных
странах формируются и сложные синтетические модели. Например,
к их числу можно отнести так называемые неокоррекционную модель
è модель корпоративизма, в основе которых лежит синтез элементов
реабилитационной модели, модели надлежащего правосудия и модели восстановительного правосудия. В последние годы эти модели
реализуются в практике уголовного судопроизводства в отношении
несовершеннолетних в некоторых штатах США, в Англии, т.е. получили свое распространение в системе общего права. Примечательно, что механизм реализации данных моделей напоминает механизм рассмотрения дела о правонарушении несовершеннолетнего
в российских комиссиях по делам несовершеннолетних и защите их
прав. В целом для подобных моделей характерны следующие процессуальные черты:
1) уголовный процесс фактически сводится к некоему админи-
стративному производству;
2) сохранение общей реабилитационной направленности ювенального уголовного судопроизводства и активного участия работников социальных служб в разбирательстве дела;
3) более активная позиция всех участников ювенального уголовного процесса;
4) усиление диспозитивности ювенального уголовного процесса;
5) учет мнения потерпевшего при определении наказания несовершеннолетнему или при выборе воспитательно-реабилитационных мер;
6) внедрение альтернативных процедур разрешения уголовноправового конфликта и процедур посредничества;
7) ускорение ювенального уголовного судопроизводства за счет
координации деятельности негосударственных структур, оказывающих
помощь ювенальному суду в процессе судебного разбирательства.
Если попытаться поместить в обозначенную сложную классификационную систему существующую в России модель уголовного
судопроизводства в отношении несовершеннолетних, то можно ее
обозначить как преимущественно модель надлежащего правосудия с
элементами реабилитационной модели. Хотя в своем историческом
развитии российское ювенальное уголовное судопроизводство проходило через реализацию различных моделей: карательной, реабилитационной и надлежащего правосудия. В настоящее время идет
активная работа по экспериментальному «вживлению» в существующую систему элементов восстановительного правосудия.
Таким образом, в современном мире правовой реальностью стала поливариантная типология моделей ювенального уголовного су-
167
допроизводства. Практически полностью данные разработки проделаны западными учеными и активно заимствуются современными
российскими специалистами.
Еще раз подчеркнем: любая модель ювенального уголовного судопроизводства представляет собой абстрактную теоретическую
конструкцию, которая позволяет уяснить смысл и назначение уголовного судопроизводства в отношении несовершеннолетних, выработать рекомендации по внедрению в практику те или иные элементы различных моделей. Это утверждение справедливо практически для всех современных государств: в Германии в уголовном судопроизводстве в отношении несовершеннолетних реализуются
элементы различных моделей (наличие законодательно закрепленной специальной процедуры, разработка механизмов реабилитации
и применение примирительных процедур), в Италии есть ряд отличий в моделях, реализуемых на севере и юге государства, и т.д.
Примечательно, что даже в рамках проводимых сейчас в России
локальных экспериментов по созданию ювенального судопроизводства реализуются элементы различных моделей: например, в Ростовской области приоритет отдается элементам реабилитационной
модели, в то время как в Москве больший акцент делается на элементы восстановительного правосудия. Очевидно, что в современной России речь должна идти не о кардинальной замене реализуемой сейчас модели ювенального уголовного судопроизводства, а об
ее модернизации за счет оптимального использования элементов
различных моделей, описанных выше.
3.3. Проблемы реформирования ювенального
уголовного судопроизводства в странах Балтии,
СНГ и в Грузии
Для определения современных российских приоритетов в реформировании уголовного судопроизводства значимым является не
только учет опыта зарубежных государств, имеющих вековую историю функционирования различных исторических моделей отправления уголовного правосудия в отношении несовершеннолетних.
Очевидно, что на современном этапе целесообразным является обращение к анализу ювенальной уголовно-процессуальной политики
тех государств, которые географически и исторически являются более близкими России. Это оправданно как с позиции наличия некоторых общих исторических корней, так и с позиции поиска путей
решения сходных проблем в реформировании уголовного процесса.
Обращение к анализу современного состояния организации, функ-
168
ций и принципов уголовного судопроизводства в отношении несовершеннолетних в странах Балтии, СНГ и Грузии представляет определенный научный интерес как с точки зрения учета позитивного
опыта, так и с точки зрения конструктивной критики.
Практически всеми этими государствами решается задача по
модернизации собственных правовых систем. Такие процессы происходят с различной скоростью, но, как правило, сопровождаются
различными заимствованиями, имплементацией в национальное
законодательство норм международного права, внесениями существенных изменений в механизм правового регулирования. В настоящее время на территории ближнего зарубежья складывается ситуация, для которой характерно сочетание процессов регионализации,
связанных, в первую очередь, с отказом от общего правового наследия советского периода, с процессами унификации законодательства под влиянием процесса имплементации норм и стандартов международного права в национальные правовые системы.
Несмотря на то, что в сфере уголовного судопроизводства подобные процессы происходят медленнее, нежели в сфере частного
права, нововведения неизбежны. Жизнеспособность таких новаций
зависит от целого ряда факторов, в том числе от концепции государственной правовой политики, выбора системы правовых ориентиров и степени сохранения правовых традиций. В качестве современных тенденций в развитии уголовного судопроизводства государств Балтии, СНГ и Грузии можно отметить наличие противоречий между ориентацией национального уголовного процесса на
нормы международного права в целом и европейского права, в частности, и сохранением отдельных специфических черт, сложившихся еще в советский период. Нормативное закрепление принципа состязательности в уголовном судопроизводстве может сочетаться с реализуемой на практике обвинительной моделью уголовного
процесса, законодательное закрепление гарантий прав участников
уголовного судопроизводства с его карательной направленностью.
Общей особенностью уголовного процесса государств на постсоветском пространстве является тенденция к развитию дифференцированных форм производства по уголовным делам, поиску альтернативных способов разрешения уголовно-правового конфликта.
Все эти процессы в конечном счете определяют и специфику организации уголовного судопроизводства в отношении несовершеннолетних.
Следует отметить, что модели уголовного правосудия для несовершеннолетних в государствах Балтии, СНГ и Грузии отличаются
от моделей ювенального уголовного судопроизводства Западной
169
Европы и США как степенью институциональной сформированности, так и своими качественными характеристиками. Такая ситуация является следствием целого ряда факторов, связанных как с
особенностями исторического развития, так и с целями и задачами
современной национальной ювенальной политики. Необходимо
отметить, что в современных реалиях практически все из рассматриваемых государств предпринимают более или менее успешные
попытки реформирования своих моделей производства по уголовным делам в отношении несовершеннолетних. Несомненно, подобные процессы во многом обусловлены теми обязательствами, которые государства берут на себя в контексте выполнения требований
международного права в отношении обеспечения прав ребенка. В
силу этих обстоятельств национальные модели ювенального уголовного судопроизводства, функционирующие сейчас в государствах Балтии, СНГ и Грузии, вызывают теоретический и практический интерес.
В силу особенностей эволюционирования уголовного судопроизводства в данных государствах представляется затруднительным выстроить полноценную классификацию моделей ювенального уголовного судопроизводства стран так называемого ближнего зарубежья, и
поэтому целесообразно остановиться на особенностях отправления
уголовного правосудия в отношении несовершеннолетних в отдельно
взятых государствах. В то же время можно выделить ряд общих черт,
присущих практически всем национальным моделям правосудия для
несовершеннолетних правонарушителей рассматриваемых стран. Такая общность определяется имплементацией норм международного
права в национальное законодательство отдельных государств. Подчеркнем, что концептуальное реформирование систем отправления
уголовного правосудия в отношении несовершеннолетних рассматривается как одно из ведущих направлений в рамках общей реформы
судебной системы. В качестве наиболее типичных черт ювенального
уголовного судопроизводства различных государств Балтии, СНГ и
Грузии можно выделить следующие признаки:
1) законодательное закрепление специфики производства по
уголовному делу в отношении несовершеннолетнего;
2) формирование национальных моделей ювенального уголовного судопроизводства на основе принципов уголовнопроцессуальной дифференциации и специализации;
3) закрепление в уголовно-процессуальном законодательстве
процессуальных гарантий охраны прав несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого, подсудимого;
170
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]