Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Ценностное содержание разговорного диалога. Монография
.pdf
2. Лингвокультурологическая интерпретация разговорного диалога
221
Ценностная доминанта, которая манифестируется в данном ЦТФ через призму темы извинений, – взаимоотношения с близкими людьми. Кроме того, можно
говорить о ценности благополучия близких людей, так как ситуация прощения
приводит зачастую к сглаживанию конфликтов и гармонизации отношений.
Тема извинения сопровождается и развивается ценностным фрагментом
о взаимоотношениях людей (противоположных полов). ЦТФ-7 представляет собой развертывание темы извинения на конкретном примере расставания. Ключевые слова данного фрагмента иллюстрируют тесную переплетенность этих тем:
бросил девушку, я ее бросил, оставил девушку, извини, обиделась.
Расставание – тяжелая эмоциональная ситуация для всех людей. И инициатор расставания должен вести себя определенным образом, он должен просить
прощение. Эта ценностная установка осознается и принимается обеими сторонами: Б. И ты / в общем-то / тоже уже не знаешь / что делать / да / при-
шлось извин- / пришлось извиняться.
Извинения – необходимый компонент в любых отношениях (ЦТФ-8). Если
человек заинтересован в сохранении этих отношений, нужно извиняться. Извинения нужны для нахождения компромисса в осложнившихся отношениях. Однако в диалоге у коммуникантов обнаруживаются различные взгляды на необходимость нахождения компромисса в отношениях. Коммуникант А. считает, что идти
на компромисс важно и нужно, его собеседник (коммуникант Б.) считает, что
если нет двустороннего компромисса, то не нужно идти на уступки: А. Если ты
не хочешь разорвать отношения с этим человеком? А если есть острая потребность? (извиниться) // Но / блин / надо же прийти к какому-то консенсусу // Б. Ну если совсем острой необходимости нет / то зачем? А. (легкий сме-
шок) Чё всё заладил / острая / неострая необходимость / (повышает тон) Острее некуда / прижало / приспичило (смеется) // Жить нельзя // Б. Ну извини
(повышает тон) / что заладил! А если серьёзно / чёрт / ну это вопрос как бы /
если есть твоя позиция / если есть позиция другого человека // Если человек /
э-и /
не готов идти на компромисс / то / ну извините / на фиг надо?
В данном тематическом фрагменте обнаруживается еще одна ценностная
установка – желаемое поведение мужчины в ситуации расставания. Это подчеркивается двойным лексическим повтором фразы: ты должен был. Мужчина
в ситуации расставания должен проявлять инициативу и настойчивость: А. А / ну
может / она на что-то обиделась / это же женская логика // Она обиделась /
а ты не понял // Ты должен был догадаться / ты должен был поговорить
(смеется). Категоричность частично снимается шутливой манерой ведения диалога, но не отменяет главную мысль об ожидаемой модели поведения.
Прямым сигналом, что тема взаимоотношений обладает аксиологической
значимостью для коммуниканта А., выступает фраза: Ладно / давай не будем
о грустном / а то я расстроюсь / мне и так как-то не очень // Не будем
о драматичном. Лексемы расстроюсь, драматичный (тяжелый, крайне напря-
женный), высказывания не будем о грустном, мне и так как-то не очень пока-
222
зывают, что коммуникант А. эмоционально и близко к сердцу принимает разговор
о взаимоотношениях и расставаниях: А у меня без конца какой-то трагизм /
драма // Как / какие там были жестокие ссоры / конфликты / и боль / и слёзы /
и так далее. Однородный ряд трагизм, драма, ссоры, конфликты, боль, слезы
также указывает на особую важность взаимоотношений с близкими людьми
и особый трагизм, когда эти отношения под угрозой.
Двенадцатый ценностный тематический фрагмент связан с обсуждением
дружеских отношений (ЦТФ-12). По сравнению с двумя предыдущими ЦТФ он
занимает значительно меньшее место в «пространстве» диалога, но демонстрирует особо значимую ценность – дружбу. Тема дружеских отношений поднимается дважды с использованием прямых номинаций ценностного концепта: дру-
жить, дружим, друзья, коллектив.
А. И эт / я помню / ты говорил / твоя преподавательница / говорила /
что очень выгодно и полезно дружить с филологами. Б. Угу / вон сидим /
дружим / (А. и Б. смеются) А. Мёрзнем // (А. и Б. смеются) Дружим и мёрзнем / мёрзнем и дружим / больше ничё не делаем // А! Ещё курим // Курим /
мёрзнем / дружим / дружим / мёрзнем / курим. В небольшом по объему фрагменте глагол дружим повторяется 5 раз, а употребление столько же раз глагола
мёрзнем указывает на то, что для дружбы не важны дискомфортные условия
окружающей среды.
Дружба – безусловная ценность, когда у человека нет друзей, он чувствует
себя некомфортно (ЦТФ-13): А. Мне в садике не было хорошо / у меня почти
не было друзей / я почти ни с кем не общалась. Коммуникант А. иронично
замечает: Да мне в принципе почему-то так всегда везло / что / в какой бы
коллектив я ни попадала / с первоначальным коллективом / так сказать с ветеранами / я сойтись не могла.
Ценностное содержание разговорного диалога
Обобщенно: коммуникант Б. развивает тему, заданную коммуникантом А.
Базовая ценность, вокруг которой развиваются все ЦТФ, можно обозначить как
взаимоотношения близких людей. Для человека является важным, чтобы близкие ему люди чувствовали себя эмоционально комфортно, поэтому ситуация извинения важна в русской культуре. Зачастую можно извиниться и не чувствуя
за собой какой-либо вины. В диалоге ценность взаимоотношений людей преломляется в двух ракурсах: любовь (в частной ситуации расставания) и дружба.
ПЛАН ОБЩЕНИЯ
Весь диалог представляет собой единое аксиологическое целое в условиях
полного взаимного доверия и близости коммуникантов.
Изначально диалог строится по законам интервью (строго вопросно-ответная
форма; коммуникант А. задает вопросы, коммуникант Б. дает ответы). Однако,
несмотря на то, что коммуникант А. – инициатор диалога и разработчик заданной темы, впоследствии инициативу брал на себя коммуникант Б. На протяжении
2. Лингвокультурологическая интерпретация разговорного диалога
223
диалога коммуникант Б. несколько раз возвращается к теме извинения: Б. Чё-
нить ещё спросить хочешь? или Б. Ну-ка / что там у тя ещё есть вкусного
из вопросов? Коммуникант А. реагирует на это прямым вопросом: Что / решил
забрать бразды правления в свои руки?, демонстрируя тактику уточняющего
вопроса.
В диалоге в полной мере реализуется принцип кооперации (по Грайсу). Каждый из коммуникантов прилагает усилия к развитию диалога, сотрудничает друг
с другом, что проявляется в развернутых ответах на поставленные вопросы, в речевых поддержках, в разного рода вопросах.
Принцип вежливости (по Личу) во многом в данном диалоге нарушается.
та Б. балдой (Балда (прост., бран.) – бестолковый человек, дурак): А. Ой / не на-
чинай // Балда / он и есть балда.
Принцип вежливости нарушается в ЦКФ-1 (см. ниже).
Кроме этого, в диалоге часто используются просторечные элементы фигня,
чё ты брешешь, блин, зенки вытаращил, вот это наезды, чё все заладил, отмазываться, что также не соответствует принципу вежливости. Однако упо-
требление говорящими таких слов и выражений не всегда является оскорбительным: в некоторых ситуациях предпочтение грубо-просторечной или нецензурной лексики может служить демонстрацией непринужденности общения,
психологической раскованности. Стилистически сниженные слова в данном
случае формируют общий код общения; их выбор указывает на доверительный,
дружеский статус взаимоотношений говорящих и позволяет отметить тактику
интимизации.
Но в ряде случаев принцип вежливости соблюдается, хотя и формально.
На протяжении диалога коммуниканты несколько раз используют этикетную формулу извиняюсь, извини. В данных случаях эти лексемы развивают не тематическую линию диалога, а реализуют коммуникативные ценностные установки
коммуникантов (максима такта): А. У меня / конечно / весьма странно идут
ассоциации и мысли / извиняюсь или: Извиняюсь за / м-м / филологический
ботанизм; А. Ну извини меня конечно /
но её м-можно понять.
Кроме фамильярности в диалоге четко прослеживается шутливо-флиртовая манера общения. Приведем фрагмент диалога, где четко отражена эта манера общения:
А. Если у меня ещё будут вопросы / я ещё к тебе приду / и спрошу // Я
тебе в четыре утра позвоню и спрошу / я тебя везде достану / из-под земли
позвоню и спрошу (А. и Б. смеются) //
Б. О-о-о / приятно //
А. Что / дьявол ходит за тобой по пятам? (смеется)
Б. Ну на дьявола ты не тянешь / бесёнок //
А. (одновременно с Б.) Ладно / разве что // Я инфернальная женщина //
224
Ценностное содержание разговорного диалога
А. Что? У инфернальной женщины не может быть / как это сказать /
нежных костей? (посмеивается)
Б. М-м-м / э / нежных костей / нежной кожи и довольно мягкого в целом
характера?
А. Мягкого?!
Б. Да-а //
А. Хм / Я зверь (А. и Б. смеются) //
Б. Утютю / у-утютю / утютю //
Во-первых, в данном отрывке оба коммуниканта активно используют паралингвистические средства для поддержания общения в нужной тональности
(смех); во-вторых, шуточные высказывания: А. Если у меня ещё будут вопро-
сы / я ещё к тебе приду и спрошу // Я тебе в четыре утра позвоню и спрошу /
я тебя везде достану / из-под земли позвоню и спрошу; в-третьих, имеет мес-
то комплиментарность со стороны коммуниканта Б. (молодого человека) по отношению к коммуниканту А. (девушке): нежные кости, нежная кожа, мягкий
характер; в-четвертых, можно выделить тактику умиления: бесёнок; Утютю /
у-утютю / утютю. Также в диалоге используются слова с уменьшительно-
ласкательными суффиксами (ушки, диктофончик), что также создает шутливофлиртовую тональность.
Коммуниканты чувствуют себя комфортно и гармонично в диалоге, об этом
свидетельствует тот факт, что нередко коммуниканты вербализируют свою внутреннюю речь: А. М-м-м / блин / что же я ещё хотела спросить? Щас / погоди /
вспомню //
Чёрт (шёпотом) действительно вертелся в памяти какой-то та-
кой хороший вопрос (мысли вслух) или: А. Во-от / в общем / м / чё я хотела
сказать? А! или: Б. Ну / когда / господи / ненавижу употреблять это слово /
но / отношения; Я пытаюсь вспомнить / как эта фигня называлась.
Рассмотрим отдельные ЦКФ из данного диалога.
ЦКФ-1. Издёвка. Используя тактику издёвки, коммуникант А. указывает
на то, что коммуникант Б. многого не знает, так как он «не филолог»: А. (нагло
ржет) Ничё-ничё / сразу видно / что ты не филолог (смеется) // Что?! Поизде-
ваться уже нельзя?! Коммуникант прямо обозначает используемую тактику издевки: Поиздеваться уже нельзя?!, но делает это с привлечением паралингвистических средств (смех).
Это не переводит диалог в конфликтное поле, так как коммуниканты хорошо
знают друг друга, дружат, изначально настроены позитивно и, скорее всего, практикуют такую модель общения.
ЦКФ-2. Уговоры. Коммуникант А. просит рассказать коммуниканта Б. при-
мер извинения из своей личной жизни:
Б. Ну / по-моему это как-то слишком глубоко личное / ну в смысле / тебе-то
я могу например / рассказать ряд своих извинений //
А. А расскажи //
Б. (очень тихо) Прям на запись?
2. Лингвокультурологическая интерпретация разговорного диалога
225
А. Ну а что такого-то? Без конкретных лиц / без имён / не смущайся //
Тем более / что я думаю / что достаточно хорошо тебя знаю и пойму. Ком-
муникант А. использует тактику уговора: Ну а что такого-то? Не смущайся.
Видно, что у коммуникантов близкие, доверительные отношения (тебе-то я
могу / например / рассказать или я думаю / что достаточно хорошо тебя
знаю и пойму). Выделяется русская коммуникативная установка разговора
по душам между друзьями.
ЦКФ-3. Шутка. В дружеском общении возможны и приветствуются шутки:
А. У меня все Кости чем-то похожи // Все знакомые Кости / вон / ну и у людей
у всех кости похожи / с другой стороны // Ладно / дурацкий каламбур. Однако
здесь присутствует и тактика самоуничижения (Ладно / дурацкий каламбур),
когда коммуникант сам оценил свою шутку как неудачную. Это опять же свидетельствует о близких и дружеских отношениях общающихся.
ЦКФ-5. Об опоздании. Коммуникант Б. указывает коммуниканту А. на нару-
шение норм поведения: Б. Вон некоторые оп / опаздывают на полтора часа /
потом говорят / ну ладно / ладно / всего минут тридцать //
А. Когда я опаздывала на полтора часа? Чё ты брешешь!
Б. (перебивая А.) Ну минут на тридцать / ладно!
А. Когда это было?
Б. (одновременно с А.). Я немножко утрирую //
Однако, чтобы не спровоцировать конфликт, коммуникант Б. использует тактику согласия-примирения (Я немножко утрирую
).
Многие обозначенные выше коммуникативные тактики манифестируются
посредством паралингвистических средств (коммуниканты часто смеются), что
демонстрирует поддержку партнера и разделение мнения и оценок, высказываемых партнером по коммуникации.
В целом коммуникант Б. показывает себя как образцовый собеседник, забо-
тится о комфорте коммуниканта А., позитивно реагирует на все коммуникативные ходы собеседника, обеспечивает тематическую и коммуникативную динамику разговора, работает на целостность и завершенность отдельных фрагментов и всего диалога. Общение происходит в шутливо-флиртовой тональности.
Принцип кооперации становится определяющим. В диалоге преобладают кооперативные тактики, характерные для гармонизирующего общения.
226
Продуктивное лингвистическое изучение разговорной речи, начавшееся
в 60–70-е гг. ХХ столетия, способствовало формированию кардинально нового
взгляда на разговорную речь как особую форму существования национального
языка. Речедеятельностный подход к разговорному тексту базируется на комплексном учете ситуативных, когнитивных, социальных, психолингвистических
факторов речеобразования. Разработка динамического аспекта коллоквиалистики, выявление ведущих типов коммуникативных стратегий и соответствующего
им набора тактик, типологизация речевых поступков способствуют высокой
прагматической значимости исследований, направленных на описание совокупности и последовательности речевых действий, которые позволяют коммуниканту добиваться желаемого результата.
Новые формы общественной жизни России на рубеже ХХ и ХХI вв., изменение
ценностных ориентаций и установок наших современников усилили социальнокультурную значимость устного спонтанного общения. Культурологический анализ разговорного материала позволяет выявлять и описывать жанры повседневной речевой коммуникации в опоре на социально-ролевой расклад в определенной
ситуации и в определенной сфере общения. Осмысление национальных ценностных опор по данным языка, потребность выявления культурных особенностей неформального общения, преломляемых в рамках разных жанров, становятся в настоящее время особенно актуальными. Если коммуникативно-прагматическая
концепция использует понятийное поле социолингвистики, лингвопрагматики,
лингвистики текста как основание технологии анализа без сличения речевого
поведения коммуникантов с национальными эталонами, то культурологический
подход невозможен вне такого сличения.
Предложенный в монографии метод лингвокоммуникативного анализа речевого диалогического взаимодействия направлен на культурологический результат и позволяет описывать ценностное содержание разговорного диалога непосредственно, с учетом представлений о русском речевом идеале. Обширный материал связной устной речи горожан-уральцев разных гендерных, возрастных,
социальных и профессиональных групп, сопровождаемый развернутым комментарием, позволил выделить и обобщенно охарактеризовать некоторые значимые
коммуникативно-ценностные установки, в частности, установки на «другоцентризм», искренность и задушевность, доброжелательность и уважительность,
максимализм и поляризованность оценок, сдержанность и коммуникативное равенство, ответственное отношение к юмору и др. Анализ показал, что аксиологическая реальность неформального русского общения наших дней сохраняет преемственность по отношению к системе норм национального речевого поведения,
сложившейся на базе русского речевого идеала.
Ценностное содержание разговорного диалога
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРАХ
Матвеева Тамара Вячеславовна, доктор филологических наук, профессор
кафедры русского языка и стилистики Пермского государственного национального исследовательского университета.
Шалина Ирина Владимировна, доктор филологических наук, доцент, профессор кафедры русского языка, общего языкознания и речевой коммуникации Уральского федерального университета им. первого Президента России Б. Н. Ельцина.
Вепрева Ирина Трофимовна, доктор филологических наук, профессор кафедры общего языкознания и речевой коммуникации Уральского федерального
университета им. первого Президента России Б. Н. Ельцина.
Данилов Сергей Юрьевич, кандидат филологических наук, доцент кафедры
русского языка, общего языкознания и речевой коммуникации Уральского федерального университета им. первого Президента России Б. Н. Ельцина.
Ицкович Татьяна Викторовна, доктор филологических наук, доцент, профессор кафедры русского языка, общего языкознания и речевой коммуникации Уральского федерального университета им. первого Президента России Б. Н. Ельцина.
Купина Наталия Александровна, доктор филологических наук, профессор
кафедры русского языка, общего языкознания и речевой коммуникации Уральского федерального университета им. первого Президента России Б. Н. Ельцина.
227
Михайлова Ольга Алексеевна, доктор филологических наук, профессор кафедры русского языка, общего языкознания и речевой коммуникации Уральского
федерального университета им. первого Президента России Б. Н. Ельцина.
Михайлова Юлия Николаевна, кандидат филологических наук, доцент, заведующий кафедрой русского языка для иностранных учащихся Уральского федерального университета им. первого Президента России Б. Н. Ельцина.
Петкау Александра Юрьевна, кандидат филологических наук, доцент кафедры издательского дела Уральского федерального университета им. первого Президента России Б. Н. Ельцина.
Пикулева Юлия Борисовна, кандидат филологических наук, доцент кафедры
русского языка, общего языкознания и речевой коммуникации Уральского федерального университета им. первого Президента России Б. Н. Ельцина.
228
Ценностное содержание разговорного диалога
Научное издание
Матвеева Тамара Вячеславовна
Шалина Ирина Владимировна
Вепрева Ирина Трофимовна
Данилов Сергей Юрьевич
Ицкович Татьяна Викторовна
Купина Наталия Александровна
Михайлова Ольга Алексеевна
Михайлова Юлия Николаевна
Петкау Александра Юрьевна
Пикулева Юлия Борисовна
ЦЕННОСТНОЕ СОДЕРЖАНИЕ
РАЗГОВОРНОГО ДИАЛОГА
Ответственная за выпуск Н. А. Юдина
Редактор С. Г. Галинова
Корректор С. Г. Галинова
Компьютерная верстка Г. Б. Гол овин а
Подписано в печать 29.03.21. Формат 70100/16.
Бумага офсетная. Печать офсетная.
Уч.-изд. л. 13,6. Усл. печ. л. 18,38. Тираж 300 экз. Заказ 62.
Издательство Уральского университета
620083, Екатеринбург, ул. Тургенева, 4.
Отпечатано в Издательско-полиграфическом центре УрФУ
620083, Екатеринбург, ул. Тургенева, 4.
Тел.: +7 (343) 358-93-06, 358-93-22
Факс +7 (343) 358-93-06
http://print.urfu.ru
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]