Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Формирование общегосударственной антитеррористической системы. Монография
.pdf
Проблемы формирования общегосударственной антитеррористической... 171
исполнительной власти, принимающих участие в проведении контртеррористических операций на территории Северо-Кавказского региона Российской Федерации, а также взаимодействие со средствами массовой информации». Чиновником, занявшим эту должность,
стал Сергей Ястржембский. Одним из первых утвержденных им
нормативно-правовых актов стали Правила аккредитации представителей средств массовой1 информации при Аппарате помощника
Президента Российской Федерации С. В. Ястржембского.
Правила аккредитации при Аппарате помощника разрешали
журналистам «принимать участие в освещении боевых действий в
Чеченской Республике» только в том случае, если они «включены
в соответствующую группу, формируемую Аппаратом помощника
по согласованию с руководством силовых структур Российской
Федерации и Объединенной группировки войск на Северном
Кавказе». Фото- и видеосъемку в зоне боевых действий, расположений воинских формирований и в гарнизонах журналист мог проводить лишь «под охраной и контролем представителей силовых
структур Российской Федерации». Кроме того, Правила запрещали
аккредитованным представителям СМИ «самостоятельно передвигаться по Чеченской Республике». Таким образом, свобода профессиональной деятельности и, в особенности, свобода передвижения
аккредитованных представителей СМИ по Чечне была серьезно
ограничена. «Что же касается журналистов, не имеющих аккредитации, по смыслу формулировок Правил, они вообще лишены права
находиться на территории Чечни. Что подтверждается и многочисленными случаями задержания военными неаккредитованных журналистов и выдворения их из зоны боевых действий»2. Законны ли
такие требования?
Конституция РФ устанавливает: «Каждый, кто законно находится на территории Российской Федерации, имеет право свободно передвигаться, выбирать место пребывания» (ч. 1 ст. 27). Очевидно, что
1
Правила аккредитации представителей средств массовой информации при Ап парате помощника Президента РФ С. В. Ястржембского // Законодательство и практика средств массовой информации. 2000. Февраль. С. 3.
2
Имеют ли журналисты право работать в Чечне без аккредитации? // Законодательство и практика средств массовой информации. 2000. Февраль. С. 35.
172 Глава 2
запрет журналистам «самостоятельно передвигаться по Чеченской
Республике» грубо нарушает эту конституционную гарантию одного
из основных прав гражданина.
Согласно ст. 56 Конституции РФ такое ограничение возможно «в
условиях чрезвычайного положения для обеспечения безопасности
граждан и защиты конституционного строя», когда «в соответствии
с федеральным конституционным законом могут устанавливаться
отдельные ограничения прав и свобод с указанием пределов и срока их действия». Другое изъятие предусмотрено ст. 55 Конституции:
«Права и свободы гражданина могут быть ограничены федеральным
законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты
основ конституционного строя… прав и законных интересов других
лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства».
Отдельные ограничения на свободу передвижения и выбор места пребывания содержит Федеральный закон «О праве граждан
Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации»1. Он допускает подобные ограничения: в пограничной полосе; в закрытых
военных городках; в закрытых административно-территориальных
образованиях; в зонах экологического бедствия; в случае опасности
распространения инфекционных и массовых неинфекционных заболеваний и отравлений, а также на территориях, где введено чрезвычайное или военное положение.
Следует сразу отметить, что ссылки на ограничения, связанные
с чрезвычайным положением, никакого отношения к чеченскому
конф ликту не имели, поскольку на территории Чеченской Рес публики этот правовой режим введен не был. Остальные поводы для
ограничения права на передвижение, предусмотренные данным
Законом, к ситуации в Чечне также были неприменимы.
Военные, правда, утверждали, что право граждан на свободу передвижения ограничивалось еще и Законом «О борьбе с терроризмом».
Данный Закон предоставлял лицам, проводящим контртеррористи-
1
Федеральный закон РФ от 25 июня 1993 г. № 5242-I «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации» // Ведомости Съезда народных депутатов
и Верховного Совета Российской Федерации. 1993. № 32. Ст.1227.
Проблемы формирования общегосударственной антитеррористической... 173
ческую операцию, чрезвычайно широкие полномочия, включая право «принимать меры по временному ограничению или запрещению
движения транспортных средств и пешеходов на улицах и дорогах…
либо по удалению граждан с отдельных участков местности и объектов» (ч. 1 ст. 13).
Однако точка зрения военных, по мнению которых данная норма
служит достаточным правовым основанием для «удаления» журналистов с территории Чечни, чрезвычайно спорна. На практике ограничение прав журналистов в Чечне производилось через институт
аккредитации, для этих целей совершенно не предназначенный.
По смыслу ст. 48 Закона РФ от 27 декабря 1991 г. № 2124-1
«О средствах массовой информации» институт аккредитации призван способствовать установлению дополнительных возможностей
доступа журналистов к информации. Факт отсутствия аккредитации не может служить основанием для ограничения профессиональных прав журналиста, гарантированных Законом о СМИ, при
отсутствии иных, установленных федеральным законодательством,
ограничений.
Применяемые Правила аккредитации представителей средств
массовой информации при Аппарате помощника президента РФ
С. В. Ястржембского регламентировали не столько правовой режим
аккредитации при государственном органе, сколько условия сбора
информации на территории одного из субъектов Федерации (см. п. 1
и разд. III). Причем предлагаемые Правилами условия деятельности
журналистов существенно ухудшались по сравнению с гарантированными законом.
Исходя из положений ст. 48 Закона о СМИ, объектом деятельности журналиста, аккредитованного при конкретной организации,
является информация о ходе проводимых ею заседаний, совещаний
и других мероприятий, но никак не вся информация обо всем происходящем на территории целого субъекта Федерации (см. ч. 3, 4 ст. 48
Закона о СМИ).
Представители государства неоднократно допускали по отношению к журналистам, не имеющим требуемой Правилами аккредитации, действия по пресечению их профессиональной деятельности по
сбору информации на территории Чечни. Более того, согласно п. 13
174 Глава 2
Правил, журналистам запрещалось самостоятельно передвигаться
по Чеченской Республике и брать интервью у военнослужащих без
разрешения представителей пресс-центров и силовых структур РФ
даже при наличии у них аккредитации. Таким образом, можно говорить о нарушении права журналистов, гарантированные ч. 1 ст. 27,
ч. 4 и 5 ст. 29, ч. 3 ст. 55, ч. 1 ст. 56 Конституции РФ, ст. 1, 38, 47, 48
Закона РФ «О средствах массовой информации».
Правила противоречили не только многим нормам законодательства России, но и самим себе. Например, в их преамбуле говорилось,
что целью аккредитации является «полное и объективное освещение
проводимой российскими силовыми структурами контртеррористической операции в Чеченской Республике». Однако очевидно,
что силовые ведомства, воевавшие с сепаратистами, — это заведомо
заинтересованная сторона. Возможность одной из сторон в вооруженном конфликте возить журналистов по заранее определенному
ею маршруту, запрет вести съемку и брать интервью иначе как «под
охраной» представителей этой стороны никак не могли способствовать «полному и объективному освещению» такого конфликта.
Рассматривая Закон «О борьбе с терроризмом» применительно к
ситуации освещения событий в Чечне, видно, что он не предусматривал введения цензуры, ограничения профессиональных прав журналистов, обязательной аккредитации. Напротив, были в нем — и это
вполне разумно — требования минимальной огласки «технических
приемов и тактики проведения контртеррористических операций, а
также состава участников этих операций».
Непосредственно журналистов касался лишь п. 2 ст. 13 данного
Закона: «В зоне проведения контртеррористической операции деятельность работников средств массовой информации регулируется
руководителем оперативного штаба по управлению контртеррористической операцией, если иное не предусмотрено федеральным законом». А федеральным законом, т. е. законом о СМИ, в ст. 47 преду смотрены профессиональные правила журналистов, работающих
в «горячих точках». Согласно этим правилам журналист имеет право
«искать, запрашивать, получать и распространять информацию…
производить записи, в том числе с использованием средств аудиои видеотехники, кино- и фотосъемки… посещать специально охра-
Проблемы формирования общегосударственной антитеррористической... 175
няемые места стихийных бедствий, аварий и катастроф, массовых
беспорядков и массовых скоплений граждан, а также местности, в
которых объявлено чрезвычайное положение, излагать свои личные
суждения и оценки…»
По мысли законодателя (ст. 15 Закона «О борьбе с терроризмом»), не журналист, а именно руководитель оперативного штаба
должен был определять форму и объем информирования общественности о террористической акции. При этом он (а не журналист)
должен был пресекать распространение информации, «способной
затруднить проведение контртеррористической операции и создать
угрозу жизни и здоровью людей… служащей пропаганде или оправданию терроризма и экстремизма… о членах оперативного штаба».
«Ограничиваются ли тем самым права журналиста на получение
информации? Отчасти да, поскольку руководитель оперативного
штаба не вправе — даже если захочет — предоставить представителю
СМИ указанную информацию. Вправе ли журналист искать другие
источники информации? Вправе, поскольку никакого запрета на поиск информации данным законом не установлено»1.
После кризиса с заложниками в театральном центре на Дубровке
в городе Москве 23—26 октября 2002 г. Парламентом была предпринята попытка более жестко регламентировать деятельность журналистов при освещении ими терактов или контртеррористических операций путем внесения поправок в Законы «О борьбе с терроризмом»
и «О СМИ». Законодатель решил пойти на подобный шаг из-за негативной роли СМИ в этой экстремальной ситуации. Практически все
каналы при освещении теракта старались ограничить выпускаемую в
эфир информацию. К сожалению, делать они это начали не сразу, чем
поставили под угрозу срыва операцию по освобождению заложников.
Так, в прямом включении с места событий корреспондент Первого канала общался с продюсером мюзикла «Норд-Ост» А. Цекало, который
рассказал, что только что нарисовал сотрудникам спецслужб подробный план помещений Дома культуры и предположил, что вскоре начнется штурм здания. Почти сразу же ведущая выпуска сообщила, что,
по поступившей информации, террористы и заложники смотрят теле-
1
Федотов М. А. Указ. соч. С. 198.
176 Глава 2
визор. Узнав о завершении операции по освобождению заложников,
генеральный директор Первого канала К. Эрнст в интервью признался, что после трансляции заявления А. Цекало руководство канала
приняло решение ввести «очень жесткую самоцензуру»1.
Неэтичной была съемка последствий штурма. В день завершения операции, да и несколько последующих дней, телеканалы снова
и снова транслировали трупы террористов, показывали автобусы,
заполненные жертвами операции по освобождению заложников.
В оправдание телеканалов можно сказать только то, что съемка последствий штурма была распространена Центром общественных
связей ФСБ.
Министр печати М. Лесин, анализируя трагические события,
отметил: «В истории с захватом на Дубровке некоторые журналисты продемонстрировали абсолютный пофигизм по отношению
к людям»2. В итоге руководители ведущих СМИ страны после теракта признали, что «некоторые действия журналистов и средств
массовой информации во время последнего теракта в Москве были
неверными»3.
Законопроект о внесении поправок в Законы «О борьбе с терроризмом» и «О СМИ» был принят Государственной Думой 1 ноября 2002 г. и одобрен Советом Федерации 13 ноября 2002 г. Данный
законопроект «предполагал внести изменения в ст. 4 Закона РФ
“О средствах массовой информации”. В этой статье содержится запрет на злоупотребление свободой массовой информации. В соответствии со ст. 16 того же Закона нарушение редакцией требований ст. 4
являются основанием для вынесения предупреждения со стороны
Минпечати, а также прекращения судом деятельности СМИ. В изложенной в законопроекте новой редакции статьи в понятие «злоупотребление свободой массовой информации» включено использование СМИ «для пропаганды или оправдания экстремизма». Помимо
самих СМИ, запрет распространен, по терминологии законопроекта,
и на «компьютерные сети информации».
1
Терроризм должен быть этичен // Коммерсант. 2002. № 200.
2
Журналистов готовят к новым терактам // Коммерсант. 2002. № 203.
3
Обращение представителей российского журналистского сообщества к президен-
ту РФ от 20.11.2002 г. // http://www.smi.rusmedia.ru/index
Проблемы формирования общегосударственной антитеррористической... 177
Изменения, вносимые законопроектом в Федеральный закон
«О борьбе с терроризмом», конкретизировали ограничение распространения информации, имеющей значение для проведения контртеррористических операций. К такой информации относились сведения,
раскрывающие специальные технические приемы и тактику проведения контртеррористической операции, а также сведения, распространение которых способно затруднить проведение контртеррористической операции и создать угрозу жизни и здоровью людей,
оказавшихся в зоне проведения контртеррористической операции
или находящихся за пределами указанной зоны. Иными словами,
законопроектом установлен абсолютный запрет на распространение
указанной информации любыми способами, в том числе, как особо
оговорено законопроектом, и через СМИ1.
Данные поправки вызвали критику со стороны как правозащитников, так и представителей СМИ. Генеральный секретарь Союза
журналистов России И. Яковенко говорил о том, что принятые
Госдумой и Советом Федерации поправки к Закону о СМИ означают
возврат к цензуре. Во-первых, поправки сформулированы таким образом, что контролирующие органы получают простор для их интерпретации. Во-вторых, ответственность за разглашение сведений, раскрывающих деятельность спецслужб, возлагается на журналистов.
«Это переворот в законодательстве. На самом деле, ответственность
за сохранность секретных сведений возлагается на самих секретоносителей, а журналисты не должны получать допуск, т. е. законодатель неправильно определил субъект ответственности», — заявил
И..Яковенко в эфире радиостанции «Эхо Москвы»2.
20 ноября 2002 г. руководители ведущих российских СМИ обратились к Президенту РФ Владимиру Путину с просьбой не подписывать поправки к закону о СМИ, принятые Госдумой и одобренные
Советом Федерации. В письме было сказано, что «в журналистском
обществе уже начался процесс самоорганизации, выработки новых
цеховых правил и этических норм, регулирующих действия журналистов в чрезвычайных ситуациях»3.
1
Как бороться с пропагандой терроризма? В чем суть поправок? // Законода тель-
ство и практика масс-медиа. 2002. Ноябрь. С. 26.
2
Новости Интерфакса о праве СМИ // Законодательство и практика масс-медиа.
2002. Ноябрь. С. 32.
3
Там же.
178 Глава 2
25 ноября 2002 г. Президент России отклонил законопроект и
предложил создать согласительную комиссию, которая должна подготовить поправки или разработать Закон о СМИ в новой редакции.
В данную комиссию вошли не только парламентарии, но и представители журналистского цеха. Президент одобрил решение журналистов, которые стремятся сами разработать правила поведения СМИ
при освещении терактов или контртеррористических операций.
Законодательная регламентация вопросов освещения средствами массовой информации террористической деятельности и мер
борьбы с терроризмом актуальна и, безусловно, полезна. Но все же
«основным критерием определения журналистом собственной линии поведения в этом деле должны стать не нормативные акты, а
его совесть, высокие нравственные качества, гражданская позиция,
чувство ответственности перед обществом, которые дано воспитать в себе и продемонстрировать окружающим далеко не каждому
предста вителю современной российской интеллигенции, тем более
что условия, в которых мы сегодня существуем, зачастую культивируют прямо противоположные человеческие качества. Поэтому и
верх берет сплошь и рядом не профессиональная этика и гражданственность, а стремление “обойти конкурентов”, поднять рейтинг издания, сорвать гонорар»1.
Мнение о том, что журналисты самостоятельно должны разработать корпоративные правила освещения терактов, поддерживает
ряд правозащитников2. М. А. Федотов считает, что «для мирового
интеллектуального сообщества ясно, что определение руководящих
принципов в отношении норм журналисткой деятельности является
делом профессиональных работников СМИ. Любые попытки установить деонтологические нормы и руководящие принципы должны
исходить от самих журналистов»3.
1
Петрищев В. Е. Указ. соч. С. 114.
2
Данную позицию в своих докладах и выступлениях отстаивает докт. юрид. наук,
профессор, заслуженный юрист РФ М. А. Федотов. Он является одним из разработчиков Закона «О СМИ», который считают самым либеральным законом минувшего
десятилетия; а также это мнение поддерживается В. Н. Монаховым и другими учеными, занимающимися проблемами средств массовой информации.
3
Федотов М. А. Указ. соч. С. 196.
Проблемы формирования общегосударственной антитеррористической... 179
В большинстве европейских телекомпаний существуют внутри корпоративные кодексы, предусматривающие ограничения при
освещении терактов. Международное информационное агентство
Reuters в специальном пособии предписывает своим сотрудникам
избегать слова «террорист» в текстовых и видеоматериалах, а также
в подписях к фотографиям. «Назовем ли мы терроризмом нападение повстанцев на автобус или бомбежку деревни правительственной авиацией?» — написано в пояснениях к специальному словарю
для журналистов агентства. «Воздерживайтесь от всех суждений и
используйте нейтральную терминологию. Говорите о терроризме вообще, однако не называйте конкретную группу террористической,
за исключением случаев, когда это прямая цитата»,— указано в инструкциях. В качестве замены слова «террорист» Reuters предлагает использовать «более общие» или «более конкретные термины»:
«боевики» (guerrillas), «бомбисты» (bombers), «вооруженные люди»
(gunmen). Правда, взрыв в Оклахома-Сити и разрушение зданий
Всемирного торгового центра в Нью-Йорке были названы в первых
сообщения агентства террористическими актами. Но вскоре журналисты Reuters отказались от этой терминологии, чтобы быть последовательными. Так, лиц, захвативших 11 сентября 2001 г. четыре
пассажирских самолета в США, называют «угонщики» (hijackers).
Свод инструкций агентства предусматривает также обращение в
правоохранительные органы в тех случаях, когда Reuters получает
письменные заявления, фото- или видеоматериалы от лиц или организаций, удерживающих заложников. Иных специальных правил
освещения терактов в Reuters нет. В каждом конкретном случае решение принимается ответственными сотрудниками. В ноябре 2001 г.
британская корпорация ВВС также публично отказалась от употребления слова «терроризм». По заявлению руководства ВВС слово
«терроризм» является субъективным, а его употребление вредит
имиджу корпорации, претендующей на объективное освещение событий. Американская телекомпания CNN, напротив, заявила, что не
собирается поддерживать ВВС и Reuters и намерена и впредь употреблять слово «терроризм».
В России журналистские объединения на основе собственного
опыта, а также опыта зарубежных коллег не раз создавали профес-
180 Глава 2
сиональные этические кодексы. Идея создания подобных документов возникла в тот момент, когда журналисты осознали, что они работают в очень деликатной сфере, которая не может в полной мере
регулироваться законодательством1.
Так, Конгресс журналистов России, собравшийся в Москве
23 июня 1994 г., принял Кодекс профессиональной этики российского журналиста. Кодекс призывает журналиста осознавать «опасность
ограничения, преследования и насилия, которые могут быть спровоцированы его деятельностью». Выполняя свои профессиональные
обязанности, журналист должен противодействовать «экстремизму
и ограничению гражданских прав по любым признакам, включая
признаки пола, расы, языка, религии, политических или иных взглядов, равно как социального и национального происхождения»2.
Общество профессиональных журналистов в 1996 г. приняло
Кодекс этических норм. Кодекс обязывает журналистов «проявлять
внимание к тем, кому может быть нанесен ущерб в результате репортажа; быть особенно чутким при сборе информации или публикации
интервью и фотографий к тем, кого непосредственно затронули трагедия или горе; отдавать себе отчет в том, что сбор и публикация информации могут нанести вред и причинить боль; поиск новостей —
не основание для вседозволенности»3.
27 апреля 1999 г. российские телерадиовещатели приняли «Хартию телерадиовещателей» — свод этических правил в сфере вещания. Журналисты согласились, что «результат исполнения профессионального долга зависит не только от совершенства законодатель-
1
Например, идет информационный репортаж, в котором показываются кадры с
места катастрофы или с места происшествия. Зачастую при этих съемках оператор
крупным планом снимает только что погибших людей, иногда тяжело раненых людей, людей, которые умирают. Кто вправе судить, что еще можно показать, а что уже
нельзя? Где надо остановить фокус камеры, насколько ее можно приблизить, а насколько ее лучше не приближать? Таких вопросов очень много. Невозможно создать
какой-либо государственный орган или корпоративный орган, который бы говорил:
«Вот это точно можно, а вот этого уже нельзя». Это нравственная проблема журналистов, которые, договорившись, могут взять на себя соблюдение неких добровольно принятых норм.
2
Лазутина Г. В. Профессиональная этика журналиста. Учебное пособие. М., 2006.
С. 215.
3
Там же. С. 210.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]