Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Формирование общегосударственной антитеррористической системы. Монография
.pdf
Проблемы формирования общегосударственной антитеррористической... 161
это зрелище, а зрелище — стихия СМИ, либо прямое обращение к ним
с требованием довести до общественности цели и требования субъектов террористической деятельности. И в том, и в другом случае через телевидение, радио, печатные издания террористы обращаются к
представителям органов власти и широкой общественности для разъяснения своих задач, пропаганды идеологии, а в некоторых случаях —
и для получения поддержки своих нелегитимных, преступных действий со стороны отдельных социальных групп и слоев населения.
Среди террологов распространено мнение, что само освещение
средствами массовой информации террористических акций является неотъемлемым элементом последних. Так, А. Евдокимов считает, «что многие теракты вообще бы не планировались, если бы не
было телевидения»1. В. Е. Петрищев говорит, что «если пресса перестанет передавать информацию о террористических акциях, они
просто потеряют свой смысл»2. Выступая с докладом в Конгрессе
США, американский ученый Ф. Хакер заявил, «если бы удалось
прекратить скрытую “рекламу” терроризма в СМИ, то этим самым
мы сумели бы ликвидировать 75% национального и международного
терроризма»3.
Приходится констатировать, что при планировании и совершении политически мотивированных террористических акций субъекты их подготовки и осуществления одной из своих целей ставят
прорыв к широкой общественной аудитории. И действительно, без
информационного обеспечения СМИ современный терроризм невозможен, ведь одна из целей террористов — запугивание. Как отмечает Ю. Трифонов, «терроризм выродился в мировое шоу»4. Самый
яркий пример сказанного — кадры, демонстрирующие разрушение
Всемирного торгового центра в Нью-Йорке, многократно транслировавшиеся по всему миру. Лучшей пропаганды терроризма и более
эффективного способа устрашения людей в планетарном масштабе
придумать невозможно.
1
Евдокимов А. Есть вещи поважнее свободы печати // Защита и безопасность. № 4
(19). 2001. С. 23.
2
Петрищев В. Е. Указ. соч. С. 109.
3
Освещение борьбы с терроризмом в СМИ // Независимая газета. 1999. 27 марта.
4
Трифонов Ю. Собрание сочинений в 4 томах. Т. IV. М., 1987. С. 154.
162 Глава 2
Перенасыщенность СМИ информацией радикально-эмо цио нального плана служит фоном для деятельности террористических организаций. «Истерия, которая часто сопровождает то или иное событие, может, в свою очередь, привести (и приводит) к более глубоким
последствиям катастрофы. Это — важный психологический фактор,
который терроризм охотно держит на вооружении»1. По сведениям
Российской академии медицинских наук, «около 70% российских
граждан, уделяющих в день не менее 2 часов просмотру телевизора,
испытывают постоянное чувство страха, тревоги и склонны без всяких на то видимых внешних причин к депрессии». Медики не сомневаются, что эти психологические отклонения вызваны не личными жизненными неурядицами, а потоком негативной информации,
на который делает акцент большинство отечественных телеканалов.
«А при появлении информации об очередном теракте очень многие
наши граждане переживают такой шок, которого не испытывают
даже непосредственные участники этих трагических событий»2.
В этой ситуации журналисты, освещающие подобного рода эксцессы, становятся не просто рассказчиками, но и активными участниками событий, нравится им это или нет. А раз так, то и оценка деятельности журналистов должна основываться на направленности их
действий в процессе возникновения, развития, локализации, пресечения террористического проявления, ликвидации его последствий.
Специфика темы терроризма такова, что она неизменно ставит СМИ перед нравственно-правовым выбором, а власти — перед
политико-правовым. От журналиста зависит, какую он избирает для
себя роль: объективного стороннего наблюдателя, проповедника толерантности и диалога или «народного трибуна», спекулирующего
на мифах и реальных чувствах. От властей зависит, смогут ли они
отделить семена беспокойства и серьезной критики от плевел «коллективного пропагандиста, агитатора и организатора», остаться в
рамках демократических процедур, пресекая разжигание вражды и
1
Мухин А. Средства массовой информации как инструмент в борьбе с террориз-
мом. Конференция Антитеррористической комиссии // Законодательство и практика масс-медиа. 2001. Март. № 3. С. 42.
2
Владимиров Д. Шок с перерывом на рекламу. Наше телевидение окончательно
вогнало граждан в состояние психоза // Российская газета. 2006. 9 ноября.
Проблемы формирования общегосударственной антитеррористической... 163
розни, удержаться от введения цензуры1. Журналист, описывающий
или показывающий хронологию развития драматического события,
порой незаметно для самого себя может переступить через тонкую,
почти неразличимую черту и превратиться из обыкновенного источника информации в соучастника. Созвучно с этими предостережениями и мнение российского военного аналитика В. Васильева,
считающего, что «сообщение об инциденте должно быть кратким и
сухим. О реальных трагических последствиях произошедшего достаточно знать соответствующим органам, близким и родственникам»2.
Освещение средствами массовой информации террористических
акций зачастую сопряжено и с другими негативными, а порой и необратимыми драматическими последствиями, даже если речь при этом
не идет о пропаганде целей и идей терроризма. Особенно актуально
это обстоятельство для актов терроризма, сопряженных с захватом
заложников. Учитывая, что всевозможные устройства по приему
теле- и радиосигналов сегодня широко распространены и весьма доступны, необходимо постоянно иметь в виду возможный контроль за
эфиром со стороны террористов, удерживающих заложников. В этой
ситуации ни в коем случае нельзя транслировать информацию, которая способствовала бы укреплению позиций террористов, затрудняла бы действия сотрудников контртеррористических подразделений, а тем более — прямо или косвенно создавала бы дополнительные угрозы жизни и здоровью заложников. К сожалению, подобные
факты имели место неоднократно.
Так, «во время захвата в 1977 г. лайнера западногерманской
авиакомпании “Люфтганза”, следовавшего в Магадишо, находившиеся на борту террористы из радиорепортажа узнали, что экипаж
передает информацию об обстановке в самолете наземным службам. После этого один из пилотов, Юрген Буман, был расстрелян
3
террористами»
. Аналогичная ситуация произошла в 1990 г., когда
«в колледже в Беркли (штат Каролина, США) было захвачено 33 заложника. Террорист по телевизору наблюдал все действия полиции.
Сообщение же репортера о приближающемся начале штурмовой опе-
1
Федотов М. А. Указ. соч. С. 196.
2
Васильев В. Указ. соч. С. 180.
3
Петрищев В. Е. Указ. соч. С. 111.
164 Глава 2
рации вызвало заявление террориста о немедленном расстреле одного из заложников»1. Список подобных примеров можно продолжить.
СМИ способны не только затруднять проведение специальных
контртеррористических операций или косвенно пропагандировать
идеи терроризма, но и служить источником информации о тактике
подготовки и наиболее эффективных формах и методах реализации
террористических актов. Так, «после подробного описания в СМИ
тактики убийства в феврале 1986 г. шведского премьер-министра
У. Пальме точно по такому же сценарию был застрелен и директор
банка З. Марби»2.
В общественном сознании присутствует идея, что именно СМИ
во многом виноваты в романтизации террора и утверждения культа
насилия. Так, Р. Кларк в своей статье «Технологический терроризм»3
отмечает, что выходят специальные фильмы, посвященные убийствам, например «Хенесси» или «День шакала». По словам кинокритика «Нью-Йорк таймс», «потенциальные убийцы могут извлечь из
этих фильмов много новых для себя идей»4.
Надо признать, что в прессе в последнее время часто можно встретить подробные описания подготовки и осуществления противоправных деяний. Журнал «Ньюс дей» в статье «Новый американский
путь терроризма»5 отмечает, что большинство библиотек США имеет у себя подборку книг по терроризму, среди которых самой популярной является «Кухонная книга анархиста»6 некоего У. Портера7.
В данной книге не только приведены описания, но и представлены
чертежи самодельных взрывных устройств, мин-ловушек, даются рецепты приготовления взрывчатых и отравляющих веществ.
«Старается не отставать и художественная литература. Ф..Форсайт
объясняет, как сделать бомбу из материалов, которые можно купить
в любом торговом центре, и взорвать любой автомобиль. А. Хейли в
1
Устинов В. В. Указ. соч. С. 165.
2
Там же.
3
Clark R. C. H. Technol logical terrorism. Old Greenwiht: Davin-Adair co. 1980.
XVIII. Р. 216.
4
Ibid.
5
The new American way of terrorism // Neweday. Garden-City. 1976. 28 Febr.
6
Данная книга нашла своего читателя и в России.
7
Porter W. The anarchist cook book. N. Y., 1976. Р. 130.
Проблемы формирования общегосударственной антитеррористической... 165
своем романе “Перегрузка”, герой которого борется с электрической
компанией, дает подробное руководство по совершению диверсий на
электростанциях. Дж. Миллс приводит уже руководство по изготовлению атомной бомбы на дому»1. Предполагается, что все это должно «развлечь» читателей и принести доход авторам.
Если же к этому добавить засилье на телевизионных каналах
дешевых иностранных поделок, пропагандирующих культ жестокости и насилия, массированные попытки со стороны западных держав и заинтересованных финансово-политических структур внутри
Российской Федерации вестернизировать мировоззрение, идеологию, политические симпатии россиян, приходится констатировать,
что обстановка в этой сфере складывается весьма тревожная. К. Келли
в своей статье «Телевидение — вооруженное и опасное»2 пишет, что
реклама, которую телевидение создает преступникам, порождает
цепную реакцию преступлений. «Последние годы в России СМИ навязывают обществу, прежде всего молодежи, неверие в законность
и правопорядок. Данные действия далеко не безобидны, а разрушительные последствия в значительной степени непредсказуемы»3, —
отмечает А. Евдокимов.
Что же можно и нужно предпринять сегодня для того, чтобы предотвратить ситуации, в которых СМИ вольно или невольно становятся «подельниками» террористов?
Широкое распространение, в первую очередь, среди сотрудников
спецслужб и правоохранительных органов получило мнение о необходимости законодательного ограничения прав журналистов на получение и распространение информации о террористической и антитеррористической деятельности, а также ужесточения их ответственности в случаях нарушения установленных правил. Необходимо с
пониманием относиться к такого рода позиции: ведь ценой журналистской свободы могут стать человеческие жизни. «Когда поставлено под угрозу основное право человека — право на жизнь — другие
1
Clark R. C. H. Op. cit. Р. 217.
2
Kelly C. Television is armed and dangerous // TV guide. Radnor. 1976. 3 March.
3
Евдокимов А. Средства массовой информации в противодействии терроризму //
Защита и безопасность. 2001. № 4 (19). С. 24.
166 Глава 2
права теряют смысл»1. Поэтому во многих западных странах приняты законы и иные нормативные акты, достаточно жестко регулирующие порядок освещения событий в нестандартных, кризисных, чрезвычайных ситуациях. Например, «Министерством обороны США
14 января 1991 г. были приняты “Основные правила и руководство
для СМИ”, где журналистам запрещалось разглашение информации, способной поставить под угрозу жизнь людей»2. «Согласно
этим правилам, журналисты должны перед выходом в эфир принять
решение — является ли информация настолько важной, что можно
пойти на риск возможного вреда для заложников. Журналистам не
рекомендуется передавать сведения, отличающиеся от предоставленных переговорщиками. Репортерам также не следует разглашать
данные о перемещениях служб безопасности, показывать позиции и
действия групп захвата. Средствам массовой информации рекомендуется не разглашать требования террористов, исключение из этого
правила может быть сделано только по специальной просьбе переговорщиков. Не рекомендуется также сообщать о прибытии на место
происшествия высокого начальства, иначе переговорщики более низкого уровня могут утратить уже достигнутые позиции. Журналистов
просят избегать описаний настроения бандитов, не рассказывать об
их прошлом, поскольку это может вызвать у преступников непредсказуемую эмоциональную реакцию»3. Поскольку рекомендации
носят необязательный характер, интервью с террористами неоднократно появлялись во многих американских СМИ. Наказания за
подобные интервью не понесла ни одна из газет или телекомпаний.
Надежной правовой защитой для них послужила Первая поправка к
Конституции Соединенных Штатов.
В Великобритании правительство пошло на ограничения прав
прессы с целью воспрепятствовать распространению взглядов североирландских террористов и их сторонников. МВД издало Памятную
записку, которая запрещает прямое выражение поддержки ряду военизированных организаций, включая ИРА, ИНЛА, Шинн Фейн.
«Представители этих организаций не могут выступать в СМИ, даже
1
Clark R. C. H. Op. cit. Р. 218.
2
Петрищев В. Е. Указ. соч. С.112.
3
Ограничения журналистов // Коммерсант. Власть. 2002. 17 ноября.
Проблемы формирования общегосударственной антитеррористической... 167
если выступление не касается вопросов насилия. Выступления экстремистов могут быть показаны по телевидению, однако то, что они
говорят, должно пересказываться закадровым голосом репортера
или ведущего либо приводиться в титрах»1.
В законодательстве Российской Федерации имеются нормы, которые, будучи прочитаны через призму противодействия террористической угрозе, ставят определенные барьеры для журналистов в
сфере получения и распространения информации. Так, ст. 4 Закона
Российской Федерации «О средствах массовой информации»2 запрещает «использование СМИ в целях совершения уголовно наказуемых деяний, для разглашения сведений, составляющих государственную или иную специально охраняемую законом тайну, для призыва к
захвату власти, насильственному изменению конституцион ного строя
и целостности государства, разжигания национальной, классовой,
социальной, религиозной нетерпимости или розни, для пропаганды
войны». Следует подчеркнуть, что эти запреты не являются рекомендательными и корреспондируют конкретным статьям Особенной части УК РФ: ст. 205 (Террористический акт), ст. 207 (Заведомо ложное
сообщение об акте терроризма), ст. 280 (Публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности), ст. 282 (Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства),
ст. 283 (Разглашение государственной тайны) и др.
Попытки вводить ограничения на освещение событий на территории Чеченской Республики предпринимались как во время
первой, так и во время второй военной кампании. Так, постановлением Правительства РФ от 9 декабря 1994 г. № 1360 «Об обеспечении государственной безопасности и территориальной целостности
РФ, законности, прав и свобод граждан, разоружения незаконных
вооруженных формирований на территории Чеченской Республики
и прилегающих к ней регионов Северного Кавказа»3. Временному
1
Там же.
2
Федеральный закон РФ от 27 декабря 1991 г. № 2124-1 «О средствах массовой
информации» // Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и
Верховного Совета Российской Федерации. 1992. № 7. Ст. 300.
3
Постановление Правительства РФ от 9.12.1994 г. № 1360 «Об обеспечении государственной безопасности и территориальной целостности РФ, законности, прав и
свобод граждан, разоружения незаконных вооруженных формирований на террито-
168 Глава 2
информационному центру при Роскомпечати предписывалось немедленно лишать аккредитации журналистов, работающих в зоне
вооруженного конфликта, за передачу недостоверной информации,
пропаганду национальной или религиозной неприязни.
Данное постановление было Конституционным Судом РФ признано неконституционным. В частности, Конституционный Суд РФ
постановил, что «в соответствии с частью пятой ст. 48 Закона РФ от
27 декабря 1991 г. “О средствах массовой информации” журналист
может быть лишен аккредитации, если им или редакцией нарушены установленные правила аккредитации либо распространены не
соответствующие действительности сведения, порочащие честь и
дос тоинство организации, аккредитировавшей журналиста, что подтверждено вступившим в законную силу решением суда. Таким образом, абзац второй пункта 6 рассматриваемого постановления вводит
новые основания и порядок лишения журналистов аккредитации, не
предусмотренные законом. Это противоречит статье 29 (части 4 и 5),
закрепляющей право на свободу информации, статье 46, гарантирующей судебную защиту прав и свобод, а также статье 55 (часть 3)
Конституции Российской Федерации»1.
В дальнейшем также предпринимались попытки ограничить
свободу информационного обмена в ситуациях, связанных с террористическими проявлениями. На наш взгляд, неудачей стал Указ
Президента РФ № 338 от 7 марта 1996 г. «О мерах по усилению борь-
рии Чеченской Республики и прилегающих к ней регионов Северного Кавказа» //
Собрание законодательства Российской Федерации. 1994. 12 декабря. Ст. 3454.
1
Постановление Конституционного Суда РФ от 31.07.1995 г. № 10-П «По делу о
проверке конституционности Указа Президента РФ от 30.11.1994 г. № 2137 “О мероприятиях по восстановлению конституционной законности и правопорядка на
территории Чеченской Республики“, Указа Президента РФ от 9.12.1994 г. № 2166
“О мерах по пресечению деятельности незаконных вооруженных формирований на
территории Чеченской Республики и в зоне осетино-ингушского конфликта”, постановления Правительства РФ от 9.12.1994 г. № 1360 “Об обеспечении государственной безопасности и территориальной целостности РФ, законности, прав и свобод граждан, разоружения незаконных вооруженных формирований на территории
Чеченской Республики и прилегающих к ней регионов Северного Кавказа”, Указа
Президента РФ от 2.11.1993 г. № 1833 “Об Основных положениях военной доктрины РФ”» // Собрание актов Президента и Правительства Российской Федерации.
1995. № 33. Ст. 3424.
Проблемы формирования общегосударственной антитеррористической... 169
бы с терроризмом»1. В ст. 5 этого Указа Генеральной прокуратуре РФ
рекомендовалось «усилить надзор за исполнением законодательства
РФ при освещении средствами массовой информации событий, связанных с терроризмом»2. Казуистичность данной установки нам видится в том, что в марте 1996 г. порядок освещения в СМИ упомянутых в указе ситуаций отечественным законодательством никак не
регламентировался.
С самого начала второй чеченской кампании журналисты стали
испытывать серьезные проблемы с поиском и получением объективной информации о положении дел в зоне вооруженного конфликта.
Государственная Дума предприняла попытку ограничить свободу
выражения мнений в своем постановлении от 15 сентября 1999 г.
№ 4293-II «О ситуации в Республике Дагестан, первоочередных
мерах по обеспечению национальной безопасности РФ и борьбе с
терроризмом»3. На пленарном заседании Государственной Думы, в
ходе обсуждения проекта постановления, депутатами было предложено фактически ввести цензуру в СМИ и установить мораторий
на информационные сообщения из зоны боевых действий о незаконных вооруженных формированиях. Также депутаты требовали
выделить на федеральных каналах ежедневно час для того, чтобы
представители силовых структур информировали население о ходе
войсковых операций и борьбы с террористами. Однако в конечной
редакции, принятой Государственной Думой, Правительству РФ
поручалось:
— «…принять все необходимые меры по недопущению выступлений в средствах массовой информации представителей незаконных
вооруженных формирований, а также по недопущению пропаганды
войны, призывов к нарушению территориальной целостности РФ,
разжиганию национальной и социальной розни. Несоблюдение
этих требований, установленных Законом РФ “О средствах массо-
1
Указ Президента РФ № 338 от 7.03.1996 г. «О мерах по усилению борьбы с терро-
ризмом» // Российская газета. 1996. 9 марта.
2
Данная ситуация была впервые законодательно урегулирована ФЗ «О борьбе с
терроризмом» от 25 июля 1998 г.
3
Постановление Государственной Думы от 15.09.1999 г. № 4293-II «О ситуации в
Республике Дагестан, первоочередных мерах по обеспечению национальной безопасности РФ и борьбе с терроризмом» // Российская газета. 1999. 10 октября.
170 Глава 2
вой информации”, надо рассматривать как грубое нарушение лицензионных условий, влекущее применение предусмотренных законодательством санкций вплоть до аннулирования лицензии на
вещание;
— установить на государственном телевидении фиксированное
время (не менее одного часа в сутки) для выступления представителей органов государственной власти с официальной информацией о
событиях в Дагестане…»
Помимо ограничений, связанных с распространением информации о «чеченской кампании», исполнительная власть предприняла
меры по дозированию и ограничению возможностей журналистов в
получении такой информации. Так, в октябре 1999 г. распоряжением Правительства РФ при непосредственном участии практически
всех силовых ведомств был образован Российский информационный центр1. Росинформцентр стал для средств массовой информации основным источником информации — информации, фактически
отбираемой и дозируемой военными и чиновниками2.
Дальнейшим шагом исполнительной власти, направленным на
регулирование и направление в нужное ей русло информационных
потоков, было издание исполняющим обязанности президента РФ
В. В. Путиным Указа от 20 января 2000 г. № 82 «О помощнике президента РФ и обеспечении его деятельности»3, учреждающего должность помощника президента, в функции которого входит «координация информационно-аналитической работы федеральных органов
1
Распоряжение Правительства РФ от 01.10.99 г. № 1538-Р «Об образовании российского информационного центра» // Собрание законодательства Российской
Федерации. 1999. № 41. Ст. 4970.
2
В соответствии с распоряжением для обеспечения деятельности Росинформцентра была создана межведомственная группа из представителей чрезвычайно обширного перечня министерств и ведомств: Министерство внутренних дел
РФ, Министерство обороны РФ, Государственного таможенного комитета РФ,
Министерства иностранных дел РФ, Министерства юстиции РФ, Министерства
РФ по делам национальностей, Министерства РФ по чрезвычайным ситуациям,
Федеральной службы безопасности, Федеральной службы налоговой полиции,
Федеральной пограничной службы и Всероссийской государственной телерадиовещательной компании.
3
Указ Президента РФ от 20 января 2000 г. № 82 «О помощнике президента РФ и
обеспечении его деятельности» // Собрание законодательства РФ. 2000. 24 января.
Ст. 370 (данный Указ утратил силу, принятием нового указа от 17.03.2001 г. № 299.)
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]