Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Феноменология музыкального опыта. Монография
.pdf
человек в замешательстве ожидает невероятных эмоций,
осознания величия этого полотна, т.е. того, что Гуссерль называет исполнением смысла или интенцией осуществления
значения. Но ничего подобного зачастую не происходит. Перед зрителем просто картина, такая же, как и многие другие; пустые интенции не наполнились, интенция значения
не осуществилась. Это означает, что ценностная модификация далеко не всегда «запускается» сознательно, в отличие
от теоретических модификаций суждения. Но это также значит, что мы стоим перед проблемой двойственности в отношении дескрипции эстетических интенций. Как следует их
интерпретировать – как модификации акта или как осуществление эстетического значения?
Итак, модальные проекции сознания выстраивают бесконечную перспективу обнаружения модальности внутри
модуса, внутри же этой модальности – новой модальности и
т.д. Модус и модальность акта – явления не того же порядка,
что модификация. Последнюю следует понимать как разновидность, видоизменение. Модус же – это способ явленности или форма осуществления. Ближе всего к онтологической сути понятия «модус» находится понятие «инобытие».
Качество музыкальности мы будем обозначать далее
как модальность интенционального переживания в смысле, приближенном к дихотомии материя/качество интенционального акта. Интенциональные «переключения» внутри
актов этой модальности мы будем назвать модификациями. Применительно к задачам нашего исследования мы будем говорить об эстетическом и музыкальном как о двух модальностях интенциональных актов. Мы полагаем, что эти
модальности различны: опыт восприятия звуков может приобретать модальность эстетического, не становясь при этом
музыкальным опытом, и наоборот.
3.
редельные задачи исследования музыкального опыта
П
на феноменологическом языке можно обозначить как
тематизацию музыкального восприятия, анализ конституирования его интенциональных предметностей и, наконец,
региональную эйдетику музыки. Решение этих задач означало бы полное выполнение исследовательской программы
феноменологии музыкального восприятия. Любые анализы,
претендующие на феноменологическую направленность,
должны иметь в виду эти задачи. Цель данной главы – актуализировать проблематику конституирования и региональной отнесенности музыки, чтобы удерживать ее в ходе дальнейших изысканий.
Мы обратимся к трем основным терминам: тематиза-
ция, конституирование, регион. Они взаимосвязаны. Конституирование – важнейший феноменологический термин, проливающий свет на жизнь сознания, он тесно связан с термином «тематизация». Гуссерль указывает на то,
что тематизироваться может лишь та интенция, «тема» которой уже конституирована
стей, в свою очередь, регионально: оно всегда осуществляется на основе региональных способов данности вещи сознанию. Таким образом, тематизация – это движение «из»
сознания навстречу интенциональной предметности, тогда
как конституирование есть первичная разметка предметных
и региональных смыслов.
1
. Конституирование предметно-
1
Husserl E. (Hua XVII) Gesammelte Schriften. Band 7. Formale und transzenden-
tale Logik. Versuch einer Kritik der logischen Vernunft. Hamburg: Felix Meiner
Verlag, 1992. S. 38–43.
72
3.1.
В «Кризисе европейских наук» Гуссерль характеризует тематизацию через понятие интерес. Переключение из
наивно-естественной установки по отношению к миру в
последовательно-рефлексивную он называет изменением тематического сознания о мире. Процесс переключения он описывает как придавание актам формы новой, универсальной направленности интереса (neuen universalen Interessenrichtung),
как «поворот интереса» (Interessenwendung) или утверждение последовательного универсального интереса к тому, как
осуществляются способы данности мира в сознании2. Показательно, что эстетическая интенция также оформляется в
модальности интереса.
Тематизация, судя по всему, это не любая направленность интереса, а именно феноменологическая. Естественную жизнь, независимо от того, ведома она практическим
или научным интересом, Гуссерль называет жизнью в универсальном нетематическом горизонте. Если же мы тематизируем мир в многообразии способов его данности сознанию и соответствующих им модусов значимости, «нам достается не только несметное количество никогда прежде не
тематизированных типов единичного, но и несметное количество синтезов в неразрывной синтетической тотальности,
непрерывно поставляемых перекрывающими весь горизонт
интенциональными значимостями»3.
Д. Моран понимает тематизацию как «внятность» некоторого опыта, его сформулированность в суждениях, выраженность во внешней лингвистической форме. В этой
2
Husserl E. (HUA VI) Die Krisis der europäischen Wissenschaften und die transzen-
dentale Phänomenologie, ed. Biemel Walter, Nijhoff, Den Haag, 1954. S. 146–147;
Гуссерль Э. Кризис европейских наук и трансцендентальная феноменология:
Введение в феноменологическую философию. СПб.: Наука, 2013. С. 239–242.
3
HUA VI, s. 147-148; Гуссерль Э. Кризис европейских наук и трансценденталь-
ная феноменология. С. 240. Пер. с нем. Д.В. Кузницына.
73
интерпретации тематизация близка к дискурсивности. Тематизированный опыт – это опыт «упакованный» (packaged)
4
для эксплицитного сознания
. А.П. Огурцов, напротив, относит тематизацию к способам анализа сознания. Она осуществляется в процессе противопоставления скрытого слоя
иным слоям в сознании, которые делаются таким образом
предметом рефлексии. Тематизированный предмет – это
«фокус» внимания, он вычленяется из тематического содержания, затем становится предметом схватывания, приобретая статус специальной «темы». Тематизация предполагает объективацию интенциональных предметов, в широком
5
смысле это способ объективации жизненного мира
.
Проблема тематизации применительно к нашему исследованию – это проблема полагания предметного содержания
актов сознания или, иными словами, проблема квалификации
интенциональных предметностей как «музыки» и проблема
фиксации синтезов, участвующих в этом процессе.
3.2.
Гуссерль говорит о конституирующем субъекте как о
придающем объекту его «смысл и бытие» (Sinn und Sein)
или «смысл и значимость» (Sinn und Geltung). В этой связи
возникает представление о конституировании как о творческом порождении предметности усилием сознания. Придавая объекту определенность в своем восприятии или мышлении, оформляя его как «что», сознание фактически создает
его. Но, на взгляд Д. Морана, Гуссерль мыслит конституцию
не столько как активное построение (Aufbau) объекта субъектом, сколько как конкретный способ раскрытия значения
6
.
4
Moran D., & Cohen J. The Husserl Dictionary. Continuum Philosophical Dictionar-
ies. Bloomsbury: Continuum, 2012. Р. 333.
5
Огурцов А.П. Тематизация // Энциклопедия эпистемологии и философии на-
уки. М.: Канон+, 2009. С. 966.
6
Moran D., & Cohen J. The Husserl Dictionary. Р. 91.
74
Гуссерлево понятие конституирования неоднозначно.
Оно фигурирует в двух смыслах. Первый – чисто методологический, указывающий на исполнение сознанием неких
априорных конститутивных актов, второй же – идеалистический, как его называет Л. Ландгребе. Он впервые появляется в первом томе «Идей к чистой феноменологии…». Конституирование в идеалистическом смысле – это сотворение
бытия посредством полагающих исполнений сознания, а не
7
просто «проявление» в сознании «того, что есть»
.
Процессы конституирования фундированы глубинными дорациональными синтезами, лежащими в основе конститутивной работы сознания. Первый этап этих синтезов –
временной. Анонимный онтический смысл, еще темпорально не дифференцированный, приобретает здесь качество
временности. Именно темпоральность дает возможность
выйти из области анонимности в область персональности.
Пассивные временные синтезы создают условия самотождественности в потоке сознания, превращают дорефлексивную реальность, аподиктически достоверную для самой
себя, в реальность, осмысляемую в рефлексии. Как отмечает Н. Артеменко, только благодаря рассмотрению индивидуального Я как имеющего свой генезис речь вообще может
8
зайти о первичном пассивном конституировании
.
Глубинные формы пассивного конституирования разворачиваются также на уровне телесности, активность которой выражается в кинестезах, открывает доступ к гилетическим данным и конституирует пространство. Телесность является системой конститутивных возможностей, с которыми
соотнесены доступные нам чувственные поля. Организация
соотнесенных с телом чувственных полей определяет границы того, что может стать для сознания некоей данностью.
7
Ландгребе Л. Феноменология Эдмунда Гуссерля. С. 143–158.
8
Артеменко Н.А. Тематизация сферы пассивности в феноменологии Э. Гуссерля
и проблема интерсубъективного мира // Вопросы философии. 2020. № 8. С. 195.
75
Материя интенциональных актов принадлежит имманентности трансцендентального становления, осуществляемой телесностью и сопровождающейся переживанием Я-тела как
его возможностей, доступности, контролируемости и т.п.
9
Эти глубинные синтезы предсознательны, Ландгребе
называет их этапом «пассивного до-конституирования». Конечно, они не могут рассматриваться как «сотворение бытия». Но в то же время здесь можно усмотреть источник наделения смыслом, если понимать смысл не пропозиционально и не дискурсивно, что, собственно, соответствует представлению Гуссерля о смысле (Sinn) и значении (Bedeutung)
как о явлениях, предшествующих языку и не зависящих от
10
. В этом контексте продуктивно обратиться к понятию
него
«ощущаемого смысл». Оно связано с разработками когнитивной психологии, восходящими к программе Вюрцбургской психологической школы экспериментального исследования мышления. Это понятие подчеркивает тот факт, что
сознание в процессе символического познания состоит в неосязаемом «ощущении» смысла, которое невозможно точно охарактеризовать или описать. Согласно Ю. Гендлину
11
«ощущаемый смысл» представляет собой непосредственный аспект состояния чувства понимания, который должен
9
Ландгребе Л. Феноменология Эдмунда Гуссерля. С. 143–158.
10
«Кому-то покажется как раз абсурдным, что понятым должен быть символ,
слово, утверждение, формула, в то время как, с нашей точки зрения, созерцательно здесь имеет место не что иное, как лишенное духа чувственно воспринимаемое тело мысли, эта чувственно воспринимаемая черта на бумаге и
т.п. Тем не менее, и об этом свидетельствуют рассуждения предыдущей главы, мы весьма далеки от того, чтобы отождествлять слово и мысль. В тех
случаях, когда мы понимаем символы без поддержки сопровождающих образов фантазии, для нас ни в коем случае не присутствует здесь просто символ;
скорее здесь имеет место понимание, этот своеобразный акт-переживание
(Akterlebnis), отнесенный к выражению, освещающий его, придающий ему
значение и вместе с тем предметное отношение» (LU I §18). Гуссерль Э. Собрание сочинений. Т. 3 (1). Логические исследования. Т. II (1). М.: Гнозис, Дом
интеллектуальной книги, 2001. С. 71. Пер. В.И. Молчанова.
11
Gendlin E. Experiencing and the creation of meaning. New York: Free Press, 1962.
,
76
сопровождать все моменты перехода и новизны в символическом познании. Термин указывает на то, что этот смысл
переживается на дорациональном и телесном уровнях. Его
присутствие констатируется, в частности, исследователями
процесса медитации: образы мандалы и родственные им геометрические образы чакр являются визуализаций переживаний телесных центров в медитации
12
. Г.Т. Хант, ссылаясь
на литературу об опыте, вызываемом приемом ЛСД и о медитативных состояниях, отмечает, что возникающие в таких
состояниях паттерны приобретают присущий им ощущаемый смысл именно в результате субъективно ощущаемого
слияния с тактильно-кинестетическим образом тела
13
.
При всей актуальности феномена ощущаемого смысла для исследования музыкального опыта феноменологический анализ нацелен на те слои конституирования, которые доступны интроспекции. В § 151 «Идей-I» Гуссерль описывает поэтапное конституирование предметности «материальная вещь», которое можно соотнести с процессом возникновения предметностей в музыкальном восприятии. Этот процесс начинается с вычленения сенсуаль-
ных схем и появления интенциональных содержаний «видимая вещь», затем в интенциональном сознании возни-
кает субстанциально-каузальная вещь. Она обладает большей «реальностью», однако все еще конститутивно связана
с конкретным постигающим субъектом, с его опытом и идеальными многообразиями его восприятия.
Следующая ступень конституирования – это интер-
субъективно тождественная вещь. Она должна быть конкретизирована так, чтобы множество субъектов могло находиться в отношении «взаимосогласия» при переживании
12
Jung С. G. A study in the process of individuation (1950) // Collected works, vol. 9 (1),
trans. R.F. С.Hull. Princeton, Bollingen, 1960. Р. 290–354.
13
Хант Г.Т. О природе сознания: с когнитивной, феноменологической и транс-
персональной точек зрения. М.: АСТ и др., 2004. С. 64–65, 254.
77
данности этой вещи. Такая вещь конституируется в горизонте интерсубъективного мира как коррелята особого опыта, опосредуемого «вчувствованием»
14
. Эти пути конституирования не вариабельны. Они не могут осуществляться
как-то иначе, поскольку они заданы самой вещью, а точнее
ее региональной идеей.
Из дескрипции Гуссерля следует, что конституирование –
это не творческий акт сознания. Региональные различения и
идентификация предмета как предмета всегда уже проведены заранее, до момента восприятия. Региональная определенность предмета не только зависит от конкретного способа
данности сознанию, но и наперед задана им
15
. Содержательная определенность регионов и их образующих категорий задается конституирующей активностью сознания. Феноменологическая процедура может «ухватить» момент возникновения предметности того или иного типа в сознании, но само
сознание не свободно в исполнении конститутивных актов.
Если исходить из такого понимания конституирования,
для музыкальной феноменологии открывается ряд проблем.
Первая из них: конституируется ли музыка как «материальная вещь», т.е. как «слышимая вещь»? Другая, не менее существенная проблема, связана с тематизацией акустических данных как «музыки». Те или иные звуковые материалы слушатель может воспринимать как музыкальные или
же отказывать им в музыкальности. Этот момент восприятия особенно актуален в опыте слушания музыки современных академических композиторов. Согласно Томасу Клифтону, организация звуков в музыку даже не является композиторской интенцией. Что бы ни создал композитор, слушатель может услышать все виды звуков как музыку, если
14
Гуссерль Э. Идеи к чистой феноменологии и феноменологической философии.
Книга первая. М.: Академический Проект, 2009. C. 470–471.
15
Паткуль А. Понятие региона в феноменологии Э. Гуссерля и М. Хайдеггера //
Логос. 5 (78) 2010. С. 81.
78
он решит это сделать, и наоборот16. Если мы соглашаемся
с Клифтоном, следует предполагать возможность конститутивной активности сознания, которая свободна в выборе,
как именно распознать аудиальные данные. Если же мы соглашаемся с Гуссерлем, то музыка не есть регион, а нечто
иное. Тогда мы должны понять, что в феноменологическом
осмыслении музыкального восприятия принципиально меняет тот факт, что музыка не есть регион.
Эти вопросы нам предстоит обсудить.
3.3.
Однако сам Гуссерль писал о том, что эстетическое
удовольствие характерным образом конституирует такбытие предмета (eigenschaftlichen (So-sein konstituierenden)
Charakter der ästhetisehen Erfreulichkeit
есть конститутивные «ходы» для открытия эстетических
феноменов, и тогда эстетическое является регионом. Чтобы прояснить этот вопрос, обратимся к гуссерлеву анализу
акта эстетического восприятия. Он начинается с «активной
капитуляции» (Hingegebenheit) перед «удовольствием-бытьзанятым-этим» (Gefallend-damit-beschäftigt-seins). Можно
рассматривать этот этап как низшую ступень эстетического восприятия. В этой модификации акта объекты занимают воспринимающего как «занятные», развлекают его, выполняют роль отвлекающего от забот фактора. Относительно музыки можно отметить, что определенное количество
людей не покидают ступени ее восприятия, Т. Адорно называет их «развлекающимися слушателями». Этот тип представляет собой потребителя музыки, у которого отсутствует
16
Clifton T. Music as Heard: A Study in Applied Phenomenology. New Haven: Yale
University Press, 1983. Рр. 2-4, 141.
17
Husserl E. (HUA IV) Ideen zu einer reinen Phänomenologie und phänomenolo-
gischen Philosophie. Zweites Buch: Phänomenologische Untersuchungen zur Konstitution. Hrsg. von Marly Biemel. HAAG Martinus Nijhoff, 1952. S. 9.
17
). Следовательно,
79
конкретная связь с объектом; музыка для него не смысловое целое, а источник раздражителей. Потребность в музыке ощущается им как потребность в комфорте, нужном для
того, чтобы рассеяться
18
.
Тем не менее акт эстетической радости, в котором интенциональный объект предстает как объект наслаждения,
можно рассматривать и как проявление развитого эстетического сознания. Гуссерль не уточняет, чем именно является эстетическая радость – качеством акта, его модификацией или его интенциональной предметностью. Важно, что на
этом этапе сознание еще пассивно. Но когда вступают в игру
эстетические суждение и оценка, воспринимаемый объект –
это уже не объект простой увлеченности (Hingabe), а объект
в особом доксотетическом смысле. Он рассматривается как
конституированный эстетическим удовольствием.
Интенциональный предмет обретает здесь новую, более
высокую ступень «теоретической» объективности. До этого,
пишет Гуссерль, эстетический объект был постигнут в чувственном созерцании как простая вещь самым простым из
возможных способов. Мы можем не согласиться: это не было
простое созерцание, оно сопровождалось переживанием особого типа наслаждения. Как бы то ни было, согласно Гуссерлю, переход к ценностному схватыванию и ценностному суждению (Werterfassung und Wertbeurteilung) дает нечто большее, чем просто вещь. Возникает вещь ценная, как таковая,
она имеет уже особый характер так-бытия (Soseinscharakter).
Этот ценностный объект, выступающий коррелятом теоретической ценностной оценки, в репрезентируемом им смысле
со-определяет характер так-бытия своей ценности
19
. Обратим
внимание на то, что эстетический объект в этой формулировке
18
Адорно Т. Избранное: Социология музыки. М.; СПб.: Университетская книга,
1998. С. 22.
19
«Dieses Wertobjekt, das in seinem gegenständlichen Sinn den Soseinscharakter der
Wertheit mitbeschließt». HUA IV. S. 9.
80
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]