Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Уголовно-правовые и криминологические проблемы необходимой обороны. Монография
.pdf
2.2. дрЛЪВрЛЛ Фр‡‚УПВрМУТЪЛ МВУ·ıÓ‰ËÏÓÈ Ó·ÓðÓÌ˚
никаких дополнительных критериев правомерности необходимой обороны, поскольку данный правовой институт является и
без того достаточно сложным для практического применения.
Кроме того, если учесть зачастую стрессовый и скоротечный
характер самой ситуации общественно опасного посягательства и защиты от этого посягательства, введение подобных
критериев только ухудшит положение обороняющегося, поскольку на него
будут возложены обязанности, которые ему
будет крайне трудно исполнить.
В то же время дальнейшее уменьшение количества критериев правомерности необходимой обороны приведет к усилению произвола со стороны правоприменительных органов, что,
в свою очередь, также снижает правовую защищенность обороняющегося. Полагаем, что именно то количество критериев
правомерности необходимой обороны, предложенное
С. Ф. Милюковым, является оптимальным для данного уголовноправового института. Указанные критерии по содержанию
совпадают с теми критериями правомерности, которые выработаны отечественной уголовно-правовой доктриной на протяжении последних нескольких десятилетий.
Традиционная классификация критериев правомерности
необходимой обороны на критерии, относящиеся к общественно опасному посягательству и к защите от
указанного посягательства, является, по сути, единственной на сегодняшний
день и не отвечает на многие практические вопросы. В частности, указанная классификация не дает четкого ответа на вопрос
о равнозначности (или неравнозначности) всех критериев правомерности необходимой обороны.
Если проанализировать существующие критерии право-
мерности, то можно сделать вывод о том,
что в разных критериях доминируют различные факторы (в той или иной степени)
— либо объективные, либо субъективные.
Под объективными факторами мы подразумеваем признаки ситуации необходимой обороны, которые имеют объективные, общепризнанные, не зависящие от субъективного мнения
конкретного правоприменителя критерии оценки.
101
É·‚‡ 2. ì„ÓÎÓ‚ÌÓ-Ôð‡‚Ó‚˚ ÔðÓ·ÎÂÏ˚ ÌÂÓ·ıÓ‰ËÏÓÈ Ó·ÓðÓÌ˚
Под субъективными факторами мы подразумеваем такие
признаки ситуации необходимой обороны, которые не имеют
объективных общепризнанных критериев оценки, и в значительной степени их оценка зависит от субъективного мнения
конкретного правоприменителя.
Автором предложена новая классификация критериев правомерности необходимой обороны (в основе классификации
лежит то обстоятельство, что в различных критериях правомерности
доминируют либо объективные, либо субъективные
факторы):
Основные критерии (объективные).
1. Защита должна осуществляться путем причинения вреда
посягающему, а не другим, посторонним лицам.
В данном случае причинение вреда посягающему имеет
объективный критерий оценки — это поведение посягающего
в объективной действительности, которое выражается в нападении, ставящем под угрозу правоохраняемые интересы, а
также причинение
определенного (формально уголовно наказуемого) ущерба лицу, которое совершает указанное нападение. Оценка данного критерия основывается на объективной
категории ущерба.
2. Защита должна быть своевременной.
В указанном критерии также доминирует объективный
фактор — реально существующий промежуток времени, в который совершается посягательство в объективной действительности. Таким образом, в рамках рассматриваемого крите
рия правомерности можно выделить такую объективно существующую категорию, как время.
3. Правомерной является защита не только собственных
интересов обороняющегося, но и интересов других лиц, интересов общества и государства.
В настоящем критерии доминирующим фактором является
реализуемая в объективной действительности угроза правоохраняемым интересам со стороны нападающего. Объект защиты
при необходимой
обороне также носит в большей степени объ-
ективный характер.
-
102
2.2. дрЛЪВрЛЛ Фр‡‚УПВрМУТЪЛ МВУ·ıÓ‰ËÏÓÈ Ó·ÓðÓÌ˚
4. Посягательство должно быть наличным, то есть уже начавшимся (или непосредственно близким к началу) и еще не
окончившимся.
Здесь при оценке правомерности доминирует такой фактор,
как существование общественно опасного посягательства в
объективной действительности. Наличие либо отсутствие общественно опасного посягательства также выступает объективной категорией.
5. Посягательство должно быть общественно опасным
.
Доминирующим фактором в указанном критерии является
такая объективная характеристика, как общественная опасность посягательства, то есть способность посягательства причинять вред общественным отношениям. Объективный характер общественной опасности достаточно подробно описан в
уголовно-правовой литературе и не требует дополнительного
обоснования.
Дополнительные критерии (субъективные).
1. Защита не должна превышать пределов необходимости.
Указанный
критерий является субъективным потому, что
при его оценке у правоприменителя нет общепризнанных, научно обоснованных и проверенных опытным путем, четко
сформулированных признаков, по которым можно было бы
определить были соблюдены пределы необходимой обороны
или же в данном случае имело место превышение пределов
необходимой обороны, то есть вред, который обороняющийся
причинил
нападающему, оказался явно чрезмерным.
2. Посягательство должно быть действительным, реальным,
существующим объективно, а не только в субъективном восприятии обороняющегося.
Поскольку указанный критерий напрямую относится к
субъективному восприятию ситуации посягательства самим
обороняющимся, то в его основе изначально доминирует субъективный фактор.
В основе субъективных критериев правомерности необходимой обороны лежат, как
правило, оценочные признаки, по-
этому для большей объективности следует считать указанные
103
É·‚‡ 2. ì„ÓÎÓ‚ÌÓ-Ôð‡‚Ó‚˚ ÔðÓ·ÎÂÏ˚ ÌÂÓ·ıÓ‰ËÏÓÈ Ó·ÓðÓÌ˚
критерии дополнительными, вспомогательными по сравнению
с объективными критериями, которые следует учитывать в любом случае.
Указанная классификация позволяет нивелировать воздействие субъективного фактора со стороны правоприменителя
при оценке правомерности действий обороняющегося в состоянии необходимой обороны. Представляется, что данную
классификацию можно использовать при разработке юридической конструкции уголовно-правовой нормы, регламентирую
щей право граждан на защиту от общественно опасных посягательств. Более подробно мы рассмотрим этот вопрос в следующем параграфе.
Во втором параграфе первой главы настоящей работы мы
уже указывали критерии правомерности необходимой обороны, которые применяются в различных правовых системах,
поэтому далее рассмотрим лишь наиболее спорные вопросы,
связанные с
практическим применением данного уголовно-
правового института.
Иногда на практике встречаются случаи, когда действия
обороняющегося оцениваются с позиций моральных норм,
предъявляемых к обычным людям в стандартных бытовых ситуациях, например, удар в спину нападающему или нанесение
ударов нападающему, когда он упал и временно приостановил
нападение. В подобных ситуациях органы предварительного
следствия и
суды зачастую считают такие действия излишними, неправомерными, хотя, на наш взгляд, здесь необходимо
рассуждать с позиции защиты интересов обороняющегося. Поскольку необходимая оборона возможна не только от общественно опасных посягательств, но и от непосредственной угрозы подобных посягательств, то у обороняющегося нет никаких оснований считать, что он
находится в безопасности в том
случае, когда посягательство фактически просто временно
приостановлено.
Приведем один из подобных примеров.
-
104
2.2. дрЛЪВрЛЛ Фр‡‚УПВрМУТЪЛ МВУ·ıÓ‰ËÏÓÈ Ó·ÓðÓÌ˚
Ростовским областным судом Паньков осужден по п. п. «г»,
«з» ст. 102 УК РСФСР. Он признан виновным в умышленном
убийстве с особой жестокостью X. и З., совершенном в г. Ростове-на-Дону при следующих обстоятельствах.
27 февраля 1989 г. Паньков познакомился со студентами Рос-
товского государственного университета X. и З. и распивал с
ними спиртные напитки в баре, а затем в своей квартире, куда их
привел.
Около часа ночи между ними возникла ссора: Х. приставал к
жене Панькова, и тот избил его и З. После этого потерпевшие
вместе с Паньковым покинули квартиру и направились к проспекту Стачек, однако в пути между ними
вновь произошла драка, в процессе которой Паньков нанес З. ножом 19 колото-резаных и резаных ран лица и шеи, а X. — 29 повреждений, в том
числе 19 колото-резаных и резаных ран лица и шеи, совершив
умышленное убийство с особой жестокостью двух человек.
Однако такой вывод не соответствует фактическим обстоя-
тельствам дела.
Паньков и на следствии, и в судебных заседаниях
утверждал, что конфликт между ним и потерпевшими возник в
квартире из-за того, что X. приставал к его жене, которая обратилась к нему за помощью, однако после драки оба извинились перед ним, и конфликт был исчерпан. Пошел же он вместе с X. и
З.,
чтобы проводить последнего в травматологический пункт больницы, так как у того была сильно разбита губа. Однако в пути на
него с ножом неожиданно напал X., а затем З. Защищаясь, он вырвал правой рукой нож у X. и ударом левой руки сбил его с ног,
но его тут же схватил
З., с которым началась борьба, и, чтобы освободиться, он ударил З. ножом и, упав вместе с ним, продолжал
наносить ему удары ножом в лицо и шею. К этому времени поднялся X. и ударил его ногой по голове. Вскочив на ноги, он
(Паньков) нанес удар X. ножом и вновь упал уже
вместе с З.,
продолжая наносить ему удары в лицо и шею.
По поводу своих действий Паньков в суде показал: «Я не думал убивать или нападать на них. Я оборонялся и потому убил...
Думаю, что они из-за мести напали на меня, так как я ударил их у
себя дома... Я
чувствовал реальную опасность для своей жизни,
думал, что они в сговоре».
Определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда РСФСР приговор оставлен без изменения.
105
É·‚‡ 2. ì„ÓÎÓ‚ÌÓ-Ôð‡‚Ó‚˚ ÔðÓ·ÎÂÏ˚ ÌÂÓ·ıÓ‰ËÏÓÈ Ó·ÓðÓÌ˚
Заместитель Генерального прокурора СССР внес в Президиум Верховного суда РСФСР протест, в котором поставил вопрос о переквалификации действий Панькова с п.п. «п», «з» ст.
102 на ст. 105 УК РСФСР.
Президиум Верховного суда РСФСР 6 ноября 1991 г. удовлетворил протест по следующим основаниям.
Ссылка в приговоре на то, что потерпевшие
зался у Панькова, реальной опасности для него не представляли,
что каждому из них Паньков нанес только по одному ранению,
когда они стояли, а все остальные — когда лежали на земле, свидетельствует о превышении осужденным пределов необходимой
обороны, в связи с чем его действия подлежат переквалификации
по ст. 105
УК РСФСР
140.
, когда нож ока-
Как нам представляется, в данном случае в действиях
Панькова не было превышения пределов необходимой обороны, поскольку из материалов дела следует, что нанесение
ударов ножом посягающим происходило тогда, когда они
представляли реальную угрозу для жизни Панькова. На одного
обороняющегося Панькова продолжали одновременно нападать двое взрослых здоровых мужчин. Удары ножом по
нападающим, когда они лежали на земле, были вынужденной мерой, поскольку посягательство в отношении Панькова не прекращалось и его интенсивность также не снижалась, поскольку
сам Паньков в момент нанесения подобных ударов был сбит с
ног и сама обстановка посягательства вынудила его защищаться подобным образом. Указанный пример также
подтверждает большую сложность дел, связанных с необходимой обороной от общественно опасных посягательств. Правоприменительным органам необходимо учитывать большое число обстоятельств и давать им соответствующую правовую оценку
при вынесении решения по делу.
Рассмотрев указанную ситуацию, можно выделить три стадии в развитии общественно опасного посягательства при необходимой обороне
140
Бюллетень Верховного суда РФ. — 1992. — № 2.
.
106
2.2. дрЛЪВрЛЛ Фр‡‚УПВрМУТЪЛ МВУ·ıÓ‰ËÏÓÈ Ó·ÓðÓÌ˚
1. Угроза начала общественно опасного посягательства
— ситуация, когда посягательство еще не началось, но вот-вот
неизбежно начнется.
2. Собственно общественно опасное посягательство —
ситуация, когда общественно опасное посягательство уже началось, но еще не закончилось.
3. Угроза продолжения общественно опасного посяга-
тельства — ситуация, когда само общественно опасное пося-
гательство уже фактически
закончилось (приостановлено), но
реального подтверждения этому факту у обороняющегося нет.
Таким образом, в данной ситуации обороняющийся еще не получил объективных гарантий безопасности со стороны нападающего и поэтому сохраняется реальная угроза немедленного
возобновления или продолжения данного посягательства. В
этом случае состояние необходимой обороны сохраняется, поскольку для обороняющегося не
был ясен момент окончания
посягательства. Подобная точка зрения соответствует позиции
Пленума Верховного суда.
Согласно п. 5 постановления Пленума Верховного суда
СССР от 16 августа 1984 года «О применении судами законодательства, обеспечивающего право на необходимую оборону
от общественно опасных посягательств»: «Состояние необходимой обороны возникает не только в самый момент общественно опасного посягательства
, но и при наличии реальной угрозы нападения. Состояние необходимой обороны может
иметь место и тогда, когда защита последовала непосредственно за актом хотя бы и оконченного посягательства, но по
обстоятельствам дела для оборонявшегося не был ясен момент
его окончания. Переход оружия или других предметов, использованных при нападении, от
посягавшего к оборонявшемуся
сам по себе не может свидетельствовать об окончании посягательства. Действия оборонявшегося, причинившего вред посягавшему, не могут считаться совершенными в состоянии необходимой обороны, если вред причинен после того, как посягательство было предотвращено или окончено и в применении
107
É·‚‡ 2. ì„ÓÎÓ‚ÌÓ-Ôð‡‚Ó‚˚ ÔðÓ·ÎÂÏ˚ ÌÂÓ·ıÓ‰ËÏÓÈ Ó·ÓðÓÌ˚
средств защиты явно отпала необходимость. В этих случаях
ответственность наступает на общих основаниях»
141
.
Однако, как показывает практика, суд зачастую считает,
что если нападение еще не реализовано (или фактически уже
не реализуется как в приведенном выше примере с Паньковым)
в объективной действительности, то и никакой угрозы для обороняющегося не существует. Подобная позиция судебных органов неизбежно приводит к необоснованному ограничению
права граждан на
необходимую оборону, поскольку обороняющийся вынужден будет рисковать своим здоровьем, а возможно, и своей жизнью, ожидая фактической реализации угроз
нападающего. Такая трактовка норм относительно необходимой обороны противоречит уголовному закону, поскольку согласно ст. 30 УК РФ предусмотрена уголовная ответственность
за покушение на преступление, а также за приготовление к
тяжкому и
особо тяжкому преступлениям
142
.
Таким образом, законодатель признает общественно опасными не только действия по совершению преступления, но и
подготовку к совершению указанных действий, а также покушение на совершение преступления, хотя в обоих указанных
случаях общественно опасное посягательство фактически еще
не было в полной мере реализовано в объективной действительности.
Как видно из
приведенного примера с Паньковым, существуют некоторые трудности в определении обороняющимся
момента окончания посягательства. Очевидно, что только одного субъективного фактора (представления обороняющегося
относительно момента окончания посягательства) недостаточно. Необходимы и объективные факторы, свидетельствующие о наличии реально существующих, осознаваемых обороняющимся обстоятельств. К ним следует отнести обстоятельства, отражающие такой
критерий правомерности, как налич-
ность посягательства.
141
Сборник постановлений Пленумов Верховных судов СССР и
РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. — С. 248—249.
142
Уголовный кодекс РФ. — М.: Юридическая литература, 1996. — С. 13.
108
2.2. дрЛЪВрЛЛ Фр‡‚УПВрМУТЪЛ МВУ·ıÓ‰ËÏÓÈ Ó·ÓðÓÌ˚
Как нам представляется, существует необходимость пересмотра содержания такого критерия правомерности необходимой обороны, как наличность посягательства, согласно которому общественно опасное посягательство должно быть наличным, то есть уже начавшимся (или непосредственно близким к началу) и еще не окончившимся.
Думается, что посягательство следует считать наличным до
тех пор, пока
нападающий не предоставит обороняющемуся
объективные гарантии безопасности.
Под объективными гарантиями безопасности мы понимаем
действия нападающего, которые свидетельствуют о реальном завершении посягательства, а также о том, что данное
посягательство не будет им немедленно продолжено.
Относительно реального завершения посягательства отметим, что подобное завершение характеризуется безусловным
прекращением общественно опасного посягательства в
объек-
тивной действительности.
В отношении действий, которые свидетельствуют о том,
что общественно опасное посягательство не будет немедленно
продолжено нападающим, отметим следующее: данное положение позволяет привести опасную ситуацию, возникшую по
вине нападающего, в первоначальное положение, то есть гарантировать безопасность обороняющемуся. Под указанными
действиями мы понимаем передачу оружия, если имело место
вооруженное посягательство, в руки обороняющегося или безоговорочный уход нападающего с места происшествия и т. п.
Данный признак имеет важное значение, поскольку если
учитывать только простое механическое прекращение общественно опасных действий (прекращение нанесения ударов и
т. д.), то мы невольно придем к неоправданному сужению пределов необходимой обороны, которое
неизбежно нарушает
права и законные интересы обороняющегося и ставит последнего в заведомо невыгодное положение по отношению к нападающему. Само по себе прекращение общественно опасных
действий, без учета сложившейся обстановки и восприятия ситуации со стороны обороняющегося, не свидетельствует о пре-
109
É·‚‡ 2. ì„ÓÎÓ‚ÌÓ-Ôð‡‚Ó‚˚ ÔðÓ·ÎÂÏ˚ ÌÂÓ·ıÓ‰ËÏÓÈ Ó·ÓðÓÌ˚
кращении общественно опасного посягательства вообще и,
следовательно, не гарантирует безопасность обороняющемуся.
Только учет всех факторов ситуации необходимой обороны
— наличие или отсутствие нападения, обстановка посягательства, субъективное восприятие нападения обороняющимся с
учетом его жизненного опыта, образования, физиологических
особенностей и других личностных характеристик — позволяет объективно говорить о том, было ли прекращено
общест-
венно опасное посягательство или нет.
При такой формулировке данного критерия правомерности
необходимой обороны не вызывает дополнительных вопросов
квалификация действий обороняющегося от совершения длящихся преступлений, например от похищения человека (ст. 126
УК РФ) или незаконного лишения свободы (ст. 127 УК РФ).
Предложенная нами формулировка более четко отграничивает необходимую оборону от умышленных
преступлений, которые совершаются уже после того, когда в оборонительных
действиях явно отпала необходимость.
В уголовном праве дискуссионным является вопрос о том,
возможна ли необходимая оборона от общественно опасных
посягательств, совершаемых путем бездействия. Большинство
юристов полагают, что защита посредством необходимой обороны или же иным образом против общественно опасного бездействия невозможна. Например, такие известные ученые, как
И. И. Слуцкий
143
и И. С. Тишкевич
144
, отстаивают указанную
позицию. Сторонники данной точки зрения полагают, что общественно опасное посягательство, о котором идет речь в
ст. 37 УК РФ, — это обязательно нападение, а нападение является активным действием, следовательно, оборона против бездействия невозможна в соответствии с действующим уголовным законодательством.
Представляется, что отождествлять общественно опасное
посягательство и
143
Слуцкий И. И. Указ. соч. — С. 192.
144
Тишкевич И. С. Условия и пределы необходимой обороны. — М.:
Юридическая литература, 1969. — С. 11—12.
нападение не следует, поскольку, как из-
110
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]