Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Уголовно-правовое и криминологическое обеспечение противодействия экстремизму. Монография

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
1 Мб
Скачать
☆
средств противодействия экстремизму и терроризму на базе четкого соблюдения общепризнанных принципов и норм международного права. Во многих государствах экстремизм до сих пор рассматрива­ется как внутригосударственный конфликт с привнесением в по­пытки международного регулирования данного вопроса негативного акцента «вмешательства во внутренние дела государства»
1
.
Ряд стран политически предпочитают «не выносить сор из из­бы» и считают, что подобных проблем, вынуждающих их пойти на международное сотрудничество в данной области, у них нет, либо, что еще хуже, считают достаточным аккумулировать противодейст­вие экстремизму в собственной стране и собственными силами без учета мнения мирового сообщества. Подобная позиция характерно прослеживается на примере США, относящих борьбу с экстремиз­мом (а равно и терроризмом) к угрозам национальной безопасно­сти, предполагающим противодействие данной опасности в рамках национальной системы безопасности, которая предполагается наи­более совершенной, чем международные аналоги.
В этом плане Н.П. Патрушев полагает, что современные внеш­ние вызовы и угрозы национальной безопасности России во мно­гом формируются и обостряются под воздействием процессов гло­бализации, действиями отдельных государств, прежде всего США, по доминированию в мировом сообществе и одностороннем, глав­ным образом силовом решении основных проблем международной политики
2
. Стремление навязать волю одного или нескольких госу­дарств остальному миру, попытки ревизии Устава ООН и снижения роли Совета Безопасности ставят под угрозу всю сложившуюся по­сле Второй мировой войны систему международной безопасности. Речь идет в первую очередь о применении вооруженных сил в на­рушение общепризнанных норм международного права. На практи­ке такой подход был уже опробован в Югославии и Ираке, а теперь это угрожает ряду других «неугодных» стран.
Отвечая на подобные вызовы, Президент Российской Федера­ции В.В. Путин на Мюнхенской конференции по вопросам поли­тики безопасности в феврале 2007 г. ясно обозначил позицию Рос­сии: «…легитимным можно считать применение силы, только если решение принято на основе и в рамках ООН. И не надо подменять Организацию Объединенных Наций ни НАТО, ни Евросоюзом»
3
.
1
Ñì.: Каширкина А.А. Óêàç. ñî÷. Ñ. 12.
2
Патрушев Н.П. Особенности современных вызовов и угроз национальной
безопасности России //Журн. рос. права. М., 2007. ¹ 7. С. 34.
3
Ñì.: Рос. газета. 2007. 12 февр.
111
Обращают внимание специалисты и на «новую» Стратегию США в области национальной безопасности, обнародованную в марте 2006 г. и принятую взамен аналогичного документа 2002 г. Анализи­руя основные направления Стратегии, газета «The Washington Post» отметила, что «эта Стратегия расширяет первоначальные рамки безопасности, очерченные администрацией Буша в сентябре 2002 г., до вторжения в Ирак. Стратегия сдвинула внешнюю политику США от десятилетий курса сдерживания в сторону более агрессив­ного подхода — нападению на врагов до того, как они атакуют США. Доктрина превентивности вызвала в то время ожесточенные дебаты, и многие критики полагают, что неудача с поисками ору­жия массового поражения в Ираке нанесла смертельный удар по главной предпосылке этой стратегии — о том, что данные разведки о возможностях противника и его намерениях могут быть достаточ­ными для оправдания превентивной войны. В случае необходимо­сти мы не исключаем применение силы до того, как будем атакова­ны, даже если имеются сомнения относительно даты и места атаки противника... В том случае, когда последствия нападения с приме­нением оружия массового поражения потенциально столь опусто­шительны, мы не можем позволить себе спокойно наблюдать, как
1
материализуется смертельная опасность»
.
Подобный «индивидуалистский», эгоцентричный подход к ре­шению проблемы международного экстремизма и терроризма недо­пустим в современных условиях глобализации и чреват трагически-
2
ми последствиями общемирового характера
. Возможность бескон­фликтного развития мировой цивилизации представляется все более проблематичной. В связи с этим магистральной линией даль­нейшего развития международного публичного права является ста­новление на фундаменте существующих принципов новых между­народных правовых обязательств, направленных непосредственно на создание безопасного, безъядерного мира, мира, свободного от лю­бого оружия массового уничтожения, а в качестве конечной цели — от всякого оружия вообще. Но до достижения этой цели государст­ва еще очень далеки. Как отметил В.В. Путин, «в международных делах все чаще встречается стремление решить тот или иной во­прос, исходя из так называемой политической целесообразности, основанной на текущей политической конъюнктуре. И это, конеч­но, крайне опасно. И ведет к тому, что никто уже не чувствует себя
3
в безопасности»
.
1
См.: Электронное издание газеты «The Washington Post» //www.washingtonpost.com
от 15 марта 2006 г.
2
Ñì.: Каширкина А.А. Óêàç. ñî÷. Ñ. 12.
3
Выступление на пресс-конференции в г. Мюнхене (ФРГ) 10 февраля 2007 г.
112
2.4. Политико-правовой базис международного
сотрудничества в сфере борьбы с экстремизмом
и роль России в его реализации
2.4.1. Генезис и развитие международного законодательства в сфере борьбы с экстремизмом
Активизация усилий государств в борьбе с международным экстремизмом в последние годы выразилась в принятии ряда меж­дународно-правовых актов, направленных на противодействие экстремизму, сепаратизму, международному терроризму в аспекте регионального сотрудничества государств отмечалось, особое значение имеет Декларация о создании Шанхай­ской организации сотрудничества (ШОС), подписанная в Шанхае 15 июня 2001 г. главами Республики Казахстан, Китайской Народ­ной Республики, Кыргызской Республики, Российской Федерации, Республики Таджикистан и Республики Узбекистан. Целями ШОС являются укрепление между государствами-участниками взаимного доверия, дружбы и добрососедства, поощрение эффективного со­трудничества между ними в политической, торгово-экономической, научно-технической и иных областях, совместные усилия по под­держанию и обеспечению мира, безопасности и стабильности в ре­гионе, построение нового демократического, справедливого и ра­ционального политического и экономического международного по­рядка; она не является союзом, направленным против других государств и регионов, и придерживается принципа открытости.
Важным результатом в борьбе государств с проявлениями экс­тремизма стало принятие в рамках ШОС Шанхайской конвенции о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом от 15 июня 2001 г., которая вступила в силу для Российской Федерации 29 мар­та 2003 г. Конвенция предусматривает, что стороны в соответст­вии с положениями самой Конвенции, другими международными обязательствами, а также с учетом их национального законода­тельства осуществляют сотрудничество в области предупреждения, выявления и пресечения международного терроризма, сепаратизма и экстремизма, для чего создают центральные компетентные органы, которые, в частности, оказывают друг другу содействие путем обмена информацией, выполнения запросов, оперативно-розыскных меро­приятий, разработки и принятия мер для предупреждения и пре­сечения международного терроризма, сепаратизма и экстремизма.
По вопросам реализации Шанхайской конвенции 5 июля 2005 г. в г. Астане принята Концепция сотрудничества государств — чле-
1
. В этой связи, как уже
1
Ñì.: Каширкина А.А. Óêàç. ñî÷. Ñ. 12.
113
нов ШОС в борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом, которая определяет базовые цели и принципы сотрудничества госу­дарств в данной области в соответствии с общепризнанными прин­ципами и нормами международного права. Концепция рассматривает терроризм, сепаратизм и экстремизм как антиправовые явления, которые не могут быть оправданы ни при каких обстоятельствах, независимо от их мотивов, а лица и организации, виновные в совер­шении таких действий, согласно Конвенции должны быть привле­чены к ответственности. Концепция подчеркивает свою привержен­ность Уставу ООН. В рамках Концепции предусмотрены основные формы сотрудничества государств — членов ШОС по вопросам противодействия международному экстремизму, которые будут ба­зироваться на проведении согласованных профилактических меро­приятий, оперативно-розыскных мероприятий и следственных дей­ствий, совместных антитеррористических мероприятий, обмене оперативно-розыскной, справочной, криминалистической инфор­мацией, создании банков данных и систем связи, оказании право­вой помощи и других действиях.
Безусловно, важное значение имеет Международная конвенция от 10 января 2000 г. «О борьбе с финансированием терроризма», согласно которой любое лицо совершает преступление, если оно любыми методами, прямо или косвенно, незаконно и умышленно предоставляет средства или осуществляет их сбор с намерением, что­бы они использовались, или при осознании того, что они будут ис-
1
пользованы, полностью или частично, для совершения
:
a) какого-либо деяния, представляющего собой преступление согласно сфере применения одного из договоров, перечисленных в приложении к Конвенции, и содержащемуся в нем определению;
б) любого другого деяния, направленного на то, чтобы вызвать смерть какого-либо гражданского лица или любого другого лица, не принимающего активного участия в военных действиях в ситуации вооруженного конфликта, или причинить ему тяжкое телесное по­вреждение, когда цель такого деяния в силу его характера или кон­текста заключается в том, чтобы запутать население или заставить правительство или международную организацию совершить какое­либо действие или воздержаться от его совершения.
Любое лицо, согласно анализируемой Конвенции, также совер­шает преступление, если оно:
а) участвует в качестве соучастника в совершении какого-либо из преступлений, указанных в Конвенции;
б) организует других лиц или руководит ими в целях соверше­ния какого-либо из преступлений, указанных в Конвенции;
1
Международная конвенция от 10 января 2000 г. «О борьбе с финансированием
терроризма» //Бюллетень международных договоров. М., 2003. ¹ 5.
114
в) способствует совершению одного или нескольких преступлений, указанных в Конвенции, группой лиц, действующих с общей целью.
Каждое государство — участник Конвенции в соответствии с принципами своего внутреннего права должно принимать необхо­димые меры для того, чтобы можно было привлечь юридическое лицо, находящееся на его территории или учрежденное по его за­конам, к ответственности в случае совершения физическим лицом, ответственным за управление этим юридическим лицом или кон­троль за ним, которое выступает в своем официальном качестве, преступления, указанного в Конвенции. Такая ответственность может носить уголовный, гражданский или административный характер.
Небезынтересно, что каждое государство-участник принимает такие меры, какие могут оказаться необходимыми, в том числе в соответствующих случаях в области внутреннего законодательства, для обеспечения того, чтобы преступные деяния, подпадающие под действие настоящей Конвенции, ни при каких обстоятельствах не подлежали оправданию по каким бы то ни было соображениям по­литического, философского, идеологического, расового, этническо­го, религиозного или иного аналогичного характера.
В течение последних трех лет новые составы преступлений, со­вершаемых на почве расовой, национальной ненависти, были введены в уголовные законы Франции и Финляндии. Статья 222—18—1 УК Франции устанавливает ответственность за угрозу совершения престу­пления или проступка против личности в связи с реальной или предполагаемой принадлежностью потерпевшего к этнической группе, нации, расе, а также его вероисповеданием. Статьи 311—4 и 312—2 дополнены квалифицирующим признаком: «…если деяние совер­шено в связи с реальной или предполагаемой принадлежностью или непринадлежностью потерпевшего к этнической группе, нации, расе, а также его вероисповеданием или сексуальной ориентацией».
Принятый в Великобритании в 2006 г. акт «О расовой и религи­озной вражде» дополнил акт «Об общественном порядке» 1986 г. разделом 3 «А» «Возбуждение религиозной вражды». Ранее британ­ское законодательство устанавливало ответственность за действия, направленные на возбуждение исключительно расовой вражды.
В 2004 г. в Нидерландах и во Франции вступили в силу законы, повысившие размер наказания за оскорбление граждан в связи с их национальной, религиозной, этнической принадлежностью, иными признаками, а также за дискриминацию. Согласно Закону Франции ¹ 2004—204 от 9 марта 2004 г. «О внесении изменений в законода­тельство в связи с развитием преступности» размер наказания, пре­дусмотренный санкцией ст. 225—2 УК Франции, увеличен с двух лет тюремного заключения и 30 тыс. евро штрафа до трех лет тю­ремного заключения; наказание же за дискриминацию, осуществ­ленную публичным служащим, повышено с трех лет тюремного за-
115
ключения и 45 тыс. евро штрафа до пяти лет тюремного заключе­ния и 75 тыс. евро штрафа.
Для противодействия экстремистской деятельности в межнацио­нальных масштабах, осуществляемой с применением информацион­но-телекоммуникационных технологий (киберэкстремизм), важно учитывать положения Конвенции о киберпреступности от 23 ноября 2001 г., которая, правда, до настоящего времени не подписана Рос­сийской Федерацией. Ряд проблем может быть решен в рамках ока­зания правовой помощи по уголовным делам, что вытекает, напри­мер, из Европейской конвенции о взаимной правовой помощи по уголовным делам от 20 апреля 1959 г., Европейской конвенции о
1
передаче судопроизводства по уголовным делам от 15 мая 1972 г.
Как известно, в рамках СНГ действуют Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уго­ловным делам от 22 января 1993 г. и от 7 октября 2002 г. Россий­ской Федерацией заключено также более 20 двусторонних соглаше­ний в этой области с различными государствами
2
.
Следует заметить, что Российская Федерация поддерживает раз­витие сотрудничества по противодействию различным проявлениям
3
экстремизма и на двусторонней основе
. Из большого числа меж­дународных договоров, заключенных Россией с другими государст­вами, следует отметить Совместную декларацию Российской Феде­рации и Китайской Народной Республики о международном порядке в XXI веке, подписанную Президентом России и Председателем Китая 1 июля 2005 г. Декларация отмечает, что стороны руковод­ствуются чувством исторической ответственности за мир и развитие на планете, которую они несут как постоянные члены Совета Безо­пасности ООН, исходят из своей приверженности формированию многополюсного мира и нового международного порядка, выра­женной в российско-китайской совместной Декларации о многопо­лярном мире и формировании нового международного порядка от 23 апреля 1997 г., выступают за отношения стратегического взаимо­действия и партнерства сторон, закрепленные Договором о добро­соседстве, дружбе и сотрудничестве между Российской Федерацией и Китайской Народной Республикой от 16 июля 2001 г.
1
Ñì.: Федеральный закон от 30 октября 2007 г. ¹ 237-ФЗ «О ратификации Ев­ропейской конвенции о передаче судопроизводства по уголовным делам от 15 мая 1972 года» //СЗ РФ. 2007. ¹ 45. Ст. 5414; Федеральный закон от 25 октября 1999 г. ¹ 193-ФЗ «О ратификации Европейской конвенции о взаимной право­вой помощи по уголовным делам и дополнительного протокола к ней» //СЗ РФ.
1999. ¹ 43. Ñò. 5132.
2
Полякова Т.А. Вопросы ответственности за использование информационно- телекоммуникационных систем в террористических и экстремистских целях // Рос. следователь. М., 2008. ¹ 1. С. 7.
3
Ñì.: Каширкина А.А. Óêàç. ñî÷. Ñ. 12.
116
2.4.2. Совершенствование национального законодательства в целях оптимизации усилий международного сообщества
по борьбе с экстремизмом
Основы международного сотрудничества в сфере борьбы с ле­гализацией (отмыванием) доходов, полученных преступным путем, и финансированием терроризма, как известно, установлены гла­вой 4 Федерального закона «О противодействии легализации (отмы­ванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма»
В частности, органы государственной власти Российской Феде­рации, осуществляющие деятельность, связанную с противодейст­вием легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, в соответствии с междуна­родными договорами Российской Федерации сотрудничают с ком­петентными органами иностранных государств на стадиях сбора информации, предварительного расследования, судебного разбира­тельства и исполнения судебных решений. Уполномоченный орган и иные органы государственной власти Российской Федерации, осуществляющие деятельность, связанную с противодействием ле­гализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, предоставляют соответствующую ин­формацию компетентным органам иностранных государств по их запросам или по собственной инициативе в порядке и на основа­ниях, которые предусмотрены международными договорами Рос­сийской Федерации.
Передача компетентным органам иностранного государства ин­формации, связанной с выявлением, изъятием и конфискацией до­ходов, полученных преступным путем, осуществляется в том случае, если она не наносит ущерба интересам национальной безопасности Российской Федерации и может позволить компетентным органам этого государства начать расследование или сформулировать запрос.
Информация, связанная с выявлением, изъятием и конфиска­цией доходов, полученных преступным путем, предоставляется по запросу компетентного органа иностранного государства при усло­вии, что она не будет использована без предварительного согласия соответствующих органов государственной власти Российской Фе­дерации, предоставивших ее, в целях, не указанных в запросе.
Органы государственной власти Российской Федерации направля­ют в компетентные органы иностранных государств запросы о предос­тавлении необходимой информации и дают ответы на запросы, сде-
1
.
1
Ñì.: Федеральный закон от 7 августа 2001 г. ¹ 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финанси­рованию терроризма» //СЗ РФ. 2001. ¹ 33. Ст. 3418.
117
ланные указанными компетентными органами, в порядке, предусмот­ренном международными договорами Российской Федерации.
Органы государственной власти Российской Федерации, осуще­ствляющие деятельность, связанную с противодействием легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финанси­рованию терроризма, направившие запрос, обеспечивают конфиден­циальность предоставленной информации и используют ее только в целях, указанных в запросе.
Органы государственной власти Российской Федерации, осуще­ствляющие деятельность, связанную с противодействием легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансиро­ванию терроризма, в соответствии с международными договорами Российской Федерации и федеральными законами исполняют в пре­делах своей компетенции запросы компетентных органов ино­странных государств о конфискации доходов, полученных преступ­ным путем, и финансировании терроризма, а также о производстве отдельных процессуальных действий по делам о выявлении дохо­дов, полученных преступным путем, и финансировании террориз­ма, наложении ареста на имущество, об изъятии имущества, в том числе проводят экспертизы, допросы подозреваемых, обвиняемых, свидетелей, потерпевших и других лиц, обыски, выемки, передают вещественные доказательства, налагают арест на имущество, осуще­ствляют вручение и пересылку документов.
Расходы, связанные с исполнением указанных запросов, возме­щаются в соответствии с международными договорами Российской Федерации.
Кроме того, в Российской Федерации в соответствии с между­народными договорами Российской Федерации и федеральными законами признаются вынесенные судами иностранных государств и вступившие в законную силу приговоры (решения) в отношении лиц, имеющих доходы, полученные преступным путем.
В Российской Федерации в соответствии с международными до­говорами признаются и исполняются вынесенные судами иностран­ных государств и вступившие в законную силу приговоры (решения) о конфискации находящихся на территории Российской Федерации доходов, полученных преступным путем, или эквивалентного им имущества. Конфискованные доходы, полученные преступным пу­тем, или эквивалентное им имущество могут быть переданы полно­стью или частично иностранному государству, судом которого вы­несено решение о конфискации, на основании соответствующего международного договора Российской Федерации.
Решение о выдаче иностранному государству лиц, совершивших преступления, связанные с легализацией (отмыванием) доходов, по­лученных преступным путем, и финансированием терроризма, при­нимается на основании обязательств Российской Федерации, выте-
118
кающих из международного договора Российской Федерации. В том же порядке принимается решение о транзитной перевозке указанных лиц по территории Российской Федерации. В случае, если у Рос­сийской Федерации нет соответствующего договора с иностранным государством, которое запрашивает выдачу, указанные лица могут быть выданы за преступления, связанные с легализацией (отмыва­нием) доходов, полученных преступным путем, и финансированием терроризма, при условии соблюдения принципа взаимности.
Безусловно, важное значение имеют и другие нормативные пра­вовые акты. Так, по мнению автора, необходимо совершенствовать российское законодательство, направленное на борьбу с незаконной миграцией, ибо она также представляет собой угрозу национальной безопасности.
Современная международная миграция населения представляет собой многогранное явление, оказывает противоречивое влияние на
1
социально-экономическую жизнь общества
. В этом плане Прото­кол против незаконного ввоза мигрантов по суше, морю и воздуху, дополняющий Конвенцию ООН против транснациональной орга­низованной преступности, разделяет незаконных мигрантов по
2
субъектам правонарушения мигрантов» и «незаконный въезд»
. Им определяется «незаконный ввоз
3
. В первом случае подразумевает­ся обеспечение в целях получения, прямо или косвенно, финансо­вой или материальной выгоды от незаконного въезда в какое-либо государство лица, которое не является его гражданином или не про­живает постоянно на его территории. Таким образом, незаконные действия, совершаемые третьими лицами, несут в себе наибольший урон политической и экономической безопасности Российской Фе­дерации. Во втором случае, напротив, имеется в виду противоправ­ное деяние со стороны лица, непосредственно осуществляющего незаконную миграцию.
Незаконная международная миграция представляет угрозу на­циональной безопасности Российской Федерации. Она создает опас­ность для жизненно важных интересов личности, общества и госу­дарства, угрозу территориям, ценностям, культуре в целом, в свете
1
См. подробнее: Зинченко Н.Н. Миграция населения: теория и практика между­народно-правового регулирования. М., 2003; Кононов А.А. Правовое регулирова­ние международной миграции населения и его учет в деятельности пограничных органов Федеральной службы безопасности по обеспечению национальной безопасности Российской Федерации: Дис ... канд. юрид. наук. М., 2006; Õîëî- äîâ Ë.Ã. О современном состоянии миграции населения в мире // Внешнеэко­номический бюллетень. М., 1998. ¹ 1; и др.
2
Резолюция 55/25 Генеральной Ассамблеи ООН от 15 ноября 2000 г.
3
См. подробнее: Калюжная М.А. Незаконная миграция как угроза национальной безопасности Российской Федерации в социальной и экономической сферах // Миграционное право. М., 2007. ¹ 3.
119
информационных войн, ведущихся между странами, где основой является не применение оружия, а уничтожение культурных ценно­стей, культуры государства, подрыв ее экономической стабильности, постепенный захват территорий путем международной миграции части населения, создание этнических ареалов проживания (мест компактного проживания).
Бесспорно, что частью национальной безопасности является безопасность в экономической сфере. Угрозы экономической без­опасности, по мнению автора, проявляются, в частности, в следую­щем: российский рынок труда в данный момент сильно зависит от иностранной рабочей силы по некоторым видам профессий, тре­бующих низкой профессиональной квалификации. Но почему-то не берется в расчет их низкая квалификация, низкий уровень образо­вания, а иногда и его полное отсутствие. Вместе с тем необходимо отметить, что из Российской Федерации продолжается выезд спе­циалистов за рубеж
1
.
Таким образом, как думается, легальное определение экстре­мизма в российском законодательстве как «насильственного изме­нения основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации; публичного оправдания терроризма и èíîé (курсив мой. — Ò.Ð.) террористической деятельности… совершения преступлений по мотивам, указанным в пункте “е” части первой статьи 63 Уголовного кодекса Российской Федерации; пропаганды и публичного демонстрирования нацистской атрибутики или символи­ки либо атрибутики или символики, сходных (курсив мой. — Т.Р.) с нацистской атрибутикой или символикой до степени смешения…» свидетельствует о том, что российский законодатель не установил исчерпывающего (закрытого) перечня общественно опасных деяний, которые могут быть охарактеризованы как терроризм
2
. Более того, специфика, потенциальная способность к существенной трансфор­мации феномена экстремизма, как думается, в принципе исключают такую возможность. Об этом, в частности, свидетельствует произо­шедшие в уголовном законодательстве изменения и, в частности, отказ от юридической квалификации содеянного как «терроризм» (как формы проявления экстремизма) с введением дефиниции «террори­стический акт»
3
.
1
Калюжная М.А. Óêàç. ñî÷.
2
Ñì.: Федеральный закон от 25 июля 2002 г. ¹ 114-ФЗ (ред. от 29.04.2008) «О про-
тиводействии экстремистской деятельности» //СЗ РФ. 2002.
3
Ñì.: Федеральный закон от 27 июля 2006 г. ¹ 153-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона “О ратификации Конвенции Совета Европы о предупреж­дении терроризма” и Федерального закона “О противодействии терроризму”» // СЗ РФ. 2006. ¹ 31 (ч. 1). Ст. 3452.
120
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]