Тайная дипломатия испанских Габсбургов в Средиземноморье (XVI век). В 2 частях. Ч.2. Монография

Стратегические успехи Венеции затмили более поздние гло­бальные империи Португалии, Испании, Голландии и, прежде всего, Великобритании. Точно так же обширность предшеству­ющей Римской империи и одновременных Византийской и Свя­щенной Римской империй делает сравнительно немногочислен­ные острова под венецианской администрацией ничтожными по сравнению с ними. Прямой контроль Венеции по-прежнему ограничивался восточным Средиземным морем и Адриатическим морем, торговыми отношениями с Западной Европой и Азией.

как от папы, так и от императора и считалась державой, равной другим итальянским и европейским государствам.

зана с альтернативными объяснениями. Почему важны геогра­фия и геополитика, а не другие объяснения? Мы не утверждаeм, что география полностью объясняет великую стратегию Вене­ции или причины ее упадка.

армии, способные противостоять армиям Франции, Габсбургов или Османов5.

Доступ к древесине был необходим для строительства и со­держания торгового и военного флотов, но несколько столетий интенсивной эксплуатации превратили Средиземноморский ре­гион в почти безлесный ландшафт4. Венеция имела преимуще­ство: oнa расположенa недалеко от двух основных источников древесины. Один был вокруг лагун и немного дальше, на скло­нах Альп; другой был далматинским побережьем.

Выступая в качестве посредника, Венеция извлекала выго­ду из этой геополитической ситуации больше, чем от прямого контроля над природными ресурсами, получая не только огром­ное богатство, но и политическое влияние на великие держа­вы того времени.7 За столетия до Четвертого крестового похода в 1204 году Венеция была самой западной территорией Визан­тии. Беглый взгляд на политическую карту XI века показыва­ет, что Византийская империя, уже находящаяся в тяжелом политическом упадке, имела лишь несколько опорных пунктов в Италии. Раскол 1054 года ослабил Византию, ослабив ее связь с Западной империей и с Европой в целом.

В 1071 году пал Бари, оставив Венецию единственным итальянским союзником Византии и, что наиболее важно, единственнoй точкoй доступа к европейским рынкам. Атаки му­сульман в Малой Азии, сопровождавшиеся проблемами в районе Дуная и ростом пиратской активности на побережье Далмации, вынудили Византию все больше полагаться на Венецию как в плане военной защиты, так и в плане коммерческой поддерж­ки. Венецианская экспедиция в Далмацию в 1000 году была первым значительным признаком упадка Византии и перехода Венеции от византийского протектората к союзнику, а затем и к сопернику Византии.

Однако упадок Византии не положил конец восточному цен­тру ресурсов. Фактически в XIII и XIV веках восточное Среди­земноморье было процветающим регионом, характеризующим­ся мозаикой политических образований, таких как «Латинская империя» в 1204 году и государства крестоносцев в Палестине. Крестовые походы и возникшие в результате политические об­разования в Палестине были процветающим бизнесом, обогаща­ющим морские силы того времени.

ский характер, Венеция и Генуя не помогли Константинополю против османов, хорошо иллюстрирует непрерывность геополи­тической ситуации. Османы были открыты для западных куп­цов, и даже до падения Константинополя в Венеции была хоро­шо развита торговля через контролируемые османами порты. Поскольку Венеция никогда строго не подчинялась папским декретам, смена правления в восточном Средиземноморье не по­влияла на венецианские состояния.

Причина геополитической преемственности в восточном Средиземноморье заключалась в том, что Византийская, Ла­тинская и Османская империи были не только сами по себе ис­точником коммерческих товаров, но также являются наиболее важными посредниками для продуктов, поступающих из Азии. Пока власти, контролирующие восточное Средиземноморье, снабжались азиатскими товарами и позволяли им провозить их, они привлекали внимание европейских держав. На запад­ной стороне геополитической карты ситуация с XI по XVI век характеризовалась политической неразберихой, но экономиче­ским ростом.

Но даже укрепление папства было временным (о чем свиде­тельствует возвращение Генриха IV в Италию несколько лет спу­стя и бегство Григория VII из Рима в 1089 году), а также конфликт между папой и императором, а также между их сторонникaми гвельфами и гибеллинами, продолжавшийся на протяжении XIV века. Как это ни парадоксально, политическая неразбери­ха этих столетий оказала благотворное влияние на рост Европы. Между XI и XIV веками население Европы удвоилось, возможно даже утроилось, из-за улучшения климата, сельскохозяйствен­ной революции и нечастых эпидемий, а также других факторов. Производство увеличивалось, что подпитывало экспорт про­мышленных товаров, таких как ткань10.