Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Тайная дипломатия испанских Габсбургов в Средиземноморье (XVI век). В 2 частях. Ч.2. Монография
.pdf
Глава 3. Тайная дипломатия Великой Порты
Одной из многих функций, которые османские вельможи
должны были выполнять от имени государства, был шпионаж.
Ответственность за создание разведывательных сетей и вербовку шпионов в основном ложилась на них, а не на центральное
правительство, что совершенно противоречит примерам Венеции и Габсбургов, когда шпионы использовались и находились
под надзором бюрократии.
Султан и османские вельможи нанимали в качестве части
своего домашнего хозяйства несколько шпионов, которым они
обычно возмещали денежные средства из имеющихся в их распоряжении финансовых ресурсов. Это множество работодателей, стоящих за османскими шпионами, также не ускользнуло
от внимания современников. Посол Габсбургов в Венеции Лопе
де Сориа, например, обнаружил османского шпиона Sea del Turco o de Abrayn Bassa o del Gritti72.
Это создало неловкую ситуацию, когда агенты, которые, как
мы предполагаем, находятся на османской службе, могут служить не абстрактной концепции государственных интересов,
а скорее тем их работодателям, которые, даже будучи частью
османской элиты, могут иметь набор предпочтений, отличный
от государства, особенно с учетом того, что их карьера зависела
от подарков и взяток, которые они должны были раздать своему
начальству, включая султана.
Следующие примеры лучше проиллюстрируют нашу точку
зрения: например, Саломон Ашкенази, близкий советник османского великого визиря Соколлу, контрабандой провез письма, которые венецианский байло отправлял в Венецию во время войны 1570–1575 годов. Ашкенази отправлял эти письма
на Крит в рамках своей корреспонденции с кораблем, который
он для этой цели зафрахтовал.
Когда однажды его курьер умер в герцогстве Наксос, люди
его соперника Джозефа Наси изъяли письма и отправили их своему боссу. Наси немедленно отправился к султану и заключил
ни пашей, ни высокопоставленным офицером, чтобы получать дополнительный
доход от личных связей; о примере Али Эфенди, вновь назначенного судьи Мекки, см. там же, 111–112.
72
AGS, E 1310, fol. 155 (7 August 1534).
181
Тайная дипломатия испанских Габсбургов в Средиземноморье (XVI век): II часть
Ашкенази в тюрьму. Последний был бы казнен, если бы не его
хозяин Соколлу, который вмешался и спас ему жизнь73. Вскоре после того как он был арестован во второй раз, Соколлу снова спасет его. Итак, на кого работал Aшкенази? Определенно,
не на Османскую империю, которую он предал.
Он мог отстаивать свои собственные интересы, учитывая
свои тесные отношения с Венецией74, на территории которой он
родился, от чьей бaйло он был врачом и в чьей помощи он нуждался из-за его обширных коммерческих предприятий75. Даже
если Ашкенази служил Венеции в своих личных интересах; как
насчет того, когда он помогал посланнику Габсбургов Марглиани во время переговоров о перемирии между Османской и Габсбургской империей; были ли у него подобные связи в Неаполе
или Испании?
Едва ли. Следовательно, можно было бы также утверждать,
что, помогая венецианскому байло, Ашкенази служил, по крайней мере частично, интересам своего хозяина. Несмотря на то
что его предательство было бесспорным, османский великий визирь дважды спасал этого еврейского врача из османской тюрьмы и не прислушался к совету Улуча Али повесить его76.
Что это могло значить, кроме того, что паша одобрял его действия и что все были в курсе того факта, что сам Соколлу вел
двойную игру, балансируя на тонкой грани между продвижением своих интересов: унижение его соперников Наси, Пияле и Му-
73
Arbel, Trading Nations; idem, «Salomone Ashkenazi: mercante e armatore»,
in Il mondo ebraico: gli ebrei tra Italia nord-orientale e impero asburgico dal medioevo
all’eta contemporanea, ed. Giacomo Todeschini and Pier Cesare Ioly Zorattini
(Pordenone : Studio tesi, 1991), 116.
74
Родившийся в Удине, он гордился или, по крайней мере, делал вид, что
гордится тем, что является венецианским гражданином. Первоначально он был
клиентом венецианского байло, который был тем самым человеком, который
впервые познакомил его с Соколлу. Его репутация в Венеции была настолько
высока, что он мог вмешаться от имени еврейской общины Венеции, которую
власти изгнали из города.
75
A Venetian document (ASV, CX-ParSec, reg. 12, cc. 50r (4 October 1580
reads: «As you know that the Doctor [i.e., Ashkenazi] makes the profession of serving
our Signoria».
76
ASV, SDC, l. A7–6E, fols. 14–17; Sola, Uchalí, 206.
182
Глава 3. Тайная дипломатия Великой Порты
стафы, развязавших Кипрскую войну, против которой выступал
Соколлу, а также прекрасные венецианские взятки, которые он
мог ожидать и при этом доказать свою преданность к султану заключив предпочтительный договор.
Неужели тот же великий визирь не приказал бы Ашкенази
подкупить своего влиятельного коллегу Ахмеда-пашу, чтобы он
получил приказ заключить в тюрьму попавшего в опалу байло?77
Наконец, мы должны добавить, что среди дел Ашкенази,
уполномоченный Соколлу, веcти переговоры с байло для завершения мирнoгo договорa, представлял собой единовременную
выплату своему господину в обмен на его доброжелательность
по отношению к Венецианской Республике, отдельно от компенсационных денег, предназначенных Османскому государству78.
Точно так же в 1567 году Джозеф Наси сообщил венецианскому байло, что османы планировали нападение на Кипр79. На первый взгляд кажется удивительным, что эта информация поступила от того самого человека, которого венецианцы прокляли
через три года как своего величайшего врага и вдохновителя османского завоевания Кипра и, как следствие, последующей войны за независимость 1570–1573 годax.
Он даже будет ответственен за пожар в венецианском арсенале в 1569 году. Однако объяснение простое: выдав эту информацию, Наси, у которого в тот момент были проблемы с французской короной из-за невыплаченной ссуды, в основном пытался
улучшить свое положение через отношения с Венецией в своих
коммерческих целях80.
Более смелым способом османский гранд-адмирал Улуч Али
манипулировал султаном ложной информацией в 1582 году,
чтобы убедить его отправить флот на Запад. Один из его агентов,
Агустин Мануэле, который также работал на Габсбургов и который был спасен от возможной казни благодаря вмешательству
77
Arbel, Trading Nations, 80.
78
ASV, SDC, l. A7–6E, 29 January 1572, m.v.; Romano Canosa, Lepanto:
Storia della «Lega Santa» contro i Turchi (Roma: Sapere, 2000), 256.
79
ASV, SDC, l. 2, fol. 137 (10 July 1567).
80
Arbel, Trading Nations, 58–59.
183
Тайная дипломатия испанских Габсбургов в Средиземноморье (XVI век): II часть
Улуча Али, распространил (ложный) слух о том, что Габсбурги
готовят большую армаду81.
Это ни в коем случае не были единичные инциденты. Принимать взятки от иностранных послов было частью османской политической культуры; беглый взгляд на Parti Secrete и Dispacci
в ASV, а также на несколько современных печатных работ, написанных этими послами, продемонстрирует нам, в какой степени эти дипломаты защищали интересы своих хозяев с помощью
взяток.
От улаков, которые выдавали секреты, которые они несли82,
до чаушeв, которые закрывали глаза на сами действия иностранных послов, которые им было поручено предотвращать83,
от дворцовых асов, продававших информацию иностранным
послам,84имперским драгоманам, которые рассказали подробности дискуссий в Диване85 и неправильно перевели документы
в пользу своих благодетелей86, до офицеров всех рангов — все
они занимались тайной дипломатией в охваченной коррупцией
османской столице.
Дорогой подарок служил гарантией, что османский паша отстаивал интересы данного государства в Диване в максимально
возможной степени, придерживаясь такой же тонкой линии,
как и Соколлу. Сделка обязательно включала обмен информацией; снизу вверх все в османской администрации продавали
информацию, включая членов императорской семьи. Эcперанса
Малхи была влиятельной фавориткой и кирой87 (бизнес-аген-
81
AGS, E 1152, fol. 40 (6 April 1582). ASV, CCX-LettAmb, b. 6, fols. 67–69
(3 February 1581, m.v.)
82
ASV, CCX-LettAmb, b. 5, fols. 57–58 (26 October 1578); AGS, E 1063, fol. 35
(30 June 1573); E 1068, fol. 32; E 1079, fols. 15 (12 November 1578), 60 (25 March
1579) and 136.
83
Wratislaw, Adventures of Baron Wenceslas, 115; AGS, E 1338, fol. 36 (27 July
1580).
84
Ibid., 102.
85
AGS, E 1072, fol. 14 (15 December 1575).
86
Charrière, vol. III, 85.
87
Из-за изоляции женщин гарема султана от мужчин и внешнего мира,
мужчины-торговцы не допускались в гарем, и сложился обычай, когда их жёны
входили в гарем в качестве посредников, демонстрируя товары потенциальным
184
Глава 3. Тайная дипломатия Великой Порты
том) валиде-султанa Сафие, например, предоставляла австрийскому послу информацию о планах Османской империи против
Венгрии в критический момент, прямо перед началом войны
1593–1606 годов.
Эcперанса Малхи, очевидно, была щедро вознаграждена послом; но султаншa88 также принимала непосредственное участие89. Даже для самих османов считалось, что отношения
и сети, созданные с помощью взяток и подарков, были важными
инструментами в участии во фракционной политике и влиянии
на процесс принятия решений. Например, когда генерал-губернатор Алжира Хасан-паша в 1564 году попросил османский
флот в Западном Средиземноморье, ему сразу напомнили, что он
прислал очень мало подарков. Когда его предшественник Салихпаша в 1555 году предъявил аналогичное требование, он послал
100 000 дукатов, не считая подарков пашам в Диване.
В следующем году Хасан-паша не повторит ту же ошибку, пренебрегая этим важным правилом османской политики и недооценивая жадность Константинополя. Таким образом он убедил османов
отправить свой флот в Западное Средиземноморье и взять на себя
осаду Мальты. Короче говоря, османская секретная служба также
последовала их примеру и оставалась в несколько более иной, хотя
и не обязательно менее эффективной форме, чем ее габсбургские
покупательницам. Эти женщины часто были еврейками, которые, будучи немусульманками, не подвергались такой же гендерной сегрегации, как мусульманские женщины, и поэтому могли выступать в качестве посредников женщин гарема и в некоторых других областях. (обычно они упоминались как просто киры
или киры-еврейки)
88
Мать султана из-за влияния Эсперансы и её сына, которые накопили бо-
гатство в размере более 50 миллионов акче.
89
Однако, когда один из людей посла стал мусульманином и принес письма,
изобличающие султаншу, хитрый великий визирь Синан-паша не сделал ничего,
кроме как сохранить это при себе. Wratislaw, Adventures of Baron Wenceslas, 103,
109–116. Барон Вратислав назвал эту императрицу матерью османского султана.
Однако это невозможно, так как мать Мурада III, Нурбану, умерла в 1583 году,
а мать Мехмеда III, Сафие, стала валиде-султан только тогда, когда его сын взошел на престол в 1595 году. он покинул Константинополь, Сафие была валиде-султан. Поэтому в 1593 году она продавала информацию в качестве жены,
а не матери османского султана.
185
Тайная дипломатия испанских Габсбургов в Средиземноморье (XVI век): II часть
и венецианские коллеги. Следовательно, чтобы понять истинную
природу османских систем сбора информации, необходимо сосредоточиться на разведывательных сетях, которые работали не непосредственно на государство, а на некоторых из этих грандов. Следующие страницы посвящены некоторым из этих сетей90.
3.4. Сети разведки на службе Османского государства
Естественно, ответственность за сбор информации о событиях
в Средиземноморье легла на плечи тех вельмож, которые проявляли большой интерес к средиземноморской политике oсманов
и, таким образом, были заинтересованы в использовании информации в своих политических целях, т.e. политикe, наиболее отвечающая их интересам.
Сеть Улуча Али
Гранд-адмиралам, например, пришлось создать такие разведывательные сети не только для того, чтобы быть в курсе последних событий, но и для того, чтобы иметь возможность защищать свою позицию в Османском диване в отношении внешней
политики Османской империи. Например, Улуч Али, ярый
противник переговоров о перемирии между Османской империей и Габсбургами91, использовал собранную информацию, перехваченные документы и захваченного раба, что свидетельствует
о нападении Габсбургов на Северную Африку, чтобы лоббировать против oсманско- габсбургского перемирия92.
Несмотря на подозрения Габсбургов, что его родственники
могли шпионить в его пользу93, Улуч поддерживал большое ко-
90
Sola, Uchalí, 111.
91
Судьба гросс-адмиралов была напрямую связана с внешней политикой
Османской империи; вот почему они (особенно корсары) постоянно лоббировали войну в Средиземноморье, что означало больше денег, рабов и щедрые должности в государстве для их последователей.
92
AGS, E 1338, fols. 15 (30 June 1580), 19 (2 July 1580) and 20 (7 July 1580).
93
Например, его двоюродный брат Ругер Бельхомо подвергся таким подозрениям, которые не были полностью необоснованными. Один из его родствен-
186
Глава 3. Тайная дипломатия Великой Порты
личество шпионов, рассредоточенных по берегам Средиземного
моря. В 1572 году один из его шпионов в Мессине написал ему,
что христианский флот отправился в плавание, убеждая его не
возвращаться в столицу и оставаться в море94. Год спустя Улуч,
как сообщалось, отправил важного шпиона в Неаполь, чтобы узнать, как здесь был заключен османско-венецианский мир.
На нaш взгляд, это был просто еще один шаг с его стороны
по сбору полезной информации, которая укрепила бы его позицию в отношении внешней политики Османской империи; он
искал доказательства, чтобы поддержать его перед султаном,
которому он постоянно писал, что венецианцы не могут заключить мир с османами без согласия Габсбургов95. Среди его многочисленных шпионов в Неаполе был Диего де Майорка, монах
из Лa Голета, а затем пленник в Константинополе, был также
мориска из Валенсии, который легко входил во дворец и замок96.
В 1576 году он послал инженера замка Наварино на Корфу, инженер успешно «взял план всего острова, особенно
крепость»97. В 1584 году четверо его шпионов прибыли в Венецию, два калабрийских ренегата с планами замка Кандия, а двое
других прибыли из Неаполя, где у них было несколько контактов98. В августе на острове Табарка был обнаружен один из его
агентов, сицилийский ренегат, который признался, что каждый
год посещал испанские берега, особенно Валенсию, по приказу
османского гранд-адмирала.
Он добавил, что были и другие, которым было поручено выполнение той же задачи, и назвал двоих из них99. Через пару месяцев стало известно, что трое его шпионов с их полными именами едут в Валенсию и Неаполь из Бизерты
100
.
ников во время войны 1570–1573 годов сообщил Кара-Ходжа о местонахождении вражеского флота. Sola, Uchalí, 59; Valente, Vita di Occhialì, 125.
94
AGS, E 1331, fol. 232 (10 September 1572).
95
AGS, E 1332, fol. 179 (6 May 1573)
96
AGS, E 1144, fol. 212 (c. 1575).
97
AGS, E 1335, fol. 77 (10 September 1576).
98
AGS, E 1517, cuaderno XIII, fol. 21 (21 January 1584).
99
AGS, E 1417, fol. 172 (7 August 1584).
100
AGS, E 1417, fol. 181 (28 October 1584).
187
Тайная дипломатия испанских Габсбургов в Средиземноморье (XVI век): II часть
Сеть Ибрагима-паши
Однако не только гранд-адмиралы были заинтересованы
во внешней политике Османской империи в отношении Средиземного моря. В зависимости от личности и политических интересов некоторые из великих османских визирей также нанимали шпионов в Средиземноморье. Хорошим примером может
служить Ибрагим-паша (ок. 1523–1536), чей интерес к европейской политике недавно привлек внимание османистов
101
.
Гюлру Нечипоглу подробно показал нам, насколько он хорошо осведомлен о политических событиях в Италии, таких как
коронация Карла V, помпезное празднование имперских притязаний Габсбургов, против которых он чувствовал себя обязанным устроить встречу в Белграде
102
.
Этo не удивительно, учитывая размах сети Гритти, которая
работала под его патронажем, а также его собственных шпионов,
которые бродили по Италии! Некий венецианец по имени Марко
де Николо, вероятнее всего один из ювелиров, которых Лоренцо
Гритти привез в Константинополь в 1534 году
103
, прибыл в Венецию в сопровождении одного из людей Ибрагима. Ибрагим попросил гарантировать безопасность для Марко, который был изгнан
из города из-за преступления, которое он совершил в прошлом.
Серениссима оказала паше удивительную услугу и санкционировала безопасное поведение. Посланнaя османской армией,
миссия Марко, казалось, шпионила за Венецией, а также за Габсбургами, а затем перебралась во Францию. Находясь в Венеции,
он связался с послом Габсбургов Лопе де Сориа. Он не только показал, что был шпионом Ибрагима-паши, но и предложил свои
услуги Габсбургам, заявив, что он работает на османов насильно.
Однако то, что он задавал слишком много вопросов о флоте
Габсбургов, а также о его желании встретиться с императором,
вызвали подозрение у посла, который «порезал [себе] палец, что-
101
Turan, «The Sultan s Favorite» Necipoğlu, «Representation of Power». On
Ibrahim Pasha, also see. Hester Donaldson Jenkins, Ibrahim Pasha, the Grand Vizir
of Suleyman the Magnicent (New York: Columbia University Press, 1911).
102
Necipoğlu, «Representation of Power».
103
AGS, E 1311, fol. 23 (21 May 1534).
188
Глава 3. Тайная дипломатия Великой Порты
бы задержать его (якобы за покушение на посла) за пределами
венецианских владений». Когда Марко покинул Венецию, он
сообщил властям, чтобы они могли его поймать
104
. Марко встретит свою смерть, но не в руках Габсбургов. Османы, узнав, что он
был двойным агентом, обезглавили его в 1536 году
105
.
Другой шпион, работавший на Ибрагима, еврей по имени
Аструме Элиа, был арестован и под пытками признался, что был
шпионом великого визиря, а затем и последнегo визиря, чтобы
вернуться с рекомендательными письмами и присоединиться
к многочисленным евреям в Неаполе, которые в любом случае
работали на османов
106
.
В 1534 году контрразведка Габсбургов обнаружила банду
шпионов «той же лиги», что и Ибрагим-паша, использовавших
сеть Гритти, отправленную в Венецию. Их миссия заключалась
в том, чтобы шпионить за Габсбургами под предлогом «служения Его Величеству», то есть симулировать предложение проектов тайных операций, чтобы свободно путешествовать по землям Габсбургов: 1) шпион, который предлагал приехать в Геную,
чтобы обсудить бегство Барбароссы; 2) Хуан Мида, инженер
и друг Ибрагима-паши и Альвизе Гритти; 3) Фрай Людовико
де Мартиненго из Брешии, который шпионил в пользу османов
и валуа; 4) граф Аббатис де Вилланова, который ранее находился на службе у императора Максимилиана II, был нанят Лоренцо
Гритти в Венеции и недавно присоединился к этой тройке
107
.
Сеть Гритти
Чтобы создать сеть, необязательно быть членом османской
административной и военной структуры. Влиятельный придвор-
104
AGS, E 1311, fols. 40-2 (9 August 1535), 45–47 (15 July 1535), 48–51 (6 July
1535), 60–1 (24 June 1535) and 149. ASV, CX-ParSec, reg. 4, cc. 38r–37v (7 October
1534), 50r (23 June 1535), 50v (12 July 1535), 51r (8 August 1535).
105
E 1312, fol. 12 (27 March 1536).
106
Moral, Don Pedro de Toledo, 80–82.
107
AGS, E 1310, fols. 55 (7 August 1535), 166 (30 October 1534), 189 (17 August
1534) and 191 (11 August 1534); E 1311, fols. 67 (7 April 1535), 80 (13 March 1535),
103 (11 January 1534) and 124 (28 November 1534).
189
Тайная дипломатия испанских Габсбургов в Средиземноморье (XVI век): II часть
ный Альвизе (Людовико) Гритти
108
и его братья в этом контексте
сыграли важную роль в пополнении секретной службы Османской империи. Альвизе был одним из трех внебрачных детей Андреа Гритти, когда он был в Константинополе. Андреа был торговцем зерном, когда разразилась османско-венецианская война
в 1499 году, и в итоге именно он вел мирные переговоры между
двумя державами в 1503 году
109
.
Таким образом, он приобрел впечатляющее влияние как
в Венеции, так и в Константинополе. Поскольку Андреа продвигал свою карьеру в других областях как известный генерал,
спасший Венецию от полного разрушения во время Камбрейской лиги (1508–1516 гг.), a затем как дож Венеции (ок. 1523–
1538 гг.), Альвизе искал счастья в других местах. В 1506 году он
уехал из Венеции в Константинополь, где подружился с Ибрагимом-пашой и Сулейманом I.
Он стал важным советником обоих в европейских делах и оказал влияние на политику османов в отношении Венгрии, корону
святого Стефана которой он стремился получить сам. Для дости-
108
There are several works on Gritti. See for instance. Francesco della Valle, «Una
breve narrazione della grandezza, virtù, valore et della infelice morte dell’Illustrissimo
Signor Conte Alouise Gritti, del Serenissimo Signor Andrea Gritti, Principe di Venezia,
Conte del gran Contado di Marmarus in Ongaria et General Capitano dell’esercito
Regno, appresso Sulimano Imperator de Turchi, et alla Maesta del Re Giovanni Re
d’Ongaria», Magyar Történelmi Tár 3 (1857), 9–60; Heinrich Kretschmayr, Ludovico
Gritti: Eine Monographie, (Wien: Gerold, 18 6 Carla Coco, «Alvise Gritti fra Veneti,
Turchi e Ungheresi», in Studi Miscellanei Uralici e Altaici, no: 20, ed. Andrea Csillaghy
(Venice: Libreria Editrice Cafoscarina, 1984), 379-3 6 Aurel Decei, «Aloisio Gritti au
service de Soliman le Magnique d’apr s des documents turcs inédits (1533–1534»,
Anatolia Moderna-Yeni Anadolu, eds. Jean Louis Bacqué-Grammont et al., 3 (1992),
103 Ferenc Szak ly, Lodovico Gritti in Hungary: 1529–1534 : a Historical Insight into
the Beginnings of Turco-Habsburgian Rivalry (Budapest: Akad miai Kiad, 1 5 Gizella
Nemeth and Adriano Papo, Ludovico Gritti: Un principe-mercante del Rinascimento
tra Venezia i Turchi e la orona d’Ungheria, (Friuli: Edizioni della Laguna, 2002 G bor
Barta. «Gritti Ludovicus’un Macar Valiliği (1531–1534)», Belleten 263 (2008): 251–
252 3, Elvin Otman, «The Role of Alvise Gritti within the Ottoman politics in the
Context of the «Hungarian Question» (1526–1534) (M.A. Thesis, Bilkent University,
2009). Note the dierences in the spelling of Gritti’s rst name.
109
For his mission for the ratication of the treaty, see. BNM, IT. VII. 878 8652
Andrea Gritti, Copialettere.
190
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]