Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Тайная дипломатия испанских Габсбургов в Средиземноморье (XVI век). В 2 частях. Ч.2. Монография
.pdf
Глава 2. Тайная дипломатия Габсбургов
питаном фрегатов в Отранто, которые отправились в Левант
для сбора информации и пересылки корреспонденции из разведывательной сети Габсбургов на Ионических островах во главе
с отцом Прототико, Бальтазаром
174
.
Точно так же Херонимо Буккья хотел, чтобы Карл V назначил его на должность в неаполитанском Conseglio Colateral
Regio в 1553 году
175
. В другом примере, генуэзец Фелипе Балестрин, который много лет служил Габсбургам в Леванте, просил
преимуществa (ventaja) на галерах Неаполитанского королевства.
Он рассчитывал на рекомендацию, которую написал для него ветеран габсбургского шпионажа в Константинополе Педро Бреа
176
В одной из попыток возвращения в 1584 году бывший лидер
сети Аурелио Санта Кроче, недавно освобожденный из мадридской тюрьмы, попросил одну из двух престижных должностей.
Один из них был постом старшего сетевого лидера габсбургской
разведки в Константинополе, который освободился после смерти его начальника Джованни Марии Ренцо в 1577 году, а другой
был капитаном фрегатов в Отранто
177
.
В случае с Габсбургами, когда шпион был завербован наместниками, послами или лидерами сети, он все равно должен был
получить одобрение и стипендию центрa. Иногда сами монархи
писали шпионам письма, разрешая их работу со словами ободрения и заверений
178
.
.
174
AGS, E 1056, fol. 243.
175
BNE, Correspondencia del Cardenal Granvela, ms. 7905/189, .1r–10r, Masiá,
Jerónimo Bucchia, 149–175.
176
Первоначально он был рабом важного морского офицера и «христианским писцом», то есть рабами-христианами в баньосах Османского арсенала.
Педро Бреа убедил его бежать, когда флот отправился в плавание, и доставить
его письма в Неаполь; однако его поймали и заковали в цепи. Затем Бреа пришлось выкупить его за 1000 дукатов, вероятно, преувеличенную сумму. AGS,
E 1094, fols. 234 and 238 (27 September 1596).
177
AGS, E 1071, fol. 161 (4 June 1584). Должность, которую Николо Прототико просил два десятилетия назад, снова была доступна, когда Габсбургам пришлось переместить действующего Пьетро Ланца на другой пост из-за международного кризиса, вызванного его проступками против венецианских подданных.
178
Есть несколько таких писем, написанных Филиппом II агентам в Константинополе в AGS, E 486, 487, passim. Константинополь был не единственным
121
Тайная дипломатия испанских Габсбургов в Средиземноморье (XVI век): II часть
Такие письма были чрезвычайно важны для тех шпионов,
которые были завербованы сетевыми лидерами на месте, поскольку они давали вербовку этих сетевых лидеров, официальный статус в таком месте, как Константинополь, где шпионы
сталкивались с дополнительными рисками и искали дополнительных гарантий. Иногда сами шпионы писали письма монархам, заверяя доброжелательность и рвение к королевской
службе
179
.
После утверждения вербовки центральные правительства
давали агентам конкретные инструкции, объясняющие их мис-
180
сию
. Иногда сами шпионы оставляли инструкции для власти.
Хорошим примером является очень подробная инструкция, которую агент Габсбургов в Константинополе Джованни Агостино
Джильи дал Джованни Марии Ренцо в 1562 году для передачи
властям Габсбургов о том, как получать информацию, передаваемую из недавно созданной разведывательной сети в Константинополе
181
.
Важным вопросом была надежность шпионов. Шпионаж
раннего Нового времени был предприятием, в котором экономические мотивы перевешивали другие. Среди шпионов часто
были лжецы, двойные агенты и мошенники, которые, чтобы
улучшить свое финансовое положение, не стеснялись сфабриковать новости, работать на другие правительства и участвовать
во всевозможных мошеннических действиях.
Стремясь предотвратить дезинформацию врага, проникновение вражеских агентов в их собственные разведывательные
сети и хищение шпионами, центральные правительства должны
были проявлять осторожность при использовании нового агента.
Они разработали несколько методов.
местом, где шпионы добивались гарантий от царя. В 1568 году Бальтазар Прототико запросил гарантийное письмо для графа Антонио Мартиненго, сосланного
венецианцами на остров Кефалония. AGS, E 1056, fol. 217.
179
AGS, E 1071, fols. 184–187 (28 February 1575).
180
AGS, E 1503, fol. 32 (28 September 1572).
181
AGS, E 486, Instruxion para el s.r. Juo Maria Renzo que a da procurar de dar
orden que se exigua, sino se allare mas perfeta, y si se allare que se ordene la condicion
della para exeguirse. Juan Agustino Gilli, Constantinople (8 November 1562).
122
Глава 2. Тайная дипломатия Габсбургов
Во-первых, они исследовали предысторию потенциального
шпиона. Фактически большинство из них были приняты на работу благодаря рекомендациям властей или авторитетных людей. Мастерам шпионажа, послам, губернаторам и наместникам приходилось поручиться за нанятых ими шпионов и брать
на себя ответственность, когда они оказывались «тухлыми
яблоками».
Когда он понял, что один из шпионов, которых он рекомендовал для вербовки четыре года назад, Лука да Сорго, был двойным агентом, продающим информацию властям Рагузы, Сезар
де ла Мара вынужден был признаться: «Мне жаль, потому что я
поручился за него и представил его как хорошего человека, хотя
то, что он писал, всегда было малосущественным»
182
.
Власти время от времени получали рекомендательные письма, в которых хвалили характер и поступки определенного шпиона, они были написаны авторитетными людьми, такими как
Винсенте де Эррара, монахом и богослов
183
. Также было обычным
делом для тех, кто хотел доказать свою заслугу перед короной,
представить отчет, полный свидетельств, подтверждающих их
позицию. Ряд габсбургских офицеров и солдат, попавших в плен
к османам после падения Туниса (1574 г.), подписали свидетельские показания о том, что францисканец Диего де Майорка был
хорошим христианином, который пытался разжечь во время
осады дух солдат, обращенных в христианство.
Мусульмане и евреи приехали в Тунис и позаботились о ду-
ховных потребностях рабов в их бараках (baño) в Константинополе, проповедуя и проводя мессу с ними
184
.
Иногда власти наводили справки, как это видно из документа под названием [отчет о характере (наборе и качествах Адама
де Франкиаса), который состоит из заявлений беглого из Константинополя по имени Берналь и капитана Шапата Стевана де
Монреаля, который лично знал генуэзского шпиона
185
.
182
AGS, E 1331 fols. 227 (18 July 1572), 228 (25 July 1572), fol. 236 (1 November
1572); E 1335, fol. 80 (30 January 1576).
183
AGS, E 487, 4 October 1570, de Argel.
184
AGS, E 1144, fol. 206 (December 1574).
185
AGS, E 1127, fol. 106.
123
Тайная дипломатия испанских Габсбургов в Средиземноморье (XVI век): II часть
В эпоху раннего Нового времени было принято оставлять члена семьи в заложниках в качестве гарантии. Чтобы лучше контролировать своих вассалов, османы потребовали от них отправить своих сыновей в качестве заложников в Константинополь
186
Габсбурги следовали аналогичному образцу; когда Франциск I
был освобожден из плена из Мадрида в 1526 году, подписав невыгодный Мадридский договор, два его сына должны были быть
доставлены Карлу V в качестве заложников. Точно так же шпионы предложили своих сыновей в качестве заложников, чтобы
заверить власти в своих благих намерениях
187
.
Один из его шпионов из Кастельнуово даже сказал Сезару де ла
Мара, что если он не выполнит свой долг, он может отрезать голову ему сыну-заложнику
188
. Исключительная уверенность в себе!
Идея держать родственников в качестве заложников должна была
казаться еще более разумной для таких, как губернатор недавно
завоеванной Махдии Эрнандо де Вега, которому приходилось полагаться на разведданные от местных жителей, преданность которых сомнительна. Когда он послал местных мавров на разведку, чтобы узнать местонахождение Тургуда Реиса, он заставил их
бросить своих братьев в качестве заложников
189
.
2.5. Мотивы
.
Историки выдвинули ряд мотивов для раннего современного шпионажа. Гарсиа и Маркос перечислили в 1998 году три
мотива: первый — идеологические и религиозные причины,
второй — судебная реабилитация, то есть отмена приговора,
и третий — экономические причины
186
Среди этих элитных заложников, прошедших обучение в Османском
дворце, можно найти таких интересных деятелей, как Влад Дракул и Георг Кастриота.
187
Один из двух шпионов, пришедших предложить «великие дела за службу
Его Величеству», предложил оставить своего сына в качестве заложника. AGS,
E 1136, fol. 38 (5 February 1571).
188
AGS, E 1332, fol. 167 (1 February 1573).
189
Sola, Los que van y vienen, 80.
190
García and Marcos, Sebastián de Arbizu, 90–91.
190
. В 2005 году они разноо-
124
Глава 2. Тайная дипломатия Габсбургов
бразили свои списки: лояльность монарху, защита идеалов, таких как религия, честь, семья, собственность и отечество, а также деньги, принуждение, месть и жажда власти
191
.
Хьюгон повторил некоторые из вышеупомянутых причин
и выдвинул новые, такие как разочарование из-за неблагодарности своего хозяина и шантаж
192
. Карраско недавно добавил к финансовым мотивам другие, такие как патриотизм, отказ от иностранного господства, религиозные привязанности и стремление
к свободе
193
.
Мы сосредоточимся на финансовых мотивах по двум причинам. Во-первых, можно считать, что материальные выгоды
перевесили религиозные и психологические мотивы, что свидетельствует о предпринимательском характере раннего средиземноморского шпионажа, подобного действиям средиземноморских корсаров (поэтому неудивительно, что некоторые были
и тем и другими).
Большинство из этих средиземноморских посредников пересекали культурные и религиозные границы, пытаясь выжить
в невзгодах XVI века, и их единственный образ действий заключался в том, чтобы тем или иным способом продвигать свои собственные интересы. Вот почему большинство из них, если не все,
были двойными, тройными или даже четверными шпионами или
мошенниками, которые подделывали информацию, к большому огорчению властей, например разочарованныx наместников
Неаполя, которые неоднократно отказывали шпионам в оплате
даже ценой негодования посла Габсбургов в Венеции.
Короче говоря, шпионы, упомянутые в этом исследовании, являются, по мнению Эмилио Сола, просто homo economicus. Однако
у этой аргументации есть один очевидный недостаток. Тот факт,
что финансовые мотивы перевешивали другие, мог быть связан
с характером корреспонденции, которая сохранилась в архивах.
Что может быть естественнее, чем при изучении переписки
между работником и работодателем найти документы с финан-
191
Garnicer and Marcos, Espías de Felipe II, Chapter 9.
192
Hugon, Au Service de Roi Catholique, 395–403.
193
Carrasco, «L’Espionnage Espagnol du Levant,» 215.
125
Тайная дипломатия испанских Габсбургов в Средиземноморье (XVI век): II часть
совыми реквизитами? Таким образом, можно утверждать, что
преувеличинa важность финансовых мотивов и идея перенесeнa
из области действий средиземноморского корсара в область средиземноморского шпионажа: в мире средиземноморского пограничья обе профессии были финансовыми предприятиями.
Однако даже если кто-то согласится с этим, все же остается
одна проблема в акцентировании религиозных и психологических факторов: трудность проверки наличия таких мотивов, как
религиозное рвение, подчинение монарху, патриотизм, отказ
от иностранного ига, желание свободы и т.д.
Они были заявлениями, отражающими правду, или основной риторикой, подчеркивающей моральный долг человека
с целью как предотвратить негативные последствия, связанные
с деятельностью шпионажа, так и продвигать себя в глазах работодателя.
Даже Гарсиа и Маркос, предложившие такие мотивы, признают эту проблему
194
. Тот факт, что среди шпионов, упомянувших о таких моральных обязанностях, очень немногие
фактически воздерживались от переговоров о финансовом вознаграждении и вызывались служить без них, предполагает, что
даже если у некоторыx из них были религиозныe и психологические мотивы, у них были и более насущные финансовые. В заключение можно утверждать, но не в полной мере доказывать,
что финансовые мотивы были основными для шпионажа.
С другой стороны, можно считать что это единственные документы, которые могут быть подвергнуты методологическому
исследованию, учитывая характер документации, то есть переписку между шпионом и правительством или сотрудником и работодателем, в которой были заявлены личные убеждения вышестоящему начальнику, от которого ожидалась какая-то выгода.
Было бы проблематично принимать такие заявления за чистую
монету
195
. Короче говоря, если кто-то обнаружит дневники, на-
194
Garnicer and Marcos, Espías de Felipe II, 252.
195
Подобный пример сложности оценки искренности и мотивации на основании доступной документации раннего современного обращения, а также
отсутствия аналитической строгости при этом приводит Webb Keane, «From
Fetishism to Sincerity: Agency, the Speaking Subject, and Their Historicity in the
126
Глава 2. Тайная дипломатия Габсбургов
писанные шпионами XVI века, невозможно узнать, в какой степени они были мотивированы религиозными и психологическими факторами.
Итак, какова роль религии в этой профессии, изображаемой
как предприятие в пограничном мире материальных благ? Несмотря на то что на этот вопрос сложно дать исчерпывающий
ответ, опять же из-за характера документации, можно предположить, что религия стала положительным фактором, а не отрицательным, и обеспечивала сотрудничество и солидарность
между единоверцами, а не препятствовала контактам и сотрудничеству между представителями разных религий.
Короче говоря, это не отпугивало, а поощряло. Религиозные
границы, похоже, не беспокоили лиц, принимающих решения,
которые с удовольствием нанимали неверных и ренегатов и даже
вели переговоры о бегстве видных полководцев с другой стороны. Габсбурги вели переговоры об отступничестве не только
ренегатов османской службы, таких как Улуч Али, Хасан Ага,
Джигалазаде Юсуф Синан-паша и Хасан Венециано, но также
и свободных мусульман, таких как Барбаросса и Мехмед-паша,
сын Салиха Рейса и бывший генерал-губернатор Алжира.
Подобные примеры были и в более терпимом османском
мире. Например, Альвизе Гритти, незаконнорожденный сын
венецианского дожа Андреа Гритти и важный политический
деятель в Константинополе, вел переговоры от имени османов
о дезертирстве Андреа Дориа, адмирала Карла V и фактического
правителя Генуи. Австрийский дворянин, сражавшийся против
османов, Кристоф де Роггендорф мог найти работу в Константинополе, не обращаясь в ислам
196
.
Положительная роль религии заключалась в том, что временами она могла убедить лиц, принимающих решения, прибегнуть к определенным неправдоподобным стратегиям и нанять
Context of Religious Conversion», Comparative Studies in Society and History 39 (4):
674–693, Talal Asad, «Comments on Conversion.» in Conversion to Modernities:
The Globalization of Christianity, ed. Peter van der Veer (New York: Routledge,
1996), 263–273 and recently reinforced by Ella-Natalie Rothman, «Between Venice
and Istanbul», 120–121.
196
Isom-Verhaaren, «Shifting Identities», 10-134.
127
Тайная дипломатия испанских Габсбургов в Средиземноморье (XVI век): II часть
шпионов, полагавшихся на сантименты солидарности единоверцев. Лучший пример этого можно увидеть во взаимоотношениях
между обоими правительствами и их соответствующей «пятой
колонной» на землях друг друга: маврами в габсбургской Кастилии и православными на oсманских Балканах.
2.6. Шпионаж как предприятие:
награды
Если ранний современный шпионаж был финансовым предприятием, какой награды шпионы искали в обмен на свои услуги? Финансовое вознаграждение варьировалось в зависимости
от качества и социального положения человека. Офицеры и дворяне, которым предлагали взятки за предательство и дезертирство, а также информаторы, занимавшие должности в иностранных правительствах и предоставлявшие важную информацию,
получали больше денег, чем обычные шпионы и саботажники,
которым платили в соответствии с их званием и обязанностями,
цитируя современный документ: cada uno en su grado y Cargo Respectivamente
Согласно Гарниcеру и Маркосу, шпионы Габсбургов в Англии
и Франции получили больше, чем шпионы, действующие в Восточном Средиземноморье, потому что власти Габсбургов не доверяли этим «туркам, грекам, албанцам и ренегатам»
следует добавить пару моментов. Во-первых, следует отметить,
что операциям препятствовало отсутствие открытых дипломатических отношений между двумя империями.
Как следствие, нехватка качества завербованных шпионов
породила недоверие к ним со стороны властей Габсбургов. Все
было бы иначе, если бы в Константинополе был посол Габсбургов, который выступал бы за выделение большего количества ресурсов для шпионов в Леванте, качество и надежность которых
не были бы предметом споров, пока посол нанимал и проверял
197
.
198
. К этому
197
AGS, E 486, Relacion de lo que se escrivio al Comendador Mayor de Castilla
con Juan Maria Renzo de Madrid a XXV de março 1568.
198
Garnicer and Marcos, Espías de Felipe II, 372.
128
Глава 2. Тайная дипломатия Габсбургов
их лично. Во-вторых, возникают еще два вопроса: может ли эта
разница, заявленная Гарниcером и Маркосом, свидетельствовать о разнице номинальных цен и заработной платы в этих двух
разных регионах?
Или это может показать нам, что Филипп II не столько вкладывал в конфликт с османами в Средиземном море, сколько
в конфликт с Великобританией и Нидерландами в Северной Европе? Оба эти вопроса требуют сравнительных исследований,
выходящих за рамки данной монографии: во-первых, вопросы
заработной платы солдат и офицеров в обеих империях, а вовторых, военные расходы Габсбургов в обоих регионах. Центральные правительства прибегали к разным формам оплаты.
Например, в администрации Габсбургов существовала разница между ayuda de costa, единовременной выплатой вновь набранным шпионам для покрытия их командировочных и других
расходов, и entretenimiento, годовой зарплатой, которая обычно
составляла от 100 до 400 дукат
199
. Некоторым шпионам приходилось выдерживать испытательный срок, в течение которого
им давали ограниченную сумму денег, пока они не добились результатов.
Посол Габсбургов в Венеции Гусман де Сильва предложил
такой метод для Луиса де Портильо, которому нужно давать
деньги, а не entretenimiento ordinario y señalado. 200 дукатов на
этот раз было бы достаточно, чтобы дать этому шпиону «надежду
на большее», против использования которого посол посоветовал
проявлять осторожность
200
. Были случаи, когда шпионы также
просили дополнительных денег для определенных операций.
Например, Джованни Агостино Джильи попросил денег, чтобы
нанять необходимых людей среди ренегатов, которые осознали
бы непрактичный заговор Габсбургов по поджогу османских кораблей в Арсенале
201
.
199
Гарнисер и Маркос приводят разные цифры. Согласно Эспиасу де Фелипе II, 291 г., шпионы Габсбургов получали в среднем ежемесячное жалованье
в размере 25–40 дукатов, что означает 300–500 дукатов в год.
200
AGS, E 1506, fols. 86 (16 April 1573) and 94 (20 July 1573). He would
be proven right when the Habsburgs realized what kind of a scoundrel Portillo was.
201
AGS, E 1392, fol. 74 (16 March 1563).
129
Тайная дипломатия испанских Габсбургов в Средиземноморье (XVI век): II часть
Джильи был вынужден обратиться в центр, так как он запросил крупную сумму, но другие шпионы пойдут к руководителям
своих сетей также просить меньшие суммы. В Рагузе дон Сезар
де ла Мара «импровизированно» заплатил 20 талеров одному
из шпионов в своей сети, хотя он уже получил 60 эскудо, отправленных центром пару дней назад
202
.
Aрендная плата предлагалось в переговорах об отступничестве, поскольку передача феодальных владений была бы непрактичным методом оплаты для шпионов на местах, которые не могли бы использовать феодальные владения в далекой стране
203
.
Имеется меньше информации, проливающей свет на османское финансирование шпионажа. Причиной тому могла быть
наша исходная база. По большей части наши выводы относительно сбора османской информации основывались на документах, выпущенных центральным правительством Османской
империи, или документах, касающихся османской разведки,
которые хранились в иностранных архивах.
В отличие от случая с Габсбургами, у нас нет документации,
выпущенной османской местной администрацией, которая мог-
202
AGS, E 1332, fol. 207 (14 September 1573).
203
Например, во время переговоров о подчинении Алжира Габсбургам власти предложили Улуч Али 10 000 дукатов де рента в Неаполитанском королевстве, которые он мог передать своим потомкам, а также титул графа, маркиза или
герцога. Другие менее важные фигуры предложили аналогичные компенсации.
Катания получит 4 000 дукатов де-рента в королевстве Сицилия с титулом барона или графа, Кьяйя 3 000 дукатов де-рента в любом из двух королевств с титулом барона или графа. AGS, E 487 (28 July 1569) Инструкция primera a Andrea
y Francesco Gasparo sobre el negocio de Argel. Точно так же Маранке, генеральному комитету османского флота, было предложено 5000 дукатов де рента, а также
5 000 дукатов де ayuda de costa в обмен на его дезертирство с частью османского
флота. E 486, Relacion de lo que se escrivió al Comendador Mayor de Castilla con
Juan Maria Renzo, de Madrid a XXV de março 1568. Французский посол в Константинополе запросил, в случае вероятного отрицательного ответа на его просьбу
о включении в венецианскую знать, 3 000 дукатов d'intrata и еще тысячу, которые
должны быть разделены между двумя его иждивенцами в обмен на его услуги
венецианской секретной службе и (добровольное) переход на сторону Венеции.
ASV, CCX-LettAmb, b. 3, fols. 85–88 (13 January 1566, m.v.), 98–100 (8 February
1566, m.v.).
130
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]