Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Стрельцы
.pdf
11Предисловие
чтоцарь скончался в12 часу дня.** Сочинитель предпочел последовать сказанному ввышеозначенной надписи.
ВXIV части «Древней Российской Вивлиофики» настранице 109
помещено встихах царю Феодору Алексеевичу надгробное слово,
изкоего видно, чтоон умер вчетверток. Посему можно было узнать, что14 мая, день, назначенный заговорщиками длябунта, был
понедельник. Таким образом можно было рассчитать, где было сие
вромане нужно, какие дни были визвестные числа, замечательные
покаким-нибудь событиям.
ВVII части «Древней Российской Вивлиофики» настранице 375
иследующих помещены два различных известия овступлении Петра
I напрестол. Сочинитель сей статьи говорит: «Читателю благоразумному оставляется изобеих сих известий выбирать то, чтоимовернее,
илиоба согласить, сколько обстоятельства тодозволят». Самже он
ничего нерешает. Известия сии содержатся взаписках Разрядного
иПосольского архивов. Взаписках первого сказано, чтопосмерти
царя Феодора Алексеевича патриарх иГосударственная Дума совещались онаследовании престола иположили избрать царя общим
согласием людей всех чинов Московского государства; чтоизбран
был царем Петер Алексеевич; чтоДума согласилась ссим избранием
ипатриарх благословил Петра нацарство. Взапискахже Посольского
архива неупоминается ничего осем избрании, асказано, чтоцаревич
Иоанн уступил престол брату потому, чтоунего здравствует его
мать, царица Наталья Кирилловна; ичтопопросьбе духовенства,
Думы инарода Петр Алексеевич принял царский венец.
Голиков настранице 151 «Деяний Петра Великого», вI части,
старается согласить сии записки, полагая, чтопосле отречения
Иоанна Алексеевича отпрестола патриарх ибояре изосторожности рассудили предоставить избрание царя наволю всех чинов
инарода. Галем вLeben Peters des Grossen, вI части, настр. 31 и32
последовал запискам Разрядного архива, анастранице 281, приводя
оба известия, замечает странность причины, побудившей царевича
Иоанна уступить престол брату, исомневается вотречении его.
** 27 апреля солнце восходит в Москве в 4 часа 12 минут, а заходит в 7 часов
48 минут. Следовательно, царь Феодор умер, по нынешнему счислению часов,
в 4 часа 27 минут пополудни, за 3 часа 21 минуту до захождения солнца.

12 Стрельцы
Вероятно, говорит он, слабый царевич сам выдумал сию причину
дляприкрытия настоящей. АБергман всочинении своем Peter der
Grosse als Mensch und Regent, вI части, настранице 106, заметив
также противоречие впомянутых записках двух архивов, пишет,
чтоцаревич Иоанн извопроса патриарха «кому изних престол
наследовать?» заметил желание предпочесть ему младшего брата
ирешился добровольно уступить ему корону; ибо (сказал он) родительница его Наталья Кирилловна, жива; ичтопатриарх объявил
осем отречении царевича народу, который воскликнул:
«Дабудет царем нашим царевич Петр Алексеевич!». Далее,
говорит Бергман, следуя Голикову, что: все присягали царю Петру
10мая 1682года. Ноизобъявления (Манифеста) напечатанного
воIIтоме «Полного Собрания Законов Российской Империи»
настранице 384, видно, чтовсе, сказанное взаписках Разрядного архива, справедливо; чтоПетр был избран народом ичтовсе
присягали ему 27 апреля (ане10 мая), неисключая истрельцов,
окоторых Сумароков пишет, чтоони непризнали общенародного
избрания инеприсягали Петру.
Записки Разрядного архива очевидно заимствованы изозначенного Объявления, изданного 27 апреля, азаписки Посольского
согласны сактом, изданным 26 мая 1682года после переворота,
произведенного царевною Софиею. Вакте сем объявлено осовокупном вступлении напрестол Иоанна иПетра иопоручении ей
управления государством. (См. II том «Полного Собрания Законов
Российской Империи», стр. 398). После сего понятно, почему всем
акте умолчано обизбрании Петра нацарство иоприсяге стрельцов;
почему причиною уступки престола Иоанном брату выставлено
только то, чтомать Петра, царица Наталья Кирилловна, здравствует,
ипочему, наконец, несходны официальные записки двух архивов.
Таким образом сочинителю легко былобы увеличить историческими примечаниями вес своего сочинения; ноон боялся, чтобы
этот вес неподействовал наодни весы почтамта ичтобы сочинение
его несделалось вместе стемлегче навесах критики, ибо она моглабы укорить автора зананесение читателям скуки множеством
примечаний, которые послужилибы только ктому, чтобы показать
труды его визыскании исоображении материалов.

13Предисловие
Места вромане, напечатанные косыми буквами, заключают всебе
выписки, безвсякой перемены слога, изисторических источников
илидляпоказания, какунас вописанное вромане время выражались иписали, илидляприведения подлинных слов иписьменных
актов, почему-нибудь любопытных изамечательных.
Сон, описанный вI части романа, вымышлен. Сочинитель всем
случае воспользовался правом романиста, необязанного все безисключения основывать наисторических источниках. Может быть,
станут его осуждать занесоблюдение правдоподобия; ибо многие
считают, чтосны немогут предсказывать будущего. Носочинитель
оправдывается свидетельством новейших германских психологов,
которых нельзя укорить всуеверии иливнеосновательности. Основываясь наопытах, они пишут, чтодеятельность души вовремя
сна совершенно отличается отея деятельности вовремя бодрствования, подлежа чудесным, непостижимым законам, ичтосны, хотя
ииредко, могут предсказывать будущее, равно какивозобновлять
вдуше такие представления, которые учеловека всостоянии бодрствования давно уже изгладились изпамяти.
Длинное предисловие, вероятно, навело уже скуку напочтенных
читателей. Сочинитель почтет себя счастливым ивознагражденным затруды, если роман его успеет произвести наних противное
действие.

Часть первая
I
Где стол был яств, там гроб стоит
Где пиршеств раздавались лики,
Надгробные там воют клики,
И бледна смерть на всех глядит.
Глядит на всех, — и на царей,
Кому в державу тесны миры,
Глядит на пышных богачей,
Что в злате и сребре кумиры;
Глядит на прелесть и красы,
Глядит на разум возвышенный,
Глядит на силы дерзновенны
И точит лезвие косы.
Ⱦɟɪɠɚɜɢɧ
Лучи заходившего солнца играли назолотых главах церквей кремлевских. Улицы иплощади пустели. Налице каждого прохожего
можно было заметить задумчивость, уныние ибеспокойство.
— Прогневали мы, грешные, Господа Бога!— сказал купец
Гостиной сотни Лаптев,* подходя кдому своему сприятелем, пяти-
* Купечество разделялось тогда: 1) на гостей, 2) на купцов Гостиной сотни,
3) Суконной и 4) Черных сотен и слобод. Гостям особыми царскими грамотами
давались разные преимущества. Они, по свидетельству Кильбургера, были царские коммерции советники. Торговлю производили оптовую, как внутри государства, так и за границею, особенно в Персии. Место, где складывались их товары, называлось Гостиным двором. Купцы Гостиной сотни производили торговлю
разными товарами внутреннюю и имели дело с иностранными купцами в Архангельске. Купцы Суконной сотни торговали сукнами и другими шерстяными
товарами. Оба сии разряда по особым дозволениям правительства имели право
ездить и за границу. Купцы Черных сотен и слобод производили внутреннюю мелочную торговлю, нередко собственными своими изделиями.

15Часть первая
десятником Сухаревского стрелецкого полка Борисовым.— Царь,
говорят, очень плох! Ужизволил приобщиться исобороваться.
Того ижди, что… данет! Ивыговорить страшно!
— Бог милостив, Андрей Матвеевич!— сказал пятидесятник.—
Кчему наперед унывать ипечалиться. Авось царь ивыздоровеет.
— Дай Господи! дакудаже ты торопишься, Иван Борисович.
Шли мы далеко, устали. Неужто незайдешь комне отдохнуть?
Женабы поднесла вишневки. Неупрямьсяже, потешь приятеля.
Этакой несговорчивый! Словно подьячий Судного приказа!
Сэтим словом купец, схватив одною рукою пятидесятника
зарукав, другою взялся закольцо изастучал вкалитку. Надворе
раздался лай собаки, ичерез минуту приказчик Лаптева, сбежав
поспешно слестницы, отворил калитку.
— Ванюха! Беги всветлицу кхозяйке искажи, чтоб принесла нам фляжку вишневки дачто-нибудь длязакуски. Слышь ты,
мигом! Его милости невремя дожидаться.
Вслед запобежавшим приказчиком хозяин повел гостя налестницу. Потом через стекольчатые стены итемный чулан, где лежало
несколько груд выделанной кожи исафьяна, вошли они вчистую
горницу. Два небольшие окна ее были обращены наЯузу. Водном углу горела серебряная лампада перед образами старинной
живописи, вбогатых окладах. Другой угол занимала пестрая
изразцовая печь слежанкой. Подле дверей, вшкафе состеклами,
блестели серебряные ковши ичарки, оловянные кружки идругая посуда. Перед одним изокон стоял большой дубовый стол,
накрытый чистою скатертью, ипридвинутая кнему скамейка,
покрытая пестрым ковром скрасною бахромою. Вэтом состояли все украшения комнаты. Помолясь образам ипосадив гостя
кстолу, хозяин, потирая руки, вмолчании ожидал вишневки.
Наконец дверь отворилась. Приказчик поклонился низко гостю
и, поставив перед хозяином пирог наоловянном блюде ифляжку
сдвумя серебряными чарками, вышел.
— Милости просим выкушать!— сказал Лаптев, налив чарку.
— Аты-точтоже, Андрей Матвеевич? Разве яодин пить стану?
— Исебя необнесем!— отвечал хозяин, наливая другую чарку.— Ох, Иван Борисович!— продолжал он, вздохнув.— Сердце

16 Стрельцы
уменя замирает! Что-тобудет снашими головушками, какбатюшки-царя унас нестанет!
— Опять ты загоревал, Андрей Матвеевич. Чтобудет, тобудет!
Чтоунывай, тохуже! Ну, еслиб даже— отчего сохрани Господи!—
искончался царь; святое месте небудет пусто! Взойдет напрестол
наследник.
— Вот то-тоигоре, Иван Борисович, чтонаследников-тоунас
двое: царевич Иван Алексеевич дацаревич Петр Алексеевич. Знакомый мне изХолопьего приказа подьячий вчера уменя ужинал.
Человек нужный. Яего, ты знаешь, угостил. Он, Бог сним, выкушал
целую фляжку настойки даипоразговорился оразных важных
делах. Сначала мне любо было его слушать, анапоследки таково
стало страшно, чтоменя дрожь проняла. Ябыло его унимать, аон
пуще задорится. Так настращал, проклятый, чтояцелую ночь глаз
несмыкал!
— Дачтож он тебе говорил такое?
— Говорил-тоон мне много! Всего иневспомнишь!— отвечал
Лаптев, понизив голос ипоглядывая надверь снекоторым беспокойством, желая удостовериться, плотноли она затворена.— Даты,
Иван Борисович, ячай, сам все знаешь!
— Ничего янезнаю. Ужесли заговорил, так договаривай. Ведь
изизбы сору невынесу. Неужто меня опасаешься?
— Чего тебя опасаться, Иван Борисович! Ведь ты несыщик
Тайного приказа, прости Господи, амой старинный приятель икум.
Выпьем-ка ещепочарке, так авось ипорасхрабрюсь. Твоя милость
ибезчарки нетрусливого десятка, аятак нет! Мы люди робкие,
смирные! Пуганая ворона икуста боится. Затвое здоровье, друг
любезный!
Осушив чарку, Лаптев продолжал:— Ну так изволишь видеть,
куманек. Подьячий,— типунбы ему наязык!— говорил вот что.
Царь-де очень плох, того исмотри, чтоБогу душу отдаст.— Дай Господи ему царство небесное! Тьфу пропасть! Многие лета!— Аколи
он скончается, тобудет худо, очень худо! Я, слышь ты, рассказывать-тонемастер. Покойный крестный батька часто заэто меня
бранивал итвердил:— Неумеешь говорить, так больше кланяйся!— Даневэтом дело! Чтониговори, аужбеды нам неминовать.

17Часть первая
— Дарастолкуй мне, Андрей Матвеевич, какой беды?
— То-тоибеда, чтоярассказывать немастер. Подьячий,— провал его возьми!— сказывал, что, если царь, слышь ты, скончается,
так ипойдет потеха! Блаженной памяти царь Алексей Михайлович,
когда был ещежив, хотел царевича Петра назначить посебе наследником, дацаревна Софья Алексеевна помешала. Всем известно,
чтоИван Алексеевич слабенек здоровьем. Вот, слышь ты, нынешний царь Феодор Алексеевич также объявил желание инаписал
грамоту, чтобы престол достался после него Петру Алексеевичу.
АСофья-тоАлексеевна опять помешала. Подьячий болтал, чтоей
самой хочется царствовать ичтоона прочит напрестол Ивана Алексеевича. Царевна-де думает: он будет хворать, аяделами управлять.
Многие бояре ей помогают. Невобиду твоей милости будь сказано,
они подговаривают истрельцов. Ужбыть потехе!
— Ты, кажется, Андрей Матвеевич, человек разумный, аверишь
бредням пьяного подьячего. Желалбы язнать: ктобы меня мог
подговорить! Сам сатана непрельстит твоего кума, хоть золотые
горы сули!
— Дай Господи, какбы все стрельцы так думали; даведь невсе
похожи натвою милость. Всемье небезурода! Притом, если какой-нибудь боярин втай станет подговаривать, давать рублевики;
уговорит, умаслит, скажет, чтоцарь приказал. Долголи, куманек,
вдаться вобман.
— Нет, Андрей Матвеевич! Трудно обмануть того, ктоБога
помнит, царя почитает иближнего любит, какследует православному христианину.
— Разумные речи, Иван Борисович, разумные речи! ИПисание
все это повелевает. Подьячий меня напугал, аты утешил. Выпьемже
заздоровье нашего батюшки-царя Феодора Алексеевича!
Сэтими словами Лаптев наполнил снова чарки вишневкою.
Приятели встали, обнялись, поцеловались илишь только хотели
взяться зачарки, каквдруг раздался вКремле колокольный звон.
— Чтоэто значит?— сказал Борисов.— Кажется, набат?
— Нет, куманек. Что-тобольно заунывно звонят, даивсе
вбольшие колокола. Ох, Иван Борисович! Что-нибудь данеладно!
Посмотри-ка, посмотри, какнарод бежит поулице.

18 Стрельцы
Лаптев открыл окно и, увидев знакомого купца, закричал:—
Иван Иванович! Иван Иванович! Куда ты бежишь? Аль напожар?
— Худо, Андрей Матвеевич! Очень худо!— отвечал купец,
остановясь изапыхавшись.— Меня едва ноги несут.
— Даскажи, немучь! Чтонаделалось?
— Нашего батюшки-царя нестало!— отвечал купец ипобежал
далее.
Какгромом пораженный, Лаптев отскочил отокна, сплеснув
руками. Стрелец, изменясь влице, перекрестился. Долго оба непрерывали молчания. Наконец, Лаптев, после нескольких земных поклонов
пред образом Спасителя, закрыл лицо руками, ислезы покатились
побледным щекам его. «Упокой, Господи, душу его воцарствии
небесном!»— сказал он. Борисов, крепко обняв хозяина, вмрачной
задумчивости вышел изего дома, поспешая явиться вполк, аЛаптев
взял подобразами лежавший свиток бумаги, накотором написаны
были святцы, идрожащею рукою отметил настороне подле имени
св. Симеона: «Лета 190* Апреля в27 день, вчетверток, в13 часу
дня, преставился православный государь, царь ивеликий князь
Феодор Алексеевич».
II
Заря багряною рукою
От утренних спокойных вод
Выводит с солнцем за собою
Твоей державы новый год.
Ʌɨɦɨɧɨɫɨɜ
Часы наФроловской башне пробили 14-й час дня. Водворце собралась Тайная Государственная Дума. Вправой стороне обширной
залы сосводами, поддерживаемыми посредине колонною, между
двух окошек стоял сияющий золотом престол сзаощренными столбиками посторонам исостроконечною крышею. Наднею блестел
двуглавый орел. Подкрышею, назадней стенке престола видна была
икона Божией Матери, надцарскими креслами. Справой стороны,
* 7190 от сотв. мира. 1682 по Рожд. Христове.

19Часть первая
наневысокой серебряной пирамиде, накрытой золотою тканью,
лежала осыпанная драгоценными каменьями держава. Повсему
полу залы пестрели персидские ковры, аоколо стен возвышались,
четырьмя ступенями отпола, обитые красным сукном скамьи. Голубые штофные занавесы, висевшие наокнах, препятствовали лучам
солнца проникать взалу. Стены были украшены иконами, древними
картинами исеребряными подсвечниками, вравном расстоянии
один отдругого прикрепленными. Горевшие вних восковые свечи
разливали позале тусклый свет иосвещали сидевших наскамьях
патриарха, митрополитов,** архиепископов, бояр, окольничих идумных дворян. Думные дьяки стояли внекотором отдалении. Взале
царствовала глубокая тишина, ивзоры всех устремлены были напатриарха Иоакима. Наконец он встал и, благословив собрание, сказал:
— Поволе Бога Вышнего, сотворшаго небо иземлю, вЕгоже
Деснице судьба всех царств земных инародов, православный
государь наш, царь ивеликий князь Феодор Алексеевич прешел
изсея временныя жизни ввечную. Дасовершается святая воля Его
идабудет благословенно имя Его. Всокрушении сердца вознесем
мольбы оупокоении души преставльшагося царя иодаровании
сиротствующему граду сему ивсей России царя нового. Благоверному царевичу Иоанну Алексеевичу подобает вступить напрестол
прародительский; ноон изрек волю свою нам, зовущим его нацарство. Он вручает державу брату своему, благоверному царевичу
Петру Алексеевичу. Сего ради, поволе благочестивейшей царицы
Натальи Кирилловны, мерность наша
***
призывает собрание сие:
дапомолимся Господу Богу, направляющему сердца праведных
коблагу, идаизберем царя игосударя всея России.
Впродолжение речи, каждый раз, когда патриарх произносил
имя Божие, присутствующие, снимая свои высокие собольи ичерные лисьи шапки, крестились. Когда патриарх сел наместо, встал
боярин Милославский исказал:
— Ненам, рабам иверным слугам царским, решать: кому изцаревичей престол наследовать. Искони велось, чтобы старший сын
** До патриарха Иоакима было в России 5 митрополитов. Он умножил число
их до 12.
*** Так называли себя патриархи.

20 Стрельцы
царя был наследником престола. Какое имеем мы право мимо
старшего брата звать нацарство младшего? Царевичу Иоанну
следует принять державу.
— Разве ты неслыхал, Иван Михайлович, чтоговорил святейший патриарх?— возразил брат царицы, боярин Нарышкин.—
Разве можно принудить царевича Иоанна вступить напрестол,
когда он того нехочет?
— Так, Иван Кириллович!— сказал Милославский.— При
нуждать нельзя, апросить можно. Может быть, он ипеременит
свое намерение.
— Царевича уже просили, он отказался, так вдругой раз
просить непригоже!— возразил Нарышкин.
— Полно, такли, Иван Кириллович? Хоть здесь, всобрании,
инеследовалобы говорить, какие поМоскве слухи носятся,—
однако ж искрыть грешно. Многие думают, чтоцаревича Иоанна
принудили отказаться отпрестола.
— Дактожбы его мог принудить?— спросил начальник
Стрелецкого приказа, князь Михаил Юрьевич Долгорукой.
— Почему мне знать? Яэтому исам неверю, аговорю только,
чтослухи носятся.
— Невсякому слуху верь, Иван Михайлович!— продолжал
Долгорукой.— Можно спросить самого царевича. Стыдно тогда
тебе будет, когда все увидят, чтоты напрасно наводишь наближнего подозрение. Явижу, накого ты метишь.
— Неужто ты думаешь, чтояговорю оцарице Наталье Кирилловне? Сохрани меня, Господи! Царица так беспристрастна
исправедлива, чтоникогда непредпочтет даже родного сына
пасынку.
Последние слова Милославский произнес сироническою
улыбкой, которая явно открывала его настоящие мысли. Бояре
разгорячились. Начался между ними жаркий спор, вкотором
постепенно ивсе собрание приняло участие. Наконец Дума решила: «Быть избранию нацарство общим согласием всех чинов
Московского государства людей». Дьяки записали решение Думы.
Между темнаплощади перед дворцом собрались стольники,
стряпчие, московские дворяне, дьяки, жильцы, городовые дворяне,
-
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
