Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Содействие адаптации и интеграции мигрантов усилиями НПО и юридического сообщества. Сборник материалов Международной научно-практической конференции (

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
☆
Изначально адвокаты не осуществляли обязанностей судебных представи­телей, адвокаты были исключительно законоведами, юрисконсультами, помощниками стороны в процессе и давали только правовые советы сво­ему доверителю, а судебные представители были отдельные лица, так ска­зать, ходатаями по делу, уполномоченные сторон. Со временем произош­ло смещение функций судебного представителя и адвоката, и последние стали действовать в суде.
Обращаясь к трудам дореволюционных ученых, таких как Е.В. Вась­ковский, К. Малышев и др., можно увидеть, что адвокатура определялась как правозаступничество, т.е. юридическая помощь, оказываемая нуж­дающимся в ней лицам специалистами – правоведами, обладающими юридическим образованием. Её развитие и усовершенствование должно идти параллельно с усложнением юридического строя общества55.
Появление адвокатуры было вызвано жизненной необходимостью – ликвидировать беспомощность граждан в области права, уравнять послед­них с государством в средствах защиты, так как незнание законов лишало их возможности ограждать свои права и бороться против тонких юриди­ческих уловок. Право было недоступным для всех и каждого. Человек стоял лицом к лицу с всесильным государством в лице своего органа или органов, и в любой момент он мог быть уничтожен этой властью. Это бы­ло и это есть. Государство обладает двойной силой: силой физической и силой знания права. Кто должен взять этого человека под свое покрови­тельство, как не само государство?
Если мы хотим иметь правовое демократическое государство, то оно должно не только гарантировать права и свободы, а предлагать каждому реальные меры их защиты, одним из которых является адвокатура, кото­рая выступает в роли щита: адвокатурой государство защищает человека от самого себя, это реализованная гарантия защиты и независимости чело­века от государства.
И очень важно понимать, что эта гарантия заложена в самом важном механизме, созданным государством, - в правосудии, в его системе, где адвокатура имеет своей целью обеспечение полной защиты тяжущихся и обвиняемых, помогает существовать состязательности в гражданском и уголовном судопроизводстве, достижению истины в процессе. Эту роль отмечали дореволюционные ученые, называя адвокатуру «истолкователь­ницей законов и пособницей суда», «помощником или вспомогательным органом правосудия»56.
Санкт-Петербург, 1893. С. 10.
55
Васьковский Е.В. Организация адвокатуры: Очерк всеобщей истории организации
адвокатуры. Ч. 1. Издание юридического книжного магазина Н.К. Мартынова, Санкт­Петербург, 1893. С. 10; Малышев К. Курс гражданского судопроизводства. I т. 1874. С. 205.
56
Васьковский Е.В. Организация адвокатуры: Очерк всеобщей истории организация
91
Адвокатура – институт юридический, а не политический, она пресле­дует те же задачи, что и суд: защиту права, осуществление закона57. У ад­воката должен быть особенный статус, поскольку защищенность адвоката показывает на защищенность его доверителя (физического или юридиче­ского лица) точно так же, как и незащищенность одного делает беззащит­ным другого.
Важной гарантией защищенности адвоката является его независи­мость. В ст. 18 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» гово­рится о запрете вмешательства в адвокатскую деятельность, осуществляе­мую в соответствии с законодательством, либо препятствования этой дея­тельности. Независимость адвоката подразумевает отсутствие подчинен­ных отношений по роду службы различным начальникам (отсутствие вла­стного вмешательства и ограничения). Адвокаты не должны страдать от последствий или подвергаться опасности любых санкций или давлению, когда они осуществляют свою профессиональную деятельность в рамках действующего законодательства наравне с судьями и прокурорами. Счита­ем необходимым не только прописать в законе о запрете вмешательства в адвокатскую деятельность и тем более ее воспрепятствованию, но и преду­смотреть ответственность за такое вмешательство, внеся соответствующие изменения в ст. 294 главы 31 «Преступления против правосудия» УК РФ и ст. 18 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ».
Гонорар служит второй гарантией и механизмом обеспечения незави­симости адвокатуры. Гонорар – это вознаграждение, получаемое адвока­том, за оказание юридической помощи. Не исследуя природу данного явле­ния хотим лишь отметить, что если бы адвокат получал плату от государст­ва, то рано или поздно он перешел бы на его сторону, склоняя тяжущихся к повиновению, признанию необоснованных претензий, к окончанию дела миром на невыгодных условиях. Все это нарушало бы баланс в объектив­ности, состязательности, равноправии и делало государство еще сильнее.
Идеальным было бы получение этого вознаграждения от общества, которое стремится к защите своих членов, но данная система не продума­на и пока в настоящее время не может быть реализована. В связи с чем го- норар оплачивается гражданами и организациями, которым оказывается юридическая помощь. По этому поводу хорошо заметил Бентам: «Сравни-
адвокатуры. Ч. 1. Издание юридического книжного магазина Н.К. Мартынова, Санкт­Петербург. 1893. С. 334; Слиозберг. Адвокатура за 25 лет // Журнал гражданского и уголовного права. 1889. № 9. С. 32-36.
57
Васьковский Е.В. Организация адвокатуры: Очерк всеобщей истории организации
адвокатуры. Ч. 1. Издание юридического книжного магазина Н.К. Мартынова, Санкт­Петербург. 1893. С. 320.
92
те работу невольника с работой свободного человека и увидите разницу между побуждением наказания и побуждением награды»58.
Делая вывод из всего вышеизложенного, хотелось бы предложить свое определение адвокатуры как частно-правового и публично­правового института, созданного для реализации конституционных обяза­тельств государства по обеспечению граждан достойной и высококвали­фицированной юридической помощью, содействию в защите прав, свобод и законных интересов граждан и организаций, осуществлению правосу­дия, достижению правопорядка в обществе, уважению закона, правовому просвещению физических и юридических лиц.
Адвокатура способствует стабильности и миру в обществе, выравни­ванию правового положения человека перед лицом государства, макси­мальной объективности в рассмотрении обстоятельств дел по граждан­скому и уголовному законодательству и индивидуальному исправлению провинившихся. Появление адвокатуры было связано с развитием обще­ства, а ее совершенствование зависит от развития юридического строя. Как правильно отмечает А.А. Власов, «деятельность адвоката в суде - не­легкое и в нравственном отношении высокоответственное дело»59.
Следует признать, что в настоящее время отсутствует тождествен-
ность между определениями адвокатуры де-юре и де-факто. Де-факто ад­вокатура призвана содействовать реализации гарантированных государст­вом и закрепленных в Конституции РФ прав человека на судебную защиту своих прав, свобод и на получение квалифицированной юридической по­мощи, т.е. исполнять государственные обязательства (обещания) и быть публично-правовым институтом, а де-юре – это всего лишь сообщество профессиональных адвокатов и институт гражданского общества, что-то неопределенное и самостоятельное, отделенное от государства.
Подводя итог всему вышеизложенному, считаем необходимым отме-
тить, что норма закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» (п. 1 ст. 3) требует изменений и доработок, поскольку она не раскрывает истинного предназначения адвокатуры и формирует неправильное пред­ставление об этом институте в обществе и перед органами государствен­ной власти, а, как следствие, лишает адвокатов необходимых, эффектив­ных мер защиты и обеспечения их профессиональной деятельности и соб­ственной жизни.
58
Васьковский Е.В. Организация адвокатуры: Историко-догматическое исследование.
Исследование принципов организации адвокатуры. Ч. 2. Типография Стасюлевича М.М. Санкт-Петербург. 1893. С. 59; Бентам. О судоустройстве. 1860. С. 106.
59
Власов А.А. Судебная адвокатура: учебник / под общей ред. Г.Б. Мирзоева М.: Изд. группа
«Граница», 2009. С.7.
93
А.А. Кононов, студент 2-го курса магистратуры РААН
Проблемы реализации права обвиняемого (подозреваемого),
находящегося под стражей, на свидание с адвокатом при
противодействии со стороны правоохранительных органов
В случае противодействия со стороны отдельных сотрудников право­охранительных органов свиданиям конкретного защитника с обвиняемым (подозреваемым), находящимся под стражей, адвокат сталкивается с на­рушениями порядка допуска адвоката к участию в уголовном деле в каче­стве защитника обвиняемого (подозреваемого).
Исходя из смысла ч. 2 ст. 48 Конституции РФ и корреспондирующих ей положений Международного пакта о гражданских и политических пра­вах (пп. «b» п. 3 ст. 14) и Конвенции о защите прав человека и основных свобод (пп. «с» п. 3 ст. 6), существенным и неотъемлемым элементом пра­ва на помощь адвоката (защитника) является предоставление содержаще­муся под стражей обвиняемому (подозреваемому) возможности непосред­ственного общения со своим защитником и, соответственно, возможность последнего иметь свидания с подзащитным [1].
Право обвиняемого и подозреваемого пользоваться помощью защит­ника и иметь свидание с ним наедине и конфиденциально установлено ст. 46–47 УПК РФ.
Порядок и условия предоставления обвиняемому (подозреваемому), находящемуся под стражей, свиданий с защитником определяются Феде­ральным законом «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняе­мых в совершении преступлений», которым установлены правила соблю­дения такого порядка [2].
Положения статьи 49 УПК РФ определяют момент, с которого адво­кат вправе вступить в уголовное дело. Им является момент предъявления адвокатом удостоверения адвоката и ордера.
Законодательство не предполагает какого-либо особого (разреши­тельного) порядка вступления в дело адвоката и, следовательно, не может служить основанием для следователя, в производстве которого находится уголовное дело, выносить некие решения в рамках процессуальных доку­ментов, разрешающих или запрещающих защитнику участвовать в деле, за исключением случаев, когда имеют место обстоятельства, исключаю­щие участие в производстве по уголовному делу.
Статья 18 Федерального закона «О содержании под стражей подозре­ваемых и обвиняемых в совершении преступлений» также не допускает введение разрешительного порядка реализации права адвоката иметь сви­дания с подозреваемым и обвиняемым, содержащимся под стражей.
94
Законодатель определил организационно-правовые и иные условия, а также элементы порядка допуска адвоката к участию в деле, которые не ставят допуск в зависимость от наличия «разрешения» следователя, одна­ко, как показывает правоприменительная незаконная практика, следовате­ли заставляют адвокатов совершать дополнительные, кроме предъявления удостоверения и ордера, действия, направленные на получение разреше­ния на свидания от следователя.
Понятие «допуск адвоката» толкуется следователями в том смысле, что для получения адвокатом свидания с обвиняемым (подозреваемым), находящимся под стражей, сотрудник Федеральной службы исполнения наказаний (далее по тексту - ФСИН), уполномоченный на выдачу пропус­ков на свидание, обязан убедиться в том, что данный адвокат является вступившим в дело защитником именно того обвиняемого, с которым просит о свидании.
Такая проверка заключается в исследовании личного дела обвиняемо­го (подозреваемого) с целью поиска информации о том, кто в данном лич­ном деле указан в качестве защитника обвиняемого, и, если данные не совпадают с данными заявителя, в выдаче разрешения на свидание защит­ника с обвиняемым (подозреваемым) будет отказано до момента, пока по документам следователя в личное дело не будут внесены изменения.
Соответствующая правоприменительная практика начала активно формироваться в последние годы.
Ярким примером такого правоприменения может служить апелляци­онное определение Московского городского суда от 26.03.2014 по делу № 33-9812/14, которым отказано в удовлетворении требований защитника о признании незаконными действий работников и руководителей ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по г. Москве, выразившихся в отказе в предос­тавлении свидания с подзащитным.
Судом было установлено, что 15 ноября 2013 года и 18 ноября 2013 г. адвокат Ш. обращался в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по г. Москве о свидании с подзащитным обвиняемым М., содержащимся в ФКУ СИЗО-2, предъявив ордер N *** адвокатского образования на защиту обвиняемого М. на предварительном следствии и в СИЗО и удостоверение адвоката N***. Однако в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по г. Москве он не был до­пущен для свидания с обвиняемым М., так как инспектор бюро пропусков отказалась оформить пропуск на свидание по причине того, что ни у адво­ката, ни в личном деле обвиняемого нет уведомления следователя о до­пуске адвоката Ш. к участию в уголовном деле.
Разрешая требования по существу, суд пришел к выводу об отсутст­вии оснований для удовлетворения заявления, поскольку незаконных дей­ствий (бездействия) со стороны должностных лиц ФКУ «СИЗО-2» УФ- СИН по г. Москве и УФСИН России по г. Москве не допущено, так как
95
при отсутствии у заявителя статуса защитника, допущенного к участию в конкретном уголовном деле, отказ администрации следственного изоля­тора в предоставлении свидания являлся обоснованным и не был направ­лен на ограничение прав на свидание, а предполагал выполнение опреде­ленной процедуры допуска адвоката к участию в деле, что соответствует положениям ст. 53 УПК РФ и не противоречит ст. 16.18 Федерального за­кона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений». Согласно вышеприведенным нормам УПК РФ право иметь с подозреваемым, обвиняемым свидания защитник имеет с момента допуска его к участию в уголовном деле. Ис­требование учреждением, осуществляющим содержание под стражей по­дозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, у органа, произ­водящего по уголовному делу процессуальные следственные действия, или суда сведений основано на нормах закона, поскольку сам по себе ор­дер и удостоверение адвоката для органов, осуществляющих содержание лиц под стражей, не подтверждают факт допуска адвоката в качестве за­щитника по уголовному делу [3].
Аналогичная позиция Московского городского суда изложена в апел­ляционных определениях от 24 декабря 2010 г. по делу N 33-39985, от 8 августа 2013 г. по делу N 4г/6-7226, от 12 марта 2014 г. по делу N 11-5263.
Данная практика показывает, что суды отказывают у удовлетворении требований защитников о признании действий сотрудников ФСИН неза­конными.
Возможно, самым простым способом решения вышеописанных си­туаций является выполнение незаконных требований следователей для получения «разрешения» на свидание. Однако необходимо заметить, что вышеописанные нарушения идут вразрез с правами адвокатов и обвиняе­мых (подозреваемых), установленными Конституцией РФ, а значит, дан­ная проблема должна решаться путем отстаивания собственных прав практическими и законодательными способами.
Самым действенным способом является обращение адвоката в суд. Предметом спора в данном случае может быть признание незаконными действий следователя. При этом сам факт подачи в качестве приложения к жалобе в суд ордера адвоката будет являться вступлением адвоката в дело.
Схожее решение может заключаться в подачи жалобы на имя руково­дителя следствия. Практика показывает, что такое обжалование является менее эффективным по сравнению с обжалованием в судебном порядке, поскольку сам следователь, который в соответствии с изменениями в УПК РФ перестал быть даже формально самостоятельной процессуальной фи­гурой, если и нарушает права подследственного, не допуская для защиты конкретного адвоката, то только по приказу или как минимум с разреше­ния своего начальника.
96
В качестве альтернативного практического способа может также при­меняться явка адвоката на определенное процессуальное действие с целью предъявления дополнительного ордера и ходатайства об установлении своего допуска к участию в уголовном деле в качестве защитника. Приме­ром такого решения может служить явка адвоката на судебное заседание, предметом рассмотрения которого является разрешение ходатайства о продлении срока содержания обвиняемого (подозреваемого) под стражей.
Законодательным способом решения данной проблемы является при­ведение отдельных нормативно-правовых актов и практики правоприме­нения в соответствие с Конституцией РФ. Установление четких правил, регламентирующих порядок получения адвокатом права на конкретное свидание с обвиняемым (подозреваемым), должно устранить пробел меж­ду законодательством, регулирующим общие права адвокатов, обвиняе­мых (подозреваемых) и внутренними правилами и «обычаями» ПО, рег­ламентирующими порядок фактического пропуска к обвиняемому (подоз­реваемому), находящемуся под стражей.
Учитывая установленный объем доклада, невозможно исследовать всю совокупность проблем реализации права обвиняемого (подозреваемо­го), находящегося под стражей, на свидание с адвокатом и провести более глубокий анализ судебной практики, но проблемы, описанные в данной статье, являются одними из самых острых, а значит, и самыми важными для скорейшего решения, особенно с учетом приумножения количества описанных нарушений.
ПРИМЕЧАНИЯ
1. Постановление Конституционного Суда РФ от 25.10.2001 № 14-П «По делу о провер­ке конституционности положений, содержащихся в статьях 47 и 51 Уголовно - процессуаль­ного кодекса РСФСР и пункте 15 части второй статьи 16 Федерального закона «О содержа­нии под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», в связи с жа­лобами граждан А.П. Голомидова, В.Г. Кислицина и И.В. Москвичева» // Вестник Конститу­ционного Суда РФ. № 1. 2002.
2. Ст. 18 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ (ред. от 28.06.2014) «О содержа­нии под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» // Собрание за­конодательства РФ от 17 июля 1995 г. № 29, ст. 2759.
3. Апелляционное определение Московского городского суда от 26.03.2013 по делу № 33-9812/14.
97
М.В. Старцева, бакалавр юриспруденции, помощник адвоката
Правовое регулирование миграционных процессов:
опыт России, Германии и Китая
Миграционные процессы становятся одним из важнейших факторов
внутригосударственной и международной напряженности, оказывают влияние на социально-экономическую и политическую сферы жизни как мирового сообщества в целом, так и отдельных стран. Совершенствование нормативно-правовой базы, регулирующей миграционные процессы, яв­ляется одной из приоритетных задач повышения эффективности управле­ния миграционными процессами. В зарубежных странах, таких как Гер­мания и Китай, накоплен значительный опыт правового регулирования по привлечению высококвалифицированных специалистов, трудоустройства и обустройства иммигрантов, а также по приему беженцев и лиц, ищущих убежище. Кроме того, в этих странах разработаны эффективные механиз­мы борьбы с нелегальной миграцией, на государственном уровне призна­на необходимость и целесообразность государственной и общественной поддержки интеграции иммигрантов.
Развитие современной России оказывает существенное влияние на миграционное поведение людей. Естественные переселения, предсказуе­мые и регулируемые, нередко приобретают взрывной и драматичный ха­рактер. Резко ухудшились демографические показатели страны: снизи­лась рождаемость, возросла смертность, с 1992 г. доминирует тенденция естественной убыли населения страны (по данным Росстата, ежегодно в среднем более 764 тыс. человек). Стабилизировать численность населения страны и компенсировать его естественную убыль призваны процессы иммиграции и расселения людей на российской территории.
Современное значение термина «миграция населения» (от лат. migratio
- переселение, перемещение) применяется для обозначения социально­экономических, политических, демографических и иных явлений.
Отличие миграции людей от иных миграций, например, от миграции рыб и птиц (мигрируют на основании инстинкта) заключается в осознан­ном целенаправленном передвижении индивидов из одного населенного пункта в другой (из одной страны в другую).
На основе синтеза различных определений, мнений, точек зрения под миграцией (людей) обоснованно понимать социально-экономическое яв­ление, формирующееся в процессе реализации людьми своих намерений, связанных с передвижением и приобретением нового гражданско­правового статуса в местах вселения, а также с интересами семьи, обще­ства и государства.
98
Более целостное определение миграции в конституционно-правовом смысле обосновала Т.Н. Балашова: «Миграция - это совокупность право­вых отношений, возникающих при планировании и территориальном пе­ресечении гражданами, иностранными гражданами, лицами без граждан­ства как внешних, так и внутренних границ административно­территориальных образований в целях смены постоянного места житель­ства или временного пребывания на территории в иных целях, обуслов­ленная государственным регулированием, реализацией личных интересов и, как правило, влекущая приобретение нового правового статуса»60.
Важным шагом в развитии современной системы государственного регулирования миграции в Российской Федерации является разработка Концепции государственной миграционной политики Российской Феде­рации на период до 2025 года (утв. Президентом РФ)61.
В настоящее время Концепция считается единственным комплексным правовым актом, в соответствии с которым должна выстраиваться вся система миграционных отношений в Российской Федерации.
Разработка Концепции государственной миграционной политики Рос­сийской Федерации диктуется необходимостью обозначения стратегиче­ских ориентиров миграционной политики во взаимосвязи с ожидаемыми перспективами экономического, социального и демографического разви­тия России, а также общемировыми тенденциями глобализации. Реализа­ция Концепции должна способствовать разрешению проблем, препятст­вующих эффективному регулированию миграции, и снижению социо­культурных, экономических и политических рисков, связанных с прито­ком мигрантов.
Действующее законодательство Российской Федерации о миграции пока не позволяет в достаточной степени обеспечить осуществление эф­фективной миграционной политики в России. Миграционная ситуация имеет тенденцию к изменению, в связи с чем миграционное законодатель­ство требует постоянного совершенствования как на федеральном, так и на региональном уровне.
Миграционные процессы в ХХI в. обрели поистине глобальные мас­штабы, охватив все континенты планеты, сферы жизнедеятельности об­щества, социальные слои населения. В современных обществах формиру­ется осознание того, что от правильно сформулированных целей и задач регулирования миграционных отношений зависят экономическое и демо­графическое развитие, политическая стабильность и национальная безо­пасность государств.
60
Балашова Т.Н. Конституционно-правовое регулирование миграции в современной России:
проблемы теории и практики: автореф. дисс. доктора юрид. наук. Саратов. 2011. С. 10.
61
Концепция государственной миграционной политики Российской Федерации на период до
2025 года (Утв. Президентом РФ 13 июня 2012 г.). URL: www.kremlin.ru.
99
Таким образом, миграционная политика становится одним из главных факторов социального преобразования и развития во всех регионах мира.
Основными проблемами развитых европейских стран являются низ­кий уровень рождаемости и старение населения, безработица, что обу­словливает необходимость принятия новых решений в государственной политике в сфере миграции.
Правовая составляющая в регулировании миграционных отношений приобретает все большее значение, что дает основание говорить о форми­ровании правовой миграционной политики современных государств. В основе этой политики лежат, казалось бы, несовместимые факторы: право на свободу передвижения человека и гражданина и контроль за миграцией со стороны государства; обеспечение интересов населения принимающих стран и одновременно создание условий для адаптации мигрантов. Тем самым целью формирования правовой миграционной политики современ­ных государств становится гармонизация отношений в обществе.
Обращение, в частности, к опыту Германии может способствовать по­строению эффективной модели регулирования миграционных отношений и в Российской Федерации.
Реформа законодательства о гражданстве Германии 2000 г. заложила основу для создания отвечающей требованиям современного общества системы регулирования миграционных отношений. В соответствии с ней главными приоритетами федеральной миграционной политики Германии являются учет экономических и общественных потребностей страны при реализации дифференцированного управления и ограничения миграции; интеграция мигрантов, законно проживающих на территории Германии; выполнение гуманитарных обязательств, вытекающих из Основного Зако­на ФРГ и международных договоров; гарантии безопасности и защиты лиц, проживающих в Германии; активное внедрение основных позиций Германии в политику, проводимую Европейским Союзом.
Регулирование миграционных процессов в современном мире носит чрезвычайно важный характер и в разных странах имеет свою специфику. Одновременно возникает проблема обмена опытом регулирования мигра­ционных отношений между государствами.
В настоящее время в Российской Федерации делаются позитивные шаги в развитии миграционного законодательства, направленные на при­ток в страну профессиональных работников и тем самым способствующие развитию экономики и общества в целом.
Создание условий для привлечения в Российскую Федерацию на за­конном основании квалифицированных трудовых ресурсов, совершенст­вование миграционного учета иностранных граждан, противодействие не­легальной миграции, а также комплекс мер по поддержке внутренней тру-
100
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]