Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Современные этносоциальные и этнополитические процессы. Сборник научных работ
.pdf
10. Казаков Е.П. Чияликская культура / Очерки по археологии Татарстана. С. 223.
11. Исхаков Д.М. Татары: популярная этнография (этническая история
татарского народа). Казань: Татарское кн. изд-во, 2005.
12. Ногманов, А.И. Самодержавие и татары. Очерки истории законодательной политики второй половины XVI–XVIII веков. Казань: Татар.
кн. изд-во, 2005.
13. Ислаев, Ф.Г. Ислам и православие в Поволжье XVIII столетия: от
конфронтации к терпимости / Ф.Г. Ислаев. Казань: Изд-во Казанск.
ун-та, 2001.
Блохин В.Н.
ПРОБЛЕМЫ БЕЖЕНЦЕВ В СОВРЕМЕННОЙ РЕСПУБЛИКЕ БЕЛАРУСЬ
Миграции – одна из характернейших черт современных обществ.
Хотя данные процессы происходили в какой-то степени всегда и везде, они
никогда не были такими масштабными, как в современности [1, с. 5].
Миграции затрагивают все стороны человеческой жизни: экономическую, политическую, культурную и т.д. Связаны они и с крупными
изменениями в поведении и мышлении людей [1, с. 6].
Одной из глобальных проблем международного сообщества в начале третьего тысячелетия является проблема, связанная с мигрантами,
беженцами и другими перемещенными лицами. В настоящее время число таких людей, на которых распространяется мандат Управления Верховного Комиссара ООН по делам беженцев (УВКБ ООН), составляет
более 40 млн. человек. Глава данной организации, Антониу Гуттериш,
в одном из своих посланий отметил, что сегодня мир сильно изменился,
пали вековые барьеры на пути мобильности и возникли новые модели
перемещения населения.
Основная обязанность мирового сообщества заключается в том,
чтобы защищать права и благополучие беженцев и пытаться найти долгосрочные решения для них. Перед Управлением стоит задача обеспечить
четкое разделение между теми, кто спасается от насилия и преследования,
и теми, кто перемещается по своей воле, а также гарантировать беженцам
безопасность, жизненно необходимую помощь и поддержку во время изгнания и, в конечном счете, принять долгосрочные решения, помогающие
им построить свою жизнь заново. Несмотря на значительный прогресс в
области защиты прав человека, решение задачи защиты беженцев стало
41
более сложным, что требует применения инновационных подходов, сильной приверженности и вовлечения все большего числа участников.
Люди должны помнить о том, что беженцы оставляют свои семьи,
дома и имущество не по своей воле, а в силу обстоятельств, которые они
не могут контролировать. Необходимо помнить и о том, что поиск убежища на чужой территории из страха перед насилием и преследованием является одним из основных прав человека и что права беженцев — это те
же права человека. Принятие и уважение беженцев является обязанностью каждого человека, которая должна внедряться в сознание наших детей в процессе их воспитания [2, с. 54]. Как отмечал в докладе к Саммиту
тысячелетия Кофи Аннан, ныне уже покинувший пост Генерального секретаря ООН: «Люди должны уважать друг друга во всем многообразии
своих вероисповеданий, своей культуры и своих языков. Различия внутри
общества и между различными обществами не должны вызывать страхов
и не должны подавляться – их следует оберегать» [3, с. 52].
Республика Беларусь сегодня классифицируется как страна транзита
миграционных потоков. Возможно, проблема мигрантов в целом касается
ее несколько меньше, чем других государств. Однако по мере экономического роста, повышения уровня жизни народа Беларусь все в большей степени будет становиться страной, в которую будут стремиться попасть мигранты из более бедных государств. Поэтому необходимо готовить к этому
общественное мнение. Должно совершенствоваться законодательство: оно
призвано в большей степени соответствовать будущим вызовам [4, с. 69].
Беларуси необходимо учитывать опыт европейских стран в обеспечении прав мигрантов и их интеграции в общество. Видится нужным
проведение реформирования и дальнейшее улучшение системы приема
беженцев и иных перемещенных лиц, стоит уделять больше внимания повышению качества образования для мигрантов и особенно для их детей.
Именно качественное образование дает возможность найти достойную
работу и реализовать свой потенциал в новых условиях проживания.
Достаточно сложным барьером на пути интеграции представителей различных этносов и создания поликультурного общества являются
языковые различия. Так, этой проблеме необходимо уделить особое внимание и организовывать в нашей стране больше бесплатных и качественных языковых курсов для перемещенных лиц. По данным опроса, проведенного в 2008 г., только 23% лиц, имеющих статус беженца в Беларуси,
сообщили, что они посещали языковые курсы. Вместе с тем, среди тех,
кто посещал такие курсы, не все положительно оценили качество преподавания и соответственно результативность курсов. 67% опрошенных
беженцев сообщили, что им вообще не предлагалось посещать языковые
42
курсы. А ведь владение государственным языком и наличие места работы являются главным гарантом того, что мигрант гармонично впишется
в белорусское общество и не станет на путь нарушения законов и устоев
нашего государства [5, с. 66].
По состоянию на ноябрь 2012 г. количество лиц имеющих статус
беженца в Беларуси, равнялось 854. Больше всего среди беженцев выходцев из Афганистана (599), Грузии (136) и Таджикистана (32). Основными
причинами переезда на новое место жительства явились военные конфликты и тяжелая экономическая ситуация.
Стоит отметить, что количество беженцев в Беларуси несопоставимо с числом беженцев в странах Запада, где более высокий жизненный
уровень и соответственно социальные пособия для перемещенных лиц.
Однако на протяжении последних лет наблюдается устойчивая тенденция постепенного увеличения притока беженцев в Беларусь.
Миграция может иметь важное значение для обеспечения экономического роста государства. Интересен пример западных стран, в частности Швеции, где вызывает обеспокоенность проблема старения населения
(это актуально также для Беларуси и ряда стран СНГ). Одним из способов решения данной проблемы является увеличение численности рабочей
силы, в том числе за счет ее привлечения из других стран. Так, в 1950-е
гг. доля мигрантов в численности рабочей силы Швеции составляла около
3%, сейчас эта доля возросла до 13%. Как показывает опыт, ключевое значение в интеграции мигрантов имеет трудоустройство [6, с. 57].
С одной стороны, миграция может помочь Беларуси решить проблему сокращения трудовых ресурсов, но, с другой – при этом появится
ряд новых не менее острых проблем. Наиболее значимыми из возможных
последствий массовой иммиграции могут стать размывание национальных культурных, религиозных и других ценностей по причине значительного увеличения доли мигрантов в общей численности населения. В
некоторых странах, активно привлекавших мигрантов, произошел рост
преступности и социальной напряженности, вылившийся в различного
рода беспорядки и волнения. Данные проблемы требуют серьезного внимания и строгого контроля механизма миграции со стороны государства,
индивидуального подхода к потенциальным кандидатам на въезд в страну. Эти и другие меры миграционной политики должны стать составной
частью общей стратегии социально-экономического развития Беларуси
и Государственной программы демографической безопасности Беларуси
на 2011 – 2015 гг. [7, с. 85].
Таким образом, несмотря на огромный прогресс человечества,
проблема миграции не только не потеряла своей актуальности, но еще
43
более обострилась в ХХI веке. Только самое тесное взаимодействие правительств и общественных организаций, а также сотрудничество со специализированными структурами ЕС и других наших соседей может помочь в решении многочисленных проблем, связанных с миграцией.
Литература
1. Николаев В.Г. Миграция и маргинализация в интеракционистской
перспективе // Социологический журнал. – 2010 – №1. – С. 5–20.
2. Селиванова Т.В. Всемирный день беженцев – 2009 в Беларуси // Жур
нал международного права и международных отношений. – 2009 –
№2. – С. 54-57
3. Канашевич Н.М. Беларусь в системе международных отношений.
Могилев: МГУ им. А.А. Кулешова, 2002. 472 с.
4. Селиванов А.В. Роль белорусских средств массовой информации в
формировании атмосферы толерантности в обществе (по материалам
«круглого стола» 28 января 2009 г.) // Журнал международного права
и международных отношений. – 2009 – №1. – С. 69-74.
5. Разработка рекомендаций по содействию местной интеграции беженцев в Республике Беларусь: материалы отчета о научно-исследовательской работе // Журнал международного права и международных
отношений. – 2008 – №1. – С. 49-69.
6. Матус С.А., Тумашик Т.В. Об опыте Швеции и Финляндии в области
интеграции беженцев // Журнал международного права и международных отношений. – 2009 – №1. – С. 57-63
7. Загорец И., Загорец В. Особенности миграционной политики Республики Беларусь на современном этапе // Журнал международного права и международных отношений. – 2010 – №4. – С. 81-85.
-
Гайкин В.А.
МЕЖРАСОВАЯ КОНФРОНТАЦИЯ В ПЕРВОБЫТНОМ И
ПОСТИНДУСТРИАЛЬНОМ МИРЕ
Несхожесть двух миров ощущали многие писатели и философы.
Одни, подобно Киплингу, ограничивались констатацией этого факта (Запад есть Запад, Восток есть Восток). Другие пытались найти корни этого
явления, подвергнуть его анализу. Гегель считал Китай тупиковой ветвью
развития человечества. К.Маркс сформулировал понятие «азиатского
способа производства». Проблема актуальна и сегодня, когда развивается
44
процесс глобализации, капитал объединяет экономику различных стран в
единый мирохозяйственный комплекс, нивелируя национальные особенности и вызывая встречное национальное движение протеста.
Самый известный современный футуропрогноз – концепция Хантингтона (война цивилизаций) – не очень научен. Это скорее (во многом эмоциональная) реакция на усиление мусульманского присутствия
в Европе, мирное наступление иной культуры, которое приведёт к симбиотическому сосуществованию народов в рамках единого экономического пространства. Мусульманские государства Ближнего Востока тесно
привязаны к экономикам развитых государств. Доминантный (политико-экономический) тренд их развития – укрепление (конвергенция), а не
конфронтация (дивергенция) отношений с ЕЭС и США. Прогноз Хантингтона не историчен, он не рассматривает всемирную историю как
процесс развития человечества, имеющий, как и любой развивающийся
организм, закономерности, этапы, диалектическое содержание. США и
царская Россия представляют пример малоконфликтного «сосуществования» различных религиозных культур в единой экономике. Межцивилизационный конфликт в середине 21 века может произойти только как
локальная реакция (пароксизм) на подавление национальной специфики.
Гораздо вероятнее расовая война в конце 21 века как реинкарнация доминантной (расовой) конфронтации первобытного общества (монголоиды – европеоиды).
Сюрреальны и концепция Хантингтона о войне цивилизаций, и
сюрреальное предложение академика Примакова о союзе России, Китая
и Индии. Если спуститься с небес на землю, то понятно, что Китай в
любом союзе согласится только на доминирующую роль. Россия удовлетворится, как минимум, ролью равноправного участника и никогда ролью
«ведомого». У Индии слишком серьезные разногласия с Пекином, позволяющие в лучшем случае надеяться на положение «худой мир лучше
доброй ссоры». Таким образом, «волк, коза и капуста» вряд ли окажутся в
одной лодке. Кстати, и Пекин и Дели сразу же открестились от подобной
перспективы.
Так называемое «стратегическое партнерство» России и Китая – это
временный, во многом вынужденный альянс двух относительно слабых государств, каждое из которых в будущем станет силовым центром Евразии.
Россия и Китай в XXI веке могут даже прийти к конфронтации, если Китай
станет ядром сообщества монголоидных государств, которое будет консолидироваться по мере вступления мира в постиндустриальную эру. Геополитическая архитектура Евразии в 21 веке может претерпеть изменения,
инициатором которых выступают определённые структуры ООН. Проект
45
«Туманган», продвигаемый ООНовскими стратегами, не так безобиден и
«прогрессивен», как об этом говорится в рекламных и программных буклетах. В будущем Евразийский транспортный коридор (как часть проекта
«Туманган») может стать катализатором создания в Евразии двух расовых
коалиций и расовой войны как результата их конфронтации.
Концепция Евразийского союза появилась почти одновременно
(начало 90-х гг.) с проектом «Туманган» в качестве его антипода. Если
«Туманган» (и Евразийский коридор) – это изоляция России, дезорганизация евразийского пространства, его геополитическая трансформация в
угоду геостратегическим интересам Китая, то Евразийский союз – разнорасовое сообщество, символизирующее будущее единство Евразии, а
впоследствии и мира. Связанные общим экономическим интересом, государства-члены Евразийского союза формируют новый мощный полюс
глобализирующегося мира, в качестве промежуточного этапа на пути к
унипланетному сообществу.
Если к истории человечества применить известный гегелевский
закон «отрицание отрицания», то можно будет выделить три больших
этапа (гегелевская «триада»). Первый – формирование человека как биологического вида начинается с появлением протолюдей и заканчивается
разделением труда и возникновением первых государств. Второй этап
является отрицанием первого (первобытного коммунизма). Третий (постиндустриальное общество) отрицает второй (эксплуатация, борьба классов), возвращаясь к первому этапу на качественно новой основе.
Как известно, конфронтация, борьба есть закон движения (развития) как биологической, так и социальной формы материи. Таким образом, каждому из вышеуказанных этапов должен соответствовать доминантный тип конфликта. Первый этап бесклассовый, соответственно
классовой борьбы существовать тогда не могло. Межплеменные войны
имели место быть. Но были ли они доминантным типом конфронтации,
влияющим на человечество в глобальном плане, изменяющим его облик,
географию расселения? Вряд ли. В основе этих конфликтов, как правило, лежали внеэкономические факторы. Ценного имущества не было
(господствовал принцип «все свое ношу с собой»). Захват рабов не имел
смысла. Н. Миклухо-Маклай во время пребывания в Микронезии отмечал: «Войны очень часты в архипелаге, и самые ничтожные причины
считаются достаточными для ведения их». Самое интересное, что даже
во время войны «женщины и даже мужчины могут…безопасно посещать
селения неприятелей и жить в них» [1, с.5]. Возможно, что смысл таких
войн заключался в необходимости регулировать численность населения
в условиях ограниченной территории (ресурсов).
46
В книге «Яноама» описывается жизнь племени южноамериканских индейцев (существовавших как бы в каменном веке), среди которых
автор прожила 20 лет (с 1937 по 1957 гг.). Это племя постоянно конфликтовало с тремя другими племенами. Причинами конфликтов почти всегда
были попытки (часто успешные) захвата женщин, которых делали женами [2, С.7, 21, 40, 165]. Племена вступали друг с другом во временные союзы, которые распадались, возникали в другом составе. Хотя эти войны
были довольно серьезными, с многочисленными жертвами, впечатление
такое, как будто наблюдаешь не имеющие причин и последствий детские
ссоры. Например, в качестве мести вытаптывались посевы табака, банановые плантации враждебного племени.
Уже то, что происходил постоянный обмен женщинами в виде их
захвата, означает, что племена не считали друг друга «чужими» в полном смысле этого слова. Их перманентные конфликты, возможно, были
формой естественного отбора – внутривидовой борьбой. Действительно, в животном мире внутривидовая борьба представляет собой именно
борьбу из-за самок за право на продолжение рода. Если считать межплеменные войны в рамках одной расы в неолите внутривидовой борьбой,
логично предположить, что у людей, еще не оборвавших пуповину, связывающую их с животным миром, существовала и межвидовая борьба.
Таковой могла быть только межрасовая конфронтация. Такого же мнения придерживался известный советский палеоэтнограф В.П.Алексеев:
«Столкновения с людьми иного физического типа стали происходить…в
процессе далеких миграций. В результате этих столкновений постепенно
могло возникнуть у людей ощущение, что те, кто отличается физически,
больше враги, чем враги непосредственные, близкие, но похожие на них
самих [3, С.12].
Межрасовые конфронтации при отсутствии оружия массового
уничтожения были не войной на уничтожение, а, скорее, выдавливанием чуждого этноса, борьбой за установление ареалов расового обитания.
Они приводили к вытеснению одних рас другими, переделу евразийского
материка, заселению Америки, Австралии. Известно, что в эпоху неолита в Минусинских степях на огромных пространствах от Красноярска до
границы Хакасии с Тувой жили европеоиды. Это не был европеоидный
анклав в стране монголоидов, такие же европеоиды жили в 3-2-м тысячелетии до н.э. на Алтае, в Казахстане. Начиная с верхнего палеолита
это было мощное движение европеоидов на восток. В эпоху бронзы даже
Тува была страной европеоидов.
Наблюдалась следующая закономерность. В эпоху бронзы и неолита европеоиды распространились на восток по зоне степей, вплоть до
47
западной Монголии. А монголоиды в неолите освоили северные районы
западносибирской тайги и европейских лесов, вплоть до Прибалтики (современные латгалы – потомки монголоидов) и даже центральной Германии.
Однако великое переселение народов на рубеже нашей эры, отбросив европеоидов на их прародину, изменило границы расовых ареалов в пользу
монголоидов, поставив надолго точку в этом территориальном споре.
Древнейшие негроиды (точнее австралоиды), по мнению В. Алексеева, еще в палеолите ушли «из центральных районов Западной Европы на восток в результате их вытеснения более специализированными
формами. Они уступили свои насиженные места расам, образовавшимся
на их основе» [3, с.169] (европеоидам – В.Г.). Негроидно-австралоидная
раса освоила тропическую зону. Ее ареал – это юг Индии, Юго-Восточная Азия, Новая Гвинея, Австралия.
Разумеется, расовые миграции (конфронтации) не приводили к полному вытеснению (уничтожению) аборигенных этносов с их территории.
В процессе межрасовых контактов создавались промежуточные расовые
типы. Например, ведды на юге Индии, ханты и манси в Западной Сибири
и др. Тем не менее, доминирующей тенденцией эпохи формирования человека была расовая дивергенция (дифференциация), а не конвергенция,
о чем говорит появление в палеолите двух древнейших ветвей одного
ствола (европеоидов и негроидов) и второго ствола (монголоидов).
Второй этап в развитии человечества начался с появления первых
классовых государств в долинах великих рек. Он продолжается и в настоящее время. Говоря о доминантном для этого этапа типе конфликта
(и исходя из гегелевского закона), констатируем замещение расового
(внеэкономического) антагонизма экономическим: классовой борьбой,
межгосударственными конфликтами, преследовавшими экономические
цели – захват колоний, рабов, материальных ценностей, рынков сбыта,
То, что эти антагонизмы, как правило, не носили расового характера, подтверждается реалиями рабовладельческих государств.
В древнем Египте, древней Греции не было высшей и низшей расы
(рабы были и белые, и черные, и желтые). Общество разделялось на рабов и свободных не по признаку расовой принадлежности. Ни в одном
литературном, правовом произведении мы не находим ссылки на физический облик человека в качестве обоснования его рабского состояния.
Примечателен состав разнорасовых коалиций, сражавшихся друг против
друга во второй мировой войне. С одной стороны – Япония, Германия,
Италия, с другой – Россия, США, Китай…
При переходе к третьему этапу, в процессе дальнейшего развития
капитализма, цивилизационные различия будут уменьшаться, дальней-
48
шая роботизация промышленности в силу единых закономерностей развития техники приведет к однородности экономических структур как на
Западе, так и на Дальнем Востоке, цивилизационные различия снимутся
практически полностью. Одновременно человек освобождается от экономической зависимости, выходит из сферы материального производства (роботизация), как когда-то в неолите человечество разорвало путы,
связывававшие его с природой (перейдя от охоты и собирательства к земледелию и скотоводству). «Царство свободы начинается в действительности лишь там, где прекращается работа, диктуемая нуждой и внешней
целесообразностью, следовательно, по природе вещей оно лежит по ту
сторону сферы собственно материального производства» [4, с. 386, 387].
Это будет означать, что человечество вступило в третий этап своего развития: так называемое постиндустриальное общество. Теперь, если
исходить из гегелевского закона, на первый план вновь должна выступить расовая конфронтация, ибо третий член триады должен повторять
первый, только на другом качественном уровне. Причиной конфронтации
могут стать рост народонаселения, нехватка ресурсов (питьевой воды …).
В борьбе за место под солнцем именно расовый фактор разделит человечество на два лагеря для нового передела материков. В этой возможной
расовой конфронтации черная раса будет вместе с белой по одну сторону
баррикад противостоять желтой расе. Как известно, белая и черная расы,
образно выражаясь, – две ветви одного ствола, в то время как монголоиды – это как бы другое древо. Эти два дерева – древний австралоид и
древний синантроп – имели морфологические различия.
Дать точный футуропрогноз с указанием даты реализации того или
иного события нереально. Правильнее определять направления, векторы
развития, намечать ориентиры и вехи, оконтуривать цели. Аксиомой стал
тезис о том, что научно-технический прогресс идёт по экспоненте (с возрастающей скоростью). Попробуем вывести «алгоритм» ускорения: От
каменного топора до начала использования металлических орудий труда
прошли десятки тысяч лет; путь от металлического топора до применения
станков человечество прошло в десять раз быстрее – за несколько тысяч
лет. На порядок меньший временной отрезок понадобился, чтобы изобрести компьютер – несколько сот лет. Экстраполируя эту тенденцию в будущее, можно предположить, что для завершения компьютерной революции, комплексной роботизации производства (и выхода из него человека)
будет достаточно нескольких десятилетий (по максимуму столетие).
«В начале ХХ столетия временной лаг между сменяющими друг
друга индустриальными инновациями составлял 37 лет; после второй
мировой войны он составляет четырнадцать лет [5]. Поскольку первый
49
компьютер появился в середине 20-го века, то данное событие можно
было бы ожидать в середине 21 века. Нужно сделать поправку на то, что,
как отмечают эксперты, в последние десятилетия происходит замедление
научно-технической революции. В окончательном варианте выход человечества из сферы производства, а значит вступление человечества в новый (постиндустриальный) этап развития и, как следствие, возможность
расовой войны можно ожидать в конце 21 столетия (2080 – 2100 гг.)
Наш прогноз-концепция о возможности возникновения в конце
21 века расовой войны получил неожиданное подтверждение. В 2003 г.
английским исследователем была найдена ранее неизвестная 2-х томная
рукопись И. Ньютона. Информация об этом проходила в прессе и по ТВ
[6]. Ее содержание составляют сложные математические вычисления, которые связаны, либо базируются на астрологической информации и библейских сюжетах (Книге пророка Даниила). Согласно гипотезе великого
учёного, между восстановлением Римской Империи Карлом Великим, коронация которого состоялась в рождественскую ночь 800 года, и концом
света должны пройти 1260 лет. Таким образом, апокалипсис наступит
в 2060 году. Между нашим прогнозом даты расовой войны (2080-2100)
и И.Ньютона (2060) – 20 лет разницы. Учитывая, что прогноз великого
ученого был сделан за 400 лет до события, то 20 лет можно считать допустимой погрешностью в вычислениях (5%).
Можно ли считать расовые войны неизбежными? Отнюдь. Контртенденцией грядущему расовому соперничеству является усиление экономической и политической интеграции государств, рост взаимосвязи,
взаимозависимости их экономик. Многое будет зависеть от того, какой
из двух процессов завершится раньше: выход человека из сферы производства или приведение мира к единому экономическому знаменателю.
Если первый процесс пройдет быстрее, реальна перспектива создания
расовых союзов и балансирования на грани войны. Поэтому приоритетной становится задача создания разнорасовых союзов. В такой обстановке большое значение приобретает субъективный (человеческий)
фактор, подобно тому, как камень, скатившийся с горы, вызывает сход
снежных лавин.
Именно поэтому важна направленная системная политика по организации единого мира, в результате которой «расовые лавины» пойдут
в нужном, безопасном для человечества направлении. Создание в октябре 2000 г. в Астане Евразийского экономического сообщества – не каприз
«кремлевской верхушки», а закономерный этап мирового исторического процесса. Логика исторического развития потребует присоединения
к этому блоку Монголии, Кореи, Японии. У мирового сообщества нет
50
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]