Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Рассказы (И все-таки интересная это штука — жизнь…)
.pdf
6. Сентиментальное (Рассказ хулигана) 51
В Крыму в разгар гулянки ночью одна девица стала тащить всех
купаться. Море не на шутку заштормило, было прохладно и ветрено.
Никто не хотел выползать из уютного укрытия. Девице наскучило сидеть за столом, набралась она уже довольно, и ей хотелось дерзать —
выпустить пар как-нибудь поярче. И он решил выказать молодецкие
качества: поддержать градус ее фантазии. Пошли вдвоем.
Ветер рвал черноту: ни воды, ни неба — сплошной провал. Невидимые волны сбивали с ног, подло исподтишка накрывали сверху, забивали рот противной теплой водой. Жутковато было. Девица орала
от удовольствия.
Утром она появилась с заспанным, помятым лицом, злая. Ска-
зала, что во время вчерашнего заплыва с пальца у нее соскочил перстень — для нее очень дорогой. И виноват во всем, конечно, он: не
остановил, не отговорил, не запретил. Что сказать, он не знал, но ре-
шил в благородстве своем идти до конца и заверил, что непременно
достанет перстень со дна морского.
Пришли на вчерашнее место. Море так притихло, почти не шевелилось. Казалось, не составит труда облазить дно и найти блестящую штуковину с ярким «камнем». Море тут резко набирало глубину,
нырять пришлось на два-три метра. С первой же попытки стало ясно,
что затея не так уж проста, как казалось. Там не было огрызков скал
с косматыми водорослями, одна галька. Но, боже, сколько их там, ка-
мушков — больших, маленьких, разных по цвету, форме!..
Через полчаса он выбился из сил. Признал поражение и обещал
купить новое кольцо. Она злобно фыркнула, сказала, что ей важно
ТО кольцо.
— А что, страшно дорогое?
— Не в цене дело…
Чтоб хоть как-то разрядить обстановку, загладить, так сказать, —
оставалось одно. Под полосатым тентом сели за столик пустующего
кафе. Он заказал бутылку коньяку, и после второй стопки подруга
была совершенно счастлива.
Вот так легко и просто надо расставаться с дорогими вещами. Да,
сколько всего в жизни прошло сквозь пальцы. Что ж теперь, сидеть
киснуть над всем этим? Нет — забыть, забыть.
52
Но совсем забыть не получалось. И в какой-то момент явилась
простая мысль. Что значит потерял? — Найти ведь можно. Лихорадочно стал собирать огрызки памяти, и оказалось: так много он знает.
Вот размазня, руки опустил.
Итак. Недалеко от вокзала, по пути пересекли Лиговский. Но главное дом. Стоит пред глазами, как портрет близкого человека: закоп-
ченно-зеленый или желтый — нет, зеленый, и парадное как-то с угла.
Двор-колодец под аркой. Этаж верхний. Но вот улица?.. Улица…
Есть! Торт покупали у самого дома, и это была французская кондитерская. Как просто. Ехать, ехать немедленно.
В Питере от вокзала взял правее Лиговского, затем еще правее
и на Суворовском сразу напоролся на французскую кондитерскую.
Удивительно, проще, чем казалось из Москвы. Рядом нырнул в арку,
и вот… Ну конечно, он самый: во дворе-колодце своеобразный такой угловой дом. Но дальше, в глубине двора, чернела другая арка,
он вошел и понял, что не тот, увиденный первоначально, а вот этот,
действительно тот самый, и подъезд, зажатый в углу, и глухая стена
напротив — он помнит, как обратил на нее ТОГДА внимание. И тут
увидел еще одну арку. Больше из любопытства зашел и в третий двор,
и память перечеркнула все предыдущие догадки, и то, что увидел, —
утвердило бесповоротно — ОН.
Но что-то ползучее поднималось изнутри, неясное еще, но ломающее уверенность. Он вернулся назад и вошел в соседнюю арку.
Но и там он увидел знакомый подъезд, знакомую закопченную стену.
И слева и справа — со всех сторон на него глядели знакомые окна,
стены, двери. Что же это?.. — они все похожи…
Дворы-колодцы пронзали квартал и выходили на соседнюю
улицу. От растерянности он просто пошел вперед, потому что не знал,
куда идти дальше. Потом опомнился и решил вернуться, но сразу не
мог сообразить, в какую сторону, и спросил у проходящей старухи,
где французская кондитерская? Та долго озиралась по сторонам, по-
том ткнула пальцем:
— Туда, но мне кажется, ее закрыли.
«Старая… выжила из ума, я же только что был там». Пройдя
метров, сообразил, что идет в другом направлении. «Ошиблась
6. Сентиментальное (Рассказ хулигана) 53
старуха». Повернул за угол, и тут, как кувалдой по лбу, — перед ним
была французская кондитерская: другая! Да что у них тут, француз-
ский район? Он зашел внутрь. Но и тут показалось, что здесь он уже
был. И рядом, как и на той улице, провал арки с цепью проходных
дворов. И тот образ, что вез из Москвы, стал распадаться на куски,
рушиться и превратился в груду бессвязных обломков.
Неожиданно неудача разозлила его. «Нет уж, во чтобы то ни
стало найду…»
И он впал в виртуальное состояние. Беспрерывно (даже во сне),
с одержимостью шахматиста разыгрывал бесчисленные комбинации.
Он видел ее со спины, как метнулась она в подъезд. Потом в окне на
пятом этаже. Раз он встретил ее на улице, совершенно в другом рай-
оне. Он ехал на троллейбусе и вдруг увидел, как она преспокойно
идет по улице, улыбается и размахивает сумочкой. Заметался по салону в страхе, что она затеряется в толпе, свернет на другую улицу,
пока он выскочит из троллейбуса. Успел. Он ведь счастливый, ему во-
обще везет. А то в час пик едва втиснулся в вагон метро и нос к носу
столкнулся с ней… Оказавшись зажатыми толпой, не имея возмож-
ности пошевелиться, они, не говоря ни слова, хохотали, глядя друг
другу в глаза.
Был еще такой случай: он увидел ее с улицы. Она сидела за столиком маленького кафе, у окна. В вечернем платье черного бархата.
Сидела и пила кофе. В левой руке вазочка со сливками или молоком.
Он подскочил к окну, крикнул. Она не услышала. Стал размахивать ру-
ками. От неожиданности (она заметила его) рука ее дрогнула, и молоко потекло по черному бархату. И так явственны, такой реальной
силы были эти ощущения…
Есть такой прием: чтобы снять напряжение, усталость глаз, надо
на несколько минут закрыть глаза ладонями, расслабиться и представить абсолютную черноту. И всякий раз потом, стараясь увидеть эту
черноту, — ему представлялось на черном бархате разлитое молоко.
Прошло лето, и вот он уже давит на тротуаре грязный снег, и другое лето прошло, и новая зима хлюпает под ногами, а он все топчется
по осточертевшим дворам и улицам. Фанатизм его стал заметно таять, поездки в Питер стали всё реже, и не раз казалось, что он уже
54
поставил точку, но внезапно срывался и опять в Питер. И тут появилась идея: наглая, глупая и смешная одновременно.
Снова в Питер, намозоливший глаза перекресток. Высмотрев из
прохожих немолодую, несомненно местную тетку, узнал, где можно
найти участкового милиционера.
Крохотное помещение, у стены пара стульев, дверь с синей табличкой — расписание приема. Называлось это «Опорный пункт».
— Да что ж я могу сделать, ведь он прописан там, — мужской го-
лос за дверью. Его перебивал шамкающий старушечий:
— Но ведь у его своя комната имеется. А это что же, хулиганни-
чать так — спать на общественной кухне. Растянется на полу, пере-
бирайся через него. Да еще аккурат у порога. Третьего дня чуть борщ
не пролила: скрючился как-то клубком, перешагнуть никак не могла.
Что ж теперь, и управы на него нет никакой?..
Сергей стал ждать, когда кабинет освободится. Наконец старуха
вышла. Внешность старшего лейтенанта не соответствовала ленивому голосу из-за двери. Милиционер был молодой, востроглазый,
модно подстриженный.
— Понимаете, — начал Сергей. — У меня к вам дело особого
рода… Обращаюсь к вам не как к человеку с погонами, а как если б
мы с вами сейчас были в бане — к человеку просто. — Изложил проблему и за некоторое вознаграждение (это ведь не в рабочем порядке) просил помочь.
— Я понимаю, Танечка живет с мамой — информация скуднова-
тая. Но вы ведь в своем районе и голубей всех наперечет знаете, —
сыпанул Сергей порцию лести.
Востроглазый молчал. Взвешивал, видимо, ситуацию, затем ко-
ротко сказал:
— Будет результат — позвоню.
Звонок от питерского мента последовал скоро — Сергей устал
удивляться и принял это как должное, хотя внутренне ликовал.
В том же кабинете, отсчитав несколько сотенных серо-зеленых купюр, получил драгоценный номер-бумажку с коряво выведенным
десятком цифр.
6. Сентиментальное (Рассказ хулигана) 55
Голоса ее он не помнил, но сразу догадался, что это она. Повисла пауза. Ему показалось, что она его не слышит. Он стал кри-
чать в трубку, но потом все вроде наладилось и договорились встретиться в субботу.
У метро на Сенной похоже было на муравейник. И сколько же их
этих снующих. Сергей вцепился глазами в толпу, стараясь не пропустить ЕЕ среди мельтешащих. Он знал, что узнает ее сразу, издалека,
не различая еще лица. Но вокруг все как-то деловито неслись мимо.
Кто-то схватил его за руку. Смазливая крашеная блондинка
(с глянцевого журнала) улыбалась и что-то говорила. Он рассеянно
поздоровался, не переставая следить за толпой.
«Этого сейчас как раз не хватало», — его всегда раздражало,
когда лезут с приветствиями, разговорами малознакомые люди, ко-
торых и не помнишь толком, не знаешь, кто они и откуда взялись.
И главное: в такой неподходящий момент. Он не слушал, но вежливо
поддакивал. А она все не уходила и теребила его за рукав. И тут мелькнула догадка — ведь это и есть «Таня»…
— Ну и что, так и будем стоять тут, пойдем, может?
Он не мог ничего найти сказать хотя бы для приличия. Она взяла
его под руку, и они пошли.
— А я теперь на Петроградской живу, разъехалась с мамой.
Толкаться в метро не хотелось, взяли такси. По дороге ОНА трещала без умолку (часто это бывает, когда люди не знают, что сказать)
и про то, как она сразу его заметила, и тут же, как потеплело на днях
и навалило снегу. Как летом она ездила в Италию и что море было не-
ожиданно холодным. Сергей молчал. Потом внезапно:
— Ты кто?
— Э-э-э, у нее тут дочка родилась недавно. А я Люся, мы работаем
вместе. Она хотела прийти, она тебя помнит, но что-то испугалась.
— Вы что же, действительно рассчитывали, что одна сойдет за
другую?
— Зря ты так, ей просто не хотелось вот так грубо ставить тебя перед фактом. А у меня, кстати, в среду был день рождения, праздника
не получилось — так что есть повод…
56
В квартире у нее был такой непогрешимый порядок, что следы
жизни отсутствовали. Появились вытянутые узкие бокалы с кудряшками по краям, похожие на нераспустившиеся тюльпаны на
длиннющих ножках, бутылка шампанского и хрустальная пепельница.
— С шампанским, надеюсь, справишься, а я на кухне займусь.
Теперь она рассказывала про перипетии со строительством за-
городного домика.
— …Я же лучше знаю, что мне нужно. Это ж такая красота, — выкрикивала она из кухни, гремя посудой. — «Сайтинг» — беленький,
аккуратненький и моется хорошо. Это тебе не дерево. А он «деревня»
говорит. «В Штатах дома из пластикового сайтинга от бедности делают
и от отсутствия вкуса».
— Ха, советчик нашелся… Да ему главное языком почесать.
И стены в комнате ему не такие. А у меня там вагоночкой все обшито
(приедешь летом, увидишь) и лачком залито. А он — ты чего лаку-то
набухала — блеск ему не нравится, — ты что, как в зеркало в него глядеться будешь? Но проводку он все-таки наладил и потом…
Из открытой бутылки хвостиком завертелся дымок, и через
темное стекло было видно, как кверху бежали веселые пузырьки.
Он встал, накинул пальто, перед зеркалом ловко нацепил кепку
и вышел…
Мороз усилился. Белым расплывчатым блином сквозь плотно-серое обозначилось солнце. Прохожие чавкали сапогами по раскисшему от реагентов снегу. У витрины стоял человек с голыми ногами,
в сандалиях, в коротких шортах, в расстегнутой клетчатой рубашке
с короткими рукавами. Стоял, скрестив на голой груди руки, и рассматривал за стеклом какую-то штуковину.
А бывает еще
7
Меня ограбили. Дело было так. Нет, сначала, пожалуй, надо объяснить
ситуацию с квартирой. Квартиру эту, что обокрали, купил я за пол-
года до происшествия. Купил и тут же уехал. А как раз в тот момент,
когда я купил, мой приятель квартиры лишился (пришлось продать
за долги). И до моего приезда на лето — летом он собирался пере-
браться за город в летний домик — поселились они с женой у меня;
вроде как и квартиру охранять, и сделать кое-какой косметический
ремонт.
для работы, а для художника главным инструментом является про-
странство, которого там катастрофически не хватало; квартира была
малышкой, — единственной моей просьбой было не захламлять ее
(квартиру) барахлом. Итак, приезжаю я летом и вижу — квартира завалена до предела: мебели как в комиссионке — негде пройти, холодильника аж два, телевизоров тоже два (один не работает). Самого приятеля нет, отправился в дальние края на заработки. А вместо
него — верная их подруга Люся, оставленная охранять дом.
Но в любом случае вначале надо побывать в своей деревне. Решили:
до моего приезда Люся остается на своем посту, затем переезжает
к подруге (с жильем у нее тоже были проблемы).
казнить, катастрофа. «Идем, нас в ментовке ждут».
и такая любовь
(Детективный роман)
Поскольку квартиру я собирался использовать главным образом
Оценив обстановку, надежда на хорошую работу пошатнулась.
Так вот, возвращаюсь из деревни; Люся в «ноги падает» — не вели
По пути узнаю ситуацию.
58
У Люси есть -летний сын — это ее боль, ее несчастье; наркотики,
алкоголизм и т. д. и т. п. Среди бела дня, не обращая ни на кого внимания, два молоденьких, симпатичных паренька наладились колоться
прямо на скамейке у нашего подъезда. Люся возвращалась из магазина. Сердце Люсино заломило от жалости, так похожи были они на
ее сына, хотя и постарше. Люся кинулась увещевать их не губить себя.
«И деться-то им некуда, бедные».
— Ребятки, давайте я вам водочки лучше налью, покормлю вас.
Я тут вот живу.
Ну и накормила… Те, зайдя в дом, не взглянув даже на водку,
принялись Люсю вязать. Примотали к стулу и стали выносить вещи.
История банальная.
Что касается вещей, тут в основном пострадал мой приятель,
у меня-то считай — нет ничего. А вот он был наказан, не сдержав обещания не загромождать квартиру. И пространство ПАРНИ мне крепко
расчистили. Видео, аудио и прочая аппаратура, у жены приятеля целый шкаф красивых нарядов, шуба роскошная была, ну и так далее.
И тем не менее для меня это оказалось действительно катастрофой.
В моей пустой сумке, что они прихватили, был паспорт. И я сразу ока-
зался бомжом.
В милиции нас ждал следователь.
— Вот, — сразу начал он. — Написала заявление (кивнул на Люсю),
квартиру, видишь ли, ограбили. А кто ограбил-то… (и опять ехидно
посмотрел на Люсю). Она и ограбила.
Следователь был молодой парень. Спортивный такой, невысокий, худой, остроносый блондин. Весь какой-то вертлявый и, видно,
задиристый.
— Вы чего несете, я там все написала.
— Заткнись! — и треснул по столу рукой. — Она, она это. Пусть
забирает свое заявление, пока цела. Я ж тебя посажу.
— И не подумаю. Просто не хотите заниматься расследованием,
грабителей искать.
— Нашел уже — вот сидит!
Мне от милиции нужна была конкретная и важная вещь. Для
того чтоб начать хлопоты по восстановлению паспорта, ОН должен
7. А бывает еще и такая любовь (Детективный роман) 59
принять у меня заявление о пропаже и выдать свою бумагу, под-
тверждающую этот факт. А о поиске грабителей я и не думал.
И я примирительно сказал (хотя неожиданно слова мои оказались откровенно издевательскими):
— Люсь, ну ты посмотри на него (он стоял передо мной, и я же-
стом смерил его с ног до головы), ну кого он может найти? Ну сама
подумай, разве такой может поймать преступника? Так что забирай
свое заявлением, и дело с концом.
— Вот! Сразу видно, нормальный, трезвый человек.
Но Люську это, наоборот, взорвало. Вся красная, она уже готова
была, не будь он ментом, вцепиться ему в горло.
— Не буду я ничего забирать, ищите давайте! Как я буду с Лешей
расплачиваться, там столько дорогих вещей было…
— Вернешь и расплатишься, рожа воровская. Расследования захотела… Да я ж тебя посажу, стерва. Выйди вон из кабинета, пошла,
я сказал! Разговор с тобой будет после, я тебе покажу, сучка такая,
прошмандовка; лет пять огребешь, обрадуешься тогда. Рычать она
у меня тут будет.
Только она вышла, он сразу заговорил спокойным тоном, будто
мы с ним старые друзья и я пришел к нему чай пить.
— Значит, справочка вам нужнa, так, сейчас сделаем, — весело
так, будто это доставляло ему удовольствие. Сел, стал печатать. За-
кончив, протянул действительно ценную для меня бумагу.
— Пожалуйста, если еще чего нужно, обращайтесь.
Вместе вышли в коридор. Увидев Люсю, он снова взорвался.
— А!.. Ты еще здесь. Советую немедленно забрать свою заявку
и валить, пока не поздно.
— Не заберу! — отрезала Люся и вместе со мной двинулась
к выходу.
И тут его понесло: «Проститутка, считай, ты уже в тюрьме», —
орал он во весь голос. То ли у них это норма, то ли он так разошелся,
потому что кроме нас на всем этаже никого не было. И пока мы не
скрылись, вслед Люсе летели самая тяжеловесная брань и проклятья.
До дома шли молча. Я переоделся и отправился гулять по Москве.
Люся, подавленная, накрылась одеялом, забилась в угол.
60
Вернулся я вечером, уставший и очень надеясь, что Люся уже
ушла — можно завалиться спать. Но, войдя в квартиру, увидел совсем не то…
На журнальном столике пирамида объедков, на полу две пустых
водочных бутылки и одна, кажется, пивная. В постели, разметавшись,
как боги, храпели Люся и сегодняшний мент. Я пожелал им приятных
снов (мысленно) и отправился к родителям. Люся уехала. Без меня.
Но уже на второй или третий день, а вернее вечером, явился ко мне
милиционер Сергей — так, оказывается, его звали. Явился без всякого звонка, завалился прямо в дверь.
— Люси нет у тебя?
— Нет.
— А где она, не знаешь?
— Ну это скорей ты должен знать; ты же мент, тебе и карты в руки.
Милиционер сунул мне свою визитку, просил звонить, если что
узнаю. Но звонил он сам — каждый день! Долго звонил. Всякий раз
становился ужасно сентиментален, возможно, слезлив — говорил,
что радость ушла из жизни. Милиционер был крепко моложе Люськи,
но как клещ вцепился в свою мечту.
Потом, как и в первый раз, внезапно явился перед моей дверью — вдрызг пьяный. Рубашка с одного бока выскочила из брюк,
двух верхних пуговиц на рубашке не хватало. В собачьих глазах усталость, мольба о пощаде.
— Найди мне ее, найди! Найдииии! — нудил он.
— Так где ж я тебе ее найду?
— Ты давно ее знаешь, должен знать и друзей ее, знакомых.
— Знаю-то давно, но друзей, кроме тех, что у меня тут живут, не
встречал.
Мне хотелось помочь парню, но помочь было нечем. Он беспомощно врезал кулаком в стену. Кулак медленно, как прилипший, пополз по стене вниз, будто давил какого-то гада.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]