Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Психодрама теория и практика. Классическая психодрама Я.Л. Морено.pdf
Психодрама как встреча
торых зависит наше положение и положение которых за
висит от нас. А это значит, что существует много миллио
нов существ, образующих узел, который нас сдавливает.
Если их тема — быть занятым мною, они будут заняты
теми, с кем живут в одной квартире. А если тема этого
очередного положения полностью разрешена, они будут
заняты теми, с кем живут в одном доме. А если тема этого
очередного положения полностью разрешена, они будут
заняты теми, с кем живут на одной улице. А если тема
положения полностью разрешена, они будут заняты
теми, с кем живут в одном поселке. А если тема этого
очередного положения полностью разрешена, они будут
заняты теми, кто живет в соседних поселках. А если тема
этого очередного положения полностью разрешена, они
будут заняты теми, с кем живут в одной стране. А если те
ма этого очередного положения полностью разрешена,
они будут заняты всеми теми существами, которые живут
на всей земле. А если тема этого очередного положения
полностью разрешена, они будут заняты всеми неисчис
лимыми существами, которые обитают в безграничном
пространстве. И только тогда, когда все темы всех поло
жений будут полностью разрешены, они все вместе смо
гут заняться мною и со мной встретиться.
Если их тема — быть занятым мною, то, даже вовле
ченные в самые разные положения и увлеченные самы
ми разными темами, столкнувшиеся с самыми разными
людьми на пути к самым разным поселкам, они будут
стремиться только к тому, чтобы встретиться со мною.
Если их тема — быть занятым мною, они не упустят ни од
ного человека, не упустят ни одного зверька, не упустят
ни одного цветочка и не упустят ни одного другого су
щества, которое встретится им на пути ко мне. Если их
тема быть занятым мною, они не обойдут стороной
ни одного дома, они не обойдут стороной ни одной
улицы, они не обойдут стороной ни одного поселка, они
не обойдут стороной ни одного клочка земли, который
встретится им на пути ко мне. Вот так и может случиться,
что они, спешившие к месту, где я живу, раз за разом
останавливаясь изза обилия событий, не смогут ко мне
попасть. Но они на пути ко мне, они хотят ко мне
151
152
добраться, их призыв услышан, наконецто я смогу с
ними встретиться.
Чтобы со мною встретиться, ты должен пройти свой
путь с самого начала, начать его там, откуда ты вышел,
с себя, и если ты соответствовал себе, с тех, с кем ты жи
вешь, и если ты соответствовал им, с соседей по дому,
а если ты соответствовал им, то можешь продолжить
свое странствие, от места к месту, не слишком быстро,
не слишком медленно, так, как получится».
Под впечатлением этой встречи человек приходит
к выводу:
Если я довольствуюсь тем, чтобы соответствовать
людям, с которыми живу в одной квартире, и если
возникает конфликт, я вступаю в борьбу, не отступаю
в борьбе, выстаиваю в борьбе до конца, значит, я себе
соответствовал. У меня была встреча с собою, а после то
го, как стал полностью себе соответствовать, покинул се
бя и встретился с соседями по дому. А после того, как стал
полностью им соответствовать, я покинул их и встретил
ся с жителями моей деревни. А после того, как стал полно
стью им соответствовать, я покинул их, и странствовал
с места на место, и соответствовал всем, кто встречался
на пути ко всем. Это как с плодами дерева во рту ребенка,
как с листьями того же дерева в руках ребенка. Плоды,
оторванные от листьев, уже не принадлежат листьям,
они принадлежат ребенку, это уже не плоды. Эти ли
стья, оторванные от ветки, уже не принадлежат дереву,
они принадлежат ребенку, это уже не листья. Ветки, ото
рванные от ствола, уже не принадлежат стволу, они при
надлежат ребенку, это уже не ветки. Плоды на листе,
листья на ветке, ветки на стволе, стволы, на корне, корни
в почве — это плоды, это листья, это стволы, это корни,
это почва, это правильное сочетание.
Если же я соответствовал всем положениям и тем,
кого встречал я, и тем, кого встречали они, и так до бес
конечности, тогда во встрече с тобою нет больше тре
щины, нет разлома, нет зла, нет досады, нет неловкости,
нет несовершенства. Тогда встреча является завершен
ной, тогда встреча не задерживает меня, как задерживают
течение то рифы, то изгибы, то песчаные отмели на реке.
Психодрама
Психодрама как встреча
Тогда я быстро следую вперед. Тогда я без остановок, быст
рее всех следую до места, где вы живете, и к себе, который
только во встрече с вами ощущает свое совершенство.
Тогда я могу сказать себе: я чувствую себя, я мыслю свое
настоящее, я вижу себя, я слышу себя, я ощупываю свои
руки, свою кожу и воспринимаю себя совершенным. Нет
ничего, что помешало бы мне встретиться, мое чувство
исцелено, узел развязан, встреча завершена (80).
153
Если в этой речи встреча с целым рассматривается как
предпосылка встречи с частями, то из встречи с частями,
наоборот, возникает встреча с целым, в том числе и в че
ловеческом «Я». Морено показывает, как благодаря расши
рению сознания до космических размеров «Я» снова пере
живается как «центр» человека. «Невозможно представить
себе, чтобы при рождении этого “нового ‘Я’ “ оно не было бы
творцом самого себя. Невозможно представить себе, что могло бы
возникнуть будущее мира, на которое не была бы возложена лич
ная ответственность!» (89), а именно в значении встречи
с частями и целым, а также как части и как целого.
В соответствии с этим такую ответственность — в ши
роком и исключительном значении — должен брать на себя
каждый отдельный человек, когда речь идет только о нем
одном. Но ее также следует понимать в значении исключи
тельной ответственности за себя и других, когда речь идет
о двух людях, и только о них двоих. Однако с увеличением
радиуса общения возрастает также и степень ответствен
ности — от индивидуальной к социальной и даже полити
ческой. Требование Морено выходит за рамки отдельного
человека и небольшой семьи. Он не довольствуется изме
нением обозримого социального сообщества, например
деревни. Мореновское требование является обществен
ным. Утверждая, что «подлинно терапевтический метод
не может иметь своим объектом меньшее, чем человечест
во» (91), он нацелен на человечество в целом, ибо нищета
касается всех и может быть устранена только всеми вме
сте — в общении людей между собой и принятии ответ
ственности друг за друга и за весь мир.
По этой причине практический психотерапевтиче
ский подход в психодраме основывается, помимо прочего,
154
Психодрама
на заключенной в методе возможности многоуровнего
общения:
1. На возможности встречи с самим собой.
2. На возможности встречи с «Ты» в рамках реального
жизненного сообщества, т. е. in situ или, как мы еще
увидим, в «полуреальности» психодрамы.
3. На возможности встречи членами малой группы или
иных, возможно, более крупных групп, например этниче
ских, в их социометрическом переплетении с естествен
ными жизненными группами in situ или изображенных
на сцене; а также на возможности встречи с членами
психодраматической группы в ситуации «здесь и теперь».
4. На возможности встречи с миром как в социальном, так
и в космическом значении.
X. ЗНАЧЕНИЕ «УНИВЕРСАЛИЙ»
КОСМОС, ВРЕМЯ,
ПРОСТРАНСТВО И РЕАЛЬНОСТЬ
ДЛЯ ПСИХОДРАМЫ
Universalia sunt Realia 1 (3).
Фома Аквинский
КОСМОС
Исцеление отдельного человека вне связи с целым, т. е. в са
мом широком смысле вне связи с космосом как творческим
мировым процессом, является, по мнению Морено, таким
же невозможным, как оживление на долгое время оторван
ной от дерева увядшей ветки. Свежая вода и искусственная
подкормка могут, пожалуй, какоето время поддерживать
ее жизнь; неисцеленным, однако, остается ее отделение
от ствола, корней и почвы, т. е. отчужденность. По этой при
чине в мореновской картине мира космосу уделяется вни
мание не только с теоретических позиций — космические
феномены, такие, как силы притяжения и отталкивания,
действие, спонтанность и креативность, становятся предме
том социометрического и психодраматического изучения
1
Универсалии суть реалии (лат.). — Прим. ред.
156
и практики. Кроме того, креативный мировой процесс
рассматривается как истинная ценность и истинный смысл
человеческого бытия, человек — как cosmic man (86).
Поскольку связанные с космосом и креативным разви
тием человечества религиозные представления Морено
изложены не только в его поэтических произведениях,
но и попадаются нам в его социометрических и психодра
матических трудах, их нельзя оставить здесь без внимания.
На заре своей истории человек находился в непосред
ственной связи с креативными процессами в космосе.
Это выражается в персонификации сил природы в мифах
и сказаниях. Его магическое восприятие мира можно
сравнить с восприятием мира детьми в первой вселенной,
на стадии вселенской реальности. Это аутохтонное, неот
рефлексированное и поэтому неинтегрированное отно
шение к космосу. Монотеизм древнесемитских религий,
напротив, следует понимать как попытку утверждения
собственной идентичности путем разграничения: здесь че
ловек, там недостижимый Бог, Богтворец Яхве, которого
Морено называет также «ОнБог» (89). Морено полагает,
что в дальнейшем, например на более поздних стадиях
индивидуального развития, под видом отделения человека
от космоса происходит все большее приближение к собст
венной идентичности. Вместе с нею сокращается и дистан
ция с Богом. Далекий «ОнБог» превращается в Христе
в Богачеловека, в постижимого чувством «ТыБога» (89).
Благодаря общению с ним человек становится способным
придавать особый смысл своей судьбе внутри мирового
процесса. В обеих формах религиозности человеческое
сознание все же противопоставляется Богу. Разделение
креативного мирового процесса на Бога, с одной стороны,
и на человека, с другой, словно трещина тянется через
весь космос.
Морено стремится к преодолению этого противопо
ставления человека и Бога. Он рассматривает человече
скую креативность во взаимосвязи с космической. В нашем
образе ветки и дерева это означало бы, что ветку нельзя
воспринимать независимо от дерева. Такое относилось бы
лишь к отломанной, увядающей ветке. Живая ветка — если
бы она могла сказать: «Я, ветка» — не противопоставляла
Психодрама
Значение «универсалий» для психодрамы
157
бы себя организму, составной частью которого она яв
ляется, своей первопричине и смыслу бытия, а знала бы,
что не дерево живет благодаря ветке, а ветка живет благо
даря дереву, причем характерным для него, составляющим
суть дерева образом. В «расширенном самопонимании»,
которое относится не только к обособленному «бытию
веткой», ветка понимала бы «Я дерева» как еще одно свое
«Я», как собственную всеобъемлющую Самость. Подобную
связь Морено усматривает в отношениях человека с космо
сом. Он постулирует дальнейшее религиозное развитие
от «ТыБога» к «ЯБогу». Эти представления иллюстриру
ются стихотворениями из «Завещания отца». Бог требует
от человека обращаться к нему не как к Богу в значении
потусторонности, а воспринимать его как «ЯБога» в себе
и своих близких, в которых Бог — креативный мировой
процесс — общается с самим собою:
О, имя отца,
Рана отдаления.
Невыносимо слышать мне имя свое.
Не надо звать меня больше,
Я рядом с вами (79).
Еще отчетливее представление об общающемся с са
мим собой Боге выражается в следующих строках:
Любимое дитя, моя детка,
Взгляни на себя моими глазами,
Не мои ли глаза твои глаза.
Любимое дитя, моя детка,
Послушай себя моими ушами,
Не мои ли уши твои уши.
Любимое дитя, моя детка,
Поцелуй себя моими губами,
Не мои ли губы твои губы.
Любимое дитя, моя детка,
Взгляни на своих деток,
Сотворенных тобою,
Вскормленных тобою,
Обласканных тобою,
Не мои ли детки твои детки (79).
158
Вопреки этому исходящее от ограниченного человече
ского «Я»сознания и попрежнему определяющее состояние
нашего духа расщепление мирового процесса на Бога и чело
века проявляется также и в разделении человеческой жиз
ни на религиозную и мирскую сферы, продолжаясь в даль
нейшем разделении мирской сферы на человека и мир.
В ходе этого процесса человек, исходя из своего ограни
ченного, привязанного к «Я» самопонимания, все в большей
степени рассматривал природу лишь в качестве «имеющего
ся под рукой» объекта эксплуатации. Даже медицинское
мышление Запада вплоть до недавнего прошлого несло
на себе печать этого расщепления. Вначале только тело,
как часть природы и «имеющийся под рукой» объект, пред
ставляло интерес для науки. Затем в понятии «психика» бы
ли объективированы компоненты человека, называвшиеся
прежде душой и духом, которые опятьтаки в качестве «име
ющегося под рукой» пассивного объекта исследования сде
лались доступными для научного наблюдения и эксперимен
та. Негативным побочным явлением этой общей тенденции
развития является нарастающая с появлением все более со
вершенной техники эксплуатация природы, ее разрушение
и достигшее огромных размеров овеществление человека.
В этом двоякого рода отчуждении человека, как от его
космической экзистенциальной основы, так и от его че
ловеческого окружения, Морено уже более чем полвека
назад увидел угрозу дальнейшему существованию человече
ства и главную задачу всеобъемлющей терапии. Отчуж
денность проявляется в исходящей от человека и от робо
тизации агрессии. С появлением машинроботов человек
еще больше углубил «трещину в космосе». Он «мнит себя
властелином мира», в известном смысле хозяином своего
космического бытия, не находясь больше в «правильном
соединении» с космосом. Уже в одной из самых первых сво
их статей Морено занимается исключительно роботами —
дружественными и опасными — и для решения возникших
с ними проблем выступает с идеей «науки о технических жи
вотных» (89). Непосредственно за этим последовали более
глобальные рассуждения о преимуществах и опасностях
нашей технической цивилизации — о проблеме робота, если
следовать терминологии Морено. Помимо прочего, Море
Психодрама
Значение «универсалий» для психодрамы
но изучал робота также в контексте детского развития, в ча
стности в связи со стадией вселенской идентичности и тем
самым с точки зрения его «родственных» отношений с «дуб
лем», т. е. человеком, ухаживающим за беспомощным мла
денцем. Ведь робот исполняет многие желания и потреб
ности взрослого человека, подобно тому как мать исполняет
желания и потребности ребенка на стадии вселенской иден
тичности! «Общаясь» с бесчисленными роботами, т. е. тех
ническими аппаратами, взрослый человек незаметно попа
дает в такое же зависимое положение, какое он пережил
на стадии вселенской идентичности, однако с одним сущест
венным различием: робот в качестве физического «дубля»
не обладает спонтанностью. Он не позволяет меняться
отношениям в процессе общения.
«Who Shall Survive?» — звучит вопрос, который уже не
сколько десятилетий назад поставил Морено в заглавие
своего классического труда по социометрии и который
с тех пор редко воспринимался лишь как название книги.
В наше время мы воспринимаем этот вопрос в его экзи
стенциальном значении. С альтернативой «отчужденность
и упадок или сохранение жизни на Земле», которую сле
дует понимать как призыв и космическую задачу, Морено
стоит сегодня в ряду авторитетных ученых — представи
телей различных дисциплин (8, 75).
«Who Shall Survive?» Предопределенное роботом и на
ходящееся в опасности, полностью автоматизированное
и охваченное «эпидемией “Я”» и отчужденное, все быстрее
несущееся к своей гибели общество или сознающий свою
космическую ответственность человек, который пережи
вает в природе, ближнем и самом себе креативный мировой
процесс в качестве интегрирующего явления? Морено по
лагает, что человек справится со своей творческой задачей
в той мере, в какой он научится пользоваться своей спон
танностью и своим креативным поведением будет способ
ствовать индивидуальному развитию. Будущее Земли он
рассматривает во взаимосвязи с осознанной интеграцией
человека в креативный мировой процесс и креативного
мирового процесса — в осознанное человеческое поведе
ние. В этом смысле религиозное переживание становится
революционной категорией; Бог перемещается из начала
159
160
Психодрама
всех начал и потусторонности в настоящее, в Самость, в «Я»
каждого человека. Если человек переживает космическую
креативность в небывалом ее развитии в себе, в слабом че
ловеке, и начинает понимать, что Бог — «Я–Самость–Бог» —
отказался от свободы, чтобы наполнить вселенную неисчис
лимым множеством одинаково стесненных и одинаково
смертных существ, то в этой «слабости» все же заключается
триумф: «Осознание во встрече».
Морено полагает:
Экспансия Самости не окончится до тех пор, пока новая
мировая религия не исправит злоупотребления недав
него прошлого и не обратит их в их противоположность.
«Процесс Я–Самость–Бог», очевидно, не имеет отноше
ния к идее человекаБога и ей подобным антропоморф
ным представлениям. Речь не идет о богоподобии от
дельного индивида, речь идет — если воспользоваться
религиозным образом — о богоподобии всей вселенной
(космоса), т. е. о ее интеграции в Самость (89).
Поскольку психодраматическое, или в широком смысле
аксиодраматическое, переживание самых разных констел
ляций возникает не только из «Я», но и благодаря обмену
ролями со стороны визави, это всегда свидетельствует
об относительности закостеневшей «Я»йности, но вместе
с тем и о переживании глобальных экзистенциальных свя
зей — проявлении креативного мирового процесса и его
осознанной интеграции в Самость.
ВРЕМЯ
Время в психодраме — это мгновение в значении креативно
го момента. «Всегда мгновение было нежданным зрелищем, нескон
чаемым наслаждением, несотворенным временем», — говорится
в анонимно опубликованной в 1923 году мореновской «Речи
о мгновении» (81). Все самое важное происходит здесь и те
перь. Nunc наряду с hic занимает центральное место в пси
ходраме. Проблема должна разрешиться теперь, здесь,
в данном месте и положении. Если сразу это невозможно
и необходима терапия, то в момент психодраматического