Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Противодействие преступлениям, посягающим на интересы кредиторов. Монография
.pdf
В связи с этим предлагается раскрыть содержание понятия «кредитор» в примечании к ст. 176 УК РФ. Данное определение должно быть
широким с тем, чтобы распространять действие нормы на все разновидности кредитных отношений, предусмотренные гражданским законодательством, а также на отношения займа, не являющиеся кредитными.
Таким определением и является нормативное определение понятия кредитор, которое закреплено в Федеральном законе от 26 октября 2002 г.
№ 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». Таким образом, предлагается дополнить ст. 176 УК РФ следующим примечанием.
Под кредиторами в настоящей статье понимаются лица, имеющие
по отношению к должнику права требования по денежным обязательствам и иным обязательствам, об уплате обязательных платежей, о
выплате выходных пособий и об оплате труда лиц, работающих по трудовому договору.
Но следует отметить, что данные изменения еще недостаточны для
того, чтобы распространять действие ст. 176 УК РФ на все виды кредитных отношений. Дело в том, что формулировка способа совершения данного преступления также сужает действие нормы, поскольку
она исключает такой предмет преступления, как коммерческий кредит
в виде аванса или предварительной оплаты работ или услуг.
В связи с этим формулировка способа также нуждается в изменениях. На наш взгляд, она должна носить более широкий, общий характер. Лучше всего в данном случае использовать формулировку,
используемую в ст. 159 и 165 УК РФ, т. е. «путем обмана или злоупотребления доверием».
Данные изменения позволят не только распространить действие нормы на отношения по поводу предоставления коммерческого кредита в
виде аванса или предварительной оплаты работ или услуг, но и решить
еще одну правоприменительную проблему, связанную с несовершенством формулировки способа совершения незаконного получения кредита. Данная проблема заключается в том, что ей исключается возможность совершения обманных действий путем бездействия, то есть
путем умолчания о важных сведениях, а также любым другим путем,
за исключением предоставления кредитору заведомо ложных сведений о хозяйственном положении и финансовом состоянии заемщика.
Кроме того, предложенное изменение позволило бы также решить
вопрос о том, следует ли квалифицировать по ст. 176 УК РФ действия
191
по предоставлению ложных сведений, относящихся не к самому заемщику, а к его поручителям. Современная редакция рассматриваемой уголовно-правовой нормы не позволяет привлекать к ответственности недобросовестных кредиторов в случае совершения ими обмана описываемым способом. В то же время опасность данных действий
не меньше, чем опасность запрещаемого статьей вида обмана. Нами
не исключается возможность и других способов совершения обманных действий, направленных на незаконное получение кредита либо
льготных условий кредитования, не предусмотренных прямо ст. 176
УК РФ.
В связи со всем вышеизложенным предлагается заменить существующую формулировку способа совершения преступления на такую как «получение индивидуальным предпринимателем ... путем обмана кредитора или злоупотребления его доверием».
Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда Российской
Федерации № 51 от 27 декабря 2007 г. «О судебной практике по делам
о мошенничестве, присвоении и растрате» обман как способ совершения хищения или приобретения права на чужое имущество, ответственность за которое предусмотрена ст. 159 УК РФ, может состоять в
сознательном сообщении заведомо ложных, не соответствующих
действительности сведений либо в умолчании об истинных фактах,
либо в умышленных действиях (например, в предоставлении фальсифицированного товара или иного предмета сделки, использовании
различных обманных приемов при расчетах за товары или услуги
или при игре в азартные игры, в имитации кассовых расчетов и т. д.),
направленных на введение владельца имущества или иного лица в
заблуждение.
Таким образом, Пленумом признается возможность совершения
обмана юридически пассивно, путем бездействия. Поскольку незаконное получение кредита является специальным составом по отношению
к мошенничеству, представляется, что такое понимание обмана можно
было бы распространять также и на ст. 176 УК РФ.
Но, поскольку способ совершения незаконного получения кредита
сформулирован не просто как обман или злоупотребление доверием, а
как один конкретный вид обмана, заключающийся в предоставлении
заведомо ложных сведений о хозяйственном положении и финансовом состоянии индивидуального предпринимателя или организации,
192
следует согласиться с теми исследователями, которые считают, что
совершение данного преступления возможно только путем действия.
Квалифицировать данные деяния по ст. 159 или 165, как это предлагается некоторыми исследователями, тоже невозможно, поскольку в деяниях по незаконному получению кредита не содержится, в отличие от
мошенничества, такого признака, как умысел на причинение ущерба.
На наш взгляд, рассматриваемые деяния также должны рассматривается в качестве незаконного получения кредита, поскольку они направлены на введение в заблуждение кредитора относительно гарантий возвращения кредита. Но нынешняя формулировка диспозиции
ст. 176 УК РФ не позволяет рассматривать данные деяния в качестве
преступления.
Также в правоприменительной практике возникают проблемы с квалификацией действий по незаконному получению кредита либо льготных условий кредитования лицами, не являющимися индивидуальными предпринимателями. Представляется, что распространение действия
ст.176 УК РФ на общий субъект позволит решить данную проблему.
На наш взгляд, действия лица, незаконно занимающегося предпринимательской деятельностью, незаконно получившего кредит, либо
простого физического лица, не являющегося индивидуальным предпринимателем, обманным путем получившего потребительский кредит, либо руководителя организации, совершившего аналогичные действия, не отличаются между собой по общественной опасности при
условии, что данными действиями был причинен крупный ущерб кредитору. Поэтому оснований выделять специальный субъект в отношении рассматриваемых деяний, на наш взгляд, нет. В связи с этим предлагаем убрать из диспозиции ст. 176 УК РФ слова «индивидуальный
предприниматель или руководитель организации».
Представляется, что в действительности дифференциация ответственности должна проводиться не по признакам субъекта преступления, а
по признакам размера причиненного ущерба. Как правило, кредиты,
выдаваемые индивидуальным предпринимателям, и организациям больше по размеру потребительских кредитов, однако в некоторых случаях размеры потребительских кредитов достаточно большие. В связи с
этим предлагаем установить ответственность за квалифицированный
вид незаконного получения кредита, характеризующийся таким квалифицирующим признаком, как причинение особо крупного ущерба.
193
Как указывалось в предыдущем параграфе, наибольшие затруднения представляет уяснение признаков субъективной стороны незаконного получения кредита. Поскольку, на наш взгляд, рассматриваемое
преступление совершается по неосторожности, ответственность по
ст. 176 УК РФ должна наступать только за неосторожное причинение
вреда вследствие незаконного получения кредита или льготных условий кредитования. В связи с этим предлагаем дополнить диспозицию
ст. 176 УК РФ таким обязательным признаком преступления, как «причинение ущерба по неосторожности». Это позволит разграничивать
незаконное получение кредита и мошенничество по признакам субъективной стороны преступления.
Что касается квалифицированного состава незаконного получения
кредита, то в связи с тем, что действия по незаконному получению
государственного целевого кредита значительно отличаются от нецелевого его использования и по объективным и по субъективным признакам, представляется целесообразным предложение Д.М. Дугричиловой о выделении в отдельный состав преступления действия по нецелевому использованию государственного целевого кредита
138
.
При этом, на наш взгляд, состав нецелевого использования государственного целевого кредита следует сформулировать как формальный, поскольку общественная опасность содержится уже в самих действиях. А отсутствие необходимости доказывать наличие таких признаков, как последствия деяния и причинную связь между
деяниями и последствиями, значительно упростит правоприменительную практику.
В связи со всем вышеизложенным, нами предлагается следующая
редакция ст. 176 УК РФ:
Статья 176. Незаконное получение кредита
1. Получение кредита либо льготных условий кредитования путем
обмана кредитора или злоупотребления его доверием, совершенные
без цели хищения, если это деяние повлекло по неосторожности причинение крупного ущерба, –
наказывается …
138
Дугричилова Д.М. Преступления в сфере кредитно-банковской деятельности: общая характеристика и вопросы квалификации: Дис. … к. ю. н.
М., 2005. С. 15.
194
2. Незаконное получение государственного целевого кредита, если
это деяние повлекло по неосторожности причинение крупного ущерба
гражданам, организациям или государству, –
наказывается …
3. Деяния, предусмотренные частью первой и второй настоящей
статьи, повлекшие по неосторожности причинение особо крупного
ущерба, ...
Примечание. Под кредиторами в настоящей статье понимаются лица,
имеющие по отношению к должнику права требования по денежным
обязательствам и иным обязательствам, об уплате обязательных платежей, о выплате выходных пособий и об оплате труда лиц, работающих
по трудовому договору.
Кроме того, предлагается дополнить Уголовный кодекс новой нормой следующего содержания:
Статья 176.1. Нецелевое использование государственного целевого
кредита
Использование не по прямому назначению государственного целевого кредита, –
наказывается …
Уголовно-правовая норма, устанавливающая ответственность за
злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности, также содержит ряд существенных недостатков и нуждается в совершенствовании.
Основным отличием данного преступления от рассмотренного выше
является то, что при злостном уклонении лицо имеет возможность
погасить кредит, но не делает этого. В теории и правоприменительной
практике считается, что если лицо действительно не имеет такой возможности, уголовная ответственность исключается. Но в этом случае
следует рассмотреть вопрос о присутствии признаков незаконного
получения кредита.
В то же время, исходя из текста нормы, данные положения прямо не
вытекают, что дает возможность для квалификации в качестве преступных деяния не лиц, не имеющих реальной возможности погасить
кредиторскую задолженность.
На наш взгляд, такой подход абсолютно неверен, поскольку в действиях лиц, получивших кредит на законных основаниях, и по объективным причинам не имеющим возможность его выплатить, отсутствует
195
вина. В связи с этим, во избежание ошибочного толкования рассматриваемой уголовно-правовой нормы, предлагаем указать в ст. 177 УК
РФ соответствующий признак.
В связи с этим нам импонирует проект ст. 177 УК РФ, предложенный Н.М. Зотовой:
Статья 177. Умышленное непогашение кредиторской задолженности
Умышленное непогашение руководителем организации или гражданином кредиторской задолженности или неоплата ценных бумаг, в
крупном размере после вступления в законную силу соответствующего судебного акта при наличии денежных или иных средств, по-
зволяющих погасить кредиторскую задолженность или оплатить
ценные бумаги (выделено мной – авт.)
139
.
В предыдущем параграфе указывалось на такой недостаток современной редакции ст. 177 УК РФ, как отсутствие в диспозиции указания на размер преступной неоплаты ценных бумаг. На наш взгляд, данный недостаток следует устранить путем исключения из текста нормы
слов, описывающих данное деяние. Наше предложение обусловлено
тем, что при широком понимании «кредиторской задолженности» обязательства по ценным бумагам также входят в это понятие.
Наиболее опасными, по нашему мнению, являются действия, направленные на сокрытие имущества должника или собственное уклонение от участия в судебном разбирательстве, а также от исполнения
судебного решения. Отличительным признаком злостного уклонения
от погашения кредиторской задолженности (ст. 177 УК) от мошенничества (ст. 159 УК) является время возникновения умысла на присвоение полученных кредитных средств. По правилам квалификации преступление, начатое как менее тяжкое и «переросшее» в более тяжкое,
должно квалифицироваться как более тяжкое. Например, если при
начатом тайном хищении (кража) виновный догадался, что за ним ктолибо наблюдает и при этом осознает противоправный характер его действий, но хищение продолжается, то такое деяние должно квалифицироваться как открытое (грабеж). Таким образом, если виновный, получая кредит, надеялся возвратить его, в соответствии с договором,
но затем решил не возвращать его, а скрыть свое имущество (обман
139
Золотова Н.М. Преступления в сфере кредитования: Дис. … канд.
юрид. наук. М., 2007. С. 20.
196
относительно своей платежеспособности), или скрыться сам, то такие
его действия перерастают в другое, более опасное преступление.
С учетом изложенного целесообразно представить ст. 177 УК РФ в
следующей редакции:
Статья 177. Уклонение от погашения кредиторской задолженности
Уклонение руководителя организации или гражданина от погашения кредиторской задолженности в полном объеме и сроки, установленные договором, при наличии у него такой возможности, в крупном
размере или от оплаты ценных бумаг после вступления в законную
силу соответствующего судебного акта, –
наказывается…
Часть 3 ст. 159 (мошенничество) необходимо изложить в следующей редакции:
Статья 159. Мошенничество
3. Мошенничество, совершенное:
а) лицом, с использованием своего служебного положения;
б) в крупном размере;
в) в отношении имущества или права на имущество, подлежащего
взысканию по погашению кредиторской задолженности по решению
суда.
При такой конструкции состава мошенничества возникают вопросы
правоприменения нормы. Предметом мошенничества является чужое
имущество (право на имущество), а в рассматриваемом варианте виновный совершает действия по сокрытию своего имущества. На этот
вопрос можно ответить, разъяснив, что речь идет об имуществе, в отношении которого имеется судебное решение, т. е. оно уже не принадлежит виновному.
Что касается совершенствования уголовного законодательства, устанавливающего ответственного за совершение преступлений, связанных с банкротством, то из трех статьей изменения требует существующая редакция ст. 195 УК РФ.
Объективная сторона преступления, предусмотренного ч.1 ст. 195
УК, выражена в умышленных действиях виновного, направленных на
уменьшение конкурсной массы при конкурсном производстве и как
следствие этого удовлетворение требований кредиторов и других лиц
в меньшем объеме. С учетом рассмотренного состава, предотвращения декриминализации других действий виновного, представляется
197
целесообразным изложить действующую норму в следующей редакции:
Статья 195. Неправомерные действия при банкротстве
Действия, направленные на уменьшение конкурсной массы в предвидении конкурсного производства или при его проведении, если эти
действия причинили крупный ущерб, –
наказываются
В литературе распространено мнение о том, что состав преступления, предусмотренного ст. 197 – Фиктивное банкротство, следует декриминализировать. Данное мнение распространено среди противников широкого понимания признака «публичности» объявления о банкротстве. В 2002 г. был принят новый Закон о банкротстве, который
исключил нормы о добровольном объявлении о банкротстве должника. Более того, были внесены изменения в ГК РФ, которыми из гражданского законодательства исключен институт объявления должника
банкротом. Противники расширительного толкования признака «публичности» считают, что произошедшие изменения сделали бессмысленной дальнейшее существование уголовно-правовой нормы, предусмотренной ст. 197 УК РФ, поскольку теперь оставлен только судебный порядок обращения с заявлением в суд. Так, Н.В. Беркович
пишет: «...в настоящее время в уголовном законодательстве существует
такая парадоксальная ситуация, как «фиктивная ответственность за
фиктивное банкротство»
140
.
Мы согласны, что обращение с заявлением в арбитражный суд не
содержат в себе общественной опасности. В то же время возможны
другие способы публичного объявления о своем банкротстве, а поэтому приводимая аргументация недостаточна для того, чтобы делать
выводы о бессмысленности существования ст. 197 УК РФ.
14 0
Беркович Н.В. Фиктивная ответственность за фиктивное банкрот-
ство // Законность. 2006. № 1. С. 20.
198
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Рассмотрев систему нормативно-правовых актов, регулирующих
кредитные отношения, можно сделать вывод о многообразии законодательных актов, а также необходимости приведения различных актов
в соответствие с действующим законодательством. Также необходимо обозначить проблему кодификации банковского законодательства
и выделения сектора кредитного законодательства для детального и
четкого регулирования кредитных отношений, которые выступают одним из важнейших институтов в рыночной экономике.
Анализ показывает, что количество выявляемых преступлений экономической направленности имеет слабую тенденцию к росту, однако,
темпы прироста в последние три года явно замедляются. Фактически
можно говорить о стабилизации количества выявляемых преступлений экономического характера.
Однако существующие статистические данные о количестве совершенных преступлений, связанных с посягательством на законные интересы кредиторов, должны корректироваться с учетом высокого уровня их латентности. По оценкам одних специалистов, в данной сфере он
составляет не менее 90 %, по другим оценкам, около 60 %. В связи с
тем, что показатели латентности довольно высоки, эта проблема обсуждается учеными и практиками. Для получения хотя бы приблизительных оценок реального объема исследуемой преступности необходимо пользоваться экспертными оценками.
Опасность правонарушений, совершаемых в финансово-кредитной
сфере, состоит в том, что непрерывно происходит сращивание преступности в кредитно-финансовой сфере с общеуголовной, что влечет за собой и череду иных преступлений – взяточничество, подделку
документов, злоупотребление служебным положением и многие другие.
Рассмотрев представленные показатели, можно сделать выводы о
неудовлетворительном качестве предварительного расследования и,
помимо прочего, это дает сигнал для проверки коррупционной пораженности соответствующих органов (подразделениям собственной
безопасности органов внутренних дел, органам ФСБ, прокуратуры и
др.). Поскольку после того как экономическое преступление выявлено, установление причастных к нему лиц обычно не представляет
199
серьезных трудностей: данные об их личности содержатся в соответствующих документах, а также могут быть получены путем допроса
свидетелей, круг которых также в достаточной мере определен.
Положительным результатом практики предварительного расследования следует признать тот факт, что в целом активность правоохранительных органов (которая во многом определяется активностью потерпевших, т. е. кредиторов) по выявлению лиц, совершивших преступления против интересов кредиторов, повысилась.
Характеризуя же перспективы развития исследуемой преступности,
следует отметить, что в криминологической литературе представлены
различные суждения относительно ее состояния и дальнейшего развития. Полагаем, что в современных социально-экономических условиях, осложненных финансово-экономическим кризисом, реальный уровень преступности незначительно увеличится, однако, с учетом высокой латентности данной преступности, навряд ли данные показатели
найдут отражение в официальной статистике ГИАЦ МВД России.
Проведя анализ причинного комплекса, можно сделать вывод о том,
что на данном этапе становления современной кредитно-финансовой системы наблюдается достаточно активный процесс по использованию преступными элементами проблем законодательства, сопряженных с незаконным обогащением путем использования различных способов воздействия, используя при этом недоработки экономического, политического, социально-экономического, правового и организационного характера.
Несмотря на все попытки органов государственной власти по противодействию преступности, в исследуемой сфере наблюдается слабое улучшение ситуации. Государство, к сожалению, пока не в состоянии обеспечить надлежащий уровень контроля за данными видами
преступности ввиду отставания законодательства, отсутствия правоприменительной практики и неясностей в действующих уголовно-правовых нормах. В этой ситуации особенно важно использование международного опыта по борьбе с преступлениями, сопряженными с посягательствами на законные интересы кредиторов. В целях улучшения
ситуации на рынке кредитования и противодействия преступности необходимо не столько совершенствовать нормы УК РФ, сколько нормы
иных отраслей права, представляющих уголовно-правовую охрану
соответствующим общественным отношениям, а также направить
200
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]