Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Прагматический потенциал языковых единиц в свете детерминации переводческих решений (на материале испанского языка). Монография
.pdf
позиция близка нашей точке зрения на проблему, связанную с определением
лингвистического статуса прагматики, так как объединяет в себе и широкое
ее толкование (прагматика как прагмалингвистика, область лингвистики),
и узкое (прагматика как аспект языковой единицы)
1
.
При определении места прагматики в современном языкознании
следует вспомнить о том, что Ч. Моррис в качестве основной ее предшественницы называл риторику, и обратить внимание на отношение
прагматики к таким наукам, как риторика и стилистика [Арутюнова Н. Д.,
Падучева Е. В.: 1985].
Г. В. Колшанский, в этой связи, отмечает, что если
рассматривать
«использование знака как сознательную деятельность человека по выбору
тех или иных языковых средств, наиболее подходящих для выражения
мысли коммуникантов, то такая прагматика языка может означать лишь
вторичную оценку языковой деятельности человека, предварительно реализованной в том или ином речевом произведении», поэтому, это «не есть
уже сама речевая деятельность, а
оценочная деятельность человека типа
стилистической обработки того или иного текста», как самим коммуникантом после совершения речевого акта, так и любым адресатом, воспринимающим соответствующее высказывание. В этом смысле, по мнению
исследователя, можно было бы считать прагматику разделом стилистики
и риторики, разрабатывающим критерии оценки и способы достижения
тех или иных целей
в построении языкового текста [Колшанский Г. В.:
1984, 135–136].
Подобный подход характерен для Ю.С. Степанова. Он считает, что
«прагматика занимается особыми, только ей присущими вопросами, кото-
рыми не занимается синтактика и семантика, и вопросы эти – те же, что
и в традиционной стилистике и в еще более старинной риторике: выбор
языковых
средств из наличного репертуара для наилучшего выражения
своей мысли и своего чувства, выражения наиболее точного, или наиболее
красивого, наиболее соответствующего обстоятельствам для наилучшего
воздействия на слушающего или читающего – с целью убедить его, или
взволновать и растрогать, или рассмешить, или ввести в заблуждение и т.
д. и т. п.» Отличие «новой» прагматики
от стилистики и риторики, полагает
ученый, будет при этом состоять лишь в средствах: прагматика должна
эмпирически описать, как поступает человек, решая для себя эти задачи в
своем практическом пользовании языком, и затем теоретически обобщить
1
См. пункт 1.1 настоящей работы.
21
эти наблюдения, в частности с применением новейших логических средств
[Степанов Ю. С.: 1981, 325–326].
Как мы видим, риторику и прагматику объединяет интерес к проблемам речевого воздействия. Однако, по мнению Л. А. Маньковой,
риторика изучает только так называемую «риторическую коммуникацию»,
характеризующуюся антагонистическими отношениями между оратором и
аудиторией. В статье «Речевое воздействие газетных
риалах крымской прессы)» Л.А. Манькова утверждает, что риторическая
коммуникация противопоставляется «коммуникации вообще», которой
свойственны кооперативные отношения между участниками общения, а
также то, что целью риторической коммуникации считается убеждение, в
то время как цель «коммуникации вообще» определяется как просто коммуникация [Маньковой Л.А.: 1998]. В этой связи
Н.А. Безменовой о том, что в описании речевой деятельности риторическая
модель имеет одно ограничение: «Речь понимается риторикой как один из
видов деятельности, а спецификой коммуникации по отношению к другим
видам деятельности признается воздействие в целях достижения консенсуса»
[Безменова Н.А.: 1990, 25].
Итак, между прагматикой и другими лингвистическими науками
существует тесная связь и обширные области пересечения исследовательских интересов. Прагматика, принимая за общую основу употребление языка индивидом, охватила многие направления, которые ранее
изучались другими языковедческими дисциплинами, среди них, кроме
уже указанных риторики и стилистики, можно упомянуть актуальный
синтаксис, теорию коммуникации, теорию и психологию речевой деятельности, психолингвистику, психологию общения
социолингвистику и др.
Прагматика привнесла в языковедческие исследования те факты и
положения, которые до этого были отвергнуты лингвистами или на них
просто не обращали внимание. Именно в этом видят главное достижение
прагматики многие современные ученые (А.А. Леонтьев, Н.Д. Арутюнова,
Е.В. Падучева и др.). Однако следует
прагматической теории факты повседневной коммуникативной деятельности оставались бы разрозненными явлениями и не подверглись бы столь
тщательному исследованию. Заслуга прагматики заключается в том, что
она смогла придать открытым ею фактам соответствующий теоретический
статус и продемонстрировала возможность использования прагматического
подхода для объяснения тех или иных лингвистических явлений
22
также признать, что без появления
заголовков (на мате-
интересно положение
, теорию дискурса,
.
Применение результатов и методов прагматических исследований в
других научных и практических областях вызывает особый интерес и открывает новые возможности. Так, согласно С. Левинсону имеется четыре
наиболее перспективных направления подобного сотрудничества: теория
и практика преподавания иностранных языков, изучение взаимодействия
людей и компьютеров, исследование трудностей, возникающих как при
непосредственной коммуникации индивидов,
муниканты не могут видеть друг друга [Levinson: 1997, 376].
Кроме того, многие исследователи полагают, что, постепенно расширяясь, область прагмалингвистических исследований характеризуется
тенденцией к стиранию границ не только между соседствующими разделами
лингви стики ( семантикой, стилистикой, риторикой), но и между лингвистикой и смежными дисциплинами (социологией, психологией и этно
в полной мере отвечая синтетическому подходу к языку.
так и в условиях, когда ком-
графией),
1.3. Единицы и категории прагмалингвистики.
Понятие прагматического потенциала
языковых единиц
Не вызывает сомнения тот факт, что в последние годы современные приемы и методы прагматических исследований получили широкое
признание. В первую очередь это связано с тем, что они не только дают
возможность анализировать и систематизировать изучаемый материал, но
и помогают определить внутреннюю организацию и специфику взаимодействия языковых явлений, вскрыть механизм
и приемов целевого воздействия на реципиента. Ставя в центр внимания
коммуникативную деятельность, осуществляемую индивидом с определенными мотивами и целями в конкретных социальных межличностных
условиях, и применяя комплексный многоаспектный подход к изучению
языка, при котором система и структура языка изучаются в теснейшей
связи с анализом функционирования языковых
определить прагматические параметры самых разных языковых явлений,
т.к. смысл языковой формы в речи представляет собой диалектическое
единство ее системно-языкового значения и речевых функций, которые
обусловлены собственно коммуникативными факторами. При всем том,
отсутствие единого подхода к определению лингвистического статуса
прагматики и сложность установления границ данной науки
отбора языковых средств
единиц в речи, можно
, о чём в
23
нашей работе отмечалось ранее, обусловили появление весьма разнообразных точек зрения на то, какие же характеристики языковых явлений
относятся собственно к прагматическим. Следовательно, существует
необходимость выделения и четкого определения основных категорий и
единиц прагматики, которыми, так или иначе, оперируют большинство
исследователей в этой области.
Под категориями прагматики, как и многие
маем абстрактные понятия, отражающие наиболее общие прагматические,
регулятивные свойства и закономерности языка и речи. При этом в первую
очередь хотелось бы указать на прагматический эффект и прагматический
потенциал, т.е. на те понятия, которые чаще всего встречаются в работах,
посвященных прагматическим исследованиям.
Рассмотрев различные подходы к определению
фекта, мы пришли к выводу, что данная категория неоднозначно трактуется
лингвистами, и это, в частности, выражается в смешении таких понятий,
как прагматический эффект, коммуникативный эффект и перлокутивный
эффект. Для выяснения сущности указанного явления следует установить
содержание каждой из вышеназванных категорий.
В отношении коммуникативного эффекта необходимо отметить, что
данное
выше. Его можно охарактеризовать как своего рода «эффект понимания»,
который зависит от того, имела ли место коммуникация вообще и насколько
коммуниканты поняли друг друга. Как правило, коммуникативный эффект
считается положительным, если общение состоялось и реципиент осознал
намерение адресанта, в противном случае говорят о коммуникативных
сбоях и неудачах.
адресата, может быть нескольких видов: намеренный, планируемый (или
целевой, потенциальный) и ненамеренный (или реальный, фактический).
Соотношение между ними различно: а) они могут совпадать, когда намеренный, планируемый перлокутивный эффект достигает полной реализации
(в этом случае можно говорить о положительном
те); б) между намеренным, планируемым, и реальным, ненамеренным,
перлокутивным эффектом возникает отношение несовместимости, если
в конкретной речевой ситуации возникает перлокутивный эффект, прямо
противоположный планируемому (такой перлокутивный эффект предстает
как отрицательный).
понятие представляется наиболее широким из трех перечисленных
Перлокутивный эффект, или эффект воздействия высказывания на
другие авторы, мы пони-
прагматического эф-
перлокутивном эффек-
24
Что же касается прагматического эффекта, или «эффекта целевого
действия и воздействия», то он всегда является намеренным, так как отправитель высказывания в соответствии со своей интенцией целенаправленно применяет особые приемы и проводит отбор специальных средств
для воздействия на реципиента. В связи с этим нам представляется более
уместным использование понятий
или «не достижение прагматического эффекта» в обход терминов «положительный» или «отрицательный прагматический эффект». Прагматический
эффект высказывания считается достигнутым, если намерение говорящего
в отношении адресата в полной мере реализуется в ходе осуществления
данной коммуникации; в противном случае прагматический эффект следует
считать недостигнутым.
Таким образом, с одной
эффектом и ненамеренным перлокутивным эффектом очевидно, но с дру-
гой стороны, он как бы совпадает с целевым перлокутивным эффектом.
Однако это не совсем так. Дело в том, что прагматический эффект включает
в себя не только план коммуникативного воздействия на адресата (перло-
куцию), т.е. практический результат, которого
соответствии со своей интенцией, но и план действия (иллокуцию), что, в
свою очередь, подразумевает выделение иллокутивной установки адресанта
и отбор специальных средств и приемов воздействия на реципиента.
В настоящее время большинство учёных разделяет точку зрения о том,
что любая коммуникация сопровождается воздействием, так как передача
определенной
ради достижения поставленной цели. При этом в психологии, как правило,
выделяется два основных вида воздействия – внушение и убеждение. Под
убеждением обычно понимают метод воздействия на сознание личности
через обращение к её собственному критическому суждению. «Основу
метода убеждения составляет отбор, логическое упорядочение
выводов согласно единой функциональной задаче» [Психология. Словарь:
1990, 413], то есть убеждающее воздействие реализуется путем логического, рационального доказательства истинности. Что касается внушающего
воздействия, то оно издавна привлекало внимание ученых. Как считает
Ю.А. Шерковин, для этого были достаточно веские социальные причины.
Интерес к данной проблеме не ослабел до сих
природа внушения всё ещё до конца не выяснена [Шерковин Ю.А.: 1973,
196]. Однако несмотря на разногласия, внушение, как правило, связывают
с некритическим восприятием и усвоением информации.
информации в процессе общения происходит не просто так, а
«достижение прагматического эффекта»
стороны, различие между прагматическим
достиг отправитель текста в
фактов и
пор, т.к. психологическая
25
Несомненно, коммуникация – многоаспектное и весьма сложное
явление, включающее как сами языковые факты, так и исполнителей
этих фактов (коммуникантов), а успех коммуникации – комплексный и
противоречивый феномен, на который тем или иным образом влияют не
только лингвистические, но и экстралингвистические факторы во всей их
совокупности. Среди последних немаловажную роль при выборе языковых
единиц, используемых для достижения определенного прагматического
эффекта, играют ситуативный фактор (конкретная ситуация общения или
коммуникативная ситуация), социальный фактор (то есть состав и отношения участников коммуникации: социальный статус, образовательный и
культурный уровень, возраст и др.), лингвогеографический фактор (учет
региональных особенностей языковой ситуации), психологические особен-
ности, эмоциональное состояние, авторские вкусы
отправителя текста и
т.д. [Гришаева Л.И.: 1998, 8].
Что касается лингвопрагматических факторов, то, прежде всего,
следует заметить, что на выбор той или иной языковой единицы для наиболее эффективного воздействия на адресата влияет ее прагматический
потенциал. Под прагматическим потенциалом нами понимается не только
возможность актуализации в речи категориальных значений, присущих язы
ковым единицам как элементам языковой системы, но и тех импликатур,
которые могут проявиться при взаимодействии языка с речевой средой и
способствовать достижению определенного прагматического эффекта
1
.
При этом прагматическая константа (постоянная, целенаправленная на обязательную реализацию в речи прагматическая, регулятивная,
управляющая информация) не противопоставляется нами прагматическому
потенциалу, что характерно для отдельных работ в области прагмалингвистики, а рассматривается в качестве его составляющей наряду с той языковой информацией, которая может стать прагматической в зависимости
от потребности
и целей речевого акта (прагматическая переменная2, или
прагматическая потенция). На наш взгляд, подобный подход позволяет
1
К проблеме содержания понятия «прагматический потенциал« мы уже обращались
в наших работах: «Функционально-прагматический потенциал степеней сравнения прилагательных в плане категории интенсивности атрибутивного признака»
(2001), «К вопросу о функционально-прагматическом потенциале аффиксации в
плане усиления проявленности признака (на материале испанского языка)» (2005),
«К вопросу о функционально-прагматическом потенциале квантификаторов в
плане усиления проявленности признака (на материале испанского языка)» (2007)
и др.
2
Термин наш
26
-
раскрыть специфику того диалектического единства, которое представляет
собой смысл языковой единицы в речи.
Вопросы, связанные с такими категориями, как прагматический
потенциал, прагматическая константа и прагматическая переменная,
невозможно рассматривать, не касаясь основных единиц прагмалигвистики,
к которым, по мнению многих исследователей (А. Ньюберт, К. Х. Хуртадо, Л. А. Киселева, Л. А. Манькова
и др.), в первую очередь, относятся
прагмемы и информемы.
Информемы – это единицы разных уровней языка, которые служат
для передачи информативного содержания, например: una mesa – стол; una
mesita – столик (параметрические данные); uña de caballo (букв.: лошадиный
коготь; ФЕ) – мать-и-мачеха.
Под прагмемами понимаются носители прагматического содержания.
При этом среди прагмем, как правило, различают
языковые прагмемы,
которые являются носителями константной прагматической информации,
т.е. содержат прагматическую константу (ср.: hermoso – прекрасный,
terrible – ужасный), и речевые прагмемы, которые становятся носите-
лями прагматической информации вследствие актуализации прагмати-
ческой переменной, т.е. потенциальной прагматической информации.
Ср.: un roble – дуб (название дерева) является информемой, т.е. единицей
языка, которая служит для
передачи информативного содержания, однако
в определенной ситуации эта языковая единица может реализовать свой
прагматический потенциал и нести дополнительные смыслы, т.е. стать
речевой прагмемой. Интересен тот факт, что в русском и испанском языках
при функционировании в речи слов un roble и дуб может актуализироваться
различный прагматический потенциал. Так, в испанском языке появляются
только положительные смыслы (крепкий, сильный, здоровый), а в русском
возможно появление и негативной оценки.
Представляется необходимым упомянуть и о том обстоятельстве,
что языковыми прагмемами (носителями прагматической константы)
являются, в первую очередь, средства выражения лингвопрагматических
категорий, например, категории оценки, категории интенсивности, категории модальности, категории неопределённо большого и неопределённо
малого количества
и т.д.1
1
К прагматической характеристике одной из таких категорий, а именно, категории
интенсивности атрибутивного признака, мы обратимся во второй главе нашей
работы.
27
Что касается речевых прагмем, то при более внимательном их рассмотрени становится очевидным, что они, как правило, реализуют такие
контекстуальные значения и окказиональные смыслы (уровень речи), которые в той или иной мере соотносятся с коннотативным компонентом их
семантической структуры (уровень языка). В связи с этим видится справед-
ливым замечание И.С. Баженовой о том, что концепция, согласно которой
изучение прагматического потенциала языковых явлений выводится за
пределы лингвистики, вызывает сомнение [Баженова И.С.: 2003, 117].
Опираясь на вышесказанное, можно сделать вывод о том, что в основе
восприятия большинства языковых прагмем, являющихся неотъемлемой
частью языковой системы и содержащих прагматическую константу,
лежит как
восприятие действительности индивидом, что обуславливает различный
прагматический эффект высказывания в различных коммуникативных
ситуациях и позволяет рассматривать прагматическую константу как одну
из составляющих прагматического потенциала. Кроме того, при таком
подходе становится очевидным, что одним из камней преткновения прагма-
тики и семантики являются именно языковые
элементами языковой системы, в то же время обладают определенными
прагматическими характеристиками, что ставит под сомнение попытки
отнести к сфере семантики не зависящие от контекста значения языковых
единиц (и не зависящую от контекста сторону условия истинности пропозиций/высказываний), а к области прагматики – речевые функции языковых
высказываний и ситуационно
пропозиций. К тому же языковые прагмемы доказывают несомненность
существования лингвопрагматических категорий, средства выражения
которых предназначены для отражения прагматического аспекта знаковой
ситуа ции и для воздействия на адресата.
прагмемы будут являться конституентами не только прагматического, но
и семантического потенциалов, отражая факты, непосредственно наличествующие в языке. При этом результат действенности прагматических
единиц будет отражаться в прагматическом эффекте, который и служит
мерой их ценности.
высказывания информем. В этом плане интересна концепция Л.А. Киселевой, в которой высказывается предположение
ма распространенного мнения о том, что воздействие передается только
28
коллективно-субъективное понятие нормы, так и субъективное
прагмемы, которые, будучи
обусловленную сторону выраженных в них
В связи с вышесказанным логично сделать вывод о том, что языковые
Конечно, нельзя исключать и влияние на прагматический потенциал
о несправедливости весь-
через экспрессивный способ изложения материала. Автор убедительно
доказывает, что для успешной реализации планируемого эффекта воздействия могут использоваться не только языковые прагмемы (в другой
терминологии – маркированные, экспрессивные компоненты языка), но и
информемы, то есть нейтральные, немаркированные языковые средства
[Киселева Л.А.: 1978, 159].
Указанную позицию по данному вопросу разделяет и Л. А
полагая при этом, что информемы могут употребляться как в сочетании с
прагмемами, так и самостоятельно. В последнем случае это выглядит как
осуществление чисто информативной функции. Такое «информативное
высказывание», с точки зрения исследователя, приобретает большой потенциал внушаемости: оно создает у адресата впечатление объективности,
непредвзятости (истинности) мнения субъекта. Отмечается, что
через информирование очень эффективно в случае отрицательного отношения адресата к воздействию [Манькова Л.А.: 1998].
Однако, как мы видим, этот факт не противоречит нашему положению
о том, что сами информемы скорее относятся к ведению семантики (а в
речи – функциональной семантики), чем прагматики.
Возвращаясь к вопросу о прагматических категориях, необходимо
остановиться
тическая направленность и прагматическая компетенция.
Что касается прагматической установки, то это понятие довольно
часто встречается в работах, посвященных проблемам прагматики, и под ней
обычно подразумевают коммуникативное задание или «материализованное
в речи осознанное конкретное намерение адресанта оказать соответствующее
воздействие на адресата» [Баженова И.С.: 2003, 114–115].
твенным образом влияет на реализацию субъективной модальности, определяя направление и интенсивность оценки, и отражает личное отношение
адресанта к содержанию высказывания.
Понятие прагматической направленности используется в работах
довольно редко и, как правило, относится к определенной организации
текста или высказывания, ведущей к достижению запланированного прагматического эффекта.
Подобного единодушия нельзя
связанных с прагматической компетенцией. Это вызвано наличием различных подходов к определению следующих понятий: лингвистическая
компетенция, коммуникативная компетенция, речевая компетенция, праг-
матическая компетенция.
на таких понятиях, как прагматическая установка, прагма-
встретить при рассмотрении вопросов,
. Манькова,
воздействие
Она непосредс-
29
Правда, при этом понятие лингвистической компетенции не вызывает
столько проблем, сколько остальные, и обычно трактуется как комплекс
представлений индивида о грамматическом устройстве языка, т.е. как
знание языковой структуры.
В свою очередь понимание коммуникативной компетенции не так
однозначно, тем не менее, чаще всего она рассматривается как умение
пользоваться языком для
личных социально-значимых ситуациях, т.е. как знание языкового узуса.
Если лингвистическая компетенция считается постоянной и врожденной
[Chomsky: 1974], то коммуникативная компетенция приобретается инди-
видом в ходе языковой практики и может значительно варьироваться в
зависимости от различных диалектов, социалектов, регистров речи и т.д.
При несомненном сходстве
дение их объемов, т.к. коммуникативная компетенция не ограничивается
изучением языка, а выходит за пределы лингвистики. Коммуникативную
компетенцию нередко смешивают с речевой компетенцией при том, что
последняя подразумевает лишь фонд общих речевых навыков, которыми
владеют участники речевого акта, а не знания и представления о мире
[
ЛЭС: 1990, 412].
Однако для нас наиболее важным является тот факт, что коммуника-
тивная компетенция зачастую отождествляется с прагматической компетенцией, которая в свою очередь понимается и как осведомленность адресан-
та о положении дел, о которых идет речь в целом, и как владение адресантом
языковой картиной мира, и как владение образно-ассоциативным узусом
употребления слов и выражений. В данном вопросе мы придерживаемся
концепции, которую выдвинул Х. Портолес, понимающий под прагмати-
ческой компетенцией владение языковыми приемами и средствами для
целевого воздействия на индивида и достижения желаемого эффекта, т.к.
подобный подход, по нашему мнению, помогает избежать дублирования
понятий и способствует выявлению тех характеристик, которые
общими для всех категорий прагматики [Portolés: 2004, 24–25].
С прагматической компетенцией тесно связано понятие прагматичес-
кой пресуппозиции, включающей в себя оценку адресантом общего фонда
знаний, конкретной информированности адресата, его интересов, мнений
и взглядов, психологического состояния, особенностей характера и способности понимания.
Говоря об основных единицах и категориях прагматики, нельзя обойти
вопрос и
30
о прагматической функции.
достижения успешной коммуникации в раз-
данных категорий следует отметить несовпа-
являются
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]