Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Персонаж искусство создания образа на экране, в книге и на сцене

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
1 Мб
Скачать
☆
СЛОЖНЫЙ ПЕРСОНАЖ  
вершине ее визбытке, апосередине за нее борются, толкаясь локтями, карабкаясь вверх или срываясь на более низкие ступени. При всей стрессогенности эти системы не могли бы существовать, если бы при­надлежащие кним люди не принимали свои роли стакой готовностью. Так иесть— институты растят нас ивоспитывают, обучают, поддержи­вают иформируют амплуа, которые мы выполняем.
Как показал Фредерик Уайзман всорока слишним документальных фильмах об институтах, те, кому удается подняться на вершину орга­низации, обычно компетентны ипредприимчивы, но совершенно очер­ствели сердцем. Витоге все институты, от правительств, корпораций исиловых структур до больниц, монастырей исемей, в какой-то сте­пени низводят принадлежащих кним людей до тех, кто уже мало похож на идеал человека. Большая ирония цивилизации заключается втом, что социальные структуры, избавляя нас от одной напасти (голодной
1
смерти), подвергают другой (уязвляющее подчинение)
. Иальтерна­тивы учеловечества нет. Институты необходимы, чтобы двигаться впе­ред на внешнем уровне, но расплачиваться за этот прогресс приходится на уровне внутреннем.
Идеология, которая правит институтами, варьируется от «я сто­рож брату своему» до «каждый за себя». На индивидуалистском по­люсе спектра обитает хищнический капитализм. Эта система спеку­лирует на нашем тщеславии ижажде богатства ивласти. Социопатия цветет там пышным цветом. Если от населения вцелом социопаты
2
составляют всего 1%, то на Уолл-стрит их будет 10%
. На противопо­ложном же полюсе— «ясторож брату своему»— восседают тоталитар­ные власти идиктаторы, которые под прикрытием заботы полностью лишают своих граждан выбора. Там социопаты тоже чувствуют себя вольготно.
Между этими двумя крайностями располагаются меритократы— те, кто заслуженно стоит уштурвала, то есть трудолюбивые, умные, до­блестные итак далее. Однако утвердившись на капитанском мостике, эти достойные люди втягивают за собой лестницу и превращают ме­ритократию волигархию. ВСоединенных Штатах, например, богатые белые мужчины- протестанты написали Конституцию, затем создали
  ПЕРСОНАЖ
промышленность иуниверситеты,— но власть свою они строили на рабстве, законах Джима Кроу, антикатолицизме, антисемитизме, анти-
3
испанизме иантифеминизме
.
Лишая человека индивидуальности, институты побуждают его де­лать то, чего внормальном состоянии он бы делать не стал. Будет нор­мальный человек провоцировать незнакомца на самоубийство? Нет. Но как показало исследование самоубийств, совершенных на глазах упублики, собравшиеся зеваки часто образуют толпу, то есть нена­долго превращаются винститут, который своим присутствием побу­ждает стоящего на карнизе человека прыгнуть. Из года вгод во время религиозных церемоний и спортивных мероприятий люди гибнут вдавке, топча друг друга вохваченной паникой неуправляемой толпе
4
единомышленников
.
Чтобы как-то справляться ссуществованием институтов, персонаж ссамого детства учится принимать разные социальные обличья, задаю­щие направление его взаимодействия сокружающими. Укаждого соци­ального «я» имеется набор свой ств, подходящих для взаимоотношений сразличными институтами, с которыми сталкивается человек. Суни­верситетским преподавателем, своим раввином, сотрудником автоин­спекции, начальником, соратниками по QAnon или армейским коман­диром он будет общаться совершенно по-разному.
Поэтому давайте выдадим персонажу полдюжины проявлений при исполнении ролей, которые ему придется играть встрессовых и кон­фликтных ситуациях врамках этих институтов: (1) робость при встрече спреподавателем, (2) смущение во время исповеди раввину, (3) заис­кивание перед сотрудником автоинспекции при обновлении водитель­ских прав, (4) самоотверженность, когда он помогает начальнику разо­браться спроблемой, (5) скептицизм при обсуждении теории заговоров всети и(6) испуг, когда ему устраивает выволочку командир.
Из этих проявлений ичерт складывается образ мягкого застенчи­вого человека, которого легко запугать икоторый нуждается вдрузьях (оннаходит их винтернет-чате). Для роли второго плана где-то на пе­риферии событий эта бесцветная характеристика, может, исгодится, но как уже говорилось, чтобы занять центральное положение, необходимы противоречия, которые превратят качества вграни.
СЛОЖНЫЙ ПЕРСОНАЖ  
Допустим, так: оправдания, которыми он пытается разжалобить пре­подавателя, вразговоре соднокурсниками превращаются вуже утомив­шую всех похвальбу; на исповеди он смущается, описывая сексуальные извращения, которые втайне практикует; повалявшись в ногах уин­спектора, он забирает права и,дав по газам, мчится лихачить дальше; если для начальника он готов последнюю рубаху ссебя снять, то сослу­живцы унего снега зимой не допросятся; циничная вера втеорию заго­вора проистекает из наивного убеждения, будто власть имущие знают, что делают; инаконец, страх перед командиром прорывается звериной яростью на поле боя. Вот теперь мы вправе рассчитывать, что облада­тель таких граней вытащит нашу историю на себе идоведет до ошелом­ляющей развязки.
ЛИЧНЫЕ КОНФЛИКТЫ
Вобщественных отношениях ценятся последствия, вличных отноше­ниях ценятся намерения. Когда облеченный общественной властью человек выбирает курс действий, всех интересуют результаты, а не искренность его намерений. В личных же отношениях искренность побуждений значит больше, чем результаты действия. Мы не простим инвестору финансовую ошибку, даже если он действовал с самыми благими намерениями, от любимого же человека мы стерпим обиду, надеясь, что он нанес нам ее не со зла.
Человеку плохо, когда он один, ихорошо, когда он окружен близ­кими. Разница между социальными иличными отношениями— вбли­зости. Семьи, друзей, любимых связывают между собой общие мысли ичувства, которые обычно на публику не выносятся. Химия близости возвышает двух людей над их социальными ролями (допустим, они со­служивцы), переводя вдругую плоскость— дружбы ивзаимопонима­ния. Разумеется, взависимости от характера участников этого союза близость может быть как наслаждением, так имукой.
Двигаясь от детства к зрелости, центральное «я» вырабатывает свои, индивидуальные, особенности входе целого спектра пережива­ний— от одобряющей, яркой близости, полной любви, с одной сто­роны, до унижающей, холодной икрайне жестокой близости, сдругой.
  ПЕРСОНАЖ
Двое людей, как мы довольно часто наблюдаем, вполне могут дол­гое время существовать в личных отношениях— отец исын, напри­мер,— без всякой близости, только меняя расстановку сил впаре. То же самое относится кделовым партнерам, которые никогда не станут приятелями, ичужим друг другу людям, которые никогда не станут парой.
На личном уровне бурлят самые глубокие чувства. Именно поэтому драмы, разыгрывающиеся вокруг личных катастроф, берут за душу больше, чем повести о социальных конфликтах : сравните «Макбета » и«Кориолана », «Отелло » и«Зимнюю сказку », «Короля Лира » и«Юлия Цезаря ».
Вотношениях скаждым близким другом, родственником, любимым человеком уперсонажа вырабатывается та его версия, которую он один, без них не выработал бы. Если эти близкие отношения закончатся, он потеряет не только любимого, но иту свою ипостась, которую этот лю­бимый человек вдохновлял.
Чтобы расширить метод обогащения образа, который яиспользовал на физическом исоциальном уровне, на этот раз добавим сложности трем персонажам, противопоставив той или иной внешней характери­стике модель поведения вблизких отношениях.
ВЕЛИКОДУШИЕ/ЭГОИЗМ
Представьте себе официанта, работающего за чаевые, который на все праздники идни рождения рассылает родным написанные от души по­здравительные открытки; печет горы печенья, чтобы десятками разда­вать приятелям- соседям, ито идело лечит сердечные раны после оче­редной неудачной попытки найти свою единственную. Все знакомые видят внем человеколюбивого идеалиста ипросто ангела во плоти. Итут он выигрывает влотерею.
Ангел отдал бы выигранные миллионы на благотворительность — наш персонаж не дает никому ни гроша. Он кладет весь выигрыш вбанк, переезжает втеплые края иживет как падишах. Когда он пек печенье, рассылал открытки иперебирал девушек, он отчаянно жаждал
СЛОЖНЫЙ ПЕРСОНАЖ  
любви. Внезапно разбогатев, наш бывший официант наконец получил то, чего всегда желал,— чтобы перед ним расстилались.
ЗАБОТА/САБОТАЖ
Вообразите себе мужа, который делает для жены все— ходит за покуп­ками, готовит, складывает высушенное белье изаписывает ее любимые сериалы. Терпеливо выслушивает жалобы иникогда не жалуется сам. Видя все это, жена не сомневается, что он ее любит, ипоэтому она, ко­нечно, отвечает ему взаимностью.
Однако на вечеринках после пары бокалов он рассказывает вприсут­ствии жены забавные истории, выставляющие ее внеприглядном свете. Икаждую свою шпильку он заканчивает ласковым «Да, дорогая?» Все присутствующие прекрасно понимают, что он считает свою жену дурой. Ей же остается только улыбаться икивать. Он уязвляет ее, а в ответ за­ставляет демонстрировать любовь, приправляя бочку дегтя ложкой меда.
ВИНА/ПРОЩЕНИЕ
Представьте себе карьериста- трудоголика, который вымещает свои неудачи на детях, не давая им свободно вздохнуть. А потом водин прекрасный день сообщает, что у него диагностировали риск ин­фаркта от стресса. Тем не менее он продолжает работать круглыми сутками, поэтому детям приходится прощать ему обиды и восхи­щаться его мужеством. Еще лучше, если он никому не скажет о риске инфаркта и в конце концов свалится с сердечным приступом на ра­боте,— тогда детям придется восхищаться его стоицизмом и жерт­венностью. И в том и в другом случае его страдания перечерки­вают его жестокость, и дети прощают ему все, что пришлось от него
5
вытерпеть
Чтобы придать характеру объем, при работе над персонажем вдохно­виться можно любой пришедшей на ум парой из положительного иот­рицательного эпитетов. Жесткий/мягкий, сладкий/кислый, спокой­ный/буйный— это просто навскидку.
.
  ПЕРСОНАЖ
ВНУТРЕННИЕ ГРАНИ
[Разум] всебе Обрел свое пространство исоздать Всебе из Рая— Ад иРай из Ада Он может *.
Джон Мильтон. Потерянный рай
Все внешние грани— физические, социальные, личные— берут начало вразуме, который их породил. Поэтому сложные персонажи склонны утягивать повествование в свой внутренний мир, иих внутренние конфликты становятся важнее иувлекательнее, чем внешняя борьба. Так происходит даже втех случаях, когда внутренние конфликты пер­сонажа вконце концов находят выход вжестокости инасилии. Два примера— Раскольников в«Преступлении инаказании » Ф. М. Досто­евского и Кэтрин (Флоренс Пью) в«Леди Макбет » по сценарию Элис Бирч .
Поскольку писатель встраивает сложного персонажа вход событий, асобытия подгоняет под персонажа, все самые значимые поворотные моменты происходят вглубинных слоях. Автор вслушивается в слова персонажа, всматривается вего жесты, вто, что скрывает его взгляд, погружается вклокочущие бездны его психологии, пытаясь разгадать, как отражается происходящее снаружи на внутреннем мире.
Автор может заметить, что внешние события его истории вызывают внутреннюю реакцию, которая движет персонажа по арке его развития, меняя его натуру клучшему или кхудшему: он становится сильнее или слабее, более инфантильным или зрелым, реализует себя или выгорает. Интерес ктому, как ипочему протекает эта внутренняя эволюция, побу­ждает воображение писателя проникнуть вцентральное «я» персонажа, иуже оттуда, сэтой субъективной точки зрения, придумывать новые со­бытия, способные усилить ираскрыть развивающуюся натуру персонажа. Изменения впоследовательности событий влекут за собой дальнейшее исследование внутренней натуры, аизменения во внутренней натуре ве­дут кперестройке событий— итак далее, процесс идет.
* Перевод А. А. Штейнберга.
СЛОЖНЫЙ ПЕРСОНАЖ  
Рефлексирующие умы, такие как шекспировский Гамлет или Кла­рисса Дэллоуэй уВирджинии Вулф , страдают от когнитивного диссо­нанса, как мы сказали бы сегодня. Они барахтаются впропасти между мыслью иделом. Их разум захлестывает буря воспоминаний, желаний, снов игрез наяву, потоков осознанных иполуосознанных страхов итре­вог из-за действий ибездействия, попыток отделить реальность от ил­люзий, аистинное от ложного, итак до тех пор, пока окончательное решение не воплотится вконкретном поступке.
Очень часто зерно противоречия, из которого потом вырастает грань, дает отрицательная сторона человеческой натуры, та самая, ко­торую люди зарывают поглубже, аписатели раскапывают. Эти перво­зданные источники сложности персонажа находятся на двух внутренних уровнях— подстрекаемых мыслью противоречий, борющихся всозна­тельной плоскости, ибезмолвных конфликтов , разыгрывающихся впод­сознании.
ОСОЗНАННЫЕ КОНФЛИКТЫ
В зависимости от глубины осознания себя сложный персонаж либо осмысливает, либо втой или иной степени чувствует свои внутренние несоответствия и вызываемые ими неурядицы. Его частное «я» пони­мает, что иногда он зрит вкорень ивидит всех насквозь, аиногда не замечает очевидного. Временами он мягкосердечен, авременами же­сток. Вбольшинстве случаев он пытается разрешить эти противоречия или по крайней мере взять под контроль.
Некоторые частные грани касаются мышления исоединяют такие противоположности, как ум/глупость, любознательность/безразличие, богатое/бедное воображение. Другие парадоксы образуются из граней, связанных с эмоциональной сферой,— импульсивность/рефлексия, злость/спокойствие, храбрость/робость. Они обеспечивают эмоцио­нальную сложность роли .
Многие социальные институты создавались именно для того, чтобы помочь человеку справиться с какими-то из этих внутренних конфлик­тов . Так, общество анонимных алкоголиков работает снепреодолимым желанием/воздержанием пристрастившихся людей. Буддизм избав-
  ПЕРСОНАЖ
ляет хронического паникера от тревог опрошлом/будущем— того, что буддисты называют «обезьяньим умом» (мечущегося с воплями ивизгом от идеи кидее ишвыряющегося фекалиями мыслей встены разума).
Давайте наметим пару примеров внутренних противоречий на част­ном уровне. Иснова мы начнем содного свой ства, которое затем спо­мощью противоположности расширим до грани.
МЕНЬШЕЕ ПРОТИВ БОЛЬШЕГО
Представьте себе персонажа, который ничего не просит иживет ти­хой жизнью, довольствуясь малым. Поскольку ему ничего не нужно, сфокусированности на желании, так необходимой главному герою, у него нет. А теперь предположим, что некое событие пробуждает внем стремление выбраться из своей раковины вяркий ишумный мир большего. Тогда унего возникнет внутреннее противоречие ме­жду желанием выйти всвет ипотребностью держаться втени, между побуждением выразить себя ибоязнью оказаться вцентре внимания. Вот теперь, стакими гранями, он может претендовать на самостоя­тельную историю ироль первого плана — как Артур Лишь вромане Эндрю Шона Грира «Лишь».
Противоречие между потребностью вменьшем и потребностью вбольшем, между внутренним и внешним пронизывает самый слож­ный образ среди шекспировских персонажей— Гамлета. Когда Гамлет обращает взор вовне и пытается сделать окружающий мир лучше, он испытывает отвращение от того, насколько там все прогнило. Когда же он заглядывает себе вдушу ипытается изменить к лучшему собствен­ный внутренний мир, унего вызывает отвращение ступор, который он там обнаруживает. Он погружен всебя ипри этом играет на публику, он охвачен горем ивто же время блещет остроумием, он остро реаги­рует на происходящее унего вдуше, но не замечает, как его собствен­ные слова ипоступки отражаются на окружающих, это ум без страте­гии, зыбкое «я» впоисках себя. Поскольку ивнутренний, и внешний мир кажутся ему бессмысленными, он оказывается на грани безумия.
СЛОЖНЫЙ ПЕРСОНАЖ  
ВЕРА ИСКЕПСИС
Вера возводит иллюзию вранг истины. Расхожие убеждения типа «влю­дях больше хорошего, чем плохого», «Конституция— воплощение идеаль­ного политического устройства», «вселенной правит Бог» и«мой народ превосходит твой» сплачивают общество. Когда действительность все же развенчивает иллюзию, общественная вера угасает, единство сменяется расколом, вспыхивает бунт. Однако после революции общество объеди­няется заново— вокруг более убедительной иллюзии— истроит инсти­туты, которые заменят прежнюю веру новым заблуждением.
Хорошо представляя себе этот цикл, писатель Джозеф Конрад делил своих персонажей на две категории— идиотов икаторжников. Идиоты верят виллюзию истановятся ее рабами. Конрадовские идиоты бывают игероями, иглавными врагами, исуперпатриотами, исуперзлодеями.
Каторжники не обманываются по поводу иллюзий, они видят вних утешительный обман, которым мы защищаемся от равнодушной, вра­ждебной, хаотичной вселенной. Конрадовский каторжник считает лю­бые действия бессмысленными и очень часто выступает пассивным/ реакционным персонажем фильмов, пьес икниг, построенных на рас­суждениях.
Автор между тем должен как-то выкручиваться: вера вдохновляет людей на что-то достойное, сюжетная история претворяет убеждения вжизнь. Персонаж, лишенный веры, может разве что постоять как статуя.
Представьте себе, например, хронического скептика, убежденного, что верят во что-то только дураки. Он лично никому иничему не дове­ряет. Сам он не делает ничего, только глумится: его единственное каче­ство— саркастическое остроумие. Из такого каторжника может полу­читься забавный напарник или главный герой рассказа, но полноценное повествование он на себе не вытянет. Чтобы запустить действие, мотору истории необходим заряд веры.
Поэтому, если скептику полагается своя история, наделите его ве­рой, ачтобы усложнить образ, противопоставьте ей что-нибудь. Можно, например, подвергнуть испытанию его взгляды на сверхъестественное . Верит ли он всуществование всевышнего? Будучи циником, он, скорее всего, окажется агностиком, считающим, что единственная логичная
  ПЕРСОНАЖ
позиция применительно ксуществованию бога— подвергать сомне­нию итеизм, иатеизм. Вэтом вопросе он непоколебим — пока вдруг не влюбляется вверующую и не начинает сомневаться всвоих преж­них представлениях. Во что он будет верить или не верить витоге? Вот теперь, независимо от того, как все повернется, он становится интерес­ным человеком, спотенциалом для собственной истории.
Вкаждом из этих примеров исследуется только одна преобладаю­щая грань, однако водном персонаже может легко уживаться мно­жество внутренних противоречий — как вОдиссее и Тони Сопрано. Собственно, стремление современных авторов замахиваться на продол­жительные сериалы счасовыми сериями просто требует от персонажей неисчерпаемой многогранности, чтобы ичерез пять лет после появле­ния перед зрителем вгерое еще оставалось достаточно неизведанного испособного их поразить.
Список конфликтующих противоречий человеческого сознания ка­жется бесконечным. Возьмите первый пришедший в голову эпитет, подберите кнему антоним— ивот вам зародыш для грани характера персонажа: независимый/зависимый, невротик/уравновешенный, экс­траверт/интроверт, покладистый/строптивый, открытый/закрытый для всего нового, сознательный/безалаберный итак далее, насколько
6
увас хватит воображения
.
КОНФЛИКТ ВСОЗНАНИИ ИВПОДСОЗНАНИИ
Япредпочитаю называть самое глубинное «я» подсознательным, а не бессознательным. Второе, на мой взгляд, из-за этого «без-» восприни-
мается как нечто апатичное, коматозное, бездумное, безжизненное, словно камень. Тогда как на самом деле вэтой глубочайшей из наших глубин обитает активное когнитивное подсознание. Собственно, на то
7
оно и«ПОДсознание»
По ночам подсознание просачивается на сознательный уровень, при­нимая облик различных символических объектов иабсурдных сюжетов сновидений. Днем же это скрытое «я» всвоей невидимой инеслышной глубине вовсю подогревает желания, которые сознание затем претво­ряет вжизнь.
.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]