Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Персонаж искусство создания образа на экране, в книге и на сцене
.pdf
РАДИКАЛЬНЫЙ ПЕРСОНАЖ
Вреалистических жанрах плоские персонажи раскрываются, но не
меняются— на перемены они, как Джуд иТесс вроманах Томаса Харди
«Джуд Незаметный » и«Тэсс из рода д’Эрбервиллей », не способны. Единственная их арка— это скольжение по наклонной, от надежды кбезна-
2
дежности
.
Внереалистических жанрах герои излодеи (неважно, обладают они
сверхспособностями или нет) тоже будут плоскими. Персонажи «литературы предположений», тяготеющей кэкшену , меняют мир, но ни вкоем
случае не себя. Они олицетворяют добро изло иподчиняются давним
традициям повествования, оставаясь либо героями, либо злодеями до
самой смерти.
Ивреализме, ивнереализме отсутствие изменений уперсонажей
подразумевает, что сама вероятность этих изменений, пусть сколь
угодно призрачная, все же существует. Если бы Харди позволил Джуду
исполнить мечту истать классическим ученым, его арка, ведущая креализации, обрела бы полноту ивызывала бы отклик. Если бы Брюс Уэйн,
решив, что сыт по горло неблагодарностью горожан кБэтмену, обратил
свои силы на то, чтобы выстроить империю зла, перемена вышла бы
ошеломляющая ивместе стем завораживающая. Я бы этот сиквел посмотрел.
Таким образом, если меняются плоские персонажи втрадиционных
жанрах, эти перемены удивляют, но воспринимаются как правдоподобные изначимые. Если же радикальный персонаж, обитающий в радикальном мире, вдруг превратится из плоского всложный, такая перемена покажется нам фальшью.
Плоскую натуру дуэта праздных героев пьесы «Вожидании Годо »—
Владимира иЭстрагона — наиболее емко характеризует их любимое
присловье «ничего не поделаешь». Но если бы один вдруг сказал другому: «Хватит ждать. Мне кажется, Годо никогда не появится. Давай
уже найдем работу изаймемся своей жизнью»— иони бы ушли взакат,
обрадовавшись возможности измениться, экзистенциалистский шедевр
3
Сэмюэла Беккета рассыпался бы впрах несуразицы
.
Втрилогии Уилла Селфа «Зонт» (Umbrella), «Акула» (Shark) и«Телефон » (Phone) плоские персонажи распадаются на пять разных точек
зрения. В осколках мыслей отражаются вариации диссоциативного

ПЕРСОНАЖ
расстройства личности, психоделических галлюцинаций ирасстройств
аутистического спектра. Если бы автор соединил эти осколки вцельных
персонажей, его необузданное творение от этого сильно пострадало бы.
4. Минус самовосприятие
ДоXXвека авторы ткали самовосприятие своих персонажей из культурных нитей всего, что их окружало исоставляло,— пол, класс, семья, возраст, религия, национальность, образование, профессия, язык, расовоэтническая принадлежность, художественный вкус ипрочее. Когда персонаж говорил: «Я— …», на месте многоточия помещалось существительное, извлеченное из непосредственно окружающих его оболочек.
Эта давняя практика применяется по сей день, только подкрепляется
теперь иполитикой идентичности.
Модернизм, однако, эту модель опрокидывает. Он уходит от конфликтов между персонажами иобращается кповествованию об их внутреннем мире, опоисках вечной частной истины. Модернистские персонажи
отворачиваются от внешнего мира внадежде отыскать центральное «я»,
которое дожидается где-то всвоем укромном убежище, окруженное бесконечной свободой мысли икрасотой творчества .
Кконцу столетия пришедшие следом за модернистами постмодернисты выяснили, что внутренний мир никаких убежищ такого рода
не дает. Внутренний ивнешний мир — это просто две разновидности
ада. Главный герой романа Сэмюэла Беккета «Безымянный » заявляет,
что он «захлопнул двери иего нет дома ни для кого», втом числе идля
самого себя. Персонаж, оказавшийся бездомным в своем внутреннем
мире, страдает от дереализации, деперсонализации или от того идругого одновременно. Дереализация— это внезапное ощущение нереальности окружающего мира, деперсонализация — внезапное ощущение
нереальности себя.
Дереализация— это побочный эффект отчаяния, зачастую умноженный наркотиками или алкоголем. Деперсонализация— это побочный эффект физических ипсихологических травм либо крайнего одиночества. Заключенный водиночной камере рано или поздно теряет
ощущение себя как личности. Когда его наконец выводят всмиритель-

РАДИКАЛЬНЫЙ ПЕРСОНАЖ
ной рубашке, первое, что он спрашивает (если еще способен говорить): «Кто я?»
Дереализация лишает персонажа способности кэмпатии, он перестает
видеть вокружающих людей; деперсонализация отсекает унего эмпатию
ксамому себе, иперсонаж перестает воспринимать себя как человека.
Сколько вариантов потери эмпатии ксамому себе, асней исамовосприятия, существует для персонажа? Вот краткий перечень:
Потеря источника самовосприятия
Иподлинный характер персонажа, иего внешние черты берут начало
втой культуре, ккоторой он принадлежит. Если внешняя сила уничтожит источники его самовосприятия, он исчезнет вместе сними.
Героиня романа Джин Рис «Антуанетта » («Широкое Саргассово море» /
Wide Sargasso Sea), рожденная всемье разорившегося ямайского плантатора креолка Антуанетта Косуэй, выходит замуж за англичанина. Он
увозит ее сродного острова ксебе, азатем попрекает происхождением,
оскорбляя ее народ, иразрушает брак изменами. Запертая на чердаке
илишенная всех опор для самоидентификации, она сходит сума.
Вромане Чинуа Ачебе «Ипришло разрушение » герой нигерийского
племени сражается санглийскими колонизаторами имиссионерами, но
его племя принимает христианство иополчается на бывшего героя. Лишившись принадлежности ксвоему роду, он совершает самоубийство.
Отрицание источника самовосприятия
Возненавидев свое происхождение ивосстав врезультате против своей
религии, этноса, пола или других факторов, формирующих представление осебе, персонаж меняет (ато иполностью стирает) свое самовосприятие.
В крови Джимми Портера из романа Джона Осборна «Оглянись во
гневе » бурлит нерастраченная героическая энергия, но Британская империя рухнула, ас ней иего шансы на подвиги исвершения. Он обычный
рабочий, который так ине сможет поучаствовать ни вчем грандиозном
иникогда не покажет себя тем отважным героем, которым так хочет быть.

ПЕРСОНАЖ
Герой романа Адама Сильверы «Скорее счастлив, чем нет » подросток
Аарон Сото обращается в компанию, занимающуюся психотехнологиями, чтобы они стерли гомосексуальную составляющую его личности.
Компания убирает несколько воспоминаний, однако гомосексуализм—
это не память, это гены.
Психотравма
Самовосприятие персонажа может быть разрушено последствиями тяжелых испытаний или генетических отклонений (например, шизофрении).
В«Идентификации Борна » (Born Identity) Джейсон Борн, страдающий от постстравматической амнезии, вынужден восстанавливать свою
личность ипредставление осебе заново.
Вфильме «Три лица Евы » (The Three Faces of Eve) иромане «Она же
Грейс » (Alias Grace) главные героини из-за диссоциативного расстройства икозней темного двой ника обретают по несколько личностей, ни
об одной из которых нельзя сказать, что она иесть настоящая.
Героиня фильма «Жасмин » (Blue Jasmine) Жасмин Фрэнсис, мстя
мужу за измену, сдает его ФБР как растратчика. Оставшись в результате без гроша, она страдает от нервного истощения, теряя связь сдействительностью, иее самовосприятие рушится.
Присвоение личности
Самозванец, выдавая себя за персонажа, постепенно присваивает его
личность, ирано или поздно того перестают воспринимать как настоящего.
Хеди Карлсон в«Одинокой белой женщине » (Single White Female),
пытаясь заполнить глубокую душевную пустоту, прикидывается своей
соседкой по квартире, лишая ее тем самым собственной идентичности.
Одержимость
Вприступе одержимости фанатик может совершить то, что для него как
будто не свой ственно. Тогда, глядя вужасе на дело своих рук, он оправ-

РАДИКАЛЬНЫЙ ПЕРСОНАЖ
дывает себя: мол, это был «неон». Вдействительности же этот поступок
вкритической ситуации раскрывает его истинную сущность.
Вфильме «Вожделение » (Lust, Caution) японская армия оккупирует
в1942году Шанхай. Красивая юная заговорщица всоответствии спланом подпольщиков соблазняет главу секретной службы, однако постепенно начинает пылать кнему страстью. Икогда ей представляется случай убить его, она неожиданно для себя самой предпочитает не лишать
его жизни, аспасти.
5. Минус цель
Многие радикальные персонажи поворачиваются кмиру спиной. Спасаясь от суеты отношений, они уходят вмир своих мыслей, думая, что
там-то они найдут исвободу, итворческий простор, испокойную рефлексию. На деле же мысли их вьются беспорядочно, творчество оказывается для них претенциозным, арефлексия— мучительной. Когда
прошлое подкидывает им непрошеные воспоминания, они либо отрицают правду, либо обнаруживают неожиданный провал в памяти. Застряв между внутренним миром ивнешним, они пытаются скрыться из
обоих ине жить ни там, ни там. Если радикальному персонажу вдруг
понадобится общество, то лишь затем, чтобы сбежать от терзающих его
острых тревог по поводу напастей современного мира, экзистенциального дискомфорта ибеспричинной внутренней тоски. Жизненной цели
утаких персонажей нет.
Герою пьесы Сэмюэла Беккета «Последняя лента Крэппа » по здоровью противопоказаны бананы. Поэтому Крэпп, очистив банан, сует его
врот изастывает на несколько минут, глядя впространство отсутству-
4
ющим взглядом, не всилах заставить себя сжать челюсти
Радикальный персонаж лишен цели ипотому пойман вловушку—
ловушку незавершенной пьесы («Шесть персонажей впоисках автора »),
бессмысленных повторов («Стулья »), маниакальной политики («Бидерман иподжигатели »), неизвестной угрозы («Вечеринка вдень рожденья »), конформизма («Носорог »), смерти («Король умирает »), шекспировской трагедии («Розенкранц иГильденстерн мертвы »), бюрократии
(«Процесс »), полицейского государства («Человек- подушка »), рутины
.

ПЕРСОНАЖ
(«Киношка »/The Flick), джунглей Амазонки («Встреча »/The Encounter),
соседского заднего двора («Побег в одиночку»/Escaped Alone). Как актеры всериале «Так чья сейчас реплика? » (Whose Line Is It Anyway?), которым задается тема для импровизации, эти персонажи не могут сойти
со сцены ине могут отказаться от заданной драматургом посылки.
Умногих писателей XXIвека смысл жизни растворяется вполитическом абсурде. Экзистенциальный ступор автора парализует его творения, иони выходят неподвижными истуканами, которым жизнь не скрасит ничто— ни любовь, ни искусство, ни знания, ни бог и,уж конечно,
ни секс. Так что идеальной метафорой сегодняшней утраты смысла
оказывается зомби. Мечта радикального персонажа— стать нежитью
ижить отсутствием жизни. Дай им волю, они обитали бы вабсолютном
зомбическом вакууме.
6. Минус единство
Сложный персонаж — это единая личность, способная действовать
двояко— любить и ненавидеть, говорить правду илгать. Эти увязанные между собой противоречия придают ему цельность, тогда как рассыпающиеся осколки радикальной натуры, наоборот, своего персонажа
дробят.
Всовременном партиципаторном театре, например, подразумевающем взаимодействие актера со зрителем, роль распадается на персонажа иисполнителя— «Грубая сила » (Brute Force), «Нет больше сна »
(Sleep No More), «66 минут вДамаске » (66 Minutes in Damascus).
Вромане Изабель Уэйднер «Аляповатая безделушка » (Gaudy Bauble)
предметы становятся персонажами, азатем разобщаются: лицо, напечатанное на толстовке, множится, превращаясь вцелую армию транссексуалов.
7. Минус зрелость
Привычная забота зрелого разума— выступать посредником между
внешней действительностью ивнутренними инстинктами, уравнове-
5
шивая две эти враждебные силы идобиваясь душевного покоя
.

РАДИКАЛЬНЫЙ ПЕРСОНАЖ
Радикальный персонаж — это вечный ребенок, который сдается на
милость мира (покорность), или своих порывов (жестокость инасилие),
или того идругого (лютующий дикарь, подчиняющийся приказам).
Если главный герой романа Харуки Мураками «Хроники заводной
птицы » большой ребенок Тору не занят поисками своего кота или жены,
значит, он предается размышлениям на дне колодца.
Впривычных для Театра на Брум-стрит (Мэдисон, Висконсин) стебных постановках на грани фола— таких как «Оклахомо! » (Oklahomo!)
и«Балерина иэкономист » (The Ballerina and the Economist)— зрелость
никому идаром не сдалась.
То же самое относится ккиносценариям выпускника Брум-стрит Чарли
Кауфмана . Вего «Человеческой натуре » (Human Nature), например, действует психолог, обучающий мышей правилам застольного этикета.
8. Минус совесть
Злой персонаж совершает жестокие поступки без зазрения совести, поскольку совести унего нет. На бессовестных злодеях держится противоборство в огромном разнообразии жанров, среди которых икриминальный , и военный , ибоевики /приключения, атакже политические
исемейные драмы. Когда ставки высоки, люди вдва счета находят способы нейтрализовать свою совесть. Такое происходит сплошь ирядом.
Радикальное же зло поднимает жестокость на новый уровень. Как
объясняет маркиз де Сад всвоей «Философии вбудуаре », «благодаря жестокости мы достигаем сверхчеловеческих высот осознания ичувствительности, приходим кновым формам существования, которых нельзя
достичь никак иначе».
Основополагающая психология радикального зла— садизм, убеждение, что такая вульгарная цель истязания, как добыть сведения или выбить признание, несовместима сневыразимым упоением ибожественной чистотой чувств, испытываемых истязателем. Радикальное зло
ищет гротескных наслаждений.
Проявления радикального зла тошнотворны до отвращения. Отвращение— это физическая реакция на гниль, противный вкус, дурно пахнущие фекалии, кровь, кишки, рвоту. Физическое отвращение возни-

ПЕРСОНАЖ
кает как отклик на эти животные выделения, чтобы защитить организм
от отравления, социальное отвращение возникает как защита от нравственной гнили, оберегающая душу от зла. От прогнивших насквозь
персонажей нас вбуквальном смысле выворачивает итошнит.
Саурон во «Властелине колец » радикальным злом не является. Он,
в общем-то, действует довольно элегантно— сражается, чтобы удержать
власть, но он не садист, поэтому отвращения не вызывает.
Авот агент полиции мыслей О’Брайен из антиутопии Джорджа Оруэлла «1984 » подносит клицу обездвиженного Уинстона клетку, одна
стенка которой заменена сетчатой маской, наподобие фехтовальной,—
за этой сеткой копошатся голодные крысы, рвущиеся разодрать иобъесть человеческую плоть. О’Брайен упивается ужасом, который пожирает
жертву его психологической пытки. О’Брайен— это радикальное зло.
9. Минус вера
Полезный вопрос, который можно адресовать любому создаваемому
вами персонажу, как обычному, так ирадикальному: «Насколько он безумен?» Он здравый человек вздравом мире? Безумец вздравом мире?
Здравый вбезумном? Безумец вбезумном? Первые три варианта описывают персонажей реалистических инереалистических, радикальные
принадлежат кчетвертому.
Ко второму варианту относится Том Рипли из романа Патриции Хайсмит . Мир вокруг него вполне нормален, аон— нет. Он психосоциопат,
убивающий при необходимости. Необходимость для Рипли означает получить желаемое, заплатив за это чужой жизнью.
Кэрролловская Алиса— это третий вариант. Она нормальна, амир
вокруг нее— нет. Этой воспитанной, обученной хорошим манерам,
слегка заносчивой девочке придется найти вбезумном мире логику
исмысл, иначе она никогда не вернется домой.
Однако иРипли, иАлиса— персонажи обычные, поскольку они верят, что логика исмысл вокружающем мире имеется. Урадикального
персонажа такой веры нет. Радикальный персонаж не находит смысла
ни во внешнем мире, ни во внутреннем иуж точно не верит ни во что
духовное.

РАДИКАЛЬНЫЙ ПЕРСОНАЖ
Вера— это персональная интерпретация действительности. Религия— вера вто, что действительность создана богом, который наделил
ее нравственными императивами. Патриотизм— вера вправедность
итрадиционные ценности национального государства. Наука — это
вера вто, что действительность держится на математических законах
причинно- следственной связи. Романтика— это вера влюбовь как высочайшую ценность. Эти разновидности веры ипомогают обычным персонажам отыскать смысл ицель жизни.
Радикальные персонажи , лишенные веры, которая поддерживала бы
их на плаву, впадают вотчаяние перед лицом абсурда.
Герой романа Патрика Зюскинда «Парфюмер » Жан- Батист считает
всех людей, не исключая исебя, отвратительными ибессмысленными.
Не имея веры, он спасается от абсурда радикально— побуждая голодную толпу разорвать его на части исожрать на мостовой.
БУДУЩЕЕ. НЕПРИВЫЧНЫЕ ПЕРСОНАЖИ
ВПРИВЫЧНОМ МИРЕ
Постмодернистский авангард умер несколько десятков лет назад, ина
смену ему пришел «ретроград». Сегодняшний постмодернистский театр,
кино илитература просто перелицовывают XX век, используют его по
второму кругу, выжимают до последней капли все, что внем есть великого иничтожного. Как сказал бы беккетовский персонаж, «все уже
поделано». Поэтому передовое художественное повествование XXIвека
больше не подражает прошлому, асатирически обличает настоящее.
Вклассической сатире здравомыслящий рассказчик высмеивал выжившее из ума общество. До совершенства этот прием довел Джонатан
Свифт в«Путешествиях Гулливера ». Семьдесят лет назад Сэмюэл Беккет
высмеивал действительность как таковую, помещая радикальных персонажей вабсурдные обстоятельства. Сегодняшние писатели выворачивают наизнанку иСвифта, иБеккета, помещая радикальных персонажей впривычные обстоятельства, азатем раскручивая нас на эмпатию
вопреки всему лучшему, что внас есть.
Главные герои черных комедий — таких как «Белый тигр » Аравинда
Адиги , «Однорукий из Спокана » Мартина Макдонаха , «Бёрдмэн » Алехан-

ПЕРСОНАЖ
дро Иньярриту , «Продажная тварь » (The Sellout) Пола Бейти и«Время
повзрослеть » (All Grown Up) Джеми Аттенберг — сплошь преступники,
или чокнутые, или чокнутые преступники.
Собственно, самые радикальные персонажи сегодня удостаиваются
персональных многосезонных сериалов — это истрадающий тревожным расстройством иклинической депрессией главный герой «Мистера
Робота » (Mr. Robot), иочаровательная каннибалка в«Диете из СантаКлариты » (Santa Clarita Diet), истрадающие психическими расстройствами участники медицинского эксперимента из «Маньяка » (Maniac),
иозабоченные комики из «Умираю со смеху » (I’m Dying Up Here), иочаровательная серийная убийца Вилланель в«Убивая Еву » (Killing Eve),
иактер/киллер Барри водноименном сериале , изащитник преступников Джимми Макгилл в«Лучше звоните Солу ».
Раздвигая границы эмпатии, писатели побуждают читателя изрителя
отождествляться со все более иболее безумными иопасными персонажами. Ответ на вопрос «Где предел мрака для современного читателя/
зрителя?» теряется где-то за горизонтом.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
