Добавил:

ivanov666 Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.

Вуз:

Башкирский Государственный Аграрный Университет

Предмет:

[НЕСОРТИРОВАННОЕ]

Файл:

Персонаж искусство создания образа на экране, в книге и на сцене

.pdf

Скачиваний:

Добавлен:

07.09.2026

Размер:

1 Мб

Скачать

☆

<<< < Предыдущая 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 3435 / 4135 36 37 38 39 40 41 > Следующая >>>

СОЗДАНИЕ АНСАМБЛЯ ДЕЙСТВУЮЩИХ ЛИЦ 

Венди Лич (Мария Айткен) одержима своим превосходством. Это высокомерная аристократка, которая не любит никого, даже собственную дочь.

Порша Лич (Синтия Клиз ) думает только о форме своего носа. Ее ключевая черта— зацикленность на себе.

Эйлин Коуди (Патриция Хейс) помешана на своих собаках. Ее главная черта— раздражительность.

Остальную часть ансамбля действующих лиц составляют представители стороны обвинения, судья, ювелиры, слесарь, служащие, клиенты, тюремные надзиратели ипрохожие.

Заключение

Хотя критики почти всегда относятся ккомедии несерьезно, идея есть влюбой хорошо рассказанной истории. Вот основная идея «Рыбки по имени Ванда »: вы тоже можете оказаться вРио-де- Жанейро сбриллиантами на двадцать миллионов долларов иженщиной своей мечты, если решитесь послать кчертям карьеру исемью.

АНАЛИЗ ПРИМЕРА. «ИГРА ВРАБОВ »

Пьеса Джереми Харриса

«Игра врабов » (Slave Play)— это современная аллегория. Название указывает на то, что речь пойдет орабстве, ивто же время отсылает кплетям исвязыванию, шрамам иоргазмам. По отдельности персонажи пьесы вполне реалистичны, поскольку пытаются справиться со своими личными, даже интимными проблемами, ивто же время они символы, представляющие ряд типажей , увязших ввечном конфликте повелевающих ибесправных.

Джереми Харрис начал писать «Игру врабов » учась вЙеле. В2018году ее поставили на околобродвейской сцене, имнения оней сразу сложились противоречивые. На следующий год постановка переехала на Бродвей, где неизменно собирала аншлаги, пока не вмешалась пандемия, вынудившая закрыть все театры.

 ПЕРСОНАЖ

«Игра врабов » поднимает множество вопросов. Что движет расизмом? Почему межрасовые связи вАмерике обычно заходят втупик? Виновата природа или воспитание? Или продиктованные жаждой власти порывы, присущие человеческой натуре? Или тиранические социальные институты сегрегации имассового лишения свободы? Впоисках ответа впьесе рассматриваются четыре межрасовые пары, переживающие кризис вотношениях.

Чернокожих персонажей пьесы жжет изнутри незалеченная расовая травма, но их белые партнеры этого вупор не видят, не чувствуют, не замечают или не хотят замечать. Ихотя они дорожат своими чернокожими партнерами, цвет их кожи им либо безразличен, либо придает дополнительной эротичности. Аесли бы черные партнеры получили возможность выразить свои страдания без опаски, поняли бы их белые, увидели бы? Или черные обречены до конца дней своих обитать вслепом пятне своих белых партнеров? Учернокожих персонажей эта тупиковая ситуация оборачивается ангедонией, неспособностью получать удовольствие от секса.

Действие пьесы происходит на бывшей плантации вштате Вирджиния. Мультисюжетная структура представляет собой сплетение трех сюжетных линий— историй трех разваливающихся межрасовых союзов (Филиппа иАланы, Гэри иДастина, Каниши иДжима). Две героини второго плана, образующие смешанную однополую пару (Теа иПатриция), усиливают создающееся впьесе напряжение, но их взаимоотношения до отдельного сюжета не дорастают.

Три действия пьесы развиваются следующим образом.

Действие первое— «Проработка»

Первое действие состоит из трех сцен садомазохистского соблазнения исоития. Три пары водежде периода преддверия вой ны Севера иЮга разыгрывают конфликты , густо замешенные на сексуальном насилии. Полная иллюзия переноса вXIXвек— если бы не современная музыка, звучащая фоном, современные имена исовременный язык диалогов.

Сцена первая. Рабыня по имени Каниша, обращаясь ксвоему надсмотрщику «масса Джим», спрашивает, будет ли он ее наказывать. На недоуменный вопрос Джима, счего она так решила, Каниша отвечает:

СОЗДАНИЕ АНСАМБЛЯ ДЕЙСТВУЮЩИХ ЛИЦ 

«Так ведь утебя хлыст». Джим схлыстом обращаться не привык, поэтому, когда он пытается им щелкнуть, попадает себе же по лицу. Каниша впопытке соблазнить его ест спола итрясет задом.

Сцена вторая. На кровати сбалдахином соблазнительно разметалась, потрясая черным фаллоимитатором внушительных размеров, изнывающая от неудовлетворенной страсти южная красавица Алана. На роль удовлетворителя предназначен раб— красавец мулат Филипп, которому Алана загоняет фаллоимитатор ванальное отверстие.

Сцена третья. На плантационном сеновале белый слуга Дастин, работающий по контракту, сгребает сено вкопны под надзором приставленного кнему надсмотрщиком грозного чернокожего Гэри. Вконце концов Дастин выказывает неповиновение, ивспыхнувшая стычка перерастает всамое настоящее изнасилование. Когда Дастин лижет башмаки Гэри, тот испытывает оргазм, затем заливается слезами.

Вэтот мощный поворотный момент в помещение врывается пара психотерапевтов спланшетами наготове (Теа иПатриция), иоказывается, что все три сцены являли собой сеансы сексуальной терапии для межрасовых пар.

Действие второе— «Разбор»

Психотерапевты полагают, что эта радикальная методика, которую они назвали «Сексуальная терапия погружением вэпоху рабства», позволяет излечиться от ангедонии, «помогая чернокожим партнерам восстановить интимную связь сбелыми, ккоторым они перестали испытывать половое влечение». Но, когда Теа иПатриция «разбирают» пережитый тремя парами опыт отношений вформате «хозяин— раб», скрывавшиеся впервом действии за садомазохистскими игровыми ролями истинные личности, выведенные на откровенность, причиняют друг другу гораздо больше боли, чем хлысты, пинки иогромные фаллоимитаторы. Один за другим все шестеро обнажают душу, демонстрируя резкий разрыв между тем «я», которое они являют миру, искрытым «я»; между тем, что их пугает, итем, что манит.

Вот, например, обычно не слишком словоохотливый Филипп: «Тоесть, значит, получается, что уменя… э-э-э… то, что уменя не встает… зна-

 ПЕРСОНАЖ

чит, я,получается, не кончаю— это, по-вашему, типа дело врасизме?» На протяжении всей пьесы подобные реплики вызывают сладкую боль, одновременно мучая идоставляя наслаждение.

По мере развития второго действия психотерапия перерастает впсихологическую пытку. Вместо того, чтобы врачевать нанесенные расизмом раны, терапевтический эксперимент их только еще больше расковыривает. Партнеры ополчаются друг на друга, «разбор» проваливается иидет прахом, маски спадают, центральные «я» раздеты догола. Истории Филиппа/Аланы и Гэри/Дастина завершаются занавесом, возвещающим окончание второго действия. Третье действие целиком будет отдано под главную сюжетную линию пьесы, историю Каниши/Джима.

Действие третье. «Изгнание демонов»

Последнее действие рисует межрасовую дилемму во всей ее жути. Каниша, лежа впостели со своим мужем Джимом, пытается понять, откуда берется уже почти физическое отвращение кнему. Джим подозревает, что это последствия терапии, ион прав, но что конкретно разбередил этот сеанс, ему не понять.

Поначалу Каниша потянулась кДжиму как кбелому, потому что он британец, азначит, свободен от американских предубеждений. Но со временем она стала ощущать, что он, как белый, носит при себе невидимый хлыст, аунее, как утемнокожей, руки пусты. Власть унего, вот ивсе. Джим эту горькую правду отрицает. Она хочет, чтобы он услышал, но он не слушает.

Вразвязке пьесы они внезапно повторяют свою садомазохистскую сцену схозяином ирабыней из действия первого. Когда импровизированное изнасилование начинает перерастать внастоящее, Каниша выкрикивает стоп-слово. Иедва они сДжимом немного приходят всебя, благодарит за то, что он ее услышал. Занавес.

Пьеса раскрывает двой ственность самовосприятия персонажей, отделяя их символическое «я» вдействии первом от противопоставленного ему центрального «я» вдействии втором иобъединяя заново вдействии третьем, где центральное «я» сливается ссимволическим имы получаем двух завершенных персонажей.

СОЗДАНИЕ АНСАМБЛЯ ДЕЙСТВУЮЩИХ ЛИЦ 

Действующие лица

Формируя ансамбль действующих лиц, Харрис создал спектр осознанности персонажей, варьирующейся от видения насквозь до полной слепоты. На одном полюсе этого спектра находится Каниша, мучительно осознающая себя темнокожая, а на другом — Джим, пребывающий вблаженном неведении белый. Остальные шесть персонажей символизируют разные градации отношения кчернокожести: Гэри ненавидит свою принадлежность кчерным, Патриция ее игнорирует, Теа интеллектуализирует, Филипп возвышается над расовой принадлежностью как таковой, Дастину темная кожа нравится больше белой, Алана считает принадлежность кнегритянской расе эротичной.

Прежде чем вычертить схему действующих лиц, давайте рассмотрим

эту восьмерку персонажей, двигаясь от простых кнаиболее сложным.

Патриция иТеа

Патриция иТеа, дуэт психотерапевтов, разговаривают на зубодробительном профессиональном сленге. Чувства они обозначают как «обработку материалов впсихическом пространстве икоммуникативной сфере». Они сыплют узкоспециальными терминами типа «объективация» и«фрейм». Темнокожие уних зовутся «миноритариями», аобщество белых— «гетеропатриархальным».

Эта парочка занимается изучением пагубного воздействия расизма, чтобы затем подвергнуть ему участников своих авантюрных ипотому опасных экспериментов. Они изображают заботу исочувствие, но на самом деле видят вучастниках только источник данных для монографий. Наука для них важнее помощи людям. Это противоречие между внешним ивнутренним, между показной чуткостью личного отношения ичерствостью научного подхода составляет первую грань уобеих героинь.

Дополнительный слой сложности придает обеим второе противоречие между подлинным характером и внешними характеристиками, между действительным и внешним. Светлокожая мулатка Патриция втайне считает себя белой и в этом отношении выступает зеркальным отражением Дастина— белого, объявляющего себя черным. Теа,

 ПЕРСОНАЖ

за внешним профессиональным хладнокровием которой скрывается душевный разлад, предпочла бы от этой темы отстраниться, как Филипп. Эти неудовлетворенные желания исоздают вторую грань данных героинь— уверенное всебе профессиональное «я» впротивоположность закомплексованному личному.

Филипп

Филипп— мускулистый красавец- мулат смодельной внешностью, образованный, но умом икрасноречием не отличается. Говорит вих паре восновном его белая девушка Алана, отодвигая его на второй план. Он считает, что расовая принадлежность значения не имеет, исебя воспринимает как «сверхчеловека, который стоит выше черных ибелых». Но, оказавшись между молотом своей властной партнерши инаковальней внерасового самовосприятия, он теряет влечение к Алане изарабатывает ангедонию. Его центральная грань— противоречие между внешней сексуальностью ивнутренней асексуальностью.

Алана

Впервом действии Алана играет нервную, озабоченную, ненасытную госпожу плантаторшу, которая жаждет подвергнуть своего домашнего раба сексуальному насилию и, исполнив свою прихоть, признается: «Какой же это был кайф!» Однако вследующем действии она превращается вприлежную, тщательно конспектирующую каждое слово ученицу. Икогда этой отличнице- перфекционистке открывается истина: их сФилиппом любовь убило ее намеренное стремление закрыть глаза на расовую принадлежность партнера,— она резко впадает вотрицание итвердит как мантру: «Вэтом не было расизма!»

Ее грани— это столкновение любопытства ссамообманом игипер-

контроля снеконтролируемым сексуальным влечением.

Гэри

Гэри ненавидит свою темнокожесть. Под маской молчаливой обиды внем прячется глухая, подавленная, тлеющая ярость. Впервом дей-

СОЗДАНИЕ АНСАМБЛЯ ДЕЙСТВУЮЩИХ ЛИЦ 

ствии, дав волю своим фантазиям, он заставляет Дастина, с которым состоит впаре почти десять лет, лизать ему башмаки, ииспытывает от этого бурный оргазм. Его центральная грань— противопоставление внутренней ярости ивнешней сдержанности.

Дастин

Дастин ненавидит свою принадлежность кбелым. Он мог бы быть латиноамериканцем или сицилийцем, но он клянется, что он негр. Его партнер Гэри отказывается видеть внем темнокожего, но нарцисс Дастин считает, что никаких сомнений быть не может. Когда вконце концов ему приходится признать правду, он устраивает истерику икричит: «Есть же еще иоттенки!» Его грань видна невооруженным глазом: перед нами белый, утверждающий, что он черный.

Джим

Впервом действии Джим изображает хозяина Каниши, который вроде бы тяготится своей ролью, однако, приказывая ей есть спола, он дрожит от возбуждения. Он зовет ее королевой, иэто значит, что он сам— король, акороли повелевают икоролевами.

На последних минутах пьесы истина, которую он пытается загнать поглубже, перерастает восознание: убелого всегда будет больше власти. Наконец, он слышит горячую просьбу Каниши идарит ей тот жесткий секс, которого ей так хочется. Он уверяет ее: «Мына одном поле. Вся разница между нами втом, что я,сама понимаешь, твой управляющий». УДжима прорезается внутренняя грань: на сознательном уровне он любит свою жену, аподсознательно любит ее наказывать.

Каниша

Каниша одержима белыми демонами. Тем не менее в ролевой игре первого действия она умоляет Джима называть ее «негритоской». Азатем, смешивая страх с вожделением, вживается вроль «подстилки». Втретьем действии она заводит ролевую игру еще дальше, вынуждая

 ПЕРСОНАЖ

Расистское

общество

Осознающая себя

Наказывающий

Мазохистка

Сверхконтролирующая

Внешне сдержанный

ГЭРИ

Не признает себя белым

Любящий

Неуверенная

ДАСТИН

Бушующий внутри

Чуткая

Желает быть черным

Уверенная

ПАТРИЦИЯ

Нечуткая

Чуткая

Неуверенная

ТЕА

Сексуальный

Уверенная

Нечуткая

ФИЛИПП

Садистка

Обманывающая себя

Асексуальный

Теряющая контроль

КАНИША ДЖИМ

Слепая

АЛАНА

Зоркая

Джима признать, что при всей его искренней любви он белый дьяволсадист. Спровоцировав его сыграть эту роль, сама Каниша перемещается из мира фантазий вреальность, иоказывается, что мазохистка, которую она изображала впервом действии, иесть ее подлинное «я». Когда противоречие между ее импровизационным иподлинным «я» исчезает, она завершается как персонаж, иименно этим пьеса заканчивается.

Сучетом всех этих взаимоотношений схема действующих лиц впьесе

будет выглядеть так (см. рис. выше).

Третий круг образован расистским обществом. Во втором круге друг напротив друга располагаются Теа иПатриция

(чуткая/нечуткая, уверенная/неуверенная).

Внутри этих двух кругов находится три отдельных внутренних круга: кпервому принадлежат Гэри иДастин (внутренняя буря / внешняя сдержанность, ненависть к белым / любовь к черным); ко второму — Филипп и Алана (сексуальность/асексуальность, зоркость/слепота, сверхконтроль / утрата контроля) и ктретьему — Каниша и Джим

СОЗДАНИЕ АНСАМБЛЯ ДЕЙСТВУЮЩИХ ЛИЦ 

(самоосознание/самообман, любовь/наказание, садизм/мазохизм). Этот третий, внутренний круг немного больше двух других, поскольку именно его сюжет является центральным для пьесы.

Заключение

Название пьесы идеально отражает ее смысл: рабство приводит вдействие садомазохизм. Огромные богатства, которые создавались невольничьим трудом, были просто побочным эффектом осуществления самых порочных человеческих желаний. Деньги всего лишь средство, не цель. Глубинная причина существования рабства— или, если на то пошло, угнетения любых обездоленных,— жажда власти инаслаждение болью, то есть садомазохизм.

Вернемся квопросу омотивации , которого мы коснулись вглаве8: «Почему люди так себя ведут?» Философы ипсихологи веками пытаются найти на этот глобальный вопрос исчерпывающий ответ. Зигмунд Фрейд сказал, что за всем стоит секс; Альфред Адлер сказал, что за всем стоит власть; Эрнест Беккер сказал, что за всем стоит смерть. Но, если задуматься, за сексом ивластью действительно стоит смерть, ведь они являют собой способ либо одолеть смерть, оставив потомство, либо обуздать ее, победив врагов. Поэтому ясклонен согласиться сБеккером.

Вот как работает садомазохизм. Страх— это внутренняя дрожь, которая охватывает нас, когда мы не знаем, что произойдет. Ужас— это жуткое осознание, которое переполняет нас, когда мы знаем, что произойдет, но унас нет никакой возможности это предотвратить. Отом, что смерть— это неотъемлемая составляющая жизни, мы узнаем довольно рано. К огда-нибудь мы умрем, исэтим ничего не поделаешь. Одни справляются сужасом смерти лучше, другие хуже, но ощущают его все.

В какой-то момент ребенок обнаруживает, что власть приносит душевный подъем— пусть икратковременный. Допустим, он почувствовал неожиданное удовлетворение, прихлопнув комара. Ина миг ощутил себя богоподобным повелителем жизни исмерти. Он хочет испытать это удовольствие вновь, причем скаждым разом все чаще ичаще, сильнее

 ПЕРСОНАЖ

исильнее. Ивэтой погоне за властью его личность— хотя бы иногда— склоняется к садизму, кперевоплощению втого, кто способен подчинить себе страх перед смертью, захватывая над ней власть. Именно такой подъем ежедневно испытывали рабовладельцы идо сих пор испытывают ультрабогачи.

Или, предположим, ребенок обнаруживает, что бессилен ибудет таким всегда, но может укрыться от леденящего душу ужаса смерти втени кого-нибудь сильного ивластного. Икогда этот человек демонстрирует свою силу, причиняя слабому страдания, слабый ощущает мазохистское умиротворение от того, что ужас смерти ненадолго его отпускает,— это иесть наслаждение от боли. Именно такое возбуждение испытывали рабы, сгибаясь перед своими хозяевами, иименно его до сих пор испы-

тывают подчиненные, подлизываясь кначальнику

Вдраме Харриса остроумно исо знанием дела излагается личная политика. Так будет иввашем произведении, если вы оставите простор для проявлений власти. Потому что независимо от того, сколько действующих лиц увас окажется— толпа из тысячи человек или всего пара влюбленных,— их всех будет качать на волнах приливов иотливов власти. Поэтому оцените равновесие власти уваших действующих лиц вначале повествования, азатем до самой финальной сцены следите за динамикой изменений (кто сейчас на коне, акто выбит из седла). Игры свластью впроцессе формирования ансамбля действующих лиц нередко вдохновляют на очень неожиданные повороты.

АНАЛИЗ ПРИМЕРА. «ДИТЯ КРОВИ »

Рассказ Октавии Батлер

«Дитя крови »— это история любви представителей двух разных биологических видов.

Рассказ был напечатан в1984году вЖурнале научной фантастики Айзека Азимова (Isaac Asimov’s Science Fiction Magazine). За прошедшие годы удостоен премий «Хьюго» и«Небьюла», атакже номинации «Лучшая новелла» по версии журналов Locus иScience Fiction

Chronicle

<<< < Предыдущая 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 3435 / 4135 36 37 38 39 40 41 > Следующая >>>

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]